Введение

Многоквартирный дом (далее — МКД) как объект правового регулирования представляет собой сложный имущественный комплекс, в котором наряду с помещениями, находящимися в индивидуальной собственности, существует общее имущество, принадлежащее собственникам помещений на праве общей долевой собственности. Фасад дома, являясь ограждающей несущей либо ненесущей конструкцией, по общему правилу отнесён к составу общего имущества (ч. 1 ст. 36 Жилищного кодекса РФ, далее — ЖК РФ) [1]. Использование фасада для размещения информационных конструкций (вывесок, табличек, указателей, рекламных конструкций) собственниками нежилых помещений, арендаторами и третьими лицами порождает устойчивый и практически значимый конфликт интересов: между лицом, разместившим конструкцию, заинтересованным в информировании потребителей и продвижении своей деятельности, и остальными собственниками помещений МКД, чьё согласие на использование общего имущества требуется по закону.

Актуальность темы обусловлена массовым характером соответствующих споров, разнонаправленностью судебной практики различных судебных округов и инстанций, а также распространённой практикой недобросовестного использования норм законодательства о защите прав потребителей в целях обхода процедуры согласования с общим собранием собственников (далее — ОСС). Целью настоящей статьи является выявление системных причин разночтений в применении законодательства о пользовании общим имуществом МКД в части размещения информационных конструкций и формулирование предложений по их устранению.

Правовой режим общего имущества МКД и порядок его использования. Всоответствии с ч. 1 ст. 36 ЖК РФ [1] собственникам помещений в МКД принадлежат на праве общей долевой собственности помещения, не являющиеся частями квартир, а также иное имущество, обслуживающее более одного помещения в доме, включая ограждающие несущие и ненесущие конструкции дома, к которым относится и фасад. Пункт 3 части 2 статьи 44 ЖК РФ [1] прямо относит к компетенции ОСС принятие решений о пользовании общим имуществом иными лицами, в том числе о заключении договоров об установке и эксплуатации рекламных конструкций, если для их установки и эксплуатации предполагается использовать общее имущество.

Ключевая методологическая проблема состоит в том, что буквальное содержание п. 3 ч. 2 ст. 44 ЖК РФ [1] упоминает лишь рекламные конструкции, оставляя открытым вопрос о правовом режиме иных информационных конструкций — вывесок, содержащих обязательную в силу закона информацию (наименование организации, режим работы, вид деятельности). Именно этот пробел стал источником длительной судебной дискуссии о том, требуется ли согласие собственников на размещение вывески, если она не является рекламной.

Понятийная неопределённость: вывеска, обязательная информация и реклама. Разграничение вывески и рекламной конструкции проводится по признаку цели и содержания размещаемой информации. Согласно правовым позициям судов, конструкция признаётся рекламой, если она направлена на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и продвижение на рынке (ст. 3 Федерального закона «О рекламе») [3]. Если же конструкция лишь доводит до сведения потребителей информацию, обязательную к размещению в силу ст. 9 Закона РФ «О защите прав потребителей» [2] (фирменное наименование, место нахождения, режим работы), она рекламой не является и признаётся частью так называемой обязательной информации.

Однако практика показывает, что чёткого нормативного критерия для отграничения обязательной вывески от иных информационных конструкций (в частности, содержащих указание на вид деятельности, товарный знак, коммерческое обозначение без фирменного наименования) не существует. Статья 9 Закона о защите прав потребителей [2] не обязывает размещать на вывеске род деятельности организации, поэтому конструкции, ограничивающиеся лишь указанием профиля деятельности или бренда, формально не подпадают под понятие обязательной информации, но и не всегда признаются рекламой, поскольку не преследуют цели продвижения конкретного товара. Такая «серая зона» создаёт почву как для судебных ошибок, так и для сознательного использования участниками оборота формулировок, имитирующих признаки обязательной информации.

Хронология и противоречивость судебной практики о размещении информационных конструкций на фасадах МКД. Судебная практика по спорам о вывесках и иных информационных конструкциях на фасадах МКД формировалась более десяти лет и не демонстрирует линейной эволюции: акты, принятые в близкие периоды, исходят из противоположных посылок, а исход спора определяется квалификацией конструкции и обстоятельствами дела. Для наглядности основные акты рассмотрены в хронологическом порядке.

2014 г.: информация по ст. 9 Закона о защите прав потребителей размещается без согласия и без платы. В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 18.11.2014 № 303-ЭС14–395 [6] управляющая организация требовала плату за две вывески магазина (площадью 2 и 7,56 кв. м). Суды признали обе вывески рекламными. Верховный Суд РФ разграничил их: вывеска площадью 2 кв. м, по содержанию, размеру и месту соответствующая ст. 9 Закона о защите прав потребителей [2] и Правилам благоустройства г. Хабаровска, размещается во исполнение публичной обязанности, плата за неё ни этим законом, ни ЖК РФ [1] не предусмотрена, а решение ОСС о пользовании общим имуществом по ст. 44 ЖК РФ [1] допускается лишь для рекламных конструкций; вывеска площадью 7,56 кв. м с товарным знаком, не содержащая всех обязательных сведений, признана рекламной, и плата за неё взыскана. Месяцем позже Арбитражный суд Северо-Западного округа (постановление от 22.12.2014 по делу № А56–77154/2013 [7]), отказывая в иске прокурора об оспаривании договора управляющей организации с владельцем вывесок «АПТЕКА», «ОПТИКА» и «24 часа», указал, что согласие собственников необходимо только для рекламной информации; исполнение требований закона о доведении сведений до потребителей не может зависеть от воли собственника, а доказательств нарушения прав собственников не представлено. Суд отметил также, что прокурор неверно определил лицо, чьи права нарушены: это собственники помещений, а не субъект РФ.

2016 г.: полнота сведений и содержание как критерий рекламного характера. Уже в 2016 г. прослеживается иной подход. В определении судьи Верховного Суда РФ от 12.04.2016 № 302-ЭС16–2298 [8] вывеска индивидуального предпринимателя признана рекламной, поскольку была направлена на привлечение внимания к реализуемому товару и не содержала всех сведений, предусмотренных Законом о защите прав потребителей [2]; к её размещению применены п. 3 ч. 2 ст. 44 ЖК РФ [1] и решение совета дома о тарифах, а демонтаж управляющей организацией признан правомерным, убытки предпринимателя — отсутствующими. Между тем в иных актах того же периода неполнота обязательных сведений сама по себе рекламой не считалась. Так, Арбитражный суд Поволжского округа (постановление от 10.08.2016 по делу № А57–28227/2015 [9]) признал бегущую строку с перечнем товаров и услуг, размещённую в месте нахождения магазина без указания телефона, сайта и торговой марки, информативной, не требующей согласования с жильцами, и поддержал отмену предписания администрации г. Саратова о её демонтаже. Определением от 22.08.2016 № 307-ЭС16–10288 [10] Верховный Суд РФ отказал в передаче жалобы товарищества собственников недвижимости, требовавшего плату за вывеску «Магнит»: суды, установив отсутствие рекламных сведений, признали неосновательное обогащение недоказанным, а кроме того исходили из того, что стена встроенно-пристроенного помещения не относится к общему имуществу.

2017 г.: решение общего собрания не защищает от иска арендатора. В постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 07.02.2017 по делу № А56–4625/2016 [11] управляющая организация демонтировала конструкции оптики (объёмные буквы, логотип, короб с названием) на основании решения ОСС о наделении её полномочиями по устранению нарушений и письма районного жилищного агентства. Суды признали конструкции вывеской с наименованием и видом деятельности, а не рекламой, и взыскали с управляющей организации ущерб в размере 137 924 руб. 56 коп. Таким образом, при одном и том же формальном основании — решении ОСС — результат зависел исключительно от квалификации конструкции.

2018–2024 гг.: возмездность и решение собственников как общее правило. Позднее акценты в практике Верховного Суда РФ сместились. Как следует из определения от 26.07.2024 № 308-ЭС23–25249 [12], Судебная коллегия по экономическим спорам ранее указывала, что использование общего имущества допускается по решению ОСС и, если им не установлено иное, с предоставлением соразмерной компенсации. Пункт 26 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2021) [5] закрепил запрет единоличного пользования общим имуществом без согласия других сособственников.

2024 г.: Конституционный Суд РФ и Верховный Суд РФ с разными акцентами. Вопределении от 12.03.2024 № 554-О [4] Конституционный Суд РФ отказал в принятии к рассмотрению жалобы товарищества собственников недвижимости на п. 3 ч. 2 ст. 44 ЖК РФ [1]. Поводом стал спор о вывеске с наименованием и графиком работы, которую субарендатор разместил на фасаде без решения общего собрания и без платы; суды апелляционной и кассационной инстанций в иске о демонтаже и взыскании платы отказали, опираясь в том числе на определение Верховного Суда РФ от 18.11.2014 № 303-ЭС14–395 [6]. Конституционный Суд РФ указал, что информация на вывеске, размещение которой обусловлено ст. 9 Закона о защите прав потребителей [2], рекламой не является, и порядок её размещения принципиально отличается от порядка размещения рекламы: общее собрание не вправе препятствовать размещению такой вывески лицом, эксплуатирующим помещение, независимо от права, на котором оно им владеет, а для её размещения и безвозмездной эксплуатации решение собрания не требуется. Одновременно Конституционный Суд РФ подчеркнул, что вывеска не должна нарушать права и законные интересы других лиц, создавать препятствия пользованию общим имуществом и его надлежащему содержанию, а поскольку федеральные требования к форме и содержанию вывески отсутствуют, эти вопросы могут быть разрешены общим собранием самостоятельно с учётом законодательства субъектов РФ, актов местного самоуправления и особенностей дома.

Спустя менее полугода Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ в определении от 26.07.2024 № 308-ЭС23–25249 [12] по спору управляющей организации с арендатором торговой сети, ссылаясь и на определение Конституционного Суда РФ от 12.03.2024 № 554-О [4], сделала иной акцент. Суды трёх инстанций отказали в демонтаже конструкций площадью более 40 кв. м, признав их не рекламой, а вывесками с коммерческим обозначением, согласованными уполномоченным органом. Верховный Суд РФ отменил эти акты, указав, что возмездность использования общего имущества и необходимость согласия собственников не зависят от того, является ли конструкция рекламой: без решения ОСС и безвозмездно размещается лишь информационная вывеска, обязательная по Закону о защите прав потребителей [2], причём её вид и размер определяются муниципальными правилами (в Краснодаре — не более 0,2 кв. м для информационной таблички). Соответствие конструкций этим требованиям суды не проверяли; договор аренды с собственником помещения не заменяет решения ОСС. Тем самым подход 2014 г., по которому решение ОСС о пользовании фасадом связывалось только с рекламными конструкциями [6], в части нерекламных конструкций, не отвечающих требованиям Закона о защите прав потребителей [2], фактически пересмотрен той же Судебной коллегией и расходится с актами [7], [9], [10], [11].

Тенденция получила продолжение в 2026 г. По сообщению правовой прессы [15], 17.02.2026 Верховный Суд РФ отменил акты трёх инстанций по делу № 18-КГ25–471-К4 об обязании владельца нежилых помещений в Анапе демонтировать вывеску с информацией о спортзале, спа и салоне красоты: нижестоящие суды отказали в иске, сославшись на разрешение администрации, признавшей конструкцию информационной, а Верховный Суд РФ указал, что передача общего имущества в пользование иным лицам возможна по решению ОСС независимо от целей конструкции, и отметил, что суды не назначили экспертизу по доводам о скоплении под вывеской влаги и мусора.

Таким образом, при формально единых нормах ЖК РФ [1] судебная практика колеблется между двумя моделями. Согласно первой, согласие ОСС требуется для любого использования фасада заинтересованным лицом, за исключением размещения обязательной по Закону о защите прав потребителей [2] вывески, параметры которой подлежат проверке [8], [12], [17]. Согласно второй, согласие необходимо только для рекламы, а любая нерекламная вывеска, включая содержащую вид деятельности или коммерческое обозначение, размещается без согласия и без платы [7], [9], [10], [11]. Позиции Конституционного Суда РФ [4] и Верховного Суда РФ [6] устанавливают изъятие для обязательной информационной вывески, но не снимают спора о режиме остальных нерекламных конструкций.

Злоупотребление положениями законодательства о защите прав потребителей. На практике распространена модель поведения, при которой хозяйствующие субъекты (в первую очередь арендаторы нежилых помещений в МКД) размещают на фасаде конструкции с элементами коммерческой рекламы (изображение товарного знака, слоганы, цветовые решения, привлекающие внимание), формально ссылаясь на обязательность такой информации в силу ст. 9 Закона о защите прав потребителей [2]. Подобная квалификация выгодна размещающему лицу постольку, поскольку освобождает его от необходимости заключать договор об использовании общего имущества и получать решение ОСС, то есть от несения расходов на плату за пользование общим имуществом и от риска отказа собственников в согласовании.

Такая практика представляет собой злоупотребление правом в широком смысле: формальное основание (защита прав потребителей на информацию) используется для достижения цели, прямо несовместимой с назначением нормы, — обхода императивного требования жилищного законодательства о необходимости решения ОСС. Показательно, что часть письменных согласований, выдаваемых муниципальными органами, констатирующих «информационный» характер вывески, впоследствии признаются судами недостаточными доказательствами, поскольку такие органы не наделены полномочиями по разрешению гражданско-правовых споров о правовом режиме общего имущества и оценивают конструкцию преимущественно с точки зрения соответствия правилам благоустройства, а не жилищного законодательства.

Дополнительным фактором, стимулирующим злоупотребления, выступает Приказ ФАС России от 21.06.2024 № 412/24 [13], в котором говорится, что указание на здании в месте нахождения организации ее наименования, в том числе выполненного с использованием товарного знака или его части, адреса и режима работы организации относится к обязательным требованиям, предъявляемым к вывеске Законом о защите прав потребителей, следовательно, такая информация не может рассматриваться в качестве рекламы независимо от манеры ее исполнения. Указанное разъяснение, обоснованное с точки зрения соотношения вывески и рекламы в публично-правовом (административном) смысле, зачастую ошибочно экстраполируется правоприменителями и хозяйствующими субъектами на гражданско-правовой вопрос о необходимости согласия ОСС, хотя эти два правовых режима — публичный (разрешительный порядок размещения рекламных конструкций) и частноправовой (согласие сособственников на использование общего имущества) — являются самостоятельными и не тождественными.

Реагирование органов местного самоуправления: правила благоустройства. Отдельным уровнем регулирования выступают муниципальные правила благоустройства и специальные акты о размещении информационных конструкций, принимаемые в развитие полномочий органов местного самоуправления в сфере благоустройства территорий. Наиболее детализированным является опыт г. Москвы, где постановлением Правительства Москвы от 25 декабря 2013 г. № 902-ПП «О размещении информационных конструкций в городе Москве» [14] утверждены правила размещения и содержания информационных конструкций (вывесок), устанавливающие требования к типам, размерам, месту размещения (в частности, запрет размещения вывесок в границах жилых помещений и на глухих торцах фасада, требование размещения вывесок нескольких организаций на одном фасаде на единой горизонтальной линии).

Подобные акты преследуют цели сохранения архитектурного облика зданий и упорядочения размещения конструкций, однако их предмет регулирования — публично-правовые (административные) требования к внешнему виду и месту размещения конструкции — не совпадает и не может подменять предмет регулирования жилищного законодательства — гражданско-правовой порядок использования общего имущества МКД, требующий согласия ОСС. Согласование конструкции с уполномоченным органом благоустройства подтверждает лишь её соответствие требованиям градостроительного и рекламного законодательства, но не заменяет собой согласие собственников помещений на использование их общего имущества и не освобождает размещающее лицо от обязанности получить такое согласие. Смешение этих двух самостоятельных правовых режимов на практике служит одной из причин ошибочной убеждённости хозяйствующих субъектов (а порой и судов) в том, что муниципальное согласование само по себе легализует использование общего имущества МКД.

Практика прокурорского реагирования. Органы прокуратуры также вовлечены в разрешение подобных конфликтов, преимущественно по обращениям товариществ собственников жилья, управляющих организаций и советов МКД. Практика показывает, что при выявлении фактов размещения информационных и рекламных конструкций на общем имуществе МКД без решения ОСС прокуратура вправе применять меры общего надзора — вносить представления об устранении нарушений в адрес хозяйствующих субъектов и органов местного самоуправления, выдавших согласование на размещение конструкции без надлежащей правовой оценки статуса фасада как общего имущества, а также обращаться в суд в защиту прав неопределённого круга собственников помещений МКД, если управляющая организация или совет дома самостоятельно не реализуют соответствующие полномочия.

Вместе с тем эффективность прокурорского реагирования по данной категории дел ограничена гражданско-правовой природой спора: демонтаж незаконно установленной конструкции и взыскание неосновательного обогащения относятся к компетенции суда по иску заинтересованного лица (управляющей организации, ТСЖ, отдельного собственника), а не прокурора, действующего в порядке общего надзора.

Анализ проблематики. Обобщение изложенного позволяет выделить несколько системных причин разночтений в правоприменении:

1) коллизия целей регулирования. Нормы ст. 9 Закона о защите прав потребителей [2] преследуют цель информирования потребителя и не учитывают вещно-правовой статус фасада как общего имущества МКД; нормы п. 3 ч. 2 ст. 44 ЖК РФ [1], напротив, защищают имущественные права собственников общего имущества, но не содержат чётких критериев для отграничения «обязательной» информации от иной информации коммерческого характера;

2) отсутствие единого нормативного определения информационной конструкции. Действующее законодательство не содержит легальной дефиниции «информационной конструкции» как родового понятия, охватывающего и вывеску, и рекламную конструкцию, и иные указатели, что вынуждает суды в каждом деле заново устанавливать правовую природу спорного объекта, зачастую на основе экспертизы или субъективной оценки содержания надписи [8], [11];

3) смешение публично-правового и частноправового регулирования. Согласование конструкции органом местного самоуправления в рамках правил благоустройства (публичный порядок) ошибочно воспринимается участниками оборота и отдельными правоприменителями как достаточное основание для размещения конструкции на общем имуществе, минуя частноправовой порядок получения согласия ОСС [12];

4) неравенство переговорных возможностей сторон. Отдельные собственники нежилых помещений и арендаторы, как правило, обладают большими организационными и юридическими ресурсами по сравнению с разрозненным сообществом собственников жилых помещений МКД, что стимулирует недобросовестное использование правовой неопределённости и снижает вероятность своевременного оспаривания незаконно установленных конструкций.

Предложения по совершенствованию законодательства и правоприменительной практики. По результатам проведённого анализа представляется целесообразным сформулировать следующие предложения, направленные на защиту прав собственников помещений в МКД:

1. Дополнить Жилищный кодекс РФ легальным определением понятия «информационная конструкция» и закрепить в п. 3 ч. 2 ст. 44 ЖК РФ [1] единый правовой режим согласования любых конструкций, размещаемых на общем имуществе МКД заинтересованными лицами в предпринимательских целях, независимо от их квалификации в качестве рекламы либо обязательной информации, — за исключением случаев, прямо предусмотренных законом (минимальная вывеска по адресу фактического нахождения организации в границах занимаемого ею помещения, не затрагивающая конструктивные элементы фасада и не создающая препятствий иным собственникам).

2. Установить в законодательстве о защите прав потребителей и (или) в разъяснениях уполномоченных органов исчерпывающий перечень сведений и минимальные технические параметры вывески, размещение которой не требует согласия ОСС, исключив возможность включения в состав «обязательной информации» элементов, выполняющих рекламную функцию (товарные знаки, слоганы, стилизованные изображения, цветографические решения, превышающие технически необходимые для целей информирования).

3. Прямо указать на уровне разъяснений Верховного Суда РФ (в том числе путём принятия отдельного пункта постановления Пленума либо обзора судебной практики, посвящённого исключительно спорам об использовании общего имущества МКД под информационные конструкции), что согласование конструкции органом местного самоуправления в рамках правил благоустройства не является доказательством, освобождающим от необходимости получения согласия ОСС, и не имеет преюдициального значения для разрешения гражданско-правового спора о правовом режиме общего имущества.

4. Синхронизировать муниципальные правила благоустройства и порядок размещения информационных конструкций с требованиями жилищного законодательства, включив в соответствующие акты прямое указание на необходимость приложения к заявлению о согласовании вывески на фасаде МКД решения ОСС либо договора, заключённого на его основании, как обязательного условия выдачи согласования.

5. Расширить полномочия управляющих организаций и советов МКД по оперативному пресечению нарушений — в частности, закрепить упрощённый (внесудебный либо приказной) порядок демонтажа информационных конструкций, размещённых на общем имуществе в отсутствие решения ОСС, по аналогии с механизмом освобождения самовольно занятых мест общего пользования, с последующим судебным оспариванием демонтажа лицом, разместившим конструкцию, если оно полагает свои права нарушенными.

6. Ориентировать органы прокуратуры на системное проведение проверок соблюдения жилищного законодательства при согласовании информационных конструкций органами местного самоуправления, с обязательной оценкой того, учитывался ли статус фасада как общего имущества МКД при выдаче такого согласования, и с последующим предъявлением исков в защиту прав неопределённого круга собственников в случаях выявленных системных нарушений.

Заключение

Проведённый анализ показывает, что действующее правовое регулирование пользования общим имуществом МКД в части размещения информационных конструкций характеризуется системной неопределённостью, обусловленной параллельным действием жилищного законодательства, законодательства о рекламе, законодательства о защите прав потребителей и муниципальных правил благоустройства, не согласованных между собой по предмету и целям регулирования. Хронология судебных актов с 2014 по 2024 г. демонстрирует чередование позиций — от признания допустимости размещения нерекламных вывесок без согласия ОСС и без платы до вывода о необходимости решения собственников для любых конструкций, кроме обязательной информационной вывески установленных параметров, — что свидетельствует об отсутствии устойчивого баланса интересов участников гражданского оборота. Распространённая практика использования норм о защите прав потребителей для обхода процедуры согласования с ОСС требует целенаправленной реакции законодателя и правоприменителя. Предложенные меры — уточнение легальных дефиниций, синхронизация публично-правового и частноправового регулирования, повышение роли разъяснений высшей судебной инстанции и усиление контрольных полномочий управляющих организаций — направлены на восстановление баланса интересов и на обеспечение реальной, а не декларативной защиты прав собственников помещений в многоквартирном доме.

Литература:

1. Жилищный кодекс Российской Федерации от 29 декабря 2004 г. № 188-ФЗ (в редакции от 4 августа 2026 г.) // [Электронный ресурс] СПС «КонсультантПлюс».
2. Закон РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300–1 «О защите прав потребителей» (в редакции от 28 декабря 2025 г., с изменениями от 17 февраля 2026 г.) (с изменениями и дополнениями, вступающими в силу с 1 октября 2026 г.) // [Электронный ресурс] СПС «КонсультантПлюс».
3. Федеральный закон от 13 марта 2006 г. № 38-ФЗ «О рекламе» (последняя редакция) // [Электронный ресурс] СПС «КонсультантПлюс».
4. Определение Конституционного Суда РФ от 12 марта 2024 г. № 554-О // [Электронный ресурс] СПС «КонсультантПлюс».
5. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утверждён Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021 г. — П. 26 // СПС «КонсультантПлюс».
6. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 18.11.2014 № 303-ЭС14–395 (дело № А73–9636/2012) // [Электронный ресурс] СПС «КонсультантПлюс».
7. Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 22.12.2014 по делу № А56–77154/2013) // [Электронный ресурс] СПС «КонсультантПлюс».
8. Определение Верховного Суда РФ от 12.04.2016 № 302-ЭС16–2298 (дело № А33–21380/2014) // [Электронный ресурс] СПС «КонсультантПлюс».
9. Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 10.08.2016 № Ф06–11946/2016 по делу № А57–28227/2015 // [Электронный ресурс] СПС «КонсультантПлюс».
10. Определение Верховного Суда РФ от 22.08.2016 № 307-ЭС16–10288 (дело № А56–47633/2015) 2015 // [Электронный ресурс] СПС «КонсультантПлюс».
11. Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 07.02.2017 по делу № А56–4625/2016 // [Электронный ресурс] СПС «КонсультантПлюс».
12. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.07.2024 № 308-ЭС23–25249 (дело № А32–32373/2022) // [Электронный ресурс] СПС «КонсультантПлюс».
13. Приказ ФАС России от 21 июня 2024 г. № 412/24 «Об утверждении руководств по соблюдению обязательных требований в сфере рекламы» (вместе с «Руководством по соблюдению обязательных требований к рекламе отдельных видов товаров (реклама финансовых услуг и финансовой деятельности)», «Руководством по соблюдению обязательных требований при разграничении понятий «Вывеска» и «Реклама»») // СПС «КонсультантПлюс».
14. Постановление Правительства Москвы от 25.12.2013 № 902-ПП «О размещении информационных конструкций в городе Москве» (в действ. ред.).
15. Гормалева, Н. Вывеска на фасаде дома: как правильно её разместить и не нарушить права жильцов / Н. Гормалева. — Текст: электронный // Право.ру: [сайт]. — 2026. — 2 марта. — URL: https://pravo.ru/story/262628/ (дата обращения: 25.09.2026).