Автор: Абрайкулова Насиба Эркиновна

Рубрика: Искусствоведение

Опубликовано в Молодой учёный №10 (144) март 2017 г.

Дата публикации: 14.03.2017

Библиографическое описание:

Абрайкулова Н. Э. Хореографическая интерпретация общечеловеческих ценностей // Молодой ученый. — 2017. — №10. — С. 462-464.



В данной статье рассматривается вопрос хореографической интерпретации общечеловеческих ценностей в народных танцах. Автор статьи стремилась раскрыть особенности жанров и разновидностей нескольких народных танцев мира, их отличительные черты в области исполнительства и интерпретации.

Ключевые слова: танец, балетмейстер, хореография, балет, жанр, образ, оазис, сюжет, фольклор, символ, религия, поклонение, стили, мифы, легенды, народные ценности, традиции

Народное творчество является самым лучшим учителем для тех, кто хочет сцену превратить в образ жизни

И. А. Моисеев

При внимательном рассмотрении идейного содержания народных танцев различных национальностей можно обнаружить, что в них ярко отражаются бытовые традиции, религиозные воззрения, мировоззрение народов мира. Исторические танцы долгие тысячилетия переходя из поколения в поколение, стали искусством, имеющим многовековое историческое и духовное богатство. Известно, что национальное наследие с течением времени переходит из поколения в поколение, развивается, гормонирует с духом времени, завоевывает авторитет среди населения. Национальное танцевальное наследие состоит из двух взаимопроникающих, взаимодополняющих, вместе с тем имеющих своеобразные индивидуальные черты направлений. Первое направление — это народные танцы, второе — танцы, созданные балетмейстерами. Оба направления имеют свои внутренние закономерности, формы, исполнительские стили, территорию и эпоху.

Танцевальное искусство имеет свои отличительные черты в области исполнительства и интерпретации. Великий русский балетмейстер, народный артист, знаток танцевального искусства многих народов И. А. Моисеев о народных танцах писал следующее: «Народное творчество является самым лучшим учителем для тех, кто хочет сцену превратить в образ жизни. Фольклорные танцы необходимо всегда инсценировать на сцене. Человек танцует не для зрителей, а танцует для себя. Если эти танцы поставить на сцене, то они «прозвучат» точно как в жизни» [1, с. 32]. Хотя танец и является творчеством народа, на нём, однако, оставили свои отпечатки эпохи и исторические изменения. Впоследствии некоторые танцы естественным образом приобрели религиозное содержание, во многом потеряли былую специфику или же просто исчезли. В танцах народы мира изображают свою радость, любовь, мольбу высшим силам, просьбу защитить от разных отрицательных явлений, убеждения и другие внутренние переживания.

Такие элементы искусства танца различных национальностей, как поклон, мимика, движение тела, головы, рук и ног, одежда и украшения имеют кардинальные различия между собою. Однако могут быть схожи друг с другом события, мифы и легенды, народные ценности, которые встречаются в жизни различных народов, в их традициях. Например, индийские народные танцы, такие как «Прощение дождя», «Заискивание луне», «Поклонение» были видами выражения буддизма, такое же отображение, только уже своих религиозных убеждений можно видеть в уйгурских танцах «Вода», «Небо» и в других.

Танец «Танура» — египетский арабский танец, своеобразие которого заключается в том, что танцор, высоко подняв правую руку, изображает поклонение аллаху, а левая рука его опущена вниз, в таком положении полчаса кружится на одном месте, также имеет ритуальное начало(его исполняли суфийские дервиши) и символизирует единение с Богом. Танцор как будто правой рукой берёт силу у аллаха и левой рукой эту силу передаёт людям. Танец производит сильнейшее впечатление и исполняется только мужчинами. Впервые этот танец исполнил в IX веке Зуннун ал Мисри в Египте, 10-килограммовая «юбка-танура» считается основным элементом этого египетского танца. Танец переходит от отца к сыну и изучается с детства, а когда юноше исполняется 25–30 лет, у него появляется сила для ношения такой тяжелой «юбки-тануры» и возможность мастерски исполнять этот танец.

Корейский народный танец также отличается своим многообразием. Широко распрастраннённый корейский народный танец «Салпури» является сольным танцем, исполняемым с белым шарфом. Танцовщица белым шарфом «как будто колдует, и при этом она сама духовно очищается от грехов». Корейские танцы «Сам-бук», «Чак-поп» и другие считаются обрядовыми религиозными танцами. Впоследствие, в связи с социальным развитием они потеряли былое религиозное значение и превратились в народные танцы. Разнообразие, многокрасочность образов и сюжетов народного танцевального искусства придаёт народному танцу очарование. В народных танцах отражаются праздники времён года, славный труд народа, местные национальные обычаи и обряды. Эти танцы своим многогранным и интересным сюжетом изображают настоящие условия жизни народа. Корейский народный танец «Пуче-чум» исполняется с веерами, и волшебными очаровывающими движениями танца напоминает танец бабочек. Танец «Хваганму» исполняется танцовщицей с короной, сплетеной из цветов, он, в основном исполнялся на торжествах и церемониях, проходивших в роскошных императорских дворцах. Красивые одежды, сшитые из дорогих материалов, являются символом богатства королевства. Знаменитый народный танец «Тхал-чум» считается комическим танцем и танцуется в масках. А танец «Чанго-чум» исполняется в сопровождении барабана чан-га и изображает явление дождя от начальных единичных капель до сильнейшего ливня.

В различных регионах Узбекистана издавна существует обрядовые, трудовые, семейно-бытовые танцы. В них отражаются обычаи, традиции, национальные ценности нашего народа. Например, такие танцы как «Чанковуз», «Кошик» («Ложка»), «Кади» («Тыква»), принадлежащие танцевальной школе Сурхандарьинского оазиса, выражают радость женщин, а танцы «Сюзане», «Урчук» («Веретено») изображают тонкий трудовой процесс узбекских мастериц-рукодельниц. Танец «Чирок» («Лампа»), с одной стороны, имеет философско-воспитательное значение и отображает стремление человека из темноты в свет, от зла к добру, от жёсткости к благодеянию, с другой стороны, он считается обрядовым танцем и изображает ритуал, который проводится в самую длинную ночь года. Танцы «Подачилар» («Скотоводы»), «Товоқ» («Ляган»), «Пичоқ»(«Нож»), «Уфо-жақала», «Яққу-яқ», «Чавандозлар» («Всадники»), «Дучава» и другие изображают боевые, трудовые и обрядовые процессы мужчин. Самый красивый образец фольклорного танцевального искусства Хорезмского оазиса — «Лязги» — имеет девять вариантов, и каждый вариант имеет свою историю и содержание. Имеются и специальные танцовщики для каждого из девяти вариантов исполнения «Лязги»: «Олов» («Огонь»), «Қайроқ»(«Кастаньеты»), «Гармонь», «Дутар», «Сурнай», «Хива», «Углон-бола», «Масхарабоз»(«Клоун»), «Замонавий»(«Современный»). Танцы «Коса», «Пичок»(«Нож»), «Таёқ» («Палка»), входящие в цикл «Масхарабоз лязги», исполняются сидя, и требуют от танцора ловкости и выносливости в сложных элементах танца.

Танцы «Чугирма», «Списа уйин», «Нон ёпиш» («Испечение лепёшки») связаны с бытовой жизнью. Пантомимические танцы «Чағалоқ»(«Чайка»), «Хўроз»(«Петух»), «Қумпишак», «Ғоз»(«Гусь»), «От ўйин» и другие исполняются в подражание животным и птицам, своеобразные танцы-пародии, обличающие не лицеприятные стороны поведения человека. Танцы «Кичкинажон-кичкина», «Омон ёр», «Воҳай бола», принадлежащие танцевальной школе Ташкента и Ферганской долины, трудовые и шуточные танцы Бухарско-Самаркандского оазиса и многие другие считаются задушевно-любимыми танцами зрителей. Поэтому во время праздников, обрядов и церемоний народные танцы воспринимаются зрителями с огромным интересом.

Вплоть до конца XIX века искусство народного танца не привлекало должного внимания профессиональных исполнителей и публику. Аристократы были далеки от истинно народных танцев, для зрителей высшего общества эти танцы инсценировались в виде идиллических пасторалей и исполнялись как некие зарисовки народной жизни. Лишь с 1930-х годов ХХ века активизируется изучение народного танца. Российские народные артисты-балетмейстеры: И. Моисеев, Г. Устинова, П. Вирский, Н. Рамишвили, И. Сухишвили, В. Вронский, Н. Надеждина, заслуженный деятель искусства Литвы Й. Лингас и его соотечественник В. Гритскас, заслуженный деятель искусства Белорусской Республики А. Опанасенко, грузинские — Д. Л. Джавришвили и Е. Л. Гварамадзе, И. И. Арбатов в Армении, деятели искусства Латвии Евгений Чанга, Бруно Приенда, Милда Ласман, представители исполнительского искусства Таджикистана — Гаффар Валламатзаде, Азиза Азимова, Арсуяк Исламова, Узбекистана — Уста Алим Камилов, Юсуф Кизик Шакарджанов, Тамараханум, Мукаррам Тургунбаева, Исахар Акилов и другие были основателями и мастерами профессиональных школ народных танцев своей страны. Благодаря их исследовательской и исполнительской деятельности формировалось и развивалось самодеятельное и профессиональное танцевальное искусство. Кроме того, организовывались специальные творческие экспедиции, собирались музыкальные и танцевальные образцы народного творчества, которые, впоследствии, обогатили профессиональное искусство. Хореографы и балетмейстеры, опираясь на оригинальные народные материалы, создавали и создают значительные постановки, обогащающие мировой классический танец. На основе образцов русского народного танца были созданы балеты «Барышня-крестьянка», «Всадник без головы», «Конёк-горбунок», «Каменный цветок» и другие. Танец «Яблочко» в балете «Красный мак», созданный композитором и балетмейстером и поставленный на сцене Большого театра в 1927 году, считается народным танцем. В балете «Бахчисарайский фонтан» использовались татарские и польские народные танцы, в балетах «Дильбар», «Лейли и Меджнун» — таджикские, в балете «Кавказская пленница» — черкесский фольклор, в балете «Сердце гор» — грузинские народные танцы, в балете «Чулпан» — киргизские, в балете «Песня журавля» — башкирские, в балете «Симург» — узбекские народные танцы и другие. Узбекский народный танец «Танавар» является целым танцем-спектаклем. В танце-монологе отображаются внутренние переживания, секретные мечты и чаяния узбекских женщин. В 1937 году А.Козловский осуществил нотную запись мелодии «Қора сочим» («Мои чёрные волосы») в исполнение Народной артистки Халимы Носировой. Обработка композитором мелодии для солиста и оркестра в дальнейшем, в 1968 году, послужила основой создания балета. Варианты и мелодии «Танавар» были использованы С. Василенко и М. Ашрафи в балетах «Буран», «Амулет любви», Г. Мушелем в цикле «Газели» и многих других произведениях. И в настоящее время этот танец исполняется знаменитыми танцовщицами Узбекистана. Танцовщица Кизлархон Дустмухамедова передала секреты исполнения танца «Танавар» американской танцовщице Лорель Грей, таким образом, этот знаменитый танец стал широко известен американскому зрителю.

В основе балета «Пер Гюнт» лежат народные сказки и традиции древних норвежцев и танец «Халлинг». Количество балетных спектаклей, поставленных на основе народных танцев очень велико, эти спектакли неизменно тепло встречаются зрителями, и многие десятилетия живут на сцене. В этих спектаклях мастерски изображены красота родной земли, обряды и обычаи трудового народа. Зрители с огромным интересом встречают балетные спектакли, где отражается внутренняя природа человека, воспеваются лучшие стороны человечества.

Музыка и движения в народных танцах изображают национальный характер каждого народа-создателя этих танцев. В мужских танцах изображаются сила и мощь, трудолюбие, преданность мужчин, забота и уважение к женщине. В женских танцах отражаются их нежность и красота, уточнённое чувство, скромность и простата, заботливость и толерантность, преданность и трудолюбие.

Народные танцы, имеющие богатую историю, обладают глубоким содержанием. Эта аксиома доказана и практически, и теоретически. Теперь мы — специалисты-хореографы должны более глубоко исследовать грани традиционных народных танцев, ещё больше раскрывать их своеобразие и специфику, развивать и наполнять их новым современным содержанием.

Литература:

  1. Авдеева Л. Танцы Мукаррам Турғунбаевой. — Тошкент: Укитувчи. 1989.
  2. Ткаченко Т. Народный танец. — Москва: Искусство, 1954.
  3. Эльяш Н. Хореография в оперетте. — Москва: Искусство, 1960.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle