Библиографическое описание:

Токарев А. А. Учение святых отцов о смерти // Молодой ученый. — 2012. — №8. — С. 249-253.

Человек, сотворенный по образу и подобию Творца, для которого Он сотворил мир, анализируется в христианстве как венец творения. Превосходство человека над всем сущим истолковывается его одновременной принадлежностью двум мирам – видимому, физическому и невидимому, духовному. Мир человека столь же един и сложен, как и мир природы. В Библии четко размежеваны в человеке естественная (биологическая), сверхъестественная (теологическая) сферы. К первой относится человеческое тело, генеалогия которого выводится непосредственно из природного вещества ("земной персти"), подчинена законам животного бытия. Ко второй относится "душа живая", несущая печать Божественного Духа, так как Сам Бог "вдунул в лице его (человека) дыхание жизни". Христианская антропология рассматривает человека, прежде всего, как явление духовного порядка, "загадочного пришельца", предназначенного к уходу в другой мир. Православная антропология носит ярко выраженный христологический характер, основываясь, прежде всего, на догмате искупления рода человеческого воплотившимся Богочеловеком Иисусом Христом. Христос своею крестною смертью снял с рода человеческого тяготевший над ним первородный грех [5, c. 25].

Жизнь человека, по представлению апостольских мужей, по причине "беззаконной и нечестивой зависти" диавола оканчивается смертью (св. Климент Александрийский). Человек не выдержал испытания свободой и вместо обожения принес в мир смерть, для искупления которой потребовались Боговоплощение и крестные страдания Иисуса Христа, Его воскресение и вознесение. "Он освободил человеческую природу от прародительского греха, от смерти и тления, сделался начатком воскресения, представил Себя путем, образом и примером, чтобы и мы, шествуя по Его следам, сделались по усыновлению тем, что Он есть по природе: сынами и наследниками Божиими и сонаследниками Его" [3, c. 14].

Св. Иоанн Дамаскин учил: «Помышление о смерти важнее всех других деланий. Оно рождает чистоту неистлеваемую. Память смертная побуждает живущих к трудам, к терпеливому принятию огорчений, к оставлению забот и к молитве».

Архиепископ Лука (1997): «Жизнь всех органов тела нужна только для формирования духа и прекращается, когда его формирование закончено или вполне определилось его направление». В момент смерти тела определяется все дальнейшее развитие души, в направлении к добру или злу, и душа после смерти не может выбирать дорогу, эта дорога предопределена жизнью на земле. И дальше архиепископ пишет: «Вечное блаженство праведников и вечную муку грешников надо понимать так, что бессмертный дух первых, просветленный и могущественно усиленный после освобождения от тела, получает возможность беспредельного развития в направлении добра и Божественной любви, в постоянном общении с Богом и всеми бесплотными силами. А мрачный дух злодеев и богоборцев в постоянном общении с диаволом и ангелами его будет вечно мучиться своим отчуждением от Бога, святость которого познает, наконец, и той невыносимой отравой, которую таят в себе зло и ненависть, беспредельно возрастающие в непрестанном общении с центром и источником зла – сатаной [7, c. 58].

В вечном мучении тяжких грешников нельзя, конечно винить Бога и представлять Его бесконечно мстительным, карающем вечной мукой за грехи кратковременной жизни. Всякий человек получает и имеет дыхание Духа Святого. Никто не рождается от духа сатаны. Но как тучи затемняют и поглощают свет, так злые акты ума, воли и чувства, при постоянном их повторении и преобладании, постоянно затемняют свет Христов в душе злого человека, и его сознание все более и более определяется воздействием духа Диавола. Кто возлюбил зло, а не добро, тот сам уготовал себе вечные мучения в жизни вечной».

Епископ Феофан (1994) писал: «Бедное время наше. Ухитрился враг губить души наши. Знает, что страх смерти и суда самое сильное средство к отрезвлению души, и заботится всячески разогнать его, и успевает. Но погасни страх этот, отойдет страх Божий, а без страха Божия совесть становится безгласной. И стала душа пуста!» Страх Божий – это не опасение чего-то плохого, что может случиться, этот страх рождается от чувства величия и высоты Бога. Он дает нам одновременно неуверенность и надежду на спасение, святой Иоанн Лествичник называет его «бесстрашным страхом».

«Смерть – разлучение души с телом, соединенных волею Божьею, и волею Божьею паки разделяемых. Смерть – разлучение души с телом вследствие нашего падения, от которого тело перестало быть нетленным, каким первоначально создано Создателем. Смерть – казнь бессмертного человека, которою он поражен за прослушание Бога. Смертью болезненно рассекается и раздирается человек на две части, его составляющие, и по смерти уже нет человека: отдельно существует душа его, и отдельно существует тело его [6, c. 55].

Тело продолжает существовать в ожидании вторичного соединения с душою, после которого оно сделается уже неприкосновенным для этой видимой смерти. Тела особенных избранников Божиих противостоят тлению, будучи проникнуты обильно благодати Божию. Вместо зловония они издают благоухание; вместо того, чтобы разливать вокруг смертоносную заразу, они разливают исцеление всех недугов, разливают жизнь» (Святитель Игнатий, 1991).

Спасительные плоды Его подвига усваиваются каждым человеком через Крещение и другие церковные Таинства. Хотя первородный грех исказил природу человека, но он не уничтожил в человеке высшей творческой силы, образа Божия, запечатленного в его теле, душе и духе. Истинная природа человека и его роль и призвание в мире могут быть выявлены с точки зрения христианской антропологии, лишь в связи и взаимозависимости трех последовательных состояний человека:

- человека в его первозданном состоянии в раю ("новый" человек);

- человека после грехопадения и изгнания из рая ("ветхого" человека);

- человека после искупления, дарованного ему Христом

("обновляющегося" человека) [6, c. 74].

Раннехристианские писатели считали, что образ Божий человеку дан, подобие же задано и его надлежит стяжать (то есть достигать при помощи усилий) в соответствии с заповедью Христа: "...будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный" (Мф.5,48). Таким образом, задается в христианской антропологии вектор изменения человека, его развития по идеалу "обожания". Новыми христианскими догматами, после Боговоплощения, становятся вера в воскресение и прославление тела, которые впервые высказываются апостолом Павлом. До него тема смерти в языческом и иудейском мире не имела оптимистической окраски. Это было страшное и неминуемое зло, как мы видели выше. Святые отцы иначе относились к смерти. По мнению св. Феофила Антиохийского, человеческая природа была создана ни смертной, ни бессмертной, так как, обладай изначально Адам бессмертием, он был бы Богом, а если он был создан смертным, то в существовании смерти был виноват Бог.

Достижение свершенного бессмертия было не только возможно, но задано человеку Богом, для чего и надо было пройти испытание свободой.

И последнее, воплощение Бога Слова принесло новый Закон на смену ветхозаветным заповедям. Закон Благодати и Любви, создающий новые условия для обожения и спасения падшего человека, при условии сотрудничества благодати и свободной воли человека, идущего путем аскетических подвигов [14, c. 88].

Христианство всегда учило, что человек трехсоставен, при умирании дух и душа разлучаются с телом и начинают жизнь в новых условиях. "Смерть – это рождение человека из земной временной жизни в вечность" (Св. Игнатий Брянчанинов, 1991). Душа является в новый мир в той степени своего развития и зрелости, каких достигла в совместной жизни с телом. Жизнь человека на земле – это только начало, подготовка к тому, что ждет нас всех после смерти тела. Начатое здесь будет продолжаться там. Перейдя в загробный мир, душа чувствует, сознает, воспринимает и рассуждает.

При разлучении души с телом, человек делается способным видеть духов в их собственном виде. Сама душа человека имеет вид прежнего телесного существования и в то же время подобна ангелам или бесам, в зависимости от Божьего определения.

Преп. Иоанн Дамаскин так описывал ангелов: "Ангел есть сущность, одаренная умом, всегда движущаяся, обладающая свободной волею, бестелесная, служащая Богу, по благодати получившая для своей природы бессмертие, каковой сущности вид и определение знает один только Создатель. Они неограниченны и являются людям достойным".

Бл. Августин (1994) дает описание бесов: "Природа бесов такова, что через свойственное воздушному телу чувственное восприятие они намного превосходят, то восприятие, которым обладают тела земные, а также и по быстроте они превосходят полет птиц. Благодаря этому, они предсказывают о многих вещах, которые они узнали намного раньше. А люди удивляются этому из-за медлительности земного восприятия. К тому же за свою долгую жизнь, они накопили намного больший опыт в разных событиях благодаря чему, предсказывают многие события и совершают чудесные деяния" [6, c. 143].

Люди, пережившие клиническую смерть, описывали свое состояние однотипно: обостряется чувство зрения и слуха, а чувство осязания исчезает. Происходит какое-то изменение в эмоциональной сфере личности, так как она теряет интерес к телу – "тело пустая оболочка". Никаких коренных изменений в характере личности не происходит, она остается такой же, как и была. Но в духовном мире она осознает и видит много для себя совершенно нового, у нее появляется какое-то высшее знание или понимание, когда все знания и информация становятся для нее доступными. При этом "дела наши идут за нами" – то, что мы сделали во время нашей жизни на земле, будет иметь последствия для нас самих [1, c. 86].

Архиепископ Антоний Женевский пишет: "Итак, умирает христианин. Душа его, очистившаяся в какой-то степени в самом исходе из тела, благодаря только страху смертному, покидает безжизненное тело. Она жива, она бессмертна, она продолжает жить полнотою той жизни, которую она начала на земле, со всеми своими мыслями и чувствами, со всеми добродетелями и пороками, со всеми достоинствами и недостатками. Жизнь души за гробом есть естественное продолжение и последствие ее земной жизни.

Если умерший христианин был благочестив, молился Богу, надеялся на Него, покорялся Его воле, каялся перед Ним, старался жить по заповедям Его, то душа его после смерти радостно ощутит присутствие Божие, приобщится сразу, в большей или меньшей степени, к жизни божественной, открытой ей... Если же умерший в земной жизни потерял любящего Отца Небесного, святотатствовал, служа греху, то душа его после смерти не найдет Бога, не способна будет ощутить любовь Его. Лишенная божественной жизни, ради которой был создан человек, неудовлетворенная душа его начнет тосковать, мучиться в большей или меньшей степени. Ожидание воскресения тела и Страшного Суда, будет увеличивать радость благочестивых и скорбь нечестивых".

Архиепископ Лука (1997) писал: "Жизнь всех органов тела нужна только для формирования духа и прекращается, когда его формирование закончено или вполне определилось его направление". В момент смерти тела определяется все дальнейшее развитие души, в направлении к добру или злу и душа после смерти не может выбирать дорогу, эта дорога предопределена жизнью на земле. И дальше архиепископ пишет: "Вечное блаженство праведников и вечную муку грешников надо понимать так, что бессмертный дух первых, просветленный и могущественно усиленный после освобождения от тела, получает возможность беспредельного развития в направлении добра и Божественной любви, в постоянном общении с Богом и всеми бесплотными силами. А мрачный дух злодеев и богоборцев в постоянном общении с диаволом и ангелами его будет вечно мучиться своим отчуждением от Бога, святость которого познает, наконец, и той невыносимой отравой, которую таят в себе зло и ненависть, беспредельно возрастающие в непрестанном общении с центром и источником зла – сатаной.

В вечном мучении тяжких грешников нельзя, конечно винить Бога и представлять Его бесконечно мстительным, карающем вечной мукой за грехи кратковременной жизни. Всякий человек получает и имеет дыхание Духа Святаго. Никто не рождается от духа сатаны. Но как черные тучи затемняют и поглощают свет, так злые акты ума, воли и чувства, при постоянном их повторении и преобладании, постоянно затемняют свет Христов в душе злого человека, и его сознание все более и более определяется воздействием духа диавола. Кто возлюбил зло, а не добро, тот сам уготовал себе вечные мучения в жизни вечной" [6, c. 153].

"Несмотря на то, что души после смерти тела обладают полнотою личности и совершают все психические функции, возможности их ограничены. Так, например, человек, живя на земле, может покаяться и более или менее изменить сам свою жизнь, от греха вернуться к Богу. Душа же сама не может, хотя бы и хотела, коренным образом измениться и начать новую жизнь, которая совершенно отличалась бы от ее жизни на земле, приобрести, то, чего она не имела, будучи человеком. За гробом нет покаяния. Душа живет там и развивается в том направлении, которое начала на земле" (Архиеп. Антоний Сурожский, 2000). Для изменения такой души нужна помощь извне.

В связи с вышесказанным, само слово смерть правильнее определить как переход.

Удивительное отношение к смерти можно увидеть из письма епископа Феофана Затворника умирающей сестре: "Прощай, сестра! Господь да благословит исход твой и путь твой по твоем исходе. Ведь ты не умрешь. Тело умрет, а ты перейдешь в иной мир, живая, себя помнящая и весь окружающий мир узнающая. Там встретят тебя батюшка и матушка, братья и сестры. Поклонись им и наши им передай приветы и попроси попещись о нас даруй же тебе, Господи, мирный исход! День другой и мы с тобою. Потому, не тужи об остающихся. Прощай, Господь с тобою" (св. Феофан Затворник, 1994).

Вскоре после смерти тела душа в загробной жизни приходит на первый суд, на котором оценивается жизнь души на земле. "Это скорее самосознание, самосуд, нежели судебный приговор, это суд совести пред лицом Бога" (прот. Сергий Булгаков).

Душа получает знание и силу для просмотра всех своих мыслей, чувств и дел в присутствии духовных сил, это показ не только дел, но и их последствий для других людей. На этом суде душа чувствует себя обнаженной. Обман и утаивание здесь невозможны. Здесь видны все мотивы, мысли и намерения [9, c. 32].

Серафим Роуз в книге "Душа после смерти" предостерегает, что смерть неприятное переживание. Темные духовные силы сделают все возможное для них, чтобы завладеть душой, вышедшей из мертвого тела. Темные силы могут принимать любой облик и внушать душе любые мысли. Последние минуты земной жизни могут быть решающими. Отказ от покаяния, отчаяние, умирание без обращения к Богу могут тяжело отразиться на будущей судьбе души.

Поэтому отцы православной церкви учат, не всякому духу верьте, но испытывайте духов, от Бога ли они.

Первый суд подвел итоги земной жизни и душа теперь готова, чтобы начать вторую часть своей жизни. Загробная жизнь есть продолжение развития личности, начатого на земле. Праведная душа получит близость к Богу, просветленный ум, близость друг к другу без какой-либо фальши, братскую любовь и мир. Грешники же после смерти ясно и в деталях увидят свои грехи на земле. Их будет мучить совесть, которая после смерти станет очень ясной. Их так же будут мучить желания, к которым привыкла плоть, так как удовлетворить их больше нельзя.

Не у всех грешников одинаковая судьба. Нераскаянные и великие грешники станут неисправимо злыми. Их ждет вечное страдание. Другие грешные души получат надежду на милость Бога и жизнь вечную [13, c. 61].

Перед смертью мы все испытываем страх. Со смертью человек сталкивается очень рано, когда еще нет богатого жизненного опыта и достаточных знаний для решения данного конфликта. Ребенок, переживая смерть близкого существа – животного или человека – и отождествляя себя с ним, начинает осознавать и свою конечность. При длительном не разрешении дихотомии (через обретение и объяснение смысла жизни и смысла смерти), возникают устойчивые фобические реакции, приводящие к дистрессу.

Существует две разновидности страха: страх человеческий и страх Божий.

Страх человеческий – это постоянное состояние внутреннего напряжения, предчувствия несчастия и угрозы. Иногда такое беспокойство концентрируется на каких-либо незначительных трудностях и конфликтах, которые начинают расти, превращаясь в огромную проблему, возбуждающую агрессию. Чувство страха и агрессии обычно проявляются вместе. Постоянное внутреннее напряжение отражается на функции вегететивно-эндокринной системы, приводящей весь организм в состояние готовности к борьбе и бегству, что в свою очередь еще сильнее увеличивает состояние внутреннего напряжения и так по кругу. Внутреннее напряжение увеличивает напряжение мышц, что заставляет человека постоянно испытывать мышечные боли и чувство усталости. Страх медленно убивает человека, такое состояние может продолжаться годами. Основа человеческого страха, по мнению ученых, лежит в законе сохранения собственной жизни. Этот же первый биологический закон они считают источником негативных чувств – ненависти, гнева и т. д. Чтобы жить, надо уничтожать (Кемпински А., 1970) [8, c. 50].

Вторым биологическим законом считается закон сохранения вида. И, по мнению ученых, он лежит в основе позитивных чувств. Чтобы его выполнить, необходимо соединиться со средой посредством любви.

Страх лежит в основе многих психопатологических явлений, он искривляет линию развития человека, затрудняет его общественные контакты и приводит к изоляции и бездеятельности. Страх и агрессия легче рождают аналогичные чувства среди окружающих данного человека, чем его положительные эмоции.

В науке страх разделяют на четыре группы: биологический, общественный, моральный и дезинтеграционный.

Биологический страх – связан с угрозой сохранения собственной жизни или жизни вида, реакция: бегство или борьба. Смерть тогда вызывает страх, когда она видна. Опасность должна проникнуть в сознание, чтобы появилось чувство страха и начинается заколдованный круг. Страх гиперболизирует угрозу, которая увеличивает страх. Страх, как правило, исчезает, когда человек становится перед лицом опасности, здесь наступает активное действие. Напряжение страха возрастает, когда нет возможности его разрядки. Для сильного эмоционального напряжения характерны три элемента: ожидание, разрядка и покой.

Угроза извне вызывает страх в тех случаях, когда она может быть оценена и понята, угроза, исходящая изнутри организма, вызывает состояние страха без осознания сущности опасности. В этой ситуации без участия сознания включаются защитные механизмы [5, c. 44].

Общественный страх связан с опасностью разрыва связи с общественной средой, так как человек зависит от этого общества и без него, чувствует себя беспомощным. Общественная среда исполняет роль отражателя, который регистрирует наше поведение и, благодаря этому, позволяет производить коррективы.

Моральный страх – это следствие развития общественного страха. Постепенно общественные нормы и оценки становятся не внешними, а внутренними и переживаются как собственное мнение человека. Это процесс интериоризации.

Дезинтеграционный страх – это страх, возникающий при переоценке ценностей, при глобальном изменении информационных структур в психике человека. В этом случае усиливаются ориентировочные рефлексы, и даже малейший сенсорный раздражитель вызывает неадекватно сильную реакцию, и наоборот сильнейшие раздражители игнорируются.

Страх Божий называется началом премудрости и представляется как бы неотлучным стражем добродетели: "не оскорбляй ближнего и убойся Господа Бога твоего". "Без страха Божия, – говорит Василий Великий, – нельзя сделаться ни знающим, ни благоразумным, ни добрым; в нем ключ ко всему этому". Страх Божий – это руководитель на поприще добродетели. Проникнутая им душа, забывает о мире и вся исполняется мыслью о Боге: на Господа уповах, не убоюсь, что сотворит мне человек.

Страх смерти – это естественное чувство нужное в жизни природы. Он, есть желание жизни, и помогает сохранить ее. Страх смерти не объясненный не исчезнет, а уйдет глубже в подсознание, там он будет опаснее и вреднее, чем будучи осознанным; его скрытый яд будет все время отравлять радость жизни, а к концу ее прорвется наружу тяжкими страданиями. Смерть неизбежна, поэтому память смертная необходима и благодетельна для полноценного и достойного человеческого существования [11, c.9 3].

Св. Иоанн Дамаскин учил: "Помышление о смерти важнее всех других деланий. Оно рождает чистоту неистлеваемую. Память смертная побуждает живущих к трудам, к терпеливому принятию огорчений, к оставлению забот и к молитве"[6, c. 183].

Стараясь не думать о смерти, мы боимся ее больше, чем могли бы. У страха смерти есть два состояния, которые, по мнению св. отцов, необходимо различать: страх смерти, как свойство человеческого естества и трепет о памяти смертной, как признак нераскаянных прегрешений.

Страх Господень и смертный ужас это рука спасения, протянутая грешному человеку, призыв Господа понять весь ужас плохо прожитой жизни и обратиться к Богу с молитвой от сердца [10, c. 129].

Еп. Феофан (1994) писал: "Бедное время наше. Ухитрился враг губить души наши. Знает, что страх смерти и суда самое сильное средство к отрезвлению души, и заботится всячески разогнать его, и успевает. Но погасни страх этот, отойдет страх Божий, а без страха Божия совесть становится безгласной. И стала душа пуста!" Страх Божий – это не опасение чего-то плохого, что может случиться, этот страх рождается от чувства величия и высоты Бога. Он дает нам одновременно неуверенность и надежду на спасение, св. Иоанн Лествичник называет его "бесстрашным страхом".

Полностью избавиться от страха смерти мы никогда не сможем, потому что этот страх нужен. Жизнь дана человеку потому, что он должен что-то сделать, выполнить на земле, и страх смерти заставляет его беречь свою жизнь. Люди, прожившие свой срок в трудах и с пользой для других, часто чувствовали, что они свое дело на земле уже сделали, и, когда приходило их время, страха смерти у них не было. Иначе дело обстоит сегодня. О смерти стараются забыть, и когда человек сталкивается с ней, то оказывается не готовым к ней. Так же ведут себя и родственники умирающего. Вместо выражения искренней симпатии, горя, или слез, родственники создают заговор молчания и умирающий остается в состоянии эмоционального одиночества и ему трудно [6, c. 192].

Заключение

У святых отцов эсхатологическая функция смерти: смерть была дана Богом человеку, как возможность спасения, если бы он остался в Раю, и был бессмертен, то корень зла – гордость, разрасталась бы бесконечно, и это было бы гибелью бессмертной души. Промыслительность Творца.

Психологические функции смерти: мотивирующая, развивающая, целеполагающая, каузально атрибутивная, смыслообразующая, формирующая самосознание человека и его мировоззрение.

При утрате целостности мировоззрения, утрачивается полнота категорий смысла жизни. В ортодоксальной концепции (православии), всегда существовало и сейчас присутствует две цели жизни – спасение и обожение человека. В то время как секулярное сознание подменяет цель и смысл жизни человека разнообразными, конечными и ложно ориентированными понятиями, ограниченными рамками видимого и ощущаемого мир [2, c. 58].


Литература:

  1. Зеньковский В.В. Апологетика. М., 2005.

  2. Ковтун А.В. Современный контекст смерти. // София: Рукописный журнал Общества ревнителей русской философии. №3 (Урал.гос. ун-т.). Екатеринбург, 2007.

  3. Моуди Р. Жизнь после смерти: Исследование феномена выживания после физической смерти. – СПб.: Лениздат, 2006. – 92 с.

  4. Прот. Г. Флоровский. О воскресении мертвых // Вера и культура. – СПб., 2006.

  5. Василиадис Н. Таинство смерти. Свято- Троицкая Сергиева Лавра, 2006.

  6. Архиепископ Антоний Митрополит Сурожский. Человек перед Богом. М.: Паломник, 2000.

  7. Сабиров В.Ш. Жизнь. Смерть. Бессмертие (Обзор основных религиозно-философских парадигм) // Человек. 2000. № 5.

  8. Лаврин А. Хроники Харона. Энциклопедия смерти. М., 2003.

  9. Ариес Ф. Человек перед лицом смерти. М., 2003.

  10. Виктор Джеймс Заммит «Жизнь после смерти» г. Гатчина, 2006 г.

  11. МойдиРайдон психолог, философ «Жизнь после жизни», М., 2004 г.

  12. Осипов А.И. «Посмертная смерть души».

  13. Левкиевская Е. «Мифы русского народа», М., 2000 г.

  14. Франк С.Л. Смысл жизни.– М.: ООО «Издательство АСТ, 2003. – (Философия. Психология).

  15. Демичев, А. Дискусы смерти. Введение в философскую танатологию / А. Демичев. – СПб.: Инапресс, 2006. – 144 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle