Глобальный тренд, позволяющий повысить эффективность взаимодействия государства и граждан с учетом развития технологий и цифровизации в самых разных сферах общества — переход к цифровому государству. Создание подобной системы взаимоотношений — дело не одного десятилетия, а сложная конструкция, сложившаяся за последние сто двадцать лет. В 1905 году в Своде законов Российской империи отразилась революционная для данного периода норма «Въ самомъ издаваемомъ законѣ можетъ быть указано на обращеніе его, до обнародованія, къ исполненію по телеграфу или посредствомъ нарочныхъ». Это стало официальным разрешением передачи «значимой» информации по телеграфу с сохранением её правового статуса.
Советские ученые-кибернетики, создавая новые технические средства, предугадывали их использование не только в науке. Ученый Китов А. И. уже в 1955 году рекомендовал «повсеместное использование компьютеров в различных областях человеческой деятельности, и прежде всего в экономике» [2]. Его книга «Электронные цифровые машины» стала известной не только в Советском Союзе, именно в ней обозначено создание на основе ЭВМ системы управления вплоть до общесоюзного уровня. Значимость задачи была оценена в верхних эшелонах власти и неслучайно: автор возглавлял головной вычислительный центр Министерства обороны СССР. Проект Единой государственной сети вычислительных центров (ЕГСВЦ) стал первым в мире. Он дал старт автоматизированным системам управления сначала на промышленных предприятиях, а затем охватил макроэкономические задачи построения общегосударственной системы сбора и обработки информации.
В 1962 году В. М. Глушковым была создана общегосударственная автоматизированная система управления народным хозяйством ОГАС, которую сейчас называют первым в мире целостным проектом цифрового государства. [3]
Нормативные акты постсоветского периода также обозначили значимость технологий для управления государством. В 1998 году создана Концепция государственной информационной политики Российской Федерации, вслед за нею в 2000 — Доктрина об информационной безопасности, которая призвана защитить национальные интересы государства в информационной сфере и создать баланс между интересами граждан и всего общества.
Переход к оказанию госуслуг в электронном виде произошел с запуском ИТ-проекта «Электронная Россия». Сначала преобразования происходили локально, а с 1 июля 2012 года региональные и муниципальные органы начали работать в межведомственном взаимодействии с постепенным предоставлением большинства предлагаемых населению и организациям услуг в электронном виде.
Схему цифрового взаимодействия государства и граждан, которая должна полноценно работать к 2030 году, описал Указ Президента Российской Федерации от 7 мая 2024 г. № 309 «О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года и на перспективу до 2036 года». В числе семи национальных целей — цифровая трансформация государственного и муниципального управления, экономики и социальной сферы. [4] Для этого потребуется обеспечить темпы роста инвестиций в отечественные ИТ, вдвое превышающие темпы роста валового внутреннего продукта. К 2030 году использование российского программного обеспечения должно составить 95 %, это план для государственных органов и корпораций, аффилированных либо с госучастием. Взаимодействие граждан и юридических лиц с государственными органами должно основываться на цифровом платформенном формате. Государство формирует цифровые платформы, выступающие точкой сборки для множества участников.
Одним из самых важных достижений цифрового взаимодействия государства и граждан стала система Госуслуги — не просто сайт, а портал для предоставления услуг в электронной форме на основе Федерального закона от 27 июля 2010 года № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг». Пользователи платформы идентифицированы, проходят аутентификацию через ЕСИА, выполняют запросы под учетной записью, юридически подтверждающей личность. Существуют уровни учетных записей с различными правовыми последствиями. Заявитель обладает правом не только подать заявление в электронной форме, но и имеет право не предоставлять документы, которыми уже располагает государство по принципу межведомственного взаимодействия. Масштаб портала Госуслуг как социально-правового явления колоссален — в 2025 году зарегистрировано порядка 120 млн учетных записей.
Помимо ЕПГУ, к платформенным решениям относятся Единая цифровая платформа «ГосТех», предназначенная для создания государственных информационных систем на единой технологической основе, цифровая платформа МСП, суперсервисы, объединяющие услуги вокруг жизненных ситуаций («Рождение ребенка», «Поступление в вуз онлайн» и др.). [5]
Одним из важнейших форматов взаимодействия государства и граждан стали многофункциональные центры «Мои документы», деятельность которых и перечень предоставляемых услуг регламентирована федеральным законом 2010 года «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг», а также постановлением Правительства РФ от 27.09.2011 № 797. Подводя промежуточные итоги 15-летней деятельности МФЦ, министр экономразвития РФ М. Решетников отметил: «В 2025 году через сеть МФЦ оказано более 166 млн услуг. Удовлетворенность ими сегодня, по оценкам самих посетителей, близка к 100 %». (6) Если ранее государственный чиновник противопоставлялся гражданину, то сейчас с изменением культуры госслужбы, он символизирует сервис и служение, а благодаря цифровым технологиям и МФЦ идет трансформация уже не просто оказания услуг в «одном окне». Проактивной политикой государство стремится решать задачи граждан даже в беззаявительном порядке по необходимым пользователям решениям жизненных ситуаций. При обработке персональных данных в проактивном формате возникает необходимость дифференциации подобных направлений на профилированное и групповое, когда возможно и необходимо получить согласие гражданина на обработку данных, и полностью проактивное оказание услуг без необходимости получения согласия гражданина. Данные юридические коллизии разбирают авторы научных статей, предлагая варианты решения вопроса и особого правового режима обработки данных. [7]
Результат получения электронной услуги также имеет юридические особенности — переход к реестровой модели предполагает не бумажный документ, а запись в реестре.
Достаточно серьезна проблема цифрового неравенства, когда доступность для людей с разными цифровыми навыками кардинально отличается.
Широко распространен вопрос достоверности и оспаривания полученных услуг в результате мошеннических действий, ошибок в реестрах, компрометации учетных записей.
Но так как дальнейшая цифровая трансформация госуправления и взаимодействия с гражданами является одной из национальных целей, поставленных Президентом, работа в этом направлении ведется всеми участвующими ведомствами. Ключевым вопросом при этом остается соответствие высоким ожиданиям людей в работе госаппарата и соблюдение баланса между цифровыми и очными сервисами. Следует акцентировать внимание и на повышении уровня цифровой грамотности населения страны. В цифровой среде важно обеспечить права и свободы человека, с одной стороны, и информационную безопасность в целом, с другой. [8]. Человекоцентричность и цифровизация — именно такой союз должен быть успешным во взаимодействии граждан и органов государственной власти.
Литература:
- Свод законов Российской империи. Т. 1. Ч. 1. Свод основных государственных законов (Изд. 1906 г.). Гл. 9 // Русский портал: Историческая библиотека русской цивилизации. URL: https:// russportal.ru/index.php?id=imperial_laws.svod_zakonov1912_01_011
- Электронные цифровые машины // Виртуальный компьютерный музей. URL: http://www.computer-museum.ru/books/kitov_ecm.html
- История развития правовой концепции «цифровое государство» в России © Шабаева О. А., 2024 УДК 340.1 DOI https://doi.org/10.26516/2071–8136.2024.3.17
- Указ Президента Российской Федерации от 7 мая 2024 г. № 309 “О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года и на перспективу до 2036 года”
- Алексеева М. В. Особенности государственного управления в эпоху цифрового развития. Правовой порядок и правовые ценности. 2026;4(3):24–29. https://doi.org/10.23947/2949–1843–2026–4–3–24–29 . EDN: UPVFXV
- Материалы пленарной сессии IX Всероссийского Форума Центров «Мои Документы» январь 2026 https://www.economy.gov.ru/material/news/v_2025_godu_cherez_set_mfc_po_vsey_strane_okazano_bolee_166_mln_uslug.html
- Талапина Э. В., Козяр (Двинских) Д. Ю. Проактивные государственные услуги: на пути к алгоритмизации // Вопросы государственного и муниципального управления. 2023. № 2. С. 7–32. DOI: 10.17323/1999–5431–2023–0–2–7–32.
- Алексеева М. В., Филимонова Е. А. Особенности трансформации государства в условиях развития цифровых технологий. Правовой порядок и правовые ценности. 2024;2(2):14–21. https://doi.org/10.23947/2949–1843–2024–2–2–14–21

