Библиографическое описание:

Бужак К. В. Применение ограничений избирательных прав по нравственным признакам (исторический аспект) [Текст] // Право: история, теория, практика: материалы междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, июль 2011 г.). — СПб.: Реноме, 2011. — С. 44-50.

В условиях современной России актуальнейшим является установление правовых барьеров, «фильтров», механизмов, которые бы надежно «защитили» представительные органы государственной власти от проникновения в них лиц с небезупречной репутацией, либо занимающихся криминальным бизнесом [19,238-255;27,74;29;36,180-203,218-286,377-395;37,4-8;43;74,15].

Не случайно одной из первоочередных задач новой политической стратегии страны является улучшение качества народного представительства [39;4;5], для успешного решения которой, как представляется, особое внимание должно быть уделено законодательному усилению защитных функций избирательного механизма. Находясь в тесной взаимосвязи и взаимозависимости с народным представительством, последний призван обеспечивать свободное волеизъявление граждан в выборном процессе и, тем самым, – формирование подлинно народных органов власти.

В связи с этим особую востребованность приобретают исследования, направленные на создание научно-теоретической базы для развития законодательства, ориентированного на предупреждение проникновения в представительные органы и на выборные должности криминалитета, коррумпированных, экстремистски и националистически настроенных лиц [33,81-88;34,33-37;35,29-32;73,4-5;75,4-5,11-19]. В этом плане большое значение представляет изучение практики установления ограничений избирательных прав по моральным критериям в зарубежных государствах, в том числе в ее историческом аспекте.

Еще в теориях о народном представительстве 18-го – начала 20-го века подчеркивались его дуалистическая природа, двойственность характера. Власть в народном представительстве – от народа, но право избираться – индивидуально. И власть осуществляется от имени народа, но конкретным человеком. Это обусловливает необходимость наличия условий, обеспечивающих использование власти в интересах народа, выражение воли народа [14,194;28,427-428;46,594;54,8-13;56,26,41,199,323,341;67,72].

Поэтому во все времена острым был вопрос о критериях выбора граждан, которым можно доверить представлять и осуществлять власть от имени народа, о содержании измерений (квалификаций) на способность гражданина работать в народном представительстве, о сдерживающих мерах и ограничениях по личностным качествам, особенно нравственным.

О значении, которое придавалось моральному фактору при формировании органов народного представительства, говорит хотя - бы следующее: французская Декларация прав человека и гражданина 1789 года устанавливала, что всем гражданам ввиду их равенства перед законом открыт в равной мере доступ ко всем общественным должностям, местам и службам сообразно их способностям и без каких-либо иных различий, кроме обусловливаемых их добродетелями и способностями, а Декларация 1793 года провозглашала, что свободные народы не знают иных оснований для предпочтения при избрании, кроме добродетелей и способностей, а нравственную границу свободы составляет следующее правило: «не причиняй другому того, что нежелательно тебе самому от других» [7;8;26].

Суть требований к моральным качествам кандидатов на избрание в народное представительство особенно четко выразил Бенжамен Констан (начало XIX), который писал, что для того, чтобы избирать и быть избранным, необходима «избирательная способность», в которую входят нравственные оценки, сознательное отношение к вопросам государственной жизни, заинтересованность общественным делом, тесная связь со страной, зависимость личного преуспеяния от преуспеяния общества в его целом [57,203-204]. И, обратно этому, совокупность нравственных признаков, отрицательно характеризующих личность, составляет понятие нравственной неспособности и нравственного несоответствия гражданина в реализации своего права избирать и быть избранным.

