Библиографическое описание:

Соловьев В. С. Развитие системы предупреждения преступлений против общественной нравственности, совершаемых в отношении несовершеннолетних в СССР и России в XX веке [Текст] // Государство и право: теория и практика: материалы междунар. науч. конф. (г. Челябинск, апрель 2011 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2011. — С. 64-69.

Проблема предупреждения преступлений против общественной нравственности, совершаемых в отношении несовершеннолетних, в начале ХХ века остро встала перед российским обществом. В 1910-1915 гг. в связи с войнами резко увеличилась общая численность проституток. Отмечался взрыв малолетней проституции ввиду ослабления в семье мужского контроля, так как многие отцы и старшие братья были призваны в армию. Врачебно-полицейские комитеты были почти бессильны контролировать детскую проституцию, поскольку после задержания и опроса детей их возвращали родным, которые часто сами провоцировали их на это занятие.

В первый период Советской власти (до 1930 г.) был получен значительный эмпирический материал, отражающий социально-бытовую характеристику проституции, в том числе проституции несовершеннолетних. В этот период основной причиной вступления несовершеннолетних на путь проституции явилось массовое сиротство и беспризорность. В 1923 г. более половины несовершеннолетних, торговавших собой, были беспризорными. Следует отметить также тесную взаимосвязь детской проституции с криминальной средой.

Формированию в обществе новых нравственных устоев мешало и «декларативное утверждение партии о том, что при социализме не может быть проституции и порнографии, поскольку они не соответствует моральному облику строителя коммунизма» [1]. Именно этим ученые объясняют тот факт, что в законодательстве того времени не содержалось норм, направленных на защиту общественной нравственности, в частности от влияния порнографической продукции, а также отсутствовала система предупреждения таких преступлений.

Обязанность цензуры печатных изданий в это время возлагалась на Главное управление по делам литературы и издательств. За издание и распространение печатной продукции порнографического характера можно было привлечь к ответственности, но только как за нарушение правил и обязательных постановлений для размножения и выпуска в свет печатных произведений. С 1926 года перечень правил был расширен и стал регламентировать не только размножение и выпуск печатных произведений, но и показ кино-, фотоматериалов.

Преступным считалось нарушение установленных правил, но в законодательстве РСФСР термин «порнография» даже не упоминался. К установленным правилам при этом относились требования цензуры. Так, в п. 3 Положения о Главном Управлении по делам литературы и издательства указывалось: «Главное Управление по делам литературы и издательства и его органы воспрещают издание и распространение произведений: … д) носящих порнографический характер» [2]. Никаких признаков этих произведений не раскрывалось.

Параллельно с этим в документе «О мерах по борьбе с проституцией» 1922 года подчеркивалось, что Советское государство не ставит целью вторгаться в сферу половых отношений. Правовое регулирование в данной области допустимо лишь в случаях применения насилия, для охраны половой неприкосновенности несовершеннолетних, а также когда в них есть элементы паразитизма, угроза распространения венерических заболеваний и другие общественно опасные последствия.

Система мер в тот период предусматривала два основных направления: предупреждение проституции и борьбу с существующей проституцией. Первое из них обеспечивалось мероприятиями по ликвидации женской безработицы, женской и детской беспризорности, по охране женского труда, материнства и младенчества. Второе направление обеспечивалось предупреждением развития проституции путем усиления борьбы со спросом на такие услуги и пособничеством.

В принятом УК РСФСР 1922 года предусматривалась уголовная ответственность как за преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, так и за два посягательства на общественную нравственность. Статья 170 УК РСФСР 1922 г. «Принуждение из корыстных или иных личных видов к занятию проституцией, совершенное посредством физического или психического воздействия» и статья 171 УК РСФСР 1922 г. «Сводничество, содержание притонов разврата, а также вербовка женщин для проституции» влекли наказание в виде лишения свободы на срок до трех лет, а статья 171 предусматривала и дополнительное наказание в виде конфискации всего или части имущества. Если же вовлеченные в проституцию состояли на попечении или в подчинении обвиняемого, то наказание повышалось на срок не ниже пяти лет лишения свободы [3]. Однако уже в УК РСФСР 1926 года, несмотря на усиление наказания за принуждение к занятию проституцией, сводничество, содержание притонов разврата и вербовку женщин для занятия проституцией до пяти лет лишения свободы с конфискацией всего или части имущества, исчезает норма об ответственности за вовлечение в проституцию несовершеннолетних.

В 1923 г. был организован Центральный совет по борьбе с проституцией, в который входили работники Наркомздрава, представители милиции и профсоюзов. Определенные новации появились и в профилактической деятельности, они состояли во взаимосвязи диспансеров, лечебно-воспитательных профилакториев, колоний и профилактических мер, предпринимаемых милицией.

Согласно Постановлению ВЦИК и СНК РСФСР «О мерах борьбы с проституцией» 1929 г., для искоренения этого негативного явления привлекались Народные комиссариаты труда, соцобеспечения, здравоохранения, юстиции, просвещения и внутренних дел.

Создавались специальные службы патронажа, осуществлявшие заботу о женщинах, занимающихся этим ремеслом. При этом деятельность службы ограничивалась созданием артелей и трудовых профилакториев, куда женщины-проститутки помещались как добровольно, так и принудительно. В профилакториях проститутки осваивали рабочие профессии, работали в швейных мастерских, учились грамоте, получали необходимую медицинскую помощь, проходили курс лечения от венерических заболеваний. Государство не только финансировало деятельность службы социального патронажа, но и брало на себя заботу о судьбе оставшихся без средств к существованию несовершеннолетних детей женщин, помещенных в трудовой профилакторий [4].

На наркомат просвещения РСФСР возлагалась работа по проведению мероприятий, направленных на ликвидацию детской проституции, путем охвата всех контингентов соответствующими учреждениями социального воспитания.

С 1929 года к борьбе с проституцией стали привлекать пролетарскую общественность, на предприятиях создаются ячейки по борьбе с проституцией. Средства массовой информации разворачивают кампанию по преследованию клиентуры проституток.

В 30-е годы начался рост посягательств на половую неприкосновенность несовершеннолетних, их вовлечение в преступную и в другие виды антиобщественной деятельности, в том числе и в занятие проституцией. Поэтому 7 апреля 1935 г. Постановлением ЦИК и СНК СССР «О мерах борьбы с преступностью несовершеннолетних» в УК РСФСР была введена норма об уголовной ответственности взрослых за вовлечение несовершеннолетних в преступную и антиобщественную деятельность (в том числе, в занятие проституцией).

По мнению ученых, в середине 30-х гг. несовершеннолетние составляли около 17% всех от общего числа лиц, занимавшихся проституцией [5]. Начиная с этого времени в борьбе с посягательствами на общественную нравственность приоритет отдается административно-силовым методам. В октябре 1937 г. профилактории для асоциальных элементов вошли в гулаговскую систему. Любое посягательство на коммунистическую мораль приравнивалось к политическому преступлению, посягающему на авторитет советской власти.

В это же время в уголовном законодательстве появляется статья об ответственности за распространение порнографических материалов или предметов. Это связано с ратификацией СССР в июле 1935 г. Женевской конвенции 1923 г. «О пресечении обращения порнографических изданий и торговли ими». Выполняя взятые на себя обязательства, ВЦИК СССР 17 октября 1935 г. издал Постановление «Об ответственности за изготовление, хранение и рекламирование порнографических изданий, изображений или торговлю ими». Постановление предписывало правительствам союзных республик установить ответственность за изготовление, распространение и рекламирование порнографических сочинений, печатных изданий, изображений и иных предметов, а также торговлю ими или хранение с целью продажи или распространения. Несмотря на отсутствие ответственности за распространение порнографических изображений несовершеннолетних, данный документ явился значительным шагом вперед в механизме защиты общественной нравственности и нравственного развития несовершеннолетних.

В конце 40-х — начале 50-х гг. правоохранительные органы ослабили борьбу с содержателями притонов, с половыми посягательствами на несовершеннолетних, вовлечением их в занятие проституцией и привлечением к изготовлению порнографической продукции, хотя нормативная база для этого существовала. В эти годы партийными руководителями Советского Союза официально заявлялось, что в СССР проституция и порнография ликвидированы, поскольку исчезли условия, порождающие и питающие их.

Этим продиктованы и изменения, произошедшие в законодательстве. С 1960 года незаконными стали признаваться вовлечение несовершеннолетних в занятие проституцией, содержание притонов разврата и сводничество. Вовлечение совершеннолетних лиц в занятие проституцией выпало из поля зрения законодателя.

В это время привлечение лица, занимающегося проституцией к ответственности было возможно только за бродяжничество, попрошайничество или ведение иного паразитического образа жизни, что практически исключалось в том случае, если лица, занимающиеся оказанием платных сексуальных услуг, имели другую работу [6].

В силу идеологических соображений открытое научное изучение проституции и порнографии, в том числе с участием несовершеннолетних, было постепенно прекращено, а аналогичные исследования проводились «для служебного пользования» с запретом на публикации. Эти проблемы были отнесены к числу латентных, о них упоминалось лишь как об исключительных случаях девиантного поведения. Только в 80-е годы XX века исследования были возобновлены.

Возрождение в 80-е годы XX века научных исследований проституции, в том числе проституции несовершеннолетних, позволило увидеть следующие цифры. В 1989 году анкетированию в Москве были подвергнуты 250 проституток, из числа которых 57 (23%) оказались несовершеннолетними. Распределение несовершеннолетних проституток по возрасту таково: от 15 до 17 лет – 51 человек (89,5%); 14 лет – 5 человек (8,7%) и одна 13-летняя. Кроме того, получены данные, что в основном (около 70%) на путь проституции молодые девушки встают до достижения совершеннолетия [7].

С началом в СССР перестройки многие запреты ослабли, нравственные устои общества пришли в упадок. Произведения эротической литературы, эротическая живопись и фотография стали доступны для читателей и зрителей. Одновременно с этим наблюдается наплыв продукции откровенно порнографического содержания в основном зарубежного производства.

Верховный Совет СССР 12 апреля 1991 г. принимает Постановление «О неотложных мерах по пресечению пропаганды порнографии, культа насилия и жестокости». В нем указывалось, что общество, признавая неотъемлемое право каждого человека на свободу творчества, удовлетворение культурных и духовных потребностей, выражает тревогу в связи с распространением кино-, видео-, печатных изданий и другой продукции, пропагандирующих порнографию, показом в ряде телевизионных передач, спектаклей, программ сцен, оскорбляющих человеческое достоинство, национальные и религиозные чувства народов, способствующих совершению правонарушений, психическими расстройствами среди детей и молодежи.

Это свидетельствует о том, что государство осознает масштабы распространения порнографической продукции и ее негативное влияние на нравственное и психическое развитие молодежи. Вместе с тем, в первоначальной редакции УК РФ 1996 года не было уголовной ответственности за распространение материалов с порнографическими изображениями несовершеннолетних.

По оценкам многих ученых, в 90-е годы наметилась тенденция формирования таких социально опасных явлений, как широкое производство и сбыт порнографических сочинений с использованием изображений детей. В это же время по экспертным оценкам в одной только Москве около 100 тысяч человек занимаются проституцией, из них 20-25 % несовершеннолетние и дети [8]. Становится очевидно, что образуется единое негативное социальное явление – вовлечение детей в секс-индустрию, объединяющую в себе их вовлечение в занятие проституцией и использование для изготовления порнографической продукции.

Использование несовершеннолетних для изготовления порнографических материалов или предметов должно было влиять степень общественной опасности и отягчать наказание. Но законодательство России не учитывало этот факт, а также появление новых, нетрадиционных для страны форм вовлечения детей в отечественный, зарубежный и международный секс- и порнобизнес. Состояние правовой защиты несовершеннолетних в 90-е годы XX века не соответствовало общепризнанному принципу приоритетной защиты государством прав и законных интересов детей, требованиям международного права, не учитывало возрастающей общественной опасности, сложившейся и прогнозируемой криминальной ситуации в сфере преступных посягательств на физическое и психическое здоровье детей и общественную нравственность.

Первый проект закона, предусматривающий усиление уголовной ответственности за распространение порнографических материалов с изображениями несовершеннолетних был внесен в 1997 году. С целью недопущения вовлечения несовершеннолетних в изготовление и оборот порнографической продукции предлагалось установить наказание не только за вовлечение, но и за использование изображений несовершеннолетних в «обороте продукции и услуг сексуального характера». Однако этот проект до конца ХХ века так и не был принят.

В результате исследования генезиса системы противодействия преступлениям против общественной нравственности, совершаемым в отношении несовершеннолетних, можно сделать ряд выводов.

Несмотря на постоянное совершенствование законодательства, направленного на защиту нравственного развития несовершеннолетних, а также реализацию иных государственных мер, такие негативные социальные явления как вовлечение молодежи в проституцию и другие проявления «сексуального бизнеса» существовали во все времена, остаются и процветают по сей день.

Результаты научных исследований, проводимых в конце XIX, середине и конце XX века свидетельствуют о том, что принимаемые государством правовые и организационные меры далеко не всегда эффективны, а количество несовершеннолетних, занимающихся проституцией, не только не уменьшается, но и продолжает расти. Помимо этого, статистика свидетельствует, что во все времена более половины лиц, занимающихся проституцией, вовлекались в эту деятельность в несовершеннолетнем возрасте.

Необходимо дальнейшее совершенствование правовых норм, защищающих общественную нравственность, направленных против вовлечения несовершеннолетних в широко распространенную индустрию «сексуального бизнеса». Кроме того, необходимо совершенствование деятельности правоохранительных органов и других субъектов профилактики указанной группы преступлений и правонарушений.


Литература:
  1. Криминальная сексология / Ю. М. Антонян, А. А. Ткаченко, Б. В. Шостакович; Под ред. Ю. М. Антоняна. М.: Спарк,1999. С. 21.

  2. Жирков Г.В. История цензуры в России XIX-XX вв. Учебное пособие. М.: Изд. АСПЕКТ ПРЕСС, 2001. С. 212.

  3. Отечественное законодательство XI-XX веков / под ред. О.И. Чистякова. М., 2000. – Ч.1. С. 307.

  4. Габиани А.А. О правовых мерах по ограничению проституции и ее социально опасных последствий // Советское государство и право. – 1991. – №2. С. 21-22.

  5. Левина Н. Б., Шкаровский М. В. Проституция в Петербурге (40-е гг. XIX в. — 40-е гг. XX в.). М.,1994. С. 72.

  6. Российская криминологическая энциклопедия / под ред. А.И. Долговой. М.: Норма - Инфра-М, 2000. С. 620.

  7. Проституция и преступность / Ред. и сост. Ю. М. Хотченков; Отв. ред. И. В. Шмаров. М.: Юрид. лит.,1991. С. 211.

  8. Станская А.А. Проституция несовершеннолетних – социальная и правовая проблема общества / Науч. ред. докт. юрид. наук, профессор С.Ф. Милюков. СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2005. С.73.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle