Библиографическое описание:

Федосеев С. С. У истоков идеи самоуправления якутов: Мазары Бозеков, Софрон Сыранов, Алексей Аржаков // Молодой ученый. — 2014. — №20.2. — С. 57-59.

Историческому сознанию народа саха издревле были присущи рефлексии о месте и роли якутов в мире. Существовала своеобразная мифологическая картина мира, что ярко прослеживается в олонхо. Идея самоуправления — не исключение. В частности, исторической литературе известны имена людей XVII в., которые писали челобитные на имя царя. Документально подтверждена грамота, написанная намским тойоном Никой Мымаховым, которая датируется 1660–1663 годом [6, c.88]. В данной грамоте имеются подписи 104 якутов, в числе которых имеется имя и кангаласского князца Мазары Бозекова [7, c.32–33]. Того самого Мазары Бозекова, который в 1676–1677 гг. совершил с Нокто Никиным и Треком Осюркаевым поездку в Москву [6, c.88]. Целью этой поездки было прошение у молодого царя Федора Алексеевича оградить якутов от произвола и беззакония воевод и сборщиков ясака: «не велел ясачным сборщикам якуцким служилым людям их в улусах судить, а судить бы их не в больших делах меж себя им князцам в своих волостях, а в иных волостях иным князцом, чтоб им от зборщиком и от приставов в разоренье не быть» [2, c.18]. По сути, это было требование о передаче тойонам некоторых судебных прерогатив.

Освобожденные от ясака, они хотели сами организовать сбор ясака в своих волостях, «наряжая» на это «волостных ясачных родников» [3, c.353]. Из этого видно, что якутская делегация имела главной задачей вернуть якутам фактическую судебно-административную власть и передачи тойонам в волостях роль мелких воевод с правом сбора ясака.

Результатом поездки делегации стало издание специального царского указа от 9 февраля 1677 г., по которому судебные дела, касающиеся выходцев из дальних улусов, отныне разбирались сборщиками ясака при участии якутских представителей — князцов и баев. Таким образом, князцы получили некоторую часть самоуправления в волостях — судебно-административные права.

Вскоре после возвращения делегации из Москвы, якутские князцы стали писать челобитные царю. Царь удовлетворил просьбу якутских князцов и в январе-феврале издал ряд указов, согласно которым якутским князцам официально присваивался титул улусного князца. Все это было не нраву служилым людям. Население боясь служилых людей, повиновалось им больше, чем своим улусным князцам. Это обстоятельство вынудило князцов вновь писать жалобы. В ответ, в 1661 и 1662 годах из Москвы были получены грамоты, содержащие указ «казнить смертью без всякие пощады» служилых людей, виновных в злоупотреблениях [3, c.356].

Следующим шагом якутских князцов во главе с Мазары Бозековым было обращение к воеводе с просьбой дать им право вести судебные дела со сроком давности 10 и более лет. Историк Иванов В. Н. пишет, что воевода П. П. Зиновьев удовлетворил эту просьбу — служилым людям отныне было строго запрещено судить и принимать челобитные по «старым делам», т. е. волостные князцы сами разрешали споры по искам давних лет.

Из этого следует, что Мазары Бозеков добился первых результатов по передаче местному населению «Ленской землицы» некоторых функций по самоуправлению: волостные князцы получили права разрешать споры по «малым делам» и по старым делам сроком давности от 10 лет и ранее, и отныне могли защищать права своих родичей от посягательств служилых людей. Другими словами, из трех ветвей власти царь «поделился» судебной властью с представителями «лутчих людей» якутского населения. Уже в конце XVII в. якуты добивались и добились определенных функций местного самоуправления. Такая практика продолжалась почти сто лет.

14 декабря 1766 года был объявлен именной указ «Об учреждении в Москве комиссии для сочинения нового Уложения о выборе в оную депутатов». Якуты, получили право отправлять своих депутатов в Комиссию. Прибыло «Положение» в Якутск в 1767 году и было разослано по улусам. Каждый наслег выбирал своего поверенного и посылал в улус. На улусном собрании поверенные всех наслегов избирали одного улусного поверенного и посылали его в г. Якутск. В последнем избирался депутат в Комиссию [7, c.40]. В выборах представителя Якутии участвовали поверенные пяти центральных улусов: Кангаласского, Мегинского, Батурусского, Намского и Борогонского. Ясачные Олекминского, Вилюйского, Зашиверского и Верхоянского ведомств отказались от участия в выборах.

Выборы прошли в Якутской воеводской канцелярии 9 декабря 1767 г. На выборах, с разницей в один голос, победил князец Кангаласского улуса Софрон Сыранов, приходившийся правнуком Мазары Бозекова. Отныне он стал депутатом «Екатерининской комиссии» и должен был защищать права якутов уже на государственном уровне. Первое заседание Уложенной Комиссии было запланировано на 31 июля 1767 г. в Грановитой палате Кремля. В Москву Софрон Сыранов выехал из Якутска в начале 1768 г. с опозданием на полгода с начала работы Комиссии. Вместе с ним поехали переводчики новокрещенные якуты из Кангаласского улуса Иван Заровняев и Прокопий Уваровский, а его документы в Иркутске оформлял сын боярский Яков Уваровский [7, c.41]. В Москву прибыл якутский депутат 1 июля 1768 г. с опозданием ровно на год. Прибыв в I департамент Правительствующего Сената, он добился включения его в состав Уложенной комиссии, хотя у него возникли проблемы по этому вопросу: решением от 4 июля Правительствующий сенат не допустил якутского представителя в Комиссию, мотивируя свое решение тем, что якуты являются якобы «кочевым народом» [1, c.33]. Сыранов не мог смириться с таким положением дел и попытался добиться справедливого решения вопроса у самой императрицы Екатерины II. Она велела принять от него бумаги и назначила ему аудиенцию в один из ближайших дней [2, c.20]. В результате беседы Екатерина II дала свое согласие на включение Сыранова в число депутатов Уложенной Комиссии от иноверцев-якутов.

Софрон Сыранов обобщил наказы якутов в так называемое «Пополнение» к наказам якутских улусов, которое состояло из восьми пунктов и добился, чтобы правительство удовлетворило первые шесть из восьми пунктов своего «Пополнения» к наказам якутских улусов. С 1776 г. Якутской воеводской канцелярии было запрещено рассматривать и решать дела между ясачными и русскими без участия «начальников ясачных», т. е. улусных князцов и старшин. 9 августа был издан указ о высылке «дерзких» и «нетерпимых» якутов по приговорам самих обществ навсегда в Охотский порт. В 1781 г. была узаконена практика осуждения тойонами воров по обычному праву, а не по писаным законам. Указом от 6 марта 1783 г. рассмотрение всех гражданских дел между «иноверцами» было передано «родоначальникам» и самое главное, в октябре 1778 г. по указу воеводской канцелярии была официально утверждена должность улусных голов. Этот институт власти заменил институт чиновников сборщиков ясака, что свидетельствует о расширении административной и судебной власти тойонов [7, c.42–43].

Это был несомненный успех якутского депутата Уложенной комиссии. Якуты даже начали слагать легенды о его поездке и встрече с императрицей Екатериной II, о которых писали Г. У. Эргис в книге «Исторические предания и рассказы якутов» и Г. В. Ксенофонтов в своем знаменитом труде «Эллеяда». В якутском фольклоре С.Сыранов остался под псевдонимом «Дьокутаат» (в переводе — Депутат).

После, он поставил перед властями вопрос о даровании якутам права избирать общеякутского головы. В 1792 г. на собрании улусных голов, наслежных князцов и улусных поверенных в Якутске состоялись выборы «главного» из якутов. С.Сыранов победил на выборах, но из-за противодействия земского суда и соперников в лице других тойонов-кандидатов, вынужден был уйти в отставку.

Обобщая деятельность Софрона Сыранова, следует согласиться с оценкой В. Н. Иванова о том, что деятельность С.Сыранова отражала объективную тенденцию в общественном развитии якутского общества, что борьба за восстановление института самоуправления составляет основное содержание общественно-политической жизни якутского народа [7, c.44]. Достижения якутского депутата дали толчок для борьбы за самоуправление в последующие годы, о чем свидетельствуют слова В. В. Никифорова в газете «Якутская жизнь» в 1908 г.: «… было положено первое основание якутскому самоуправлению» [5] (подчеркнуто мной).

Еще на рубеже XVIII-XIX вв. в Якутии наблюдается пробуждение общественно-политической активности, вызванное усилением податного гнета, самой тяжелой формой которого был извоз казенных грузов на отдаленные пункты Севера и Востока России. Кроме того, «лутчие люди» все острее чувствовали ущемленность своих гражданских и политических прав.

К этому времени относится начало консолидации народа саха, проявлявшаяся в осознании своих общенациональных задач и проблем и формировании первого поколения общественной элиты в лице Алексея Аржакова, Ивана Мигалкина, кангаласца Ильи Шадрина, баягантайского старосты Никиты Сертекова-Готовцева и других. В архивах Якутска, Иркутска и Санкт-Петербурга хранятся их письма, прошения, ходатайства от имени якутов. Кроме того, их имена часто встречаются в фольклорных источниках и в исторической литературе. Общепризнанным лидером якутской общественной элиты был борогонский голова Алексей Аржаков.

Алексей Аржаков будучи купцом, имел подряды на грузоперевозки на Тихоокеанское побережье и был недоволен, как и его окружающие подрядчики, произволом чиновников. С 1725 г. якуты обязаны были вести на своих лошадях казенные грузы на дальневосточные окраины, в результате чего не только уменьшалось поголовье лошадей, но и многие мужчины-якуты не возвращались или возвращались с подорванным здоровьем домой из поездок. В 1782 г. к этой личной повинности добавили «подводный» подряд купечества. Так как якуты неохотно занимались извозом клади из-за малой оплаты за этот труд, торговцы, чтоб не срывать поставки, вынуждены были обращаться за защитой к князцам. Но подряд тойонов, по Докладу Сената от 21 мая 1763 г. был объявлен незаконным и, пользуясь этим, чиновники, делая заказы, после исполнения работы отказывались платить по счетам.

Много раз якуты поодиночке и группами писали к вышестоящей власти прошения оплатить расходы на извоз. Чтобы предотвратить злоупотребления местных властей, нужно было заручиться поддержкой высшей власти. Понимая это, Алексей Аржаков решил повторить легендарную поездку Софрона Сыранова и встретиться с императрицей Екатериной II.

Осветил подробно поездку борогонского улусного головы Алексея Аржакова (Сэhэн Ардьакыап) в Петербург Василий Васильевич Никифоров в своей статье «Из истории Якутского самоуправления» [5]. В ней подробно охарактеризован составленный А.Аржаковым «План о якутах с показанием казенной пользы и выгоднейших положениев для них». «План о якутах.».. имел семь положений, из которых первое содержит отчет о прежнем состоянии Якутского края, а второе — о современном состоянии дел в Якутском крае.

В пунктах «Плана о якутах…» изложено предложение Аржакова объединить якутов в одном общем управлении под начальством областного головы, с подчинением его одному главному правителю наместничества; приравнять якутских тойонов и голов с российским дворянством; учредить местный «совестный суд» в составе областного головы и князцов тех улусов, откуда тяжущиеся стороны; освободить якутов от повинности речных перевозок; освободить якутов от содержания почтовых станций и ямской гоньбы по Иркутскому тракту; исправников назначать из числа людей, знающих язык и местные обычаи; открыть якутские школы; передать землю в собственность якутов. Он заявил, что земля должна быть отдана «на вечно владение тому, кто оное сначала обработал» [5].

Данный проект был представлен Аржаковым Государственному Совету на рассмотрение, но на заседании Совета 1 октября 1789 г. было решено отказать Аржакову. Аржаков решил добиться аудиенции с императрицей и достиг своей цели. По её итогам, 19 января 1790 г. вышел именной указ императрицы, в котором иркутскому генерал-губернатору И.А Пилю указывалось дозволить якутам выбрать своего предводителя, но с условием, что выборы должны пройти в рамках положения о дворянстве и выбирать должны из достойных.

Но якутам не было суждено выбрать лидера, т. к. представители тойоната разделились на две противоборствующие группы: группу консерваторов — «родоначальников, стремившихся к вечному удержанию власти в своих руках» [4, c.313]. Они были приверженцами старых устоев, не воспринимали новых веяний ни в системе управления, ни в ведении хозяйства: вели натуральное хозяйство и выступали за сохранение наследственных должностей родоначальника. Это были люди старшего поколения. Бесспорным лидером среди них был Софрон Сыранов.

В оппозиции им стояла группа прогрессивно настроенной части тойонатства — это были люди, которые понимали, что новое время вносит свои коррективы. Они, в основном, занимались торговлей, имели подряды на грузоперевозки. Эта группа объединилась вокруг Алексея Аржакова. Чиновничий аппарат Якутской области, и Иркутска мешали выборам всеми силами. Но так или иначе в обстановке внутреннего раздора и отсутствия единства никто из двух лидеров не смог настоящим стать главой народа саха.

Тем не менее, усилия А.Аржакова по достижению самоуправления не пропали втуне. В частности, пост областного головы, предводителя якутов был учрежден. Извозная повинность была отменена. В чиновничьем аппарате появились люди, знакомые с якутским бытом и владеющие якутским языком. К концу XIX в. исследователи отметили необычайную распространенность якутского языка среди русского населения [2, c.26]. Появились и образованные якуты. По земельному вопросу было дано разрешение закреплять за владельцами на срок до сорока лет расчищенные земли. Россия стала более внимательно относиться к своим северным территориям, внимать в их проблемы, в том числе и в вопросах местного самоуправления, ограничивая произвол собственной администрации.

Таким образом, можно считать, что идеи самоуправления якутов возникли в XVII в., со времени вхождения Якутского края в состав Российского государства. Идеи о самоуправлении озвучили перед монархами России отважные сыны народа саха Мазары Бозеков, Софрон Сыранов и Алексей Аржаков. Они четко и грамотно сформулировали свои требования, настойчиво добивались их положительного решения, не боясь за свою жизнь. Их усилиями была создана улусная администрация из коренного населения, облегчен и упорядочен ряд повинностей населения.

 

Литература:

1.      Башарин Г. П. История аграрных в Якутии (60-е годы XVIII- середина XIX в.) в двух томах. Т.2. — М., 1956.

2.      Борисов А. А. Якутские исторические этюды. — Якутск, 2003.

3.      Иванов В. Н. Социально-экономические отношения у якутов. XVII век. — Якутск, 1966.

4.      Левенталь Л. Г. Подати, повинности и земля у якутов // Материалы по обычному праву и общественному быту якутов — Л., 1929.

5.      Никифоров В. В. Из истории Якутского самоуправления // Якутская жизнь. — 1908.

6.      Токарев С. А. Очерк истории якутского народа. — М., 1940.

7.      Якуты: легендарные и исторические личности / АН РС (Я), ИГИ; [отв. ред. д. и. н. В. Н. Иванов; сост. к. и. н. Е. П. Антонов]. — Якутск, 2005.

 

Основные термины (генерируются автоматически): Софрон Сыранов, народа саха, Алексей Аржаков, идеи самоуправления якутов, Мазары Бозеков, Алексея Аржакова, Мазары Бозекова, областного головы, воеводской канцелярии, служилым людям, к наказам якутских улусов, служилых людей, якутских князцов, якутского депутата, о месте и роли якутов, местного самоуправления, якутских князцов и в, идеи социальных отношений, улусных голов, Уложенной Комиссии.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle