Введение

Первоначальное значение термина, предложенного Стивеном Брэтмэном, относилось к людям, чьи чрезмерные диетические ограничения приводили к нежелательным последствиям. Со временем, углубленное изучение проблемы позволило уточнить нервную орторексию как новый тип расстройства пищевого поведения. Его суть заключается в чрезмерной сосредоточенности на выборе и потреблении пищи, субъективно считающейся «правильной» и полезной, а также в строгом следовании установленным самим человеком пищевым нормам. В настоящее время нервная орторексия не включена в DSM-5 из‑за научных споров о её классификации [1].

Кого затрагивает орторексия?

К. Д. Канн и Э. В. Макаричева в своем исследовании отмечают, что наблюдаемый рост числа случаев нервной орторексии среди молодого поколения, по всей видимости, обусловлен усилением трендов на «здоровое» питание, повышенным интересом к качеству потребляемых продуктов и повсеместным распространением в медиа различных диет, игнорирующих индивидуальные особенности организма. Они отмечают, что именно девушки чаще демонстрируют признаки орторексии, что может объясняться более строгими ожиданиями общества относительно их внешности, питания и здоровья, а также их большей чувствительностью к мнению окружающих о внешнем виде [5].

По словам психиатра и психотерапевта Алексея Вилкова, орторексия чаще всего развивается у следующих групп людей:

– Пережившие расстройства пищевого поведения: те, кто боролся с анорексией или булимией, могут начать чрезмерно контролировать питание из страха рецидива, что приводит к новой одержимости «правильной» едой;

– Люди с тревожностью: для них диетические ограничения могут временно снижать беспокойство, но в итоге сами правила питания лишь усиливают тревогу и могут вызвать проблемы со здоровьем;

– Люди с ОКР: склонность к навязчивым мыслям и ритуалам делает их особенно уязвимыми для ловушки орторексии;

– Перфекционисты: стремление к идеалу проявляется и в питании, где любое отклонение от строгих правил вызывает сильный стресс.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что орторексия развивается у лиц, подверженных одновременному воздействию внешних социокультурных факторов и внутренних предрасполагающих особенностей. Сочетание этих элементов трансформирует здоровое стремление к питанию в патологическую фиксацию, требующую профессионального вмешательства.

Орторексия как форма тревожного расстройства

Орторексия представляет собой не просто повышенный интерес к здоровому рациону, а скорее расстройство пищевого поведения, обусловленное глубинными тревожными состояниями. Человек перестает получать удовольствие от еды, смещая акцент на её «правильность» и полезность. Он может потратить несколько часов в день на составление недельного меню, ставя питательную ценность продуктов выше их вкусовых характеристик. Отличительной чертой от здорового образа жизни является высокий уровень стресса и нарушение нормальной жизнедеятельности. Человек с орторексией испытывает сильное беспокойство при отсутствии «безопасных» продуктов и избегает кафе и других общественных мест, из-за страха столкнуться с «запрещённой» едой [3].

Орторексия — это не забота о здоровье, а патология, где «правильное» питание вытесняет радость от еды и социальную жизнь. В сущности, орторексия трансформирует процесс питания из источника жизненной силы и позитивных эмоций в источник непрекращающегося беспокойства и социальной отчужденности.

Социальные сети как катализаторы расстройства

Визуальный контент в социальных сетях, особенно связанный с питанием и фитнесом, играет существенную роль в формировании и укреплении симптомов нервной орторексии [2]. Качество и способ подачи информации зачастую оказывают более сильное воздействие, чем простое количество времени, проведенного в сети. Алгоритмы, создавая персонализированные «информационные пузыри» для пользователей, обеспокоенных своей внешностью, могут перенасыщать их контентом, связанным с расстройствами пищевого поведения, тем самым усугубляя их тревожное состояние. Бесконечное сравнение с идеализированными образами может привести к тому, что люди, склонные к тревоге, начнут воспринимать здоровое питание не как акт самозаботы, а как моральный долг, любое отклонение от которого вызывает чувство вины. Это запускает самоподдерживающийся цикл: тревога побуждает к еще более строгому контролю над питанием, что дает иллюзию стабильности, но сами эти жесткие ограничения порождают новый дистресс и усиливают исходную тревожность. Тем не менее, социальные сети не являются исключительно негативным фактором. Наряду с вредоносным контентом, они предоставляют и поддерживающую среду: пользователи могут находить сообщества для взаимопомощи, делиться своим опытом восстановления и продвигать более здоровые отношения с едой. Однако сложность заключается в том, что алгоритмы не всегда способны провести различие между полезным и вредным советом, а мощная «wellness»-индустрия и блогеры-инфлюенсеры, не обладая профессиональной квалификацией, часто извлекают финансовую выгоду из продвижения экстремальных диет, продавая марафоны, пищевые добавки и формируя «культ чистого питания» среди людей.

Осознание этих механизмов необходимо для формирования критического подхода к потребляемому контенту и разработки стратегий профилактики орторексии в цифровой среде.

Заключение

Нервная орторексия представляет собой парадоксальный феномен современности: то, что начинается как искренняя забота о здоровье, при определённых условиях оборачивается тяжёлыми психологическими проблемами. Это расстройство возникает не спонтанно, а является результатом взаимодействия внешних факторов и личных предрасположенностей. Особую тревогу вызывает растущая распространённость орторексических симптомов среди молодёжи, что превращает проблему из сугубо клинической в значимый вызов общественному здоровью.

Разница между здоровым отношением к питанию и орторексией заключается не в составе рациона, а в наличии постоянного стресса, страха перед определенными продуктами и потере способности получать удовольствие от еды. Признание орторексии как реальной формы тревожного расстройства, даже при отсутствии официального диагноза, критически важно для своевременной помощи. Профилактика орторексии должна фокусироваться не на ограничении здорового питания, а на развитии медиаграмотности, повышении психологической культуры и формировании более доброго и принимающего отношения к себе. Это позволит вернуть еде ее естественное значение — источник жизненных сил, радости и социального взаимодействия, а не постоянный источник тревоги.

Литература:

1. Cuzzolaro, M., Donini, L. M. Orthorexia nervosa by proxy? Eat Weight Disord 21, 549–551 (2016). https://doi.org/10.1007/s40519–016–0310–8
2. Usta Ulutaş, P., Okan Bakır, B. The type of social media is a greater influential factor for orthorexia nervosa than the duration: a cross-sectional study. BMC Public Health 25, 827 (2025). https://doi.org/10.1186/s12889–025–21335–0
3. What is Orthorexia Nervosa? Warning Signs, Causes & Treatment // The Renfrew Center URL: https://renfrewcenter.com/what-is-orthorexia-nervosa-warning-signs-causes-treatment/ (дата обращения: 08.05.2026).
4. Вредная еда: можно ли зациклиться на правильном питании Врачи рассказали нам, что такое орторексия и как она вредит нашему здоровью. // Известия URL: https://en.iz.ru/en/2078243/evgeniia-borodina/junk-food-it-possible-get-obsessed-proper-nutrition (дата обращения: 08.05.2026).
5. Кан К. Д., Макаричева Э. В. Исследование распространенности и специфики проявления нервной орторексии у обучающихся // ОмГУ. 2024. № 1. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/issledovanie-rasprostranennosti-i-spetsifiki-proyavleniya-nervnoy-ortoreksii-u-obuchayuschihsya (дата обращения: 08.05.2026).