Библиографическое описание:

Иванова А. И. «Язык книг» и «язык людей»: средства создания языкового и художественного параллелизма в повести Алексея Самойлова «ЯКнига» и особенности его перевода на английский язык // Молодой ученый. — 2011. — №12. Т.1. — С. 244-252.

Повесть «ЯКнига» Алексея Самойлова имеет сложную внутреннюю интертекстуальную структуру. Основные идеи выражаются отчасти через особое построение повествования, системы образов и героев, организацию сюжетного времени и пространства. В частности: «Эти же идеи иллюстрируется взаимодействием Текстов, Книг, Литературных произведений героев «ЯКниги», возможностью Книг проникать в тексты друг друга, связь с Текстами других эпох, прошлых и будущих, единством через Произведение. «Читатель не может читать две Книги в один момент времени…» – Считает герой повести – книга «Восстание Ангелов». <…> «ЯКнига» и, соответственно, «Безусловная Любовь», «Любовь без условий» по мере развития сюжета повести опровергают этот тезис, как и существование времени вообще.» [1, с. 151]

Одновременное восприятие нескольких смысловых, сюжетных, временных планов обеспечивается не только интертекстуальностью произведения. На протяжении всей повести мир книг и мир людей противопоставлены друг другу, но в то же время включены в комплексное сюжетно-идейное взаимодействие. И то, и другое – ключевые способы донесения до читателя основной философии «ЯКниги». Одно из важнейших лингвистических средств обеспечения этого – разделение в повести языка людей и языка книг. Книгам, по сюжету, доступны для осмысления и построения жизненной философии иные объекты окружающего мира, нежели людям, однако книги проходят те же пути, совершают те же ошибки и приходят к тем же выводам. Так эксплицитно выражается понятие об истине, о соотношении объективного и субъективного в ее постижении.

Поскольку миры людей и книг взаимодействуют опосредованно и живут по своим законам, хотя и зависимы друг от друга, используемые ими языковые инструментарии соотносятся точно так же: они различны, но тесно связаны и соотносимы. Между означаемым и означающим в мире книг и тем же в мире людей всегда присутствует параллелизм.

Для создания подобного «языка Книг» необходимы особые средства. Таковыми явились следующие.

1. Создание особой фразеологии «языка Книг» (часто ее представляют разного рода фразеологические каламбуры).

2. Создание особых разговорных клише «языка Книг», как правило, основанных на сравнении.

3. Создание различными языковыми средствами сравнений, аллюзий на выражения или явления, известные в «языке людей».

4. Создание неологизмов с использованием словообразовательных средств.

Во всех этих случаях читателю приходится каждый раз для понимания смысла неосознанно проводить аналогии между известным ему «языком людей» и представленном в повести «языком Книг». Через эту многократную процедуру он приходит к обобщенному пониманию мира людей и мира книг, а вместе с тем и ключевых идей повести.

Наименее объемной является группа неологизмов с использованием словообразовательных средств. Самой объемной по количеству примеров является группа, представляющая фразеологию «языка Книг», она раскрывает основные приемы создания этого «языка» в данном произведении и потому требует отдельного рассмотрения, которое представляется ниже.

«Словосочетание, в котором семантическая монолитность (цельность номинации) довлеет над структурной раздельностью составляющих его элементов (выделение признаков предмета подчинено его целостному обозначению), вследствие чего оно функционирует в составе предложения как эквивалент отдельного слова», принято называть фразеологической единицей. Протяженность фразеологической единицы может варьироваться. Встречаются фразеологические единицы, выраженные предложением, – предикативные фразеологические единицы [2, с. 503-504].

Именно основные характеристики («воспроизведение в готовом виде, семантическая осложненность, постоянство лексического состава, морфологическая и синтаксическая фиксированность, немодулируемость по схеме примененного сочетания слов» [3, с.7]) дают возможность при их преднамеренном изменении создавать особые приемы, широко используемые в художественных текстах. Существует понятие «фразеологическое творчество»: «обновление контекстов, замена привычных контекстов (окружений) слов другими, необычными». «Идиомы и идиофразеоматизмы значительно сложнее фразеоматизмов по структуре, обладают широким стилистическим диапазоном и допускают более сложные окказиональные изменения»[3, с.7].

Преобразования разными авторами фразеологических сочетаний индивидуальны. Они основаны на совмещении в сознании читателя представлений о значениях исходных фразеологизмов, а также восприятия одновременно прямого и переносного (диктуемого фразеологизмом) значений компонентов индивидуально-авторского сочетания. Это комплексное явление связано с такими понятиями и соответствующими им терминами, как: «синтез двух значений», «двуплановость устойчивого словосочетания», «разложение фразеологизма», «модификация фразеологизма», «актуализация внутренней формы фразеологизма» и др. Не менее важно и сопоставление с контекстом конкретного произведения. Обеспечивая многоплановое восприятие фразеологических единиц, автор преобразует предметно-логическую, экспрессивно-стилистическую и ассоциативно-образную информацию.

Основой авторского преобразования может служить образ из устоявшегося в языке фразеологизма, совмещенный со значением соответствующего свободного сочетания. Однако возможен и иной способ: «Создание образа идет другим, противоположным путем и первичным оказывается свободное словосочетание» [4, с. 306-307].

Распространенной разновидностью таких приемов является фразеологический каламбур, однако способы авторского обыгрывания фразеологизмов им не ограничиваются.

Для перевода фразеологизмов обычно используются [3, с. 10]:

1. эквивалент, т.е. имеющийся в русском языке адекватный фразеологический оборот, совпадающий с английским оборотом и по смыслу, и по образной основе;

2. аналог, т.е. такой русский устойчивый оборот, который по значению адекватен английскому, но по образной основе отличается от него полностью или частично;

3. описательный перевод, т.е. перевод путем передачи смысла английского оборота свободным словосочетанием;

4. антонимический перевод, т.е. передача негативного значения с помощью утвердительной конструкции или наоборот;

5. калькирование (в тех случаях, когда автор хотел выделить образную основу фразеологизма или когда английский оборот не мог быть переведен при помощи других видов перевода);

6. комбинированный перевод (в тех случаях, когда русский аналог не полностью передает значение английского фразеологизма или же имеет иной специфический колорит места и времени, дается калькированный перевод, а затем идет описательный перевод и русский аналог для сравнения).

Существуют также окказиональные, ситуативные эквиваленты, которые используются для перевода фразеологизмов в данном контексте. «Эти эквиваленты годятся только для перевода примеров, но не самих фразеологических единиц. Окказиональность данного эквивалента определяется исключительно особенностями контекста, и в другом контексте та же фразеологическая единица может быть переведена иначе.» [3, с. 10]

Приведенные варианты перевода применимы в том числе к индивидуально-авторским фразеологизмам. Однако многоплановость восприятия читателем получившихся сочетаний в контексте конкретного произведения каждый раз усложняет задачу.

Для выработки единого алгоритма перевода единиц «языка Книг» в повести «ЯКнига» были проанализированы случаи их употребления, выделенные единицы были разделены на группы. Языковые средства, избираемые автором, не ограничиваются фразеологическим творчеством, в частности, фразеологическим каламбуром. По частоте применения приемы неравнозначны, однако все их объединяет компонент сравнения, языковая аллюзивность.

Примеры удобно представить в виде таблиц, где в первой колонке приводится контекст и выражение в виде прямой цитаты из повести (нужное выражение выделяется курсивом, приводятся соответствующие номера страниц), во второй – базовые выражения или принципы, положенные в основу преобразования и необходимые для дальнейшего адекватного перевода, в третьей – некоторые английские соответствия базовым выражениям.

После таблиц приводятся их описания и анализ способов перевода по группам. Объясняются принципы распределения единиц по группам, анализируются способы перевода единиц каждой группы.

Конечным результатом анализа единиц каждой из групп является составление общего алгоритма перевода с учетом отмеченных особенностей, контекстуальной специфики, возможных способов перевода и сопоставления требующихся ресурсов русского и английского языка.

Таблица 1

1.

«Моя соседка <…> рассказывала мне древнюю как твердый переплет легенду». [5, с. 12]

старо как мир

be as old as Adam, as old as the hills, Queen Anne is dead

2.

«Но, как говорится, одна Книга сразу в два Магазина не попадает». [5, с. 15] Фразеологический характер выражения в контексте повести утверждается также фразой «как говорится».

Один снаряд два раза в одну воронку не попадает.
В одну реку нельзя войти дважды.

Lightning never strikes twice in the same place. You can't step in the same river twice. (Heraclitus)

3.

«Отсюда пошло выражение – «Ну ты попал, как Книга в Библиотеку!»» [5, с. 16] Фразеологический характер выражения в контексте повести утверждается также фразой «отсюда пошло выражение».

попасть с корабля на бал

to dash/rash from one place to another


4.

«Своим буйным поведением я довела Учение Храма до розовато-голубого каления обложки…» [5, с. 18]

довести до белого каления

white heat , red heat, blue heat; to make smb. hopping mad, to rouse to fury

5.

«…Гори он вместе со всеми покупателями фиолетовым пламенем». [5, с. 19]

Гори оно всё ясным (ярким, синим) пламенем.

blast it all

6.

«…Я бы проплакалась ей в переплет…» [5, с. 30]

плакаться в жилетку

to cry on smb.'s shoulder, cry in one's beer

7.

«Ясный эпиграф[5, с. 33]

ясное дело

it stands to reason, you bet

8.

«Утерла обложку, расправила странички, причесалась…» [5, с. 34]

утереть слёзы


dry eyes, dry tears, wipe tears

9.

«Забери вас фальцевальная машина!» [5, с. 35]

черт побери

damn him и др.

10.

«Хотя теперь мне все по печатному станку». [5, с. 35]

до лампочки, до фонаря

smb doesn't care a damn, smb. couldn't care less; smb. doesn't give a hang / hoot for smth.

11.

«И гори оно все красной строкой…» [5, с. 35]

гори оно всё ясным (ярким, синим) пламенем.

blast it all

12.

«Ни абзаца из себя не представляешь, а уже хочешь отнять у меня любимого читателя!» [5, с. 46]

ничего из себя не представлять

to be no great shakes, be a real nothing

13.

«И я тоже возненавидела его всеми бумажными волокнами своих страниц[5, с. 48]

всеми фибрами души, каждой клеточкой

heart and soul, with every fibre (of one's being)


14.

«И я готов отдать свою ткань, свой кожзаменитель и свою молнию за него» [5, с. 52]

отдать жизнь за кого-л.

give up [lay down] one's life (for)

15.

«Един и неделим Великий Бог Всевышний всея Пеналов. Не поминай всуе имя его - Галантерий». [5, с. 53]

всея Руси, поминать всуе

Примеры: “to His Holiness Alexis II, Patriarch of Moscow and All Russia”, “Thou shalt not take the name of the Lord thy God in vain (KJV, also "You shall not make wrongful use of the name of the Lord your God" (NRSV) and variants)”

16.

«Настоящий ужас охватил меня и пробрал до самых уголков страниц». [5, с. 54]

до глубины души

to the bottom of one’s heart, to the marrow of one's bones, to the very roots of one's being, to the core

17.

«Осознание того, что прекрасные ощущения больше не повторятся, довело меня до книжной фрустрации». [5, с. 55]

довести до (какого-л. состояния)

drive to (frenzy), rouse to (fury)

18.

«…Нашу связь я чувствовала всеми своими волокнами». [5, с. 63]

всеми фибрами души, каждой клеточкой

heart and soul, with every fibre (of one's being)


19.

«Ах, прости меня, Господи Полиграф, да не обесцветятся краски твои[5, с. 72]

из «Отче наш»

hallowed be your name”, “your kingdom come, your will be done “, “and lead us not into temptation, but deliver us from evil”


20.

«Но я рассказывала так горячо и самозабвенно, размахивая руками и колотя себя кулаком в обложку…» [5, с. 94]

колотить (бить) себя (кулаком) в грудь

beat breast

21.

«…Иногда я пыталась влезть в переплет человека…» [5, с. 106]

влезть в чью-л. шкуру

be in smb.’s shoes (boots)

22.

«Печатный станок вас всех раздери, сволочные люди!!!» [5, с. 21]

черт побери

damn him и др.

Группа 1

1. Недостаточно найти в русском языке фразеологическую основу, т.е. то устойчивое сочетание, которое легло в основу каламбура (сравнения), а затем подобрать эквивалент или аналог в английском языке.

2. Недостаточно, с другой стороны, и обойтись при переводе свободным сочетанием, пренебрегая фразеологической основой: тогда фразеологический каламбур не будет функционировать как прием.

3. Недостаточно передать оба компонента (устойчивое выражение и авторские изменения) в ряде случаев и пренебречь передачей в других аналогичных случаях: исходя из частотности, прием является ключевым для данной повести и должен иметь единые общие принципы перевода на английский язык.

Общим алгоритмом перевода, таким образом, становится последовательность:

а) выделить фразеологический каламбур (сравнение) как единицу; это может быть единица разной протяженности: от словосочетания до целого предложения,

б) определить фразеологическую основу: реконструировать исходное(ые) сочетание(я) в русском языке,

в) найти в английском языке соответствия этим устойчивым сочетаниям (если есть),

г) определить часть, которая подверглась преобразованию, и средства ее преобразования,

д) произвести соответствующие преобразования найденных английских соответствий.

Например, выражение «одна Книга сразу в два Магазина не попадает» не целесообразно переводить с использованием глаголов “come”, “appear”, “find (oneself)” и т.п. Исходными сочетаниями в русском языке, составляющими основу каламбура, являются: «один снаряд два раза в одну воронку не попадает», «в одну реку нельзя войти дважды». Варианты их английских соответствий: “lightning never strikes twice in the same place”, “you can't step in the same river twice”.

Части, подвергшиеся преобразованию, - «снаряд», «воронка», «река» (“light”, “in the same river”, “river” в английских сочетаниях, соответственно). Вариантом перевода может стать, например: “One Book never steps into the same Book shop twice”.

Процесс перевода усложняется тем, что устойчивым сочетаниям не всегда можно найти прямое соответствие в языке перевода.

Обычно при невозможности найти эквивалент используется аналог (приблизительное соответствие), а при отсутствии последнего прибегают к экспликации (описательному переводу).

Однако в данном случае экспликация нарушает принцип, названный выше в п. 2: недостаточно перевода свободным сочетанием, т.к. каламбур перестает функционировать как прием, а для данного произведения он является одним из ключевых.

Из этого следует, что в данном случае отсутствие эквивалента и аналога фразеологической основы каламбура (сравнения) в языке перевода навязывает переводчику потерю приема во всех подобных случаях. Поскольку, как говорилось выше, прием является ключевым для данного произведения, такого рода потери недопустимы.

Решением может стать компенсация, заключающаяся в замене фразеологической основы, т.е. того исходного сочетания, которое автор оригинала подверг трансформации, на такую основу, которая способна при трансформации передать каламбур (сравнение). В то же время, найденная основа должна вписываться в художественный контекст и иметь английский аналог, поддающийся необходимому преобразованию.

Таблица 2

1.

«А строите из себя Типограф знает кого[5, с. 32]

cтроить бог (черт) знает кого (что)

to be too big for smb.’s boots: boss it, queen it etc.

2.

«…Чтобы не дать хвори, свалившейся с Идиот знает какой полки, поразить все остальные страницы». [5, с. 60]

бог (черт) знает с какой…

Lord (goodness) knows…

3.

«Наша жизнь текла спокойно и мирно; казалось, относительно безоблачное существование продлится еще Читатель знает сколько дней». [5, с. 62]

бог (черт) знает сколько…

Lord (goodness) knows…

4.

«Ну и фотошоп с тобой[5, с. 72]

Бог (черт) с тобой

let it go hang, damn smb.

Группа 2

Данные выражения вынесены в отдельную группу как имеющие во фразеологической основе сочетания в русском языке, употребляемые двояко: со словом «черт» (и имеющие окраску возмущения, негодования) и со словом «бог / господь» (и отражающие упование на высшие силы, признание за ними исключительного права выносить решения). Так, например, в этом отношении выражения «бог с ним» и «черт с ним» могут быть неравносильны.

Соответственно, возникает проблема: искать ли фразеологические основы, на которых построен каламбур (сравнение) среди вариантов первого вида («черт») или второго («бог / господь»). В зависимости от этого эмоциональная окраска, коннотация, оттенки смысла будут сохраняться или меняться.

С теоретической точки зрения, обозначенная выше проблема актуальна для данного произведения. Однако если проанализировать конкретные примеры (см. Табл. 2), становится ясной закономерность, вносящая существенные коррективы в принцип перевода выражений рассматриваемой группы.

Обратим внимание на существительные, «замещающие» в авторских вариантах слова «черт» или «бог / господь» исходных фразеологических основ. Это слова: «Типограф», «Идиот», «Читатель» и «фотошоп». Далее определим их значения в контексте произведения.

По мнению героев, «Типограф» и «Читатель» - по сути отправитель и получатель Книги и Литературного Произведения - это Боги. На протяжении развития сюжета герои считают Богами то Типографов, то Авторов, то Читателей (а герои – существа «некнижного» мира – также Галантерия и других). В то же время, каждый из этих высших существ (Типографы, Авторы, Галантерии и т.п.) – именно «Бог», а не «черт» или «дьявол». Следовательно, соответствия для перевода этих выражений уместнее искать в первой группе (Табл. 1).

Слово «Идиоты», хотя и имеет негативную окраску как единица языка, в речи героев и в контексте повести в некоторой степени нейтрализует ее: «Забудь про идиотов, этим словом называют всех подряд» [5, c. 97]. «Все подряд» - это не «Боги», и не «дьяволы». Фразеологическую основу для перевода такого сочетания лучше искать среди выражений, не отражающих ни одну из этих двух полярностей (сравн. с рус.: «шут его знает» и другими разговорными вариантами).

По тем же причинам основа каламбура «фотошоп с тобой» - это и не «бог с тобой», и не «черт с тобой» (сравн. с рус.: «шут с тобой» и другими разговорными вариантами).

Таким образом, контекст повести существенно корректирует очевидные на первый взгляд варианты, конкретизируя набор возможных переводческих соответствий.

Для данной группы сочетаний предлагается следующий алгоритм перевода:

а) выделить сочетание, содержащее связь или ассоциацию с одним из компонентов оппозиции «бог (господь» / «черт» в исходных русских фразеологизмах;

б) определить фразеологическую основу сочетания (с учетом различий в их коннотациях и эмоциональной окраске, а также особых значений слов «бог («господь» и «черт» в контексте данного произведения),

в) найти английские соответствия фразеологическим основам; учесть значения английских единиц, содержащих компоненты, соответствующие компонентам «бог (господь)» и «черт» исходных русских сочетаний, в контексте произведения; в случае, если компонент в контексте произведения нейтрален по отношению к оппозиции «бог (господь)» и «черт» («например, фотошоп с тобой»), соотношение необходимо искать среди выражений с такими же максимально «нейтральными» компонентами.

Таблица 3

1.

«…Не дай Типограф нам такой Несудьбы, как у Безусловной Любви!» [5, с. 22]

не дай бог

God (Lord, Heaven, perish) forbid.

2.

«Господи, Типограф ты мой!!!» [5, с. 20]
«Но, Типограф мой, как же это безумно хорошо!» (С. 46-47)
боже (ты) мой!
бог (ты) мой!

Oh my god! My sainted aunt!

3.

«…Прости меня Галантерий» [5, с. 53]

прости, господи (боже)

-

4.

«Эх, дай Разработчик памяти…» [5, с. 179]

дай бог памяти

let me jog my memory

Группа 3

Выражения, выделенные в данную группу, имеют в своей фразеологической основе сочетания в русском языке, употребляемые со словами «бог», «господь», и не допускают, как в рассмотренном выше случае, двоякого употребления («бог» / «черт»). Они содержат только слово «бог» («господь»): «дай бог памяти», «прости меня, господи (боже)», «не дай бог» и т.п.

Предпочтительнее, чтобы перевод соответствующих каламбуров вызывал у носителя языка, читающего данное произведение, прямые ассоциации с этой группой фразеологизмов. Возможно, в целом сочетания со словом «черт» с точки зрения фразеологии могли бы заменяться на сочетания со словами «бог», «господь», однако в данном случае эти замены не оправданы.

Учет особенностей данной группы выражений необходим также с точки зрения передачи художественного содержания «ЯКниги». Тема божественного играет в контексте идей повести, а также в «языке книг» и «языке людей» особую роль, поэтому особый подход к переводу выражений групп 2 и 3 необходим также в целях передачи глобальных идей произведения. От того, какие из противоположных групп слов («бог» или «черт») будут фигурировать в тех выражениях, с которыми связаны у читателя языковые аллюзии, зависит отнесение ключевых понятий повести к миру «божественного» или миру «антибожественного».

Таблица 4

1.

«Значит, скоро наступит Книгогеддон…»[5, с. 23]

Армагеддон

Armageddon

2.

«В Откровении от Первопенала, параграф 78, строфа 10.1., сказано…» [5, с. 52]

первоисточник, первосвященник, первооткрыватель, первопроходец и т.п.

Сходная модель с pre-: prehistory, prepayment, precaution etc.

3.

«…И если бы Сектоведение мог, то он бы совершил первое в истории книгоубийство». [5, с. 66]

братоубийство, самоубийство

fratricide, patricide, suicide

4.

«Новым соседом стал Святые Древней Руси, страдающий вялотекущей формой книгофрении». [5, с. 171]

шизофрения, олигофрения

schizophrenia, oligophrenia

Группа 4

В данных случаях использованы словообразовательные средства. Так, например, в слове «Книгогеддон» содержится прямая отсылка к слову «Армагеддон», имеющему в языке перевода эквивалент («Armageddon»). Напрямую в тексте не объясняется, что «Книгогеддон» – это Армагеддон в мире книг, но это следует из исходного слова, воссоздаваемого в памяти читателя, подвергнутого автором повести словообразовательным изменениям.

Поскольку такой способ образования слов «языка Книг» встречается на протяжении произведения неоднократно (см. табл. 4), это позволяет говорить о нем как о приеме. Необходимо стремиться к сохранению этого приема при переводе. По возможности лучше использовать те же средства, что использует автор оригинала, воссоздавая, таким образом, имеющийся в оригинале их параллелизм.

Общим алгоритмом перевода становится последовательность:

а) выделить в оригинале единицу (в данном произведении, как видно, это отдельные лексемы),

б) определить словообразовательный способ, при помощи которого образована единица, выделить её значимые (несущие семантическую нагрузку) составляющие, определить их значения,

в) определить буквальное значение единицы, исходя из значения её составляющих,

г) определить контекстуальное значение единицы, если оно расходится с привычным (словарным),

д) найти в языке перевода слова, образованные от тех же значимых составляющих, определить способы их образования,

е) по возможности применяя полученные выводы, образовать лексическое переводческое соответствие.

Так, например, слово «книгофрения» может быть переведено как “bookophrenia” , а «Первопенал» - “Pre-Pencil-Case”.

Таблица 5

1.

«Он не принимает эти страницы, он их отвергает, а его черные мысли-дыры активно атакуют мое страстное желание ему понравиться». [5, с. 30]

черные дыры

2.

«Эй, дуреха, ты чего ревешь, как этикетка от выпитой бутылки[5, с. 31]

-

3.

«Глупая, как автобусный билет!» [5, с. 33]

-

4.

«Я испытала… теплоту. Мягкую, лазурную теплоту от его прикосновений». [5, с. 55]

сравнение с теплом солнца

5.

«Предательские слёзы скатились по моей обложке и коснулись вечно неподвижных метафорических ног». [5, с. 66]

скатиться по лицу, щекам

6.

«Неизвестность и разлука с Апологетикой отдавались болью во всех моих страничках». [5, с. 73]

отдаваться в каждой клеточке

7.

«Я чуть не выпала из переплёта. Ещё никогда люди об этом друг друга не спрашивали». [5, с. 79]

переплет – телесная оболочка, кожа

8.

«Слева мой взгляд упирался в тёмное деревянное небо полки, а справа — в несколько Книг, вернее, в их макушки». [5, с. 86]

полка с книгами – небо, макушки книг – макушки деревьев

9.

«Если же человек обижает Книгу, не став Богом, то будет за это справедливо наказан, как, например, девушка Юля, которую мой читатель Серж отправил на свалку». [5, с. 91]

свалка книг – свалка людей

10.

«Иногда мир людей казался мне неудачно и бестолковой задумкой их Автора…» [5, с. 106]

Автор - Бог

Группа 5

В данных выражениях привычные лексические сочетания из «языка людей» преобразованы в сочетания из «языка Книг». Использованные средства отличны от тех, которые рассматривались выше, и характеризуются гораздо большим разнообразием.

Некоторые сравнения, не закрепленные в русском языке как устойчивые, становятся таковыми в «языке Книг»: «глупая, как автобусный билет», «ревешь, как этикетка от выпитой бутылки»… Таким образом, представлены некие априорные характеристики объектов (автобусные билеты – глупы, этикетки от выпитых бутылок – плачут), которые затем переносятся на другие объекты, образуя сравнительные обороты. Этими априорными характеристиками, составляющими основу для сравнения, объекты наделены только в контексте данной повести.

В памяти читателя как носителя языка возникают исходные фразы, положенные в основу авторских выражений: «слезы катились по обложке» и «слезы катились по лицу» - то есть обложка сравнивается с человеческим лицом. Хотя не принято именовать «создателя» людей «Автором» («Иногда мир людей казался мне неудачно и бестолковой задумкой их Автора…» [5, с. 106]), читатель без труда понимает, что так Книги называют своего Бога.

При имеющемся многообразии способов, положенных в основу приема, общий алгоритм перевода можно представить следующим образом.

а) Определить пару объектов, составляющих сравнение (черные дыры – «черные мысли-дыры», тепло солнца - «лазурная теплота прикосновений», катиться по лицу / щекам - «катиться по обложке»; лес, небо, макушки деревьев – «темное деревянное небо полки», «макушки книг» и т.п.),

б) Найти в языке перевода сочетания для каждой пары объектов, перенося особенности употребления первого компонента пары («катиться по щекам») на употребление в контексте повести второго компонента («катиться по обложке»).

Иными словами, если выяснится, например, что некий глагол, соответствующий в английском языке глаголу «катиться», не закрепился в сочетании «катиться по щекам», он не должен быть использован для перевода «катиться по обложке». Употребленные сочетания должны по возможности вызывать в сознании читателя – носителя языка – аналогичные устоявшиеся в языке перевода сочетания. Только в этом случае перевод обеспечит не только правильную передачу сочетания и контекста, но также суть авторского приема.

в) Образовать английское выражение с учетом вышеназванных принципов.

Таблица 6

1.

«Я так пожалел, когда меня купили – этот горемыка-прохвост такие мышьяковые байки травил – закачаешься, оглавление мне под зад!». [5, с. 32]

«травить (химикатом)» и «травить байки (анекдоты)»

etch, pickle; spin a yarn, tell tall tales, talk through one's hat

2.

«Только без Типографов эти Авторы так бы и носились со своими заметками, как курица носится с писаной торбой». [5, с. 32]

«носиться как курица с яйцом» и «носиться как с писаной торбой»

fussy as a hen with one chick; care for as for the apple of one’s eye

3.

«Вижу, вижу. У тебя это на лице розовыми буквами написано». [5, с. 45]

«на лице написано» и «чёрным по белому написано»

written all over one's face; black and white

Группа 6

Сочетания, выделенные в данную группу, образованы путем слияния двух устойчивых сочетаний, совмещенных устойчивых и свободных сочетаний.

Например, выражение «такие мышьяковые байки травил» совмещает в себе устойчивое сочетание «травить байки» и выражение «травить химикатом (кислотой и т.п.)». Для перевода каламбура необходимо знать английское соответствие выражению «травить байки» и глагол, употребляющийся в выражениях, означающих «травить химикатом (кислотой и т.п.)», а затем постараться совместить их. Если у сочетаний окажутся общие или близкие элементы, возможно слияние сочетаний на основе полисемии. Если же общего элемента нет, в английском эквиваленте одного из выражений найти элемент, который присутствовал бы в каком-либо другом устойчивом выражении в английском языке и создать каламбур на новой основе. По возможности следует стремиться к тому, чтобы его смысл приближался к смыслу авторского каламбура в оригинале.

Например, выражение “talk through one’s hat” можно сопоставить с английским выражением “old hat” (“unless she added something striking of her own, the story would be Old Hat”, “I am told that is old hat” [3, с.362]) и совместить их: “…was talking through such an old hat”, “…was talking through his head, and that was old hat”. Или: “talk through one’s hat” и “take off one’s hat to smb.” – “was talking through his hat brilliantly enough to take it off”.

Общим алгоритмом перевода сочетаний этой группы будет:

а) определить в русском языке сочетания, составляющие основу каламбура, и общий элемент, на многозначности которого построена игра слов;

б) найти в языке перевода соответствия этим сочетаниям;

в) найти общий в английских сочетаниях элемент, который мог бы обеспечить передачу игры слов; при невозможности этого – найти в английском языке устойчивое сочетание, содержащее тот же элемент, что и одно из них и создать на их основании каламбур, по возможности приближая его к значению исходного авторского каламбура;

г) образовать английское соответствие русскому сочетанию, передающее каламбур и максимально приближенное к смыслу фразы в контексте произведения.

Так, например, каламбур «носиться, как курица носится с писаной торбой» может быть переведено как “to fussy with their notes as a hen with an apple of her eye”, а «на лице розовыми буквами написано» - «written all over your face in pink and white”.

В каждом из сочетаний этой группы игра слов построена по единому принципу: в сочетаниях, составляющих основу каламбура, присутствует один общий элемент, именно его значение обыгрывается в каламбуре. Таким элементом является глагол: «травить байки» и «травить химикатом (кислотой и т.п.)» - глагол «травить», «носиться как курица с яйцом», «носиться как с писаной торбой» - глагол «носиться», «на лице написано» и «черным по белому написано» - глагол «написать». Именно этот элемент по возможности должен быть передан лексемой, многозначность которой могла бы обеспечить читателю ассоциацию с обоими исходными сочетаниями. Если языковые средства не позволяют это сделать, необходимо, как говорилось выше, построить по тому же принципу сочетания, взяв за основу устойчивое сочетание с тем же элементом, закрепившееся в английском языке.

Художественный и языковой дискурс «ЯКниги» тесно связан с сопоставлением русского и английского языка. В качестве героини повести фигурирует книга Пола Феррини (Paul Ferrini) “Love Without Conditions” («Любовь без условий»). Главная героиня повести, книга по имени Безусловная Любовь, и ее американская «сестра» – одно целое, воссозданное на разных языках и в разных физических оболочках. По сюжету повести, они в конце концов встречаются: «Читают тебя, я же говорю. Читают одновременно – тебя прежнюю и нынешнюю. Прежняя сидит в твоем нынешнем теле, а нынешняя – в прежнем. И при этом и та, и другая – ты, потому что это твоя литературная душа» [5, с. 149]. Параллелизм подчеркнут сходными названиями книг, их «родственной связью», а также напрямую подтверждается репликами обоих персонажей. Миры книг, журналов, газет имеют зеркальные отражения в таких же мирах внутри англоязычной культуры, эти миры взаимодействуют. В книге приводятся в русском переводе цитаты из книги Пола Феррини. Присутствуют диалоги на английском языке. Таким образом, английская и русская речь тесно переплетены и функционируют в качестве особого приема.

Данные, полученные в ходе проведенного исследования, необходимы при переводе рассматриваемого произведения. Общие алгоритмы перевода, сформулированные для каждой из проанализированных групп, могут быть полезны также при переводе других произведений, в которых используются сходные художественные приемы.


Литература:

  1. Иванова А. И. Особенности интертекстуальной организации повести Алексея Самойлова «ЯКнига» [Текст] / А. И. Иванова // Молодой ученый. — 2011. — №7. Т.1. — С. 151-154.

  2. Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов — Изд. 4-е, стереотипное. — М.: КомКнига, 2007. - 576 с.

  3. Кунин А.В. Англо-русский фразеологический словарь/Лит. ред. М.Д. Литвинова.-4-е изд., перераб. и доп. – М. Рус .яз., 1984 – 944 с.

  4. Ковалев В.П. Основные индивидуально-авторские приемы экспрессивного использования фразеологизма // Вопросы семантики фразеологических единиц. Ч. I. Новгород, 1971.

  5. ЯКНИГА: повесть/Самойлов Алексей; - М.: Ганга 2009. – 224 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle