Термин «цифровой след» активно используется в научной среде начиная примерно с конца XX века, когда стали очевидны масштабы воздействия новых технологий на жизнь человека. Однако само понятие приобрело широкое распространение лишь относительно недавно, особенно в связи с ростом влияния Интернета и развитием концепции больших данных. Современное общество характеризуется интенсивным использованием цифровых технологий, что порождает значительные объемы информации, оставляемые пользователями в цифровом пространстве.

А. М. Кондаков и А. А. Костылева предлагают под понятием «цифровой след» понимать весь комплекс данных о человеке в Интернете [1, c. 209]. Другие исследователи предлагают следующую формулировку данного понятия: «...уникальный набор действий в Интернете или на цифровых устройствах. Также встречаются определения цифрового отпечатка или цифровой тени, которые также употребляются для обозначения цифрового следа» [2, c. 10].

Таким образом, цифровой след — это информация, оставляемая человеком в процессе взаимодействия с интернет-пространством и цифровыми технологиями. Этот след накапливается ежедневно и отражает наши привычки, вкусы, предпочтения, финансовые возможности и социальную активность.

Цифровой след можно разделить на два типа:

1. Активный цифровой след — данные, которые намеренно размещаются пользователем (например, посты в социальных сетях, комментарии, фотографии и т. п.).

2. Пассивный цифровой след — данные, собираемые автоматически без прямого участия пользователя (IP-адрес, время сессии, данные о местоположении и т. п.) [3, c. 244].

В юридической науке цифровой след всё чаще рассматривается как объект правовой охраны, поскольку он может содержать персональные данные, подлежащие защите в соответствии с законодательством о персональной информации.

В Российской Федерации основным нормативным актом, регулирующим обработку персональных данных, является Федеральный закон № 152-ФЗ от 27 июля 2006 года «О персональных данных» [4]. Согласно этому закону, любая информация, позволяющая идентифицировать физическое лицо, подлежит защите. Цифровой след, включающий идентифицирующие признаки, попадает под действие данного закона.

Ключевые правовые принципы, закреплённые в законе:

1) Законность и справедливость обработки — данные могут обрабатываться только с согласия субъекта или на иных законных основаниях;

2) Целевое назначение — сбор данных должен быть ограничен конкретной, заранее определённой и законной целью;

3) Минимизация данных — обрабатывается только та информация, которая необходима для достижения цели;

4) Конфиденциальность и безопасность — операторы обязаны обеспечивать защиту персональных данных от несанкционированного доступа.

Однако на практике соблюдение этих принципов сталкивается с трудностями. Например, пользователи часто дают согласие на обработку данных, не осознавая полного объёма собираемой информации. Кроме того, сложность отслеживания цепочки передачи данных между компаниями либо провайдерами связи снижает эффективность контроля.

Этический аспект обращения с цифровыми следами требует соблюдения баланса между интересами пользователей и защитой их личной информации. Анализ и сбор цифровых следов вызывают серьезные этические вопросы.

Во-первых, постоянный контроль и отслеживание активности в интернете создают ощущение постоянного наблюдения, формируя цифровое пространство, похожее на паноптикон, что подавляет личную свободу выражения мнений и выбора.

Во-вторых, технологии анализа цифрового следа активно используются для манипуляции поведением людей посредством таргетированной рекламы, политического влияния и формирования предпочтений. Это особенно заметно в практике микротаргетинга, применяемого в избирательных кампаниях, что вызывает сомнения относительно добровольности и объективности решений избирателей [5, с. 30].

В-третьих, автоматизация процессов обработки данных способна усугублять существующее социальное неравенство и поддерживать дискриминационные практики. К примеру, кредитные скоринги и системы отбора персонала, базирующиеся на анализе цифровых следов, могут необоснованно ограничить права определенных социальных групп.

Наконец, отсутствие прозрачности в процессах сбора и использования данных также создает определенные проблемы, поскольку пользователи зачастую не осведомлены о конкретных механизмах и целях сбора своей личной информации.

Эффективная охрана цифрового следа требует признания его объектом личных неимущественных прав, аналогичных защите репутации и частной жизни. Необходимо усилить права субъектов данных, обеспечив доступ к своему цифровому следу, возможность корректировки и удаления персональных сведений. Также, важнейшей мерой является регулирование алгоритмической прозрачности, обязывающее раскрывать принципы функционирования алгоритмов, обрабатывающих личные данные.

Наша страна предпринимает шаги по улучшению системы защиты персональных данных. Федеральный закон «О персональных данных» устанавливает требования к обработке информации, связанной с гражданами. Однако этот закон преимущественно ориентирован на сбор, хранение и передачу конкретных видов персональных данных, тогда как понятие цифрового следа выходит далеко за рамки традиционного понимания персональной информации. Наряду с существующими коллизиями, одной из ключевых проблем является отсутствие конкретного юридического термина «цифровой след». Законодательно данная категория не закреплена, что затрудняет разработку эффективной стратегии по охране соответствующих данных. Для решения этой проблемы предлагается введение понятия «цифрового следа» в законодательство, разработка специальных норм, определяющих порядок его обработки и хранения.

Таким образом, цифровой след стал неотъемлемой частью современной жизни, но его правовая и этическая охрана остаётся недостаточно развитой. Существующее законодательство, хотя и обеспечивает базовую защиту персональных данных, не учитывает всей сложности цифровой среды.

Необходимо дальнейшее развитие правовых механизмов, ориентированных на уважение к частной жизни, прозрачность обработки данных. Только в этом случае цифровая трансформация общества будет происходить в интересах человека, а не в ущерб его свободе и достоинству.

Литература:

1. Кондаков А. М., Костылева А. А. Цифровая идентичность, цифровая самоидентификация, цифровой профиль: постановка проблемы // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Информатизация образования. — 2019. — Т. 16. — № 3. — С. 207–218.

2. Гайдаш О. В. Феномен цифрового следа в современном обществе // Вестник магистратуры. 2020. № 6 (105). — С. 10–12.

3. Худяков В. В., Ананьев А. А. Цифровые следы // Криминологический журнал. — 2023. — № 4. — С. 243–246.

4. Федеральный закон от 27.07.2006 № 152-ФЗ (ред. от 24.06.2025) «О персональных данных» // Российская газета. — 29.07.2006. — № 165.

5. Багровский В. Е. Цифровые технологии манипулирования как механизм пропаганды // Асклепий: социология, биология, медицина. — 2024. — № 1(1). — С. 28–32.