Библиографическое описание:

Коновалова К. Л. Актуальность изучения гетеростереотипного восприятия белорусских и китайских студентов [Текст] // Актуальные вопросы современной психологии: материалы междунар. науч. конф. (г. Челябинск, март 2011 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2011. — С. 47-50.

Во второй половине XX столетия в мировом масштабе наметились процессы, характеризующиеся всплеском осознания своей этнической идентичности — принадлежности к определенному этносу (этнической общности). Все это вызывает обострение отношений между представителями отдельных национальностей, делает национальную принадлежность одним из существенных критериев межличностного восприятия. Повышение значимости национальной принадлежности как параметра идентификации личности и восприятии людьми друг друга приводит к выходу этнических стереотипов на одно из первых мест в ряду других социальных стереотипов восприятия.

Этнический стереотип — упрощенный, схематизированный, эмоционально окрашенный и чрезвычайно устойчивый образ какого-либо этноса, с легкостью распространяемый на всех ее представителей. [1, с.103] В структуре этнического стереотипа. выделяют автостереотип- и гетеростереотипы. В первом случае объектом. являются наиболее "типичные" представители своей этнической группы. Во втором - представители иноэтнической (чужой, внешней) группы. Автостереотипы обычно более позитивны, дифференцированны и комплексны в сравнении с гетеростереотипами [1, с. 28].

Само понятие "этнический стереотип" представляет собой конкретизацию более общего понятия "социальный стереотип", введенного У.Липпманом в 1922 г. для описания субъективных образов тех или иных этнических групп. Пионерскими в изучении этнических отношений можно считать работы Е.С.Богардуса и Д.Каца и К.У.Брейли, затрагивавшие, в частности, проблему антисемитизма. Первые обобщающие работы в данной области были опубликованы в середине тридцатых годов О.Клайнбергом и Дж.Доллардом.

В зарубежной социальной психологии последних десятилетий под влиянием идей когнитивизма стереотипизация стала рассматриваться как рациональная форма познания, как частный случай более универсального процесса категоризации. Это проявилось в трудах таких ученых как С. Фиске, У. Стефан, К. Стефан. Большой вклад в исследование стереотипов внесли работы Г.Триандиса, Д.Кэмпбелла, Г. Тэджфела и др.

На территории Советского Союза развитие этнопсихологической науки было на долгое время приостановлено. Этнопсихологические идеи получали оценку вредных и националистичных в свете пропагандируемой ориентации на создание новой исторической общности- советского народа. Игнорировалось этническое своеобразие большинства народов страны. Проблемы межэтнической напряженности при этом умалчивались.

В современной российской этнопсихологии и социальной психологии анализ механизмов образования и функционирования национальных стереотипов и перцептивных феноменов национального самосознания. представлен в работах В.С.Агеева, Г.М.Андреевой, Н.М.Лебедевой, Т.Г.Стефаненко, П.Н.Шихирева, А.П.Оконешниковой., Г.У.Солдатовой, Л.Г. Почебут и др.

В белорусской психологической науке пока еще уделено недостаточно внимания этнопсихологической проблематике. Фундаментальные труды по психологии белорусского этноса отсутствуют. Более исследованными являются вопросы этнического самосознания, идентичности, национального характера (О.Л.. Романова, В.А.Кривошеев, Г.В.Гатальская). Гетеростереотипы белорусов исследованы в основном по отношению к представителям соседних этносов. Интерес к исследованию этнокультурных феноменов проявляют историки, социологи и представители других дисциплин, что расширяет имеющийся фактологический материал, но не дает психологического истолкования причин и механизмов развития тех или иных образований.

Может возникнуть оправданный вопрос, действительно ли исследование этнопсихологической проблематики своевременно и актуально для белорусского общества? В Беларуси не наблюдается столкновений на национальной почве, ставших для многих государств, не исключая соседние, едва ли не повседневной реальностью. В общественном мнении достаточно глубоко укоренилось представление о толерантности белорусов и их гостеприимстве.

Так, подавляющее большинство населения Беларуси (в среднем 86%) считает, что в стране нет дискриминации по национальному, языковому и религиозному признакам. Таковы данные социологического исследования, проведенного в октябре 2010 года Центром социологических и политических исследований Белорусского государственного университета[3].

Описывая свой национальный характер в свободной форме, белорусы среди наиболее ярких позитивных черт указывали доброту и трудолюбие, гостеприимство и толерантность. По оценкам белорусов уровень выраженности агресссивности и индивидуализма в национальном характере белорусов самый низкий по сравнению с представителями соседних этносов: русских, украинцев, литовцев, поляков[4]. Употребление лексем «гостеприимный» и «терпимый» в автохарактеристиках белорусов значительно превышает употребление этих слов для характеристики других этнических групп.

Анализ содержания авто- и гетеростереотипов обнаруживает проявление одной из стратегий сохранения позитивного образа собственной группы, потерпевшей неудачу в экономическом соревновании. Западными психологами не раз отмечалось, что группы с более высоким статусом в экономической сфере имеют тенденцию характеризовать себя с точки зрения компетентности и экономического успеха, а группа с более низким экономическим статусом характеризует себя с точки зрения теплоты, сердечности и гуманности. Так, белорусы, создавая образ представителя своей национальной группы, в 4,6 раз больше исполь­зовали положительных характеристик, соотносимых с такими качествами, как гуманность, коммуникативность, подобные качества в значительно меньшей степени белорусы приписывают полякам и русским[5].

Однако, есть и другие данные, позволяющие говорить о том, что белорусы не настолько терпимы по отношению к представителям других этнических общностей, как это принято считать.

Доктор социологических наук Л. Титаренко считает, что белорусы демонстрируют выборочную толерантность. Это проявляется в росте терпимости к таким формам поведения, которые по закону считаются девиантными, но которые в общественной морали белорусов не получили адекватной оценки. Однако эта терпимость далеко не всеохватывающая: большинство опрошенных по-прежнему не желает видеть среди своих соседей людей, принадлежащих к отдельным национальностям, сексуальным меньшинствам или больных СПИДом[6]. 

Причины скрытой нетерпимости белорусов, на наш взгляд, следует искать в истории белорусского этноса, который в течении многих веков не имел национального государства и, живя в многоэтничном государстве (Речь Посполитая, Российская империя) подвергался дискриминации по языковому или религиозному признаку. Национальная политика в СССР также способствовала ассимиляции белорусов. Достаточно большая часть представителей белорусской молодежи имеет неопределенную или фрустрированную национальную идентичность: 15 % опрошенных белорусов отмечают отсутствие чувств, связанных со своей на­циональностью, а у 7 % респондентов собственная национальная принадлежность вызывает чувство униженности, ущемлённости и обиды[4]. По мнению Н.М.Лебедевой в норме в групповом сознании существует прочная устойчивая связь между позитивной этнической идентичностью и этнической толерантностью. В неблагоприятных социально-политических условиях данная связь может разрушаться или становиться обратной, активизируя механизмы психологической защиты, что выражается в росте негативных гетеростереотипов, этнической интолерантности, этноцентризме[7. с.35].

Опрос группы социологов при поддержке Независимого института социально-экономических и политических исследований (Литва, Вильнюс) также засвидетельствовал, что белорусский народ далеко не столь толерантен к представителям других национальностей. Респондентам было предложено охарактеризовать свое отношение к ним по пятибалльной шкале социальной дистанции Богардуса. Результаты показали, что самый низкий индекс социальной дистанции у белорусов с русскими — 1,918, украинцами (2,417) и поляками (2,474). Самый же высокий индекс социальной дистанции зафиксирован по отношению к выходцам из стран  Юго-Восточной Азии (вьетнамцы, китайцы и др.) — 4,009. То есть в среднем белорус готов всего лишь жить в одном городе с выходцами из стран Юго-Восточной Азии, а почти 40% опрошенных готовы их терпеть всего лишь как жителей одной с ними страны[8].

Т.Н. Волынец в своем исследовании представленности стереотипов в отношении различных этнических групп в языковом сознании белорусов выявила активное формирование стереотипных представлений, совмещающих полярные оценки, по отношению к китайцам. Автор в обьяснении различий между оценками различных этнических групп пользуется «гипотезой контакта», согласно которой чем дольше и глубже мирное взаимодействие групп между собой, тем выше шкала положительных оценок гетеростереотипов[9].

Однако, далеко не всякое межэтническое общение разрушает межэтнические стереотипы. В ряде случаев предшествующая напряженность в межгрупповых отношениях, недостаток информированности друг о друге, отрицательные социальные установки по отношению друг к другу и т. п. в результате непосредственного общения лишь усугубляют взаимные негативные оценки.

Примером может служить, динамика восприятия китайцев на Дальнем Востоке России, где число контактов между представителями групп в последнее десятилетие значительно увеличилось и расширилась информационная база для создания адекватных представлений о соседнем народе. В то же время почти каждый четвертый (23%) из числа опрошенных признался, что его отношение к китайцам за последние 10 лет ухудшилось, и только 15% констатировали положительную динамику. Наибольшую непримиримость, причем, показала молодежь[10]. Исследователь Палютина Е.В. полагает, что проблема синофобии имеет общие черты с юдофобией. Представителей обоих диаспор можно классифицировать как т.н. «торговые меньшинства», которые раздражают местное население чуждостью, преуспеванием и атмосферой криминогенности[11].

Китайцы относятся к очень древней и высококонтекстной культуре, сложная система иерархии, конечно, не способствует понимаю китайцев среди представителей западной, достаточно низкоконтекстной культуры. По мнению китайского историка Ян Бо традиционная китайская культура породила разобщенность между людьми, заставила китайцев обладать многими нелицеприятными чертами[12].

Значительную часть среди прибывающих в Беларусь китайцев составляют студенты. Китай является лидером по потреблению белорусских образовательных услуг. А так как экспорт образовательных услуг является приоритетным направлением в концепциях развития высшего образования в РБ, это число будет только возрастать.

Представляет особую значимость изучение особенностей этнической перцепции представителей молодого поколения как части общества, наиболее сензитивно воспринимающей идеи этнических коллизий. От особенностей межэтнических отношений в молодежной среде сейчас зависят пути их развития в будущем.

Таким образом, на основании вышеизложенных положений, можно утверждать, что исследование гетеростереотипов восприятия белорусских и китайских студентов как представителей двух различных метацивилизаций представляет существенное значение для белорусской психологической науки и обладает необходимой научной новизной. Полученные данные могут быть использованы для создания программ межкультурной адаптации, системы превентивной педагогической поддержки иностранных студентов, необходимость которой в последнее время неоднократно обосновывалось в отечественной научной периодике.


Литература:

  1. Платонов Ю.П., Почебут Л.Г.Этническая социальная психология / Ю.П.Платонов. - Спб.: Питер,1993 – 287с.

  2. Солдатова Г.У. Психология межэтнической напряженности/ Г.У.Солдатова. – М.:Смысл,1998 -386 с.

  3. Электронная версия бюллетеня « Население и общество» / http://www.demoscope.ru/weekly/2010/0443/panorm01.php

  4. Гатальская Г.В., Ткач Н.М. Психологические особенности национального характера белорусов / Г.В.Гатальская,Н.М. Ткач // Псiхалогiя. - 2010. - №1. – С.30-35

  5. Анисимова Е.А., Вербова К.В. Этнические стереотипы белоруссктх, польских и русских студентов / Е.А.Анисимова, К.В.Вербова// Вестник ГрГУ – 2003 - №4 – С.86-97

  6. Титаренко Л. "Парадоксальный белорус": дилеммы массового политического сознания / http://newsletter.iatp.by/ctr8-8.htm

  7. Лебедева Н.М. Введение в этническую и кросс-культурную психологию/ Н.М.Лебедева. – М.: Ключ-С, 1999. – 224 с.

  8. Иерархия социальных дистанций: аналитический обзор НИСЭПИ/ http://www.iiseps.org/12-07-05.html

  9. Волынец Т. Н. Этностереотипы и их отражение в языковом сознании белорусов/ Т.Н. Волынец//Русский язык: система и функционирование: сб. материалов IV Междунар.науч.конф., г.Минск, 5-6 мая 2009 г. В 2 ч. Ч.1 – Минск: РИВШ, 2009 – С. 16-24

  10. Ларина Л. Китайцы на Дальнем Востоке России: динамика их восприятия за последнее десятилетие/ Л.Ларина // Взгляд вне рамок старых проблем: опыт российско-китайского пограничного сотрудничества. Occasional Papers. №6 / Slavic Research Center. Hokkaido University,2005. С.15-25

  11. Палютина Е.В. "Торговые меньшинства ": некоторые вопросы теории, восприятие в общественном мнении (на примере Иркутска)/Е.В. Палютина // Социально-экономические проблемы современного периода преобразований в России. -М., 1996. т.Вып.7.-С.56-70

  12. Мухина В., Цуньин Лю Ян Бо, Его «Уродливый китаец» и все остальные люди/ В. Мухина//Развитие личности – 2005 - №2 – С. 112—122

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle