Подделка документов является распространенным преступным деянием, за совершение которой законодателем установлена уголовная ответственность, предусмотренная ст. 327 Уголовного кодекса Российской Федерации [1] (далее — УК РФ). Расследование данного вида преступлений всегда сопровождается назначением и производством судебно-технической экспертизы документов. Вместе с тем, для назначения и производства данной экспертизы представляется важным определить круг документов, которые могут быть переданы на исследование эксперту в контексте ст. 327 УК РФ, иными словами, необходимо определить, какие документы являются предметом данного преступления, и подделка которых влечет наступление уголовной ответственности. В связи с этим, представляется важным исследовать понятие и признаки документов, подделка которых влечет наступление уголовной ответственности по ст. 327 УК РФ.

В названии ст. 327 УК РФ законодатель прямо перечисляет документы, за подделку которых наступает уголовная ответственность и таковыми являются документы, государственные награды, штампы, печати и бланки. И если государственные награды, штампы, печати и бланки имеют достаточно точное описание, в том числе и нормативно закрепленное, то в отношении документов такое определение отсутствует, в связи с чем возникает вопрос относимости того или иного документа к предмету преступления и, соответственно, к материалам экспертного исследования при возбуждении уголовного дела по ст. 327 УК РФ. Соответственно, возникает вопрос — любой документ может являться предметом данного преступления, а также объектом исследования криминалистических экспертиз при расследовании данного вида преступлений.

Исследователи отмечают, что в связи с отсутствием нормативно определенной дефиниции, категория «документ» в данном контексте является оценочной. Например, Р. С. Белкин, изучая понятие документа, полагает, что в качестве такового следует понимать материальный объект, на котором при помощи знаков, символов, графических изображений, символов естественных или искусственных языков, иными способами зафиксированы сведения о фактах. Ученый различает следующие виды документов: в зависимости от способа исполнения — машинописные, рукописные, полиграфические; в зависимости от использования техники — фото, кино документы и т. д. [2, с. 221].

Схожей точки зрения придерживается и А. А. Волков, который в своем исследовании указывает на то, что под документом следует понимать письменный акт, имеющий юридическое значение, имеющий определенную форму, оптимальной для использования человеком, регламентированной законом или сложившейся традицией [3, с. 26].

По мнению ряда авторов, под документом следует понимать деловую бумагу, подтверждающую факт или право на что-либо [4, С. 293]. Полагаем, данная точка зрения в большей степени отвечает представлениям гражданского оборота и обеспечивающей его документации, так как предметом преступления по уголовному закону выступают, в большей степени документы, имеющие государственное, но не частное происхождение.

Если рассматривать и обобщать другие точки зрения на понятие и правовую природу документа, следует, во-первых, отметить, что единая точка зрения до настоящего времени отсутствует; во-вторых, мнения исследователей разделаются относительно формы носителя — одни ученые полагают, что официальные документы могут иметь исключительно письменный вид, другая группа авторов полагает, что в качестве официального документа может выступать любой материальный носитель, включая электронный [5, с. 123].

Изучение точек зрения различных авторов свидетельствует о том, что в научной среде отсутствует единая точка зрения о понятии документа.

Форма документа — первые сущностный признак рассматриваемого понятия, и отсутствие единого понимания усугубляется тем, что в настоящее время к документам относится не только документ в классическом их понимании (то есть имеющие письменную форму), но и электронные документы. Следует подчеркнуть, что в век цифровизации, огромную значимость приобретает электронный документооборот, его значимость заключается так же в том, что предоставление государственных и муниципальных услуг предполагает формирование итоговых документов, как результат обращения за государственной или муниципальной услуги, либо отказа в их предоставлении, что должно получить соответственное документальное выражение, удостоверенное надлежащим образом — квалифицированной цифровой подписью, что подтверждается и положениями Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63 «Об электронной подписи» [6], который приравнивает документ, составленный на бумажном носителе и подписанный гражданином, электронному документу с электронной подписью.

С другой стороны, электронный документ невозможно назвать связанным с материальным миром, так как ее прочтение и демонстрация невозможны без специальных устройств, вместе с тем, судебная практика идет по пути признания электронных документов официальными, подпадающими под признаки предмета преступлений, предусмотренных ст. 327 УК РФ, и никогда не имевшими материально выраженной формы [5, с. 124].

Бесспорно, данную категорию можно отнести к категории документов, но будет ли такой документ объектом исследования судебно-технической экспертизы документов? Полагаем, в данном случае следует ответить отрицательно так как судебно-техническая экспертиза предполагает определенный набор методов исследования документов, который предусматривает возможность изучения и исследования документов, имеющих материальное выражение, тогда как электронный документ будет являться объектом судебно-компьютерной экспертизы. Следует также подчеркнуть, что объектом судебно-технической экспертизы могут быть не только непосредственно документы, но их дубликаты и копии [7, с. 6].

Вторым признаком документа в контексте ст. 327 УК РФ является источник его происхождения. В данном вопросе мнения исследователей также расходятся. Первая группа авторов полагает, что источниками официальных документов в контексте ст. 327 УК РФ являются исключительно органы и должностные лица местного самоуправления и органов государственной власти, включая воинские подразделения и правоохранительные органы, учреждения, организации, тогда как документы юридических лиц, независимо от организационно-правовой формы, не являются официальными документами [8, с. 694], то есть здесь документ рассматривается в узком смысле.

Вторая группа авторов полагает, что к таким документам могут относиться исключительно акут органов государственной власти, управления и местного самоуправления, результаты документооборота юридических лиц, независимо о организационно-правовой формы, индивидуальных предпринимателей, учреждений и т. д. [9, с. 581]. То есть в данном случае документ понимается в максимально широком смысле.

Максимально широкой трактовки понимания документа как правовой категории придерживается третья группа авторов, которая, помимо таких источников происхождения документов как государственные и муниципальные органы и их должностные лица, юридические лица, организации, учреждения, указывает и документацию частных лиц, которым был придан официальный характер путем введения в государственный или муниципальный документооборот, например, жалобы, заявления, ходатайства, обращения, документы имеющие нотариальное или иное официальное заверение [10, с. 214].

И. В. Баландин подчеркивает, что «при оценке источника документа в контексте ст. 327 УК РФ возможна его широкая трактовка. Предмет преступления в этом составе может быть представлен частными документами, которые удостоверены государственными и муниципальными органами и их должностными лицами в надлежащем порядке» [11, с. 64]. Соглашаясь с данной позицией, полагаем, что на исследование эксперту в порядке судебно-технической экспертизы документов могут быть представлены документы в максимально широком их понимании.

Третий сущностный признак документа непосредственно связан с источником происхождения документа, и состоит в том, что такой документ влечет какие-либо последствия, а также является фактом, вызывающим возникновение, изменение или прекращение правоотношений в различных сферах общественной жизни.

Четвертым признаком документа в контексте ст. 327 УК РФ, следует назвать его форму, которая, в первую очередь, должна соответствовать требованиям, предъявляемым законодательством к форме данного документа, во вторую очередь, документ должен содержать определенные реквизиты, которые позволяют идентифицировать источник происхождения документа, повод его создания, наличие определенного содержания, дату, место составления документа и т. д.

Таким образом, под документом в контексте ст. 327 УК РФ, который необходимо понимать акт, выполненный в материальной или электронной форме, соответствующий требованиям, предъявляемым к такого рода документам в соответствии с законом, исходящим от государственных, муниципальных органов, организаций, учреждений и предприятий, направленным на возникновение, изменение или прекращение правоотношений, влекущий последствия в виде возникновения права или прекращения обязанности.

Полагаем, определение официального документа, закрепленного в примечании к ст. 327 УК РФ позволит привести к единству судебную практику. На наш взгляд необходимо также дать нормативное отнесение к предмету данных преступлений официальных документов в электронном виде в связи с переходом государственных и муниципальных органов, многих учреждений, организаций и предприятий на электронный документооборот и использование электронной подписи.

Данное понимание необходимо не только для квалификации преступлений, предусмотренных ст. 327 УК РФ, но и для понимания документа как объекта судебно-технической экспертизы документов и компьютерно-технической экспертизы.

Литература:

1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 г. № 63-ФЗ (ред. от 09.04.2026) // Собрание законодательства РФ. — 1996. — № 25. — Ст. 2954.
2. Белкин Р. С. Курс криминалистики. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, Закон и право, 2001. —. 837 с.
3. Волков А. А. Диагностика в технико- криминалистическом исследовании реквизитов документов: дис. … канд. юрид. наук: 12.00.09. —Саратов, 1999. —. 186 с.
4. Козаченко И. Я., Новоселов Г. П. Уголовное право. Общая часть: учебник. — М.: Юрайт, 2022. — 400 с.
5. Дайшутов М. М., Бойцова Ж. А. Особенности предмета преступления, предусмотренного ст. 327 уголовного кодекса Российской Федерации // Вестник экономической безопасности. — 2021. — № 4. —. С. 121–127.
6. Об электронной подписи: Федеральный закон от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ (ред. от 31.07.2025) // Собрание законодательства РФ. — 2011. — № 15. — Ст. 2036.
7. Баженов, С. М. Типичные ситуации, возникающие при назначении судебно-технической (технико-криминалистической) экспертизы документов по их копиям / С. М. Баженов, А. А. Кузнецов // Современные состояние, проблемы и перспективы развития специальных знаний: Материалы Всероссийской научно-практической конференции, Новосибирск, 19 ноября 2024 года. — Москва: Московская академия следственного комитета, 2025. — С. 5–10.
8. Уголовное право. Общая и Особенная части: учебник / под общ. ред. М. П. Журавлева, С. И. Никулина. — Москва: Норма, 2017. — 783 с.
9. Ляхова В. В. Документы как предмет преступлений, предусмотренных ч. ч. 1, 3 ст. 327 УК РФ: проблемы теории и практики // Уголовная политика и правоприменительная практика: сборник материалов VII-ой Международной научно-практической конференции. — Санкт-Петербург, 2019. — С. 579–588.
10. Тюнин В. И. Изменение редакции ст. 327 УК РФ (новая редакция — проблемы старые) // Уголовная политика и правоприменительная практика: сборник материалов VIII-й Международной научно-практической конференции. — Санкт-Петербург, 2020. — С. 210–217.
11. Баландин В. И. О понимании официального документа по статьям 292 и 327 УК РФдля целей квалификации преступлений // Юридический Вестник Самарского университета. — 2020. — № 6(2). — С. 63–69.