В.М. Гессен писал, что всеобщее избирательное право отнюдь не предполагает представления права участия в выборах каждому гражданину. Участие в выборах - функция государственной власти, органом которой является избиратель. Поэтому, предоставляя гражданину избирательное право, государство не может не считаться с наличностью или отсутствием у него "избирательной способности". Если под избирательным цензом понимать всякое вообще положительное или отрицательное условие, коим закон обставляет участие в выборах, то нет и не может быть избирательной системы, в которой не имелся бы налицо избирательный ценз. Необходимо, однако, разграничить две категории цензов. Одни констатируют избирательную способность (или неспособность) отдельного индивида, как такового; другие признают избирательную способность (или неспособность) за определенной общественной группой или классом. Первые устраняют от участия в выборах индивида, независимо от его принадлежности к тому или иному общественному классу; вторые устраняют от выборов определенную, более или менее многочисленную, общественную группу. Новейшая история избирательного права является не чем иным, как историей постепенного, повсеместного и неуклонного вытеснения классовых избирательных систем системой всеобщего и равного, демократического избирательного права. Но при этом во все периоды сохраняют свое значение моральные цензы. С началом всеобщего избирательного права совместимы индивидуальные избирательные цензы и не совместимы избирательные цензы, имеющие классовой характер. К первой категории относятся цензы подданства, возраста, общегражданской дееспособности, нравственной неопороченности, служебной и вообще личной независимости избирателя [22,262-275;23].

Характеризуя последовательно сменявшиеся теории избирательного права и соответствующие им избирательные системы, в том числе по признаку всеобщности и равенства выборов, он в каждой из них отмечал наличие требований, определяющих право на избрание в народное представительство в зависимости от соответствия установленной «избирательной способности», в том числе морального свойства.

В избирательных системах европейских государств в период c XVIII по начало XX века можно выделить две основные группы так называемых моральных цензов (условий, измерений), определяющих в законодательном порядке «избирательную неспособность»: 1) по признаку дееспособности; 2) по признаку «нравственной опороченности».

При имеющихся в разных странах различиях по кругу применяемых моральных цензов и степени ответственности по признакам «избирательной неспособности», в целом здесь наблюдается общая тенденция: широкая гамма нравственных критериев, на основании которых можно было применять или бессрочное лишение избирательных прав, или ограничение избирательной способности на определенный срок, системный, дифференцированный подход при установлении оснований морального порядка для применения ограничений (лишения) субъективных избирательных прав.

По признаку дееспособности от участия в выборах повсеместно отстранялись: душевнобольные; расточители; лица, злоупотребляющие спиртными напитками («алкоголики»); лица, состоящие «под конкурсом» (несостоятельные должники); банкроты; лица, лишенные отцовской или опекунской власти; лица, пользующиеся общественным призрением; недоимщики (в некоторых случаях).

По признаку «нравственной опороченности» применялось, как правило, бессрочное лишение избирательных прав к лицам, приговоренным судом к тяжкому уголовному наказанию, к совершившим преступные деяния позорящего свойства или осужденным к позорящему наказанию («опороченные по суду» - применялось в Австрии, Италии, Франции), к занимающимся позорной профессией (например: содержатели публичных домов и тому подобных заведений в Бельгии), уволенным от должности по суду (Норвегия). Лишение избирательных прав на определенный срок применялось к приговоренным к исправительным наказаниям, к лицам, осужденным за бродяжничество или нищенство (Бельгия), а также к привлеченным к ответственности, соединенной с лишением или ограничением прав состояния. В Австрии к «нравственно опороченным» относились лица, состоящие под полицейским надзором и дважды осужденные за злоупотребление спиртными напитками (лишение прав на 3 года) [17;21;22,71-133,185-189,203-213,254-257,261-289,286-289;30,1-40;41;42;47;48;49;50].

Как видим, по первой группе моральных цензов ограничениям в избирательных правах подлежали не только лица, являющиеся недееспособными вследствие психического заболевания, но и состоящие под опекой. К примеру: граждане, лишенные родительских прав, злоупотребляющие алкогольными напитками и т.п. Или лица, пользующиеся общественным призрением, имеющие большие долги, банкроты, «расточители». Такой подход представляется вполне оправданным и заслуживающим внимания. Действительно, о каком представительстве от народа можно вести речь в отношении гражданина, который не в состоянии воспитывать и содержать детей или вследствие алкоголизма, финансовых затруднений не вполне способен иметь свободу воли и подвержен зависимости от других лиц.

В современной российской действительности мы имеем пример, когда депутат Государственной Думы – должник, - вместо исполнения своих обязанностей в народном представительстве скрывался за границей.

Или другое: в России не имеют права избирать и быть избранными граждане, признанные судом недееспособными [1;3]. Вместе с тем законодатель «забыл» учесть конкретные особенности некоторых категорий ограниченно дееспособных лиц и оградить от них органы народовластия. Так, Гражданским кодексом РФ установлено ограничение дееспособности гражданина, который вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами ставит свою семью в тяжелое материальное положение [2;13;31,85-87;45,1-77]. Такие лица находятся под опекой. И вместе с тем имеют право избирать и быть избранными. Согласно избирательному закону суды даже не подают сведения о таких гражданах в связи с проведением выборов [3]. Очевидно, что гражданин, находящийся в состоянии алкогольной или наркотической зависимости, вряд ли будет чувствовать себя зависимым от воли и интересов народа в случае избрания в народное представительство.

Подобное относится и к применению ограничений по признаку «нравственной опороченности». Действующее избирательное законодательство России лишает избирательных прав граждан, содержащихся в местах лишений свободы по приговору суда, а права избираться – лиц, которые отбыли наказание в виде лишения свободы за совершение тяжких и (или) особо тяжких преступлений или были осуждены за совершение преступлений экстремистской направленности и имеют на день голосования на выборах неснятую и непогашенную судимость за указанные преступления, а также граждан при наличии в их отношении вступившего в силу решения суда о лишении права занимать государственные и (или) муниципальные должности [3]. И здесь проявляется общий подход к установлению ограничений, не учитываются особенности различных категорий лиц, совершивших преступление. К примеру, Уголовный закон устанавливает ряд преступлений средней тяжести, но по направленности они относятся к коррупционным и террористическим, а также совершенным в отношении детей (педофилы), против общественной нравственности и здоровья населения (незаконный оборот наркотиков) и другие. В избирательном законе ограничений по указанным основаниям нет, как и в отношении лиц, демонстрирующих устойчивое, продолжавшееся длительное время противоправное поведение (рецидив преступлений), организаторов и участников преступных сообществ (организаций) и групп.

В противоположность этому намного продуманнее выглядит сложившаяся в мире к началу 20-го века система ограничений избирательных прав в отношении совершивших преступления граждан по признаку «нравственной опороченности». Тем более, что последняя практиковалась и в России дооктябрьского (1917 года) периода, и доказывает свою состоятельность в современных зарубежных государствах, (что не представляется возможным рассмотреть в рамках настоящей статьи).

Разумеется, определенная часть практиковавшихся в прошлом ограничений исторически изжила себя, является просто неприемлемой в современных условиях, но представляет пример предметного подхода к учету морального фактора с целью законодательного обеспечения процесса формирования народных представительств достойными, уважаемыми в обществе гражданами.

Так, Актами о народном представительстве как 1832, так и 1867 года (Англия), ставится непременным условием, что «никакое из подобных лиц не будет таким образом внесено в списки избирателей в каком-либо году, … если оно не уплачивает до 20 июля включительно в соответствующем году всех сборов в пользу бедных» [18;24;32,145-157;40;48;49;60;63;64;68;71]. Также действовала система мер по отстранению от участия в выборах лиц, совершивших преступления, нравственно опороченных граждан, расточителей и казнокрадов, призреваемых, то есть тех, кто ввиду нищенского состояния находился на попечении государства и т.п. [18;24;40;48;55;60;63;64;68;71].

Особенно подробно регламентирует процесс формирования выборных органов государства законодательство Франции, применяя гибкую систему ограничений в отношении лиц, совершивших преступление.

Так, Конституция 1791 года и ей последующие устанавливали, что права активного гражданина утрачивают состоящие под судом и следствием и те, кто по объявлению банкротства или несостоятельности, засвидетельствованных подлинными документами или не представит акта об удовлетворении своих кредиторов [9;10;69;70]. Избирательный кодекс Французской республики, который инкорпорировал разнообразные акты избирательного законодательства с 1852 года и содержит нормы и принципы, на которых основываются избирательный процесс и проводятся выборы как на национальном, так и на локальном уровнях, устанавливает ряд оснований морального плана для применения ограничений в праве избирать и быть избранным. Статьи L2, L5 и L6 устанавливают, что не могут принимать участие в голосовании (активное избирательное право) совершеннолетние лица, находящиеся под опекой; лица, находящиеся под следствием; а также лица, которые лишены права голоса в качестве уголовного наказания. Особенно суровые наказания предусмотрены для коррупционеров, расхитителей государственной казны: избранное должностное лицо, признанное виновным в злоупотреблении государственными средствами, на 10 лет лишается права участвовать в выборах на национальном уровне. Еще более жесткие требования предъявляются к кандидатам в Национальное собрание (пассивное избирательное право): не могут быть избранными в Национальное собрание лица, которые находятся под опекой; осужденные за перечисленные в Избирательном Кодексе преступления к определенным наказаниям; а также лица, признанные виновными в нарушении законодательства о выборах, а также банкроты. Аналогичные требования действуют и в отношении кандидатов в Сенат. И еще одно требование для кандидатов, имеющее моральный подтекст: обязательное прохождение военной службы в вооруженных силах. Подразумевалось, что если гражданин не выполнил свой долг по защите Отечества, то он не заслужил права на избрание в народное представительство [12]. (Здесь следует отметить один аспект, имеющий немаловажное значение именно для современной России: одним таким ограничением «отсекается» от органов народовластия масса криминального элемента, которая и сама активно «рвется» во власть, и которую активно «проталкивают» определенные силы. Конечно, такое ограничение не может распространяться на лиц, признанных непригодными к военной службе по состоянию здоровья).

Французская избирательная система знала в прошлом и лишение избирательных прав за осуждение к позорящим и исправительным наказаниям, к срочным каторжным работам и к смирительному дому, а также к находящимся после отбытия наказания под пожизненным надзором высшей государственной полиции. По Уголовному кодексу 1810 года позорящими наказаниями являлись: 1) выставление у позорного столба в ошейнике; 2) изгнание; 3) гражданская деградация. К наказаниям исправительным относились: 1) тюремное заключение на срок в исправительном заведении; 2) временное лишение некоторых прав - политических, гражданских или семейных; 3) штраф. Гражданская деградация состояла в отрешении осужденного от всех публичных должностей и служб и в запрещении занимать их, а равно в лишении всех означенных в ст. 28 прав в том числе и избирательных. Осуждение к пожизненным каторжным работам или к депортации влекло за собой гражданскую смерть, что также означало ограничения в сфере избирательных прав. Под пожизненным надзором высшей государственной полиции находились отбывшие наказание в виде срочных каторжных работ и содержания в смирительном доме. Лишались избирательных прав и лица, имеющие рецидив преступлений, независимо от направленности и тяжести совершенного деяния, вида наказания и давности. Так, уже совершение второго преступления влекло за собой гражданскую деградацию, выставление у позорного столба в ошейнике. По Закону 1832 года, внесшему изменения в Уголовный кодекс, наказанием за рецидив стали служить изгнание, каторжные работы, максимум наказания, двойное наказание, что также вело к лишению избирательных прав [11, ст. 8,9,18,28,34,47,56].

В Бельгии отстранялись от участия в выборах: навсегда - лица, приговоренные судом к тяжкому уголовному наказанию, содержатели домов терпимости, лишенные отцовской или опекунской власти; на время - недееспособные, несостоятельные должники, лица, приговоренные к исправительным наказаниям, уклоняющиеся от воинской повинности, осужденные за бродяжничество, нищенство или публичное пьянство [47,115-140;62;65;66].

В германских государствах и Германской империи (Бавария, Пруссия, Саксония и др.) избирателем являлся всякий самостоятельный, неопороченный немец, достигший 25 - летнего возраста. К числу несамостоятельных относились лица, состоящие под опекой, попечительством или конкурсом, а также призреваемые за общественный счет [22,235-248;25;42,3,21;47,43-92,93-114,450-484;61;72]. В основу избирательного права Пруссии вообще был положен принцип, согласно которому, в отличие от иных прав и свобод, для реализации избирательных прав роль играли в первую очередь нравственные устои гражданина и наличие у него богатого жизненного опыта, высокой жизненной мудрости [16;25;47,388-420;52;58;59;61].

Применение моральных цензов было характерным и для избирательных систем государств на других континентах.

В США поправкой XIV (1868 г.) к Конституции лишение избирательных прав на каких-либо выборах или избрании выборщиков Президента или Вице-президента Соединенных Штатов, или при выборе представителей в Конгресс, административных или судебных должностных лиц Штата, или членов Законодательного собрания данного Штата применяется к гражданам за участие в восстании или за какое-либо другое преступление. Большая же часть норм избирательного права, в том числе моральные цензы, устанавливались законодательством штатов. Согласно разделам 2 и 4 статьи 1 Конституции и Поправки ХVII избиратели каждого штата должны отвечать тем требованиям, которые установлены для избирателей наиболее многочисленной палатой Законодательного собрания штата; время, место и порядок избрания сенаторов и представителей устанавливаются в каждом штате его Законодательным собранием; избиратели каждого штата должны отвечать тем же требованиям, что и выборщики наиболее многочисленной палаты Законодательного собрания штата. Фактически общим местом для всех штатов системы является невключение в списки избирателей лиц, страдающих психическими заболеваниями, и лиц, осужденных к лишению свободы. Но в десятках штатов были лишены возможности голосовать даже лица «отпущенные под честное слово», а в некоторых - бывшие осужденные [6;15;44;51].

Довольно развитая система моральных цензов действовала в Японии. Согласно Закону о выборах депутатов в нижнюю палату Парламента 29 марта 1925 г. (ст.6) не имели активных и пассивных избирательных прав: 1. Лица, признанные или почти неспособными распоряжаться собственностью. 2. Избирательных прав лишаются банкроты, не ликвидировавшие своих долгов. 3. Лица, получающие по бедности частную или общественную помощь. 4. Лица, не имеющие определенного местожительства. 5. Лица, приговоренные к 6 годам каторжных работ или 6 годам тюремного заключения и более [47,587-590;53].

Следует отметить и такой аспект: за совершение правонарушений против избирательных прав применялись не только уголовные и административные наказания, но и, как правило, ограничения в праве избирать и быть избранным, причем весьма суровые. Так, в Бельгии (1877 г.) всякий председатель или секретарь бюро или всякий свидетель кандидата, который обнаружит тайну одного или нескольких голосов, наказывался пеней от 500 до 3000 франков и лишением права участвовать в бюро, быть свидетелем и избираться на срок в 10 лет; в Саксен-Кобург-Готе (Конституция 1852 г) пользование на выборах недозволенными средствами влекло за собой временное (на срок от 4 до 10 л.) лишение избирательного права, в Бадене (Конституция 1818 г.) – на срок 30 лет; по датскому уложению за рецидив подкупа было установлено вечное лишение избирательных прав [20;38;42].

Как видим, избирательные системы европейских и других государств в процессе развития к современной демократической системе всеобщих выборов последовательно использовали широкий спектр ограничений избирательных прав исходя из оценки нравственных качеств граждан. Указанные меры были направлены на формирование народных представительств наиболее достойными, уважаемыми в обществе гражданами. Практика установления ограничений избирательных прав по моральным измерениям (цензам) не потеряла своего значения и в наше время, и заслуживает предметного изучения и использования для создания более четкой и детально разработанной нормативной правовой базы, направленной на защиту органов народовластия.


Литература:
  1. Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 года / Собрание законодательства Российской Федерации. - 2009. - №4. - Ст.445.

  2. Гражданский кодекс Российской Федерации. Части первая от 30.11.1994 № 51-ФЗ и вторая от 26.01.1996 № 14-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. – 1994. – № 32. – Ст.3301; 1996. – № 5. – Ст. 410.

  3. Федеральный закон от 12 июня 2002 г. № 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2002. – № 24. – Ст. 2253

  4. Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию от 12 ноября 2009 года /Российская газета. - № 214.

  5. Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию от 30 ноября 2010 года // Справочная-правовая система «Гарант». URL: htpp://www.garant.ru/hotlaw/federal/288928

  6. Конституция США 1787 г. // Конституции зарубежных государств. Учебное пособие / Под ред. В.В. Маклакова. М., 1997.

  7. Декларация прав человека и гражданина (1789) // Вопросы государства и права во французской буржуазной революции XVIII в., М., 1940, стр. 151-153.

  8. Декларация прав человека и гражданина 1793 г. // Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран (Новое и Новейшее время). Составитель: доктор юридических наук, профессор Н.А. Крашенинникова. Москва. ЗЕРЦАЛО. 1999.

  9. Конституция Франции 1791 г. // Конституции и законодательные акты буржуазных государств 17-19 вв. М., 1957. С. 92-99.

  10. Конституция Франции 1793 г. // Конституции и законодательные акты буржуазных государств 17-19 вв. М., 1957. С. 113-123.

  11. Уголовный кодекс Франции 1810 года // Французский уголовный кодекс 1810 г. М., 1947.

  12. CODE ELECTORAL (Partie Lйgislative) (vers Code йlectoral - partie rйglementaire) - Избирательный Кодекс Франции // URL: www.affaires-publiques.com/textof/codelect/codelectoral.hml

  13. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 4 мая 1990 г. (в ред. от 25 декабря 1996 г.) «О практике рассмотрения судами Российской Федерации дел об ограничении дееспособности граждан, злоупотребляющих спиртными напитками или наркотическими средствами» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 1997. – №1. - С.13.

  14. Аббат Сийес: От Бурбонов к Бонапарту /Состав., пер., вступ. Ст. М.Б. Певзнера. СПб.: Алетея, 2003.

  15. Ашлей П. Местное и центральное управление. Сравнительный обзор учреждений Англии, Франции, Пруссии, США / П. Ашлей. - СПб., 1910.

  16. Боков Ю.А. Краткий очерк развития института избирательных прав граждан в Пруссии во второй половине XIX – начале XX века / Ю.А. Боков // Вестник Волгоградского государственного университета. 2000 год. Серия 5 «Социология. Право. Политика». Выпуск 3., Волгоград, 2000.

  17. Виллей Э. Избирательное законодательство в Европе / Э. Виллей. - СПб. 1896.

  18. Вильсон В. Государство: Прошлое и настоящее конституционных учреждений / В. Вильсон. - М., 1905.

  19. Вишневский Б.Л. Электоральная коррупция: формы, проявления, методы борьбы / Б.Л. Вишневский // Гражданское общество против коррупции в России. - СПб., 2002.

  20. Водовозов В. Всеобщее избирательное право на Западе / В. Водовозов. - СПб. 1905.

  21. Водовозов В.В. Избирательное право в Европе и России / В. Водовозов. - СПб. 1906.

  22. Гессен В.М. Основы конституционного права (Издание 2-е) / В.М. Гессен. – Петроград, издание Юридического книжного склада «Право», типо-литография товарищества А.Ф. Маркс. 1918 г.

  23. Гессен И.В., Калинка А.И. Конституционное государство. Сборник статей. / Изд.: Гессен И.В., Калинка А.И., -2-е изд. – СПб.: Тип. т-ва «Общественная польза», 1905.

  24. Дайси А.В. Основы государственного права Англии: Введение к изучению английской конституции / пер. под. ред. проф. П.Г. Виногорадова. - М., 1905.

  25. Дживелегов А.К. История современной Германии (1750-1862) / А.К. Дживелегов. - СПб.1908.

  26. Документы истории Великой французской революции. Т.I. М., 1990.

  27. Долгова А.И., Астанин В.В., Дзюба Д.И., Ильин О.С., Казаков Р.Ю. Деятельность организованной преступности в политической сфере жизни общества / А.И. Долгова, В.В. Астанин, Д.И. Дзюба, О.С. Ильин, Р.Ю. Казаков // Организованная преступность, миграция, политика. - М., 2002.

  28. Еллинек Г. Общее учение о государстве / Г. Еллинек. - СПб.1908 г.

  29. Зорькин В.Д. Конституция против криминала / Зорькин В.Д. - Председатель Конституционного Суда Валерий Зорькин о борьбе с организованной преступностью // Российская газета. Федеральный выпуск. №5359 (280), 10 декабря 2010 года.

  30. Кареев Н.И. Исторический очерк представительных учреждений в Западной Европе / Н.И. Кареев // Конституционное государство. – 2-е изд. – СПб.

  31. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Руководитель авторского коллектива и ответственный редактор доктор юридических наук, профессор О.Н. Садиков. – М.: Юридическая фирма КОНТРАКТ: ИНФРА-М, 1998. – XXII.

  32. Конституции и законодательные акты буржуазных государств XVII-XIX вв. М. 1957.

  33. Красинский В.В. Конституционно-правовой механизм защиты конституционного строя в избирательном процессе / В.В. Красинский // Право и образование. 2010. №6.

  34. Красинский В.В. Концепция правового обеспечения избирательного процесса в интересах национальной безопасности РФ / В.В. Красинский // Современное право. 2010. №6.

  35. Красинский В.В. Концепция правового обеспечения избирательного процесса в интересах национальной безопасности РФ / В.В. Красинский // Современное право. 2010. №7.

  36. Красинский В.В. Правовое обеспечение избирательного процесса в интересах национальной безопасности России. Монография. / В.В. Красинский. - Москва – Тамбов, 2009.

  37. Красинский В.В. Проблемы борьбы с криминалитетом в ходе избирательных кампаний / В.В. Красинский // Юридический мир. 2003. №9.

  38. Люблинский П.И. Преступления против избирательного права / П.И. Люблинский. - СПб., Типо-Литография А.Г. Розена, 1906.

  39. Медведев Д.А. Россия, вперед! /Д.А.Медведев/ Газета.ru. URL: http//www.gazeta.ru/comments/2009/09/10_a_3258568.shtml/

  40. Мортон А.Л., Тэйд Дж. История английского рабочего движения. 1770-1920 годы / А.Л. Мортон, Дж. Тэйд. - М.,1959.

  41. Очерк внутренней жизни представительных учреждений Западной Европы: Краткий свод данных о порядке прохождения законодательных дел в представительных учреждениях Германии, Пруссии, Пруссии, Франции, Англии и Австрии и о внутреннем устройстве этих учреждений. СПб. 1906.

  42. Пуфферун О. Европейские избирательные системы: Парламентские, провинциальные и муниципальные / Пер. с нем. Ю. Стеклова // К истории всеобщего избирательного права / М. Ковалевский. СПб. 1905.

  43. Пьер Авриль. Россия шокирована преступлениями депутата-мафиози /Le Figaro, 22 ноября 2009 г. // NO Pressa. Press digest от 4 марта 2011 г. URL: http: //www.inopressa.ru/article/22 Nov 2010/Lefigaro/kushevskay/html

  44. Радциг Н.И. Декларация прав 1789 г. и ее источники / Н.И. Радциг // Журнал Министерства народного просвещения. 1914. Ноябрь.

  45. Радченко С.Д. Злоупотребление правом в гражданском праве России / С.Д. Радченко. - М.: Волтерс Клувер, 2010.

  46. Речь Сийеса в Учредительном Собрании 7 сентября 1789 года / Сийес. Речь в Учредительном Собрании 7 сент. 1789 г.//Archives parlementaires, t. VIII, p. 594.

  47. Сборник действующих конституционных актов. Т. 1 / Пер. под ред. и со вступ.: Гессен В.М., Нольде Б.Э. - СПб., Кн. скл. "Право", 1905.

  48. Собрание конституционных актов / Издание Саблина. Т.1. Конституционные монархии. М., 1905.

  49. Собрание конституционных актов / Издание Саблина. Т.2. Федерации и республики. СПб.1907.

  50. Тексты конституций / Под ред. Кокошкина Ф.Ф. Вып.1. М., 1905.

  51. Федералист. Политическое эссе Александра Гамильтона, Джеймса Мэдисона и Джона Джея. М., 1994.

  52. Хвостов В.М. Избирательное право / В.М. Хвостов. - М., 1906.

  53. Хрестоматия по новейшей истории. Т.1.М.,1961.

  54. Чичерин Б.Н. О народном представительстве / Б.Н. Чичерин. - М., 1899.

  55. Энсон В. Английский Парламент: его конституционные законы и обычаи / Пер. с англ. Н.А. Захарова. СПб. 1908.

  56. Эсмен А. Общие основания конституционного права / А. Эсмен; Под. ред. Н.О. Бергъ. - СПб.: Изд-во Поповой, 1909.

  57. Benjamin Constant. Cours de politique constitutionelle. 1836. (Цит. по: Гессен В.М. Основы конституционного права (Издание 2-е). – Петроград, издание Юридического книжного склада «Право», типо-литография товарищества А.Ф. Маркс, 1918 г.

  58. Gerber G. Ueber offentliche Rechte / G. Gerber. – 1852.

  59. Gerlach H. Die Geschichte des preussischen Wahlrechts / H. Gerlach. - 1908.

  60. Hallam Histoire constitutionnelle d'Angleterre (франц. перевод Guizot) / Hallam. – 1828.

  61. Lastrow I. Das Dreiklassensystem / I. Lastrow. – 1894.

  62. Ioseph Barthelemy L'organisation du suffrage et l'experience Belge / Barthelemy Ioseph. – 1912.

  63. Lowes Dickinson Le developpement du parlement pendant le XIX siecle (франц. пер. и предисл.Deslandres) / Dickinson Lowes. – 1906.

  64. Maitland The constitutional history of England / Maitland. – 1908.

  65. Orban O. Le droit constitutionnel de la Belgique. II. / O. Orban. – 1908.

  66. Posener P. Die Staatsverfassungen des Erdballs / P. Posener. – 1909.

  67. Sieyes. Qu’est ce que le tiers – etat / Сийес. О трех стадиях общественного развития. Анонимное издание , 1789.

  68. Stubbs The Constitutional history of England. 3 т. 4 изд. / Stubbs. -1896.

  69. Tecklenburg Die Entwicklung des Wahlrechts in Frankreich seit / Tecklenburg. – 1789.

  70. Weill G. Les elections legislatives depuis / G. Weill. - 1789.

  71. William Anson. Loi et pratique constitutionnelles de L'Angleterre; Le parlement (французский перевод с предисловием Hanotaux) / Anson William. - 1903.

  72. Zachariae H.A. Die deutschen Verfassungsgesetze der Gegenwart / H.A. Zachariae. - 1862.

  73. Волченко В.Н. Институт пассивного избирательного права при выборах в органы государственной власти в Российской Федерации // Дис. …канд. юрид. наук / В.Н. Волченко. – Ростов - на - Дону, 2004.

  74. Дамм И.А. Коррупция в российском избирательном процессе: понятие и противодействие // Автореф. дис. … канд. юрид. наук / И.А. Дамм. - Красноярск, 2006.

  75. Матейкович М.С. Защита избирательных прав граждан в Российской Федерации: Проблемы теории и практики // Автореф. дисс. … док. юрид. наук / М.С. Матейкович. - Саратов,2003.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle