Актуальность исследования обусловлена тем, что изучение родительской позиции, понимание механизмов в системе «родитель-взрослый ребёнок» позволит разрабатывать профилактические, реабилитационные меры не только для самих зависимых, но и для их семей. Проведение данного исследования поможет понять, как можно минимизировать социальные и экономические последствия через коррекцию семейных отношений и поддержку семьи. Родительская позиция по отношению к взрослым детям с химической зависимостью имеет значительную практическую важность, так как влияет на эффективность реабилитации, социальную адаптацию зависимого и общее благополучие семьи [2].

В задачи исследования входило:

1. эмпирически определить тип родительской позиции родителей взрослых детей, имеющих химическую зависимость; определить уровень созависимости родителей;
2. сопоставить тип родительской позиции по отношению к взрослым детям, имеющим химическую зависимость, с уровнем созависимости с ними.
3. сравнить результаты типа родительской позиции и уровня созависимости в зависимости от пола химически зависимого взрослого ребёнка.

Выборка исследования: 50 родителей (22 отца и 28 матерей в возрасте от 38 до 50 лет), чьи взрослые дети имеют химическую зависимость (25 молодых мужчин и 25 молодых женщин в возрасте 21–25 лет).

База исследования: один из центров лечения зависимостей, расположенный в Ленинградской области.

Методики исследования:

– Опросник «Родительская позиция по отношению к взрослым детям» (Р. Н. Егоров, И. В. Шаповаленко).

– «Шкала созависимости Спенн — Фишер».

Диагностика типов родительской позиции взрослых химически зависимых детей показала, что в представленной выборке чаще встречаются отстранённый (34 % испытуемых) и контролирующий (32 % испытуемых) типы родительской позиции, реже — сбалансированный (18 %) и автономный (16 %).

Результаты диагностики уровня созависимости родителей указала на преобладание низкого уровня созависимости (46 % испытуемых). Высокий уровень показали 34 % испытуемых, а средний — меньше всего родителей (20 % испытуемых).

Сопоставление результатов, касающиеся выявленных типов родительской позиции с уровнями созависимости родителей, были обнаружены следующие закономерности:

– среди родителей с автономным типом родительской позиции встречается только низкий уровень созависимости, что подтверждает влияние контроля на формирование созависимых отношений;

– родителям с отстранённым типом родительской позиции преимущественно свойственен также низкий уровень созависимости (70 % испытуемых), что

– указывает указывает на их эмоциональную дистанцированность и отсутствие чрезмерной вовлечённости в проблемы своего взрослого химически зависимого ребёнка;

– родителям с контролирующим типом родительской позиции более свойственен высокий уровень созависимости (56 % испытуемых), что указывает на их чрезмерную эмоциональную поведенческую увлечённость в жизнь своего взрослого ребёнка, затрудняющую формирование здоровых границ и самостоятельности у обеих сторон;

– родителям со сбалансированным типом родительской позиции относительно в равной степени свойственны средний (44 % испытуемых) и высокий (56 % испытуемых) уровни созависимости, что является достаточно парадоксальным результатом, поэтому данный момент требует дополнительного изучения на более крупной выборке.

Анализ различий в родительской позиции по отношению к взрослым детям с химической зависимостью разного пола также выявил существенные различия:

 Родителям молодых мужчин более свойственен отстранённый тип родительской позиции (64 % испытуемых), также встречается автономный (28 % испытуемых), контролирующий и сбалансированный — представлены минимально (по 4 % каждый). Возможными причинами преобладания отстранённого типа могут быть связаны с наличием в обществе социальных стереотипов о том, что от мужчин в большей степени ожидается проявление самостоятельности и демонстрация умения решать проблемы и справлять с возникающими трудностями. Также мужчины по своей природе являются менее эмоционально открытыми, что может способствовать выбору отстранённости как более привычному стилю взаимодействия родителей со своими взрослыми детьми мужского пола. Кроме того, мужчинам более свойственно проявлять агрессию, недели женщинам, что естественным образом может повлиять на минимизацию контактов со взрослым сыном с химической зависимостью для достижения собственной родительской безопасности [2].

– Родителям молодых женщин более свойственен контролирующий тип родительской позиции (60 % испытуемых), также встречается сбалансированный (32 % испытуемых), автономный и отстранённый также практически не представлены в данной выборке — по 4 % каждый. Преобладание контролирующего типа родительской позиции можно попробовать объяснить наличием гендерных ожиданий со стороны общества к женщинам — они более уязвимы, более нуждаются в защите, потому нуждаются в контроле [3].

Таким образом, можно говорить о подтверждении обеих гипотез исследования. Действительно, существует связьродительской позиции по отношению к взрослым химически зависимым детям и уровнем созависимости родителей с ними. А также, существуют значимые различия в родительской позиции по отношению к взрослым химически зависимым детям разного пола.

Литература:

1. Кесельман Л. Е., Мацкевич М. Г. Социальное пространство наркотизма. 2-е изд. — СПб.: «Медицинская пресса», 2001. –272 с.
2. Коровина О. Е. Особенности родительского отношения к взрослым детям с химической зависимостью. Вестник КГУ им. Н. А. Некрасова. — 2008. — Том 14. — С. 184–190.
3. Кулагина И. Ю., Колюцкий В. Н. Психология развития и возрастная психология: Полный жизненный цикл развития человека: Учебное пособие для вузов. — 2е изд. — М.: Академический проект, 2015. — 420 с.