Библиографическое описание:

Щитов А. Г., Щитова О. Г., Нгуен Т. Т. Возраст человека во фразеологической картине мира русских и вьетнамцев (на материале пословиц) // Молодой ученый. — 2015. — №11. — С. 1708-1712.

Проведен выбор и сопоставление русских и вьетнамских пословиц о возрастных состояниях человека, их перевод и толкование, сопоставление их образов и смыслов. Моделируя национальной картину мира на основе пословиц и поговорок, мы исходили из того, что базовые ценности во всех культурах общие, а различия словесных образов выражают разные оттенки значений и смыслов. В ходе сопоставления образов и смыслов в русских и вьетнамских фразеологизмах о различных возрастах человека были обнаружены сходство и различия в суждениях о времени и о человеке. Сравнительное изучение вьетнамских и русских пословиц о возрастных состояниях человека позволяет реконструировать национальную картину мира, интегрируя ее в общечеловеческую и обеспечивает взаимопонимание коммуникантов.

Ключевые слова:фразеология, пословицы, фразеологическая картина мира, образ, смысл.

 

Все этапы жизни человека отражаются в пословицах и поговорках в разных языках и культурах: рус. Жизнь прожить — не поле перейти (≈Sống đến tận cùng, đâu phải chuyện chơi); Век живи — век учись (≈còn sống, còn học); Старость не радость (̰≈Tuổi già không phải là niềm vui) и т. д. Человеческий путь от рождения до смерти в речевой культуре русских и вьетнамцев представлен пословицами и поговорками, которые принимаются и понимаются носителями языка безоговорочно, как априорные истины. Оставаясь наиболее консервативной частью языковой культуры, фразеология превращается в хранилище духовного опыта и уклада жизни предков [9], поэтому сопоставительный анализ русских и вьетнамских пословиц и поговорок позволяет представить фразеологическую модель жизни человека на всех возрастных этапах в обеих культурах [6]. Данное междисциплинарное понятие позволяет концептуально осмыслить жизненный путь человека стереоскопически: ментальными и образными средствами двух различных лингвокультур [1].

Актуальность данной работы определяется возрастающей динамикой межнационального общения, что является мировой тенденцией, и стремлением к национальной самоидентификации [10].

Объектом изучения избрана особая группа пословиц, отражающая национальные особенности бытия человека на разных этапах жизни. Этот богатейший материал еще должным образом не систематизирован и в полной мере сопоставительно не изучен, что открывает перспективы дальнейшего исследования.

Предметом изучения пословиц в данной статье является сравнение русских и вьетнамских пословиц с точки зрения этнически обусловленной картины мира русских и вьетнамцев.

Теоретическая значимость состоит в том, что наша работа моделирует семантико-синтаксические конструкции и стилистические акцентуации, с которыми неизбежно встречаются при переводе фразеологизмов и их толковании.

Практическая значимость изучения фразеологии выражается в повышении коммуникативной компетенции как у русских, так и у вьетнамских студентов в период изучения русского языка как иностранного и в опыте живого общения друг с другом.

Целью сравнительного исследования русских и вьетнамских пословиц о разных этапах жизни человека является установление сходства и описание их эквивалентов в изучаемом языке. Достижению поставленной цели служит выполнение следующих задач: составление корпуса пословиц на заданную тему в изучаемой фразеологической системе, вьетнамской и русской, установить сходство и различия на уровне смыслов и образов эквивалентных фразеологизмов.

Для этого используется описательный и сравнительно-сопоставительный анализ, при этом исходным является русский язык. Материалом для исследования являются не только и не столько словари и научные публикации, но и живая речь носителей языка и их опыт, фиксируемые на различных сайтах и форумах в интернете. Чтобы ограничить исследуемое пространство, мы прибегли к анализу относительно устоявшихся соотносимых русских и вьетнамских пословиц, оставив за пределами статьи неоднозначные и спорные переводы и пословицы с затемненным смыслом.

Фразеологическая картина мира, мифологизируя происхождение человека, является по своей природе и метафорической образности наивной картиной мира [3]. Под картиной мира в самом общем виде мы понимаем упорядоченную совокупность знаний о действительности, сформировавшуюся в общественном сознании [5].

Человеческая жизнь в этом мире начинается с рождения. Русских детей приносят аисты, или находят в капусте. Вьетнамского младенца баюкает мама, не смыкая глаз: Gió mùa thu… Mẹ ru con ngủ năm canh chầy thức đủ vừa năm. Ребенок с детства окружен родительской заботой: Dạycontừthuởcònthơ — Dạyvợtừthuởbơ vơ mớivề(≈Учи ребенка с детства — учи жену с начала жизни в доме мужа). Вьет. Сông cha như núi Thái Sơn Nghĩa mẹ như nước trong nguồn chảy ra. Mộtlòngthờmẹkínhcha Cho tròn chữ hiếu mới là đạo con (≈Заслуга отца высокая, как гора Тхай Шон (гора очень высокая) Любовь матери, как вода, вытекающая из родника)подчеркивает гендерные различия родителей в воспитании детей. Русская пословица Гречневая каша — матушка наша, а хлебец ржаной — отец наш родной указывает на различия отца и матери без разграничения воспитательной роли, и отец и мать одинаково питают своих чад. Уважение к родителям считается почтительной добродетелью вьетнамских детей. Родительская любовь делает детей сильными, и дети должны почитать родителей. Родители неустанно внушают своим детям: Dạy con, con nhớ lấy lời, Trọng cha, kính mẹ, suốt đời chớ quên (≈Учись, ты должен помнить наши наставления). В русских семьях часто повторяют детям: Кто мать и отца почитает, тот вовеки не погибает. Вечная проблема отношений родителей и детей тревожит и вьетнамцев: Cá khôngănmuốicá ươn, concưỡngchamẹtrămđườngconhư (≈Сын, не слушая родителей, сто дорог выбирает — никакая не правильная); Nói con, con chẳng nghe lời, Con nghe ông huyểnh, ông hoảng, hết đời nhà con (≈Говорим тебе — ты нас не слушаешь, а если слушаешь чужих, то знай: жизнь твоя кончена). Русская пословица также строго предостерегает своевольных детей: Кто отца и матери не слушает, тот послушает телячьей кожи (из телячьей кожи делают плети). О русских детях думается и говорится просто и прямо: Пока дитя растет, говорят: дитятко, не ушибись, а вырастет, так: дитятко, не ушиби; Знать сокола по полету, а доброго молодца по поступкам. Рассмотренные примеры позволяют сравнивать пословицы с учетом лингвокультурного экстралингвистического фона, порождающего и объясняющего смысл фразеологизма и с учетом языковых координат фразо- и формообразования [2].

Золотое детство быстро заканчивается, юность Расцветает что маков цвет. Вьет. Sống trong bể ngọc kim cương không bằng sống giữa tình thương bạn bè (=Не имей сто рублей, а имей сто друзей) — это вьетнамская пословица является эквивалентом русской пословицы и указывает на одну из главных жизненных ценностей человека — обретение друзей. Вьет. Học mà không chơi, đánh rơi tuổi trẻ Chơi mà không học, mất cả tương lai (≈Учеба без игры упускает молодость, игра без учебы теряет будущее) представляет собой актуальную родительскую заповедь. В юности обычно проблемы отцов и детей утрачивают свою остроту и поэтому Покорному дитяти все кстати; Послушному сыну родительский наказ не тягостен. Старики с радостью принимают в клуб зрелости и взрослой жизни новое поколение: Юноши резвятся — старики веселятся; Юность скачет, старость плачет; Юность крепнет, старость меркнет; Молодость плечами покрепче, старость головою. Оставаясь наивной, картина мира, отраженная в пословицах и поговорках, описывает мир устоявшихся стереотипов национального мышления и поведения с позиций ценностей [2].

Пословиц и поговорок о юности в русском фразеологическом корпусе множество: Из всех богатств на свете самое большое богатство — молодость, об этом этапе жизни часто вспоминают с ностальгией: Золотое время — молодые лета; Золотая пора — молодые года. Стремление молодых людей к независимости вызывает у взрослых ироничную, но с пониманием, реакцию: Молоко на губах не обсохло; Я тебе утру молоко на губах. Значительная часть вьетнамских фразеологизмов не имеет эквивалентов в русских пословицах, машинный перевод бессилен даже в подборе ключевых слов для выражения смысла, например: Thói thường gần mực thì đen Anh em bạn hữu phải nên chọn người Những người lêu lổng chơi bời Cùng là lười biếng ta thời tránh xa (≈Около чернил черный (около плохих людей стать плохим). Друзей нужно выбирать. Людей, которые разгуливают, и ленивых лучше избегать). Фрагменты картины мира, отраженные в национальных фразеологических культурах в изображении одних и тех же объектов и событий, могут отражаться в пословицах и поговорках безэквивалентно, либо вовсе не замечаться [3].

Зрелость — акме человеческой жизни, характеризуется ответственным отношением супругов друг к другу: Vợ chồng là nghĩa phu thê Tay ấp má kề sinh tử có nhau (≈Муж и жена не только живут вместе, но и всегда поддерживают друг друга, помогают друг другу в бедности и богатстве). Вьет. Lời nói không mất tiền mua Lựa lời mà nói cho vừa lòng nhau (≈Слова не нужно покупать, нужно их подбирать так, чтобы все были довольны) напоминают о деликатности и этикете. Очень интересной и важной представляется вьетнамская пословица Con người có tổ có tông Như cây có cội như sông có nguồn (У человека есть предки, как у дерева корень, и у реки родник), указывающая на онтологические основы национальной культуры. Вьет. Ăn quả nhớ kẻ trồng cây (≈Вкушая плоды, следует помнить о тех, кто выращивает их)напоминает нам о том, что духовная зрелость человека измеряется не только ответственностью перед миром, но и способностью выражать благодарность. Мир не совершенен, десять заповедей постоянно нарушаются, в жизни приходится встречаться не только с черной неблагодарностью, но и с откровенным предательством: Nuôi ong tay áo (≈Кормить пчелу в рукаве (человек помогает кому-то, а тот взамен предает его — мы кормим пчелу, потом она жалит нас). Столпом русской фразеологической системы, ее смысловым центром является антропоцентризм и принципиальная экспрессивность выражения, независимо от предметности фразеологической единицы (Мужик умен, да мир дурак). Осмысление национальной фразеологии сквозь призму сходств и различий с иноязычной развивает лингвистическую интуицию, которая важна для самоидентификации и для усвоения живой разговорной речи, поэтому имеет практическое значение в практике обучения русскому языку как иностранному [4].

Старость — время подведения итогов: Стар да умен — два угодья в нем — говорят русские; вьетнамцы добавляют: Trẻ trồng đa, già trồng thông (≈Молодой выращивает баньян, пожилой сосну) — баньян дерево, которое очень медленно растет, молодой имеет много времени для ожидания результата, а сосна быстрее растет и поэтому достается пожилым, к старости человек начинает ценить время. Невозможно обнаружить полный эквивалент вьетнамскому фразеологизму: Ai ơi chơi lấy kẻo già Măng mọc có lứa người ta có thì Chơi xuân kẻo hết xuân đi Cái già sòng sọc nó thì theo sau (≈Каждому делу есть свое время), рус. Каждому овощу — свое время близка по смыслу, но не тождественна по форме выражения. Русские пословицы высоко оценивают жизненный опыт стариков: Старый пес не обманет; Старый ворон не каркнет мимо; Старый конь борозды не испортит; Старого воробья на мякине не обманешь; Старого волка в тенета не загонишь — русским пословицам часто свойственна отрицательная форма выражения смысла с помощью частицы не.

При всей значимости почтенного возраста всегда находятся люди, которые совершают дерзкие попытки вернуться в молодость. О таких русские говорят: Седина в голову — бес в ребро! Если бабе 45 — баба ягодка опять! Вьетнамцы тоже остры на язык: Bà già đã tám mươi tư Ngồi trong cửa sổ gởi thư lấy chồng (≈Бабке уже восемьдесят четыре года — сидит у окна, отправляя брачное объявление). В русских пословицах больше задора и энергии, только русские говорят: Тряхнуть стариной, вкладывая при этом в слова самые разные смыслы и содержание, при этом истово отстаивают пространство личной свободы: Старого пса к цепи не приучишь; Старого учить — что мертвого лечить; Ветер пошумит — да устанет; старая баба расходится — нескоро уймешь.

Самоирония пожилых о своем возрасте свидетельствует о трезвой оценке своих возможностей и состояния: На седину бес падок; Старой бабе и на печи ухабы; Молодые дерутся — тешатся, старые дерутся — бесятся; У Тараса на плеши разыгралися три вши. Вьетнамцы более сдержанны в оценках и желаниях: вьет. Kính lão đắc thọ — об уважении пожилых людей и желании долго жить; вьет. Trẻ đeo hoa, già đeo tật (≈Старость часто соседствует с болезнью и пороками, пожилые люди становятся капризными, сердятся и т. д.) — напоминает о старческой беспомощности и слабости. О прошедшей жизни русские вздыхают: Уплыли годы, как вешние воды, а вьетнамцы ведут свой отсчет времени: Mẹ già như chuối chín cây gió layMẹrụngconthờimồcôi(≈Мать старая, как зрелый банан, если ветер дунет, то мама упадет, и я стану сиротой). Мудрость познавших жизнь и понимающих неизбежность ее финала выражает вьетнамская пословица: Trẻ vui nhà, gìa vui chùa (≈Молодой веселый дома — пожилой веселый в храме). Сопоставительный анализ русских и вьетнамских пословиц и поговорок о разных возрастах человека приводит к выводу, что фразеологическая система в любой лингвокультуре является очеловеченной моделью мира, в которой человек по-прежнему остается мерой всех вещей [7].

О смерти все говорят скупо и неохотно: Sinh lão bệnh tử (≈Рождение, старость, болезнь, смерть) — тихо шепчет вьетнамец, понимая, что эти этапы проходит каждый человек в жизни; Hổ chết để da, người chết để tiếng (≈Тигр сдох, оставив кожу, человек умер, оставив память) сравнима с русской пословицей: Человек жив, пока жива память о нем. Пословицы о смерти исполнены глубокого философского содержания и выражают особенности национальной ментальности: Помирать собирайся, а рожь сей! — поразительный оптимизм и жизнеутверждение возвращаются в душу с этой русской пословицей [8].

Рассмотрев и сопоставив значительный пласт русских и вьетнамских пословиц и поговорок о возрасте человека, мы установили сходство и различия на уровне смыслов и образов эквивалентных фразеологизмов в исследуемых фразеологических системах.

Забота родителей о детях, воспитание в них почитания старших считается основой семейного воспитания. В русских пословицах не выделяются в отдельную группу пословицы о роли отцов в воспитании, во вьетнамской же культуре отцу отводится важная роль в воспитании мужских качеств в мальчиках: силы, выносливости, волевых и бойцовских качеств.

Сходство сопоставляемых фразеологизмов о юности выражается в изображении ее как праздника жизни, обретения силы и становления человека, различия охватывают образное пространство пословиц и поговорок. Зрелость в русских пословицах выражается в точности оценок поступков и качеств человека вне зависимости от количества прожитых лет. О старости и смерти люди говорят, исходя из личного и национального опыта, мысли их схожи, а формы словесного выражения не эквивалентны.

 

Литература:

 

1.         Бабаева Е В. Национальная картина мира как предмет лингвистического изучения (краткий обзор). // Культурно-языковые характеристики. Отношения к собственности: дис. канд. фил. н. Волгоград, 1997. 108 с. [Электронный ресурс]. URL: http://www.ahmerov.com/book_1103_chapter_5_1.1._Naionalnaja_kartina_mira_kak_predmet_lingvisticheskogo_izuchenija %28kratkijj_obzor %29.html

2.         Динь Тхыонг Хуен Русские пословицы с подчинительными союзами и их эквиваленты во вьетнамском языке: автореф. маг. дис. Ханой, 2006. [Электронный ресурс]. URL: http://pandia.ru/text/77/151/7471.php

3.         Зализняк А. А. Языковая картина мира (Русская языковая картина мира) // Энциклопедия Кругосвет Универсальная научно-популярная онлайн-энциклопедия. [Электронный ресурс]. URL: http://www.krugosvet.ru/enc/gumanitarnye_nauki/lingvistika/YAZIKOVAYA_KARTINA_MIRA.html?page

4.         Нгуен Хуи Кыонг Отражение национальной картины мира в русской паремиологии: автореф. канд. дис. Воронеж, 2011. [Электронный ресурс]. URL: http://cheloveknauka.com/otrazhenie-natsionalnoy-kartiny-mira-v-russkoy-paremiologii

5.         Сираева Р. Т., Фаткуллина Ф. Г. Фразеологическая картина мира: основное содержание и признаки. [Электронный ресурс]. URL: http://www.science-education.ru/pdf/2014/3/284.pdf

6.         Фунг Чонг Тоан Национально-культурная специфика русских фразеологизмов в сопоставлении с вьетнамскими в целях обучения русскому языку как иностранному: автореф. канд. дис. Москва, 1995. [Электронный ресурс]. URL: http://nauka-pedagogika.com/pedagogika-13–00–02/dissertaciya-natsionalno-kulturnaya-spetsifika-russkih-frazeologizmov-v-sopostavlenii-s-vietnamskimi-v-tselyah-obucheniya-russkomu-yaz

7.         Хайруллина Р. Х. Фразеологическая картина мира: от мировидения к миропониманию. 2008. Изд-во: «Вагант» 300 с. [Электронный ресурс]. URL: http://www.zachetik.ru/ref-132970-frazeologicheskaya-kartina-mira-ot-mirovideniya.html

8.         Шкатова В. В. Фразеологическая картина мира как объект лингвистического изучения // Вестник Ленинградского государственного университета им. А. С. Пушкина Выпуск № 1. Т. 7. 2012. [Электронный ресурс]. URL: http://cyberleninka.ru/article/n/frazeologicheskaya-kartina-mira-kak-obekt-lingvisticheskogo-izucheniya

9.         Щитов А. Г., Мао Чуньчао. Язык в культуре русских и китайских пословиц // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2013. № 8 (26). Часть 2. С. 211–215. [Электронный ресурс]. URL: http://www.gramota.net/materials/2/2013/8–2/59.html

10.     Щитова О. Г. Новейшая ксенолексика в русской речи XXI века: к определению объема понятия // Вестник науки Сибири. Серия 9. Филология. Педагогика. Томск: Изд-во Том. политех. ун-та, 2012. № 1(2). С. 278–286 [Электронный ресурс]. URL: http://sjs.tpu.ru/journal/article/view/237/234

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle