Библиографическое описание:

Трошина О. Н. Уголовная ответственность лиц с психическими расстройствами, не исключающими вменяемость, и психическими расстройствами, наступившими после совершения преступления [Текст] // Актуальные вопросы юридических наук: материалы II междунар. науч. конф. (г. Челябинск, февраль 2015 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2015. — С. 138-141.

Ст. 22 уголовного кодекса Российской Федерации закрепляет уголовную ответственность лиц с психическими расстройствами, не исключающими вменяемость. В этой статье закрепляется как уголовная ответственность, так и наказание лиц, в том числе и назначение принудительных мер медицинского характера. То есть мы говорим о том, что лицо, у которого есть психическое расстройство подлежит и уголовной ответственности, и уголовному наказанию.

В соответствии с ч.1 ст. 81 «лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействий) либо руководить ими, освобождается от наказания, а лицо, отбывающее наказание, освобождается от дальнейшего его отбывания. Таким лицам суд может назначить принудительные меры медицинского характера». В этой статье речь идет об освобождении лица от наказания, но не от уголовной ответственности.

Уголовная ответственность наступает в каждом случае совершения определенным лицом или определенными лицами общественно опасного деяния, запрещенного уголовным кодексом РФ, а наказание, его вид определяется судом в каждом конкретном случае и в отдельном уголовном процессе по рассмотрению уголовного дела. В случае с лицами, у которых психическое расстройство наступило после совершения преступления до вынесения приговора, уголовное наказание отсутствует вовсе. Судом могут быть назначены принудительные меры медицинского характера.

Нести уголовную ответственность за совершенное общественно опасное деяние и тем самым быть субъектом преступления могут лишь вменяемые лица, т.е. обладающие сознанием и волей. В соответствии со ст 19 УК РФ уголовной ответственности подлежат только вменяемые физические лица, достигшие возраста, с которого наступает уголовная ответственность. В ряде преступлений 14 лет (убийство, изнасилование, кража и т.д), 16 лет или совершеннолетие. И только если соблюдены данные условия, лица способны сознавать содеянное ими и руководить своими действиями (бездействиями). Лица, лишенные такой способности, т. е. те, кто не осознает опасность совершенного ими деяния, а если и осознает, то не может руководить своими действиями (бездействиями), признаются невменяемыми и не подлежат уголовной ответственности. К ним могут быть применены только принудительные меры медицинского характера.

Для того, чтобы рассмотреть вопрос об уголовной ответственности лиц с психическими расстройствами, не исключающими вменяемость и лиц, у которых психическое расстройство наступило после совершения преступления необходимо определить понятие термина «невменяемость», ее критериев, а также какие именно расстройства психики человека, какие психические аномалии рассматриваются в качестве основания освобождения от уголовной ответственности и от уголовного наказания.

Понятие невменяемости раскрывается в ст. 21 УК РФ: «не подлежит уголовной ответственности лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, то есть не могло осознавать фактический характер или общественную опасность своих действий (бездействий) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия или иного болезненного состояния психики».

Понятие невменяемости складывается из двух критериев, совокупность которых и характеризует это состояние: юридического (психологического) и медицинского.

Юридический критерий определяется двумя признаками: интеллектуальным и волевым. Интеллектуальный признак предполагает невозможность (неспособность) лица осознавать опасность своего действия (бездействия). Это качество психики означает отсутствие у лица способности понимать как фактическую сторону совершаемого деяния, так и его социальный смысл. Непонимание содержания фактической стороны своего действия или бездействия обычно означает непониманием им причинной связи между совершенным деянием и наступившими последствиями, не сознает, что лишает потерпевшего жизни, отнимает у него имущество и т. д. однако главное в содержании интеллектуального признака заключается в непонимании лицом социального смысла деяния, т.е в отсутствии понимания его общественно опасного характера. В связи с эти вполне возможны случаи, когда лицо, сознавая фактическую сторону своего поведения, не осознает его общественной опасности. Так, страдающий определенным психическим заболеванием, например, шизофренией может осознавать, что лишает жизни человека, например, путевого рабочего, производившего осмотр или ремонт железнодорожного полотна, но воспаленное психической болезнью воображение субъекта связывает это не с совершением преступления, в данном случае убийства, а с предупреждением им, например, актом мнимого терроризма — крушение поезда. В связи с этим лицо считает свои действия выполнением им своего общественного долга, а не совершением преступления.

Другим признаком юридического критерия является волевой, т.е неспособность лица руководить своими действиями (бездействием). Подобное бывает при некоторых видах болезненного расстройства психической деятельности. Например, расстройство волевой сферы при относительной способности осознавать общественную опасность своего действия (бездействия) наблюдается у наркоманов в состоянии абстиненции, т.е наркотического голодания. В этих случаях лицо осознает уголовную противоправность, допустим, незаконного проникновения в аптеку и завладения лекарством, содержащим наркотические средства, но не может воздержаться от совершения этих действий. Подобное же расстройство волевой сферы возможно также при таких заболеваниях, кА эпидемический энцефалит, эпилепсия и др. уголовный закон для признания наличия юридического критерия требует установления не обязательно обоих признаков, а хотя бы одного из них — либо интеллектуального, либо волевого.

Наличие одного лишь юридического критерия не является основанием для признания лица невменяемым. Необходимо установить, чтобы юридический критерий был следствием медицинского, чтобы лицо не сознавало опасности своего действия (бездействия) или не могло им руководить по причинам, относящимся к медицинскому критерию. Последний представляет собой обобщенный перечень психических расстройств и заболеваний, способность привести к наличию у лица психического юридического критерия. Это — хроническое психическое расстройство, слабоумие или иное болезненное состояние психики (ч.1 ст. 21 УК РФ).

Хроническое психическое расстройство представляет наличие у лица прогрессирующего психического заболевания, не поддающегося или трудно поддающегося излечению. Болезнь может протекать и приступообразно, т.е с улучшением или ухудшением психического состояния, однако всегда оставляет после себя стойкий психический дефект. К таким психическим заболеваниям относятся: шизофрения, эпилепсия, прогрессивный паралич, паранойя, маниакально-депрессивный психоз и другие болезни психики. Временное психическое расстройство- это психическое заболевание, продолжающееся тот или иной срок (относительно быстро) и заканчивающееся выздоровлением. Сюда относится: патологическое опьянение (белая горячка), реактивные симптоматические состояния, т.е. расстройства психики, вызванные тяжкими душевными потрясениями и переживаниями.

Слабоумие — это различного рода снижение или полный упадок психической деятельности, связанный с поражением интеллектуальных способностей человека. Слабоумие связано с понижением или потерей умственных способностей лица и является врожденным либо приобретенным в результате того или иного прогрессирующего психического заболевания. Различают три степени слабоумия: легкое (дебильность), среднее (имбицильность) и глубокая, тяжелая степень поражения умственной деятельности (идиотия).

Иное болезненное состояние психики — это те болезненные явления, которые не являются психическими заболеваниями в точном значении этого понятия, но тем не менее также сопровождаются нарушениями психики. Например, ни брюшной, ни сыпной тиф не являются заболеван6иями психики. Однако и они могут сопровождаться помрачением сознания, галлюцинациями, во время которых у больного может быть снижена или даже нарушена способность к умственной или волевой деятельности. Подобной может наблюдаться и при травмах головного мозга, опухолях мозга и других в принципе непсихических заболеваниях.

Само по себе наличие медицинского критерия также не является достаточным для признания лица невменяемым. Например, не всегда та или ирная степень слабоумия предполагает наличие юридического критерия. Если, допустим, слабоумие у лица не выражено столь значительно, чтобы оно не осознавало опасности своего поведения и не могло руководить своими поступками, такое слабоумное лицо может быть признано вменяемым в связи с отсутствием именно юридического критерия. Точно также возможны и случаи, когда лицо не осознает опасности своих действий (бездействий) и не может руководить ими вследствие, например, опьянения. Такое лицо не может быть признано невменяемым и освобождено от уголовной ответственности. Только совокупность юридического и медицинского критериев дает основание для признания лица невменяемым и не подлежащим уголовной ответственности.

Таким образом, вменяемость — предпосылка к конкретного вида юридической ответственности.

В соответствии с ч.1 ст. 81 УК РФ мы можем сделать вывод о наличии медицинского и юридического критериев. Но они не идентичны таким же критериям, указанным в ст 21 УК РФ, определяющей формулу невменяемости, по своему содержанию. Медицинский критерий ч.1 ст 81 отражает один признак: «Психическое расстройство», которое включает в себя все формы психической патологии. А юридический критерий определен по аналогии со ст. 21 УК РФ, как возможность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководит ими. Однако, при применении данной статьи речь идет не о вменяемости, так как лицо, заболевшее психическим заболеванием после совершения преступления, согласно ст. 21 УК РФ должно быть признано вменяемым, а о процессуальной дееспособности — способности обвиняемого по своему психическому состоянию участвовать в судебно-следственных действиях, т.е. в деятельности органов дознания, следствия, в судебном процессе и осуществлять самостоятельно свое право на защиту.

Психические расстройства, исключающие уголовно-процессуальную дееспособность обвиняемого. Согласно закону, лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействий) либо руководить ими освобождается от наказания (ч.1 ст. 81 УК РФ).

В отличие от невменяемых, не подлежащих уголовной ответственности, лица, заболевшие глубоким психическим расстройством после совершения преступления, не подлежат наказанию. Деяние невменяемого не являются преступлением, в связи с чем исключена и постановка вопроса об уголовно        ответственности. Единственное ее основание — состав преступления. Лица, о которых идет речь в ст. 81 УК РФ, преступление совершили и ответственности подлежат. Но она не может быть реализована в наказании, которое в данном случае неприменимо по двум основаниям: во-первых, предварительное или судебное следствие (в зависимости от времени начала заболевания) без участия заболевшего, который занимает в деле процессуальное положение обвиняемого, не могут быть проведены, а дело не может быть окончено вынесением приговора (уголовно-процессуальное препятствие); во-вторых, само наказание нельзя ни назначить, ни исполнить по отношению к субъекту с глубоким психическим расстройством (уголовно-правовое препятствие).

В связи с этим содержащаяся в УК РФ формулировка юридического критерия психического расстройства, призванная определить его глубину (тяжесть), представляется не слишком удачной. Так как в рассматриваемом случае суть дела не в том, что расстройство не позволяет обвиняемому осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействий) либо руководить ими. Раз преступление было совершено во вменяемом состоянии, то данный субъект не был лишен указанной способности. Но возникшее после этого психическое расстройство не позволяет ему самостоятельно участвовать в судопроизводстве. Он не может в силу болезни адекватно воспринимать имеющие значение для дела обстоятельства, понимать сущность своих процессуальных прав и обязанностей, совершать действия, в которых реализуются его права. Так, обвиняемый с глубоким психическим расстройством неспособен правильно понять суть предъявленного обвинения и значение обосновывающих его доказательств, он не в состоянии, защищая свои права, представить свои доказательства, заявить ходатайства, принести жалобу и пр. иными словами, психическое расстройство делает обвиняемого процессуально недееспособным.

 

Литература:

 

1.         Уголовный кодекс РФ от 13.06.1996 № 63-ФЗ

2.         Дмитриева А. С., Клименко Т. В., Судебная психиатрия, Москва, 1998

3.         Колосова В. И., Поднебесный А. Н. Проблема уголовной ответственности лиц с психическими расстройствами, не исключающими вменяемости, в современном уголовном праве России.

4.         Еникеев М. И. Общая и юридическая психология. Часть 1. Общая психология: учебник. Москва: Юрид.лит., 1996.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle