Библиографическое описание:

Атласова Э. С. Проблема причастных образований в юкагирском языке // Молодой ученый. — 2011. — №2. Т.1. — С. 174-175.

Лингвистическими исследованиями юкагирского языка занимались В. Иохельсон, Е. Крейнович, Г.Н. Курилов, Е.С. Маслова, И.А. Николаева, Е.А. Хелимский. В фундаментальном труде В. Иохельсона «Очерк грамматики юкагирского языка»(1905г.) автор впервые дает краткое систематическое изложение основ морфологии колымского диалекта.

Е.А. Крейнович в своей книге «Юкагирский язык» [1958: 133] выделяет отдельно утвердительно-субъектное спряжение для переходных глаголов которая, характеризуется тем, что логическое ударение сосредотачивается на субъекте действия. Грамматически это достигается тем, что глагол не принимает никаких личных окончаний переходных глаголов и не имеет препозитивного синтаксического показателя мэ. По его мнению, освобожденный от всех основных грамматических средств выражения предикативности, глагол в этом случае выступает в качестве побочного второстепенного признака подлежащего, которое выражается личным местоимением или именем существительным. Ниже приведены примеры этого «спряжения».

Аорист (положительное спряжение) Единственное число: Мэт-эк кэчи-л принес); Тэт-эк кэчи-л (ты принес); Тудэл кэчи-л (он принес); Множественное число: Мит-эк кэчи-л (мы принесли); Тит-эк кэчи-л (вы принесли); Титтэл кэчи-ҥу-л ( они принесли).

Будущее время (положительное спряжение) Единственное число: Мэт-эк кэчи-т (я принесу); Тэт-эк кэчи-т (ты принесешь); Тудэл кэчи-т (он принесет); Множественное число: Мит-эк кэчи-т (мы приносим); Тит-эк кэчи-т (вы принесете); Титтэл кэчи-ҥу-т (они принесут).

На наш взгляд данные формы не подпадают под понятие спряжение, т.к. глагол не принимает никаких личных окончаний. Единственное отличие в формах наблюдается лишь для формы 3 лица множественного числа. Но, показатель - ҥу- является не личным показателем, а показателем множественности субъекта и входит в основу глагола. Кроме того, эти формы переводятся как неопределенные формы русского глагола.

Глаголы с этими показателями ведут себя как причастия, например, глагол «кэчи-л» надо переводить как «принесший».

В юкагирском языке предпочтительно трактовать, что эти причастия, образуются как от непереходных, так и от переходных глаголов. При непереходных глаголах представлен показатель –л. От переходных глаголов причастия образуются при помощи показателей –млэ (см. –м- 2 глава), -ҥу-млэ (при множественности субъекта действия аналогично ҥу-л), где –м- является показателем переходности. Суффикс ҥу- в 3 лице множественного числа, который встречается у непереходных и переходных глаголов является показателем множественности субъекта.

Кроме того, Е. Крейнович [1958: 135] выделяет утвердительно-объектную форму спряжения, которая характеризуется тем, что логическим центром предложения является прямой объект действия, на нем фиксируется логическое ударение. Он приводит следующий набор окончаний для настояще-прошедшего времени.

Аорист

Единственное число

Мэт илэмэҥ аимэҥ «я в оленя стрелял»

Тэт илэмэҥ аимэҥ «ты в оленя стрелял»

Тудэл илэмэҥ аимэлэ «он в оленя стрелял»

Множественное число

Мит илэмэҥ аил «мы в оленя стреляли»

Тит илэмэҥ аимк «вы в оленя стреляли»

Титтэл илэмэҥ аимҥумлэ «они в оленя стреляли»

Представляется, что данная парадигма спряжения является искусственным образованием. Хорошо отличаются по текстам только формы для 3 лица единственного и множественного числа. В последних формах, как уже говорилось выше, ҥу- является показателем множественности субъекта действия. Показатели –мэлэ, -ҥу-млэ являются показателями причастий. Получается, что отдельного грамматического утвердительно-субъектного спряжения глагола не существует, а существуют предложения с причастными оборотами в функции сказуемого.

Формы на –л отмечаются не только для 1 лица множественного числа, как дает Е.А. Крейнович [1958, 142], но и для 1 лица единственного числа: см. Мэтэк кудэд’эл «я убил», т.е. в любом случае этот показатель функционирует как для единственного числа, так и для множественного числа 1 лица. Здесь –л является показателем причастия. Кроме того, он используется и для 3 лица, в тексте: эчиэн' хадик кудэд’эл? Чэнмуолтаҥ монни: «мэтэк кудэд’эл» (с отцом кто вместе убивал? – старший сказал: «я вместе убивал»), где кудэд’эл (кто) - это 3 лицо единственного числа, а мэтэк кудэд’эл (я убивал)- это 1 лицо единственного числа, т.е. на –л фигурирует в 1 и 3 лице единственного числа, 1 лица множественного числа, а значит не зависит от лица и числа. Во всех приводимых примерах с показателем –л объект отсутствует и переходный глагол воспринимается как непереходный.

Форма 2 лица множественного числа -мк неотличима от обычной формы лица переходного глагола.

Форма –мэҥ в современном языке не отмечаются. В любом случае, даже если они присутствовали, то они функционировали для 1 и 2 лица единственного числа, т.е. не зависели от лица. Как уже понятно, для множественного числа они не отмечены. Но показатель –млэ, -мэлэ встречается только для 3 лица. Эти показатели дополнительно распределены и являются причастными показателями.

Приведем отмеченные примеры и их употребления:

кэчи-нун-мэлэ («принести», «стала приносить» 5-192) Чирэмэдиэ читкэй көдьэпэк кэчинунмэлэ, таат лөгитиэнунум. Тогда птичка стала приносить червей, стала ими кормить.

лэв-нун-мэлэ («съесть», «ел» 2-126) Нододуоэҥ нуунунмэлэ, пугилэҥ лэвнунмэлэ. Находил яйца, ел листья.

нуу-нун-мэлэ («найти», «обгнаружить», «находил» 2-126) Нододуоэҥ нуунунмэлэ, пугилэҥ лэвнунмэлэ. Находил яйца, ел листья.

анҕи-ну-ҥу-млэ («расчесывать», «расчесывали» 19-132) Кинт пайпэ, кин мирийэги, монильэги анҕинуҥумлэ. Две бабы, две его жены, расчесывали [ему] волосы.

виэ-нун-ҥу-млэ («делать», «сделать», «делают» 6-216) –Нэмэлэҥ муридьэҥол виэнунҥумлэ? Из чего делают иголки?

ворпэрис-нун-ҥу-млэ («сторожить», «посылали сторожить» 16-164) Кин вадуд-уок льэҥул, таҥпэк ворпэриснунҥумлэ. [С ними] были два мальчика из юкагиров, их посылали сторожить.

виэ-ну-ҥу-млэ («делать»/«сделать», «ставят» 8-336) Хамриипэги йаан нимэлэҥ виэнуҥумлэ. Трое его батраков ставят чум.

йуөду-ну-млэ («увидеть», «увидел» 22-190) Мирадаҕанэ, пэлдудиэкаанэк каткалэк саалэ йуөдунумлэ. Когда так шел, [увидел]: старикашка рубил теслом палку.

лэв-ну-ҥу-млэ («съесть», «грызут» 8-356) Мэр ичуонааҥа: уон йуопэк лаамэпэ лэвнуҥумлэ. Стали смотреть: собаки стали грызть детские головы

мон-нун-ҥу-млэ («называть», «называют» 6-160) –Эе, тидэҥ моннунҥумлэ хааличэ көдэк, таҥунуолльэлдьэк .-Э, ты, оказывается, тот, кого называют сильным человеком.

кудэрэ-ҥу-тэ-млэ («положить», «положат» 17-188) Савалэ кудэрэҥутэмлэ. Постелют шкуру.

мэнчэс-нун-ҥу-млэ («идти куда-либо привезти», заставляли ходить 36-136) Эдьилвэй мирийэҕанэ лавйэлэ мэнчэснунҥумлэ, элуойисчиинунҥумлэ. Жену Эдилвея заставляли ходить за водой, заставляли таскать воду.

пунь-ну-льэл-ҥу-млэ («убить», «оказывается убивали» 9-184) О, илэ пуньнульэлҥумлэ, маҕин сукунуол. Те [чукчи] забивали оленей на одежду, оказывается.

оҥчи-ну-ҥу-млэ («надеть», «надевали» 8-208) Мотинэҥ мараарэлэк, кийуолэр титтэ уйэпэ оҥчинуҥумлэ. Две уже оделись, надевали свои крылья.

элуойи-счии-нун-ҥу-млэ («таскать», «заставляли таскать» 36-136) Эдьилвэй мирийэҕанэ лавйэлэ мэнчэснунҥумлэ, элуойисчиинунҥумлэ. Жену Эдилвея заставляли ходить за водой, заставляли таскать воду.

Таким образом, показана неправомерность выделения утвердительно-субъектной и утвердительно-объектной, которые являются формами причастий, не зависящими от категории лица. Вопросы их употребления не являются вопросами словообразования.


Литература:
  1. Крейнович Е. А. Юкагирский язык. М.-Л., Изд-во АН СССР, 1958.
  2. Крейнович Е.А. Исследования и материалы по юкагирскому языку. Л., 1982.

  3. Курилов Г.Н. Современный юкагирский язык. Я., 2006.


Статья подготовлена при поддержке Гранта Северо-Восточного федерального университета им. М.К. Аммосова

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle