Библиографическое описание:

Медведев Е. В. Атомная безопасность как объект уголовно-правовой охраны [Текст] // Государство и право: теория и практика: материалы междунар. науч. конф. (г. Челябинск, апрель 2011 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2011. — С. 181-182.

В действующем УК предусмотрен всего один состав преступления, объектом которого выступает атомная безопасность (ст. 215 УК). Несмотря на это, ученые до сих пор так и не пришли к единому мнению по поводу его содержания.

В доктрине уголовного права можно встретить несколько точек зрения на сей счет, но чаще всего ученые говорят об «общественной безопасности в сфере размещения, проектирования, строительства и эксплуатации объектов атомной энергетики»[1, с. 188]. Однако, что конкретно входит в содержание данного определения, специалисты, как правило, не раскрывают либо высказываются по этому поводу слишком поверхностно.

Изучение последствий аварий, произошедших за последние десятилетия на отечественных и зарубежных объектах атомной энергетики, показывает, что общественная опасность нарушения правил безопасной их эксплуатации состоит, прежде всего, в возможности радиоактивного заражения людей и окружающей природной среды. На данный обстоятельство делают акцент и многие авторы, например, В.П. Малков, по мнению которого «общественная опасность нарушений правил безопасности на объектах атомной энергетики заключается в том, что они создают угрозу радиационной безопасности населения нашей страны и соседних государств, возможность заражения или реальное радиоактивное заражение окружающей природной среды, что способно нанести вред здоровью не только ныне живущих людей, но и будущих поколений» [2, с. 319].

Отчасти приверженцы указанной позиции опираются на положения Федерального закона «О радиационной безопасности населения», в котором под ней понимается «состояние защищенности настоящего и будущего поколений людей от вредного для их здоровья воздействия ионизирующего излучения». Из данного определения следует, что угроза безопасности здесь – ионизирующее излучение, направленное на человека, а одним из основных принципов ее обеспечения выступает лишь непревышение допустимых пределов индивидуальных доз облучения граждан от всех источников ионизирующего излучения[3].

На первый взгляд, трудно не согласится с этим выражением, учитывая то, в чем состоит специфика деятельности человека по использованию атомной энергии. Но очевидно, что нельзя сводить суть понятия объекта преступления, предусмотренного ст. 215 УК, и к одной лишь радиационной безопасности.

Возникновение аварии на объекте атомной энергетики, как известно, не только порождает угрозу радиоактивного заражения, но и связано с опасностью взрыва, пожара, а стало быть, и гибели людей, уничтожения или повреждения имущества и т.д. от этих факторов. Поэтому приравнивать понятие непосредственного объекта названного посягательства к категории «радиационная безопасность» несправедливо. В таком виде оно выглядит слишком узким.

Однако взгляд на содержание рассматриваемой категории автоматически меняется при более пристальном изучении терминологии нормативных актов, регулирующих отношения в области обеспечения безопасности при использовании атомной энергии. Так, согласно Федеральному закону РФ «Об использовании атомной энергии» обеспечение атомной безопасности подразумевает защиту от четырех видов опасностей: радиационной, ядерной, пожарной и технической. Определение каждого вида раскрывается в других нормативных актах, в основном подзаконных, таких как, например, «Общие положения обеспечения безопасности атомных станций» [4].

При этом нужно иметь в виду, что в нормативных актах и литературе понятие «атомная безопасность» часто подменяется терминами «ядерная безопасность» и «радиационная безопасность» между которыми в юридических документах по сути ставится знак равенства. Например, в стандарте «Общие положения обеспечения безопасности атомных станций» они не разделяются между собой по смыслу и определены как «свойство атомной станции при нормальной эксплуатации и нарушениях нормальной эксплуатации ограничивать радиационное воздействие на персонал, население и окружающую среду установленными пределами».

В этом же нормативном акте дается понятие ядерной аварии, которое одновременно сочетает в себе и черты угрозы высвобождения ядерной энергии и признаки неконтролируемого выброса радиации. Под ней понимается авария, связанная с повреждением твэлов, превышающим установленные пределы безопасной эксплуатации, и (или) облучением персонала, превышающим разрешенные пределы, вызванная: нарушением контроля и управления цепной ядерной реакцией деления в активной зоне реактора; возникновением критичности при перегрузке, транспортировании и хранении твэлов; нарушением теплоотвода от твэлов; другими причинами, приводящими к повреждениям твэлов[5].

Такое положение дел, как справедливо отмечает А.А. Талевлин, скорее всего, свидетельствует о недостаточном уровне юридической техники у разработчиков Общих положений обеспечения безопасности атомных станций, поскольку объективных критериев, необходимых для разграничения понятий «ядерная» и «радиационная безопасность» [6, с. 141], по мнению большинства специалистов в этой области более чем достаточно.

Содержание понятия «пожарная безопасность» раскрывается в Федеральном законе «О пожарной безопасности» как «состояние защищенности личности, имущества, общества и государства от пожаров» [7]. Здесь так же, как и в понятии «радиационная безопасность», имеется в виду в основном безопасность людей, а угрозой является пожар – «неконтролируемое горение, причиняющее материальный ущерб, вред жизни и здоровью граждан, интересам общества и государства».

Что же касается определения «техническая безопасность», то оно по существу является юридической фикцией, поскольку в настоящее время в России не существует закона о технической безопасности. Нет его определения и в каких-либо других нормах действующего законодательства. Вместо него, как правило, используется термин «промышленная безопасность». Его содержание раскрывается в Федеральном законе «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» как «состояние защищенности жизненно важных интересов личности и общества от аварий на опасных производственных объектах и последствий указанных аварий» [8]. Под аварией понимается «разрушение сооружений и (или) технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте, неконтролируемые взрыв и (или) выброс опасных веществ». В данном законе дается подробное описание опасных производственных объектов, опасных веществ (горючих, взрывчатых, токсичных и т.д.), опасных типов оборудования и видов деятельности.

Таким образом, с учетом видов угроз, которые могут исходить от использования источников атомной энергии, и опираясь на принятое в теории уголовного права представление об общественной безопасности и ее видах, попробуем сформулировать понятие безопасности на объектах атомной энергетики. Под ней, как объектом уголовно-правовой охраны, наиболее правильно понимать систему отношений по обеспечению состояния защищенности жизненно важных интересов личности и общества (жизни и здоровья людей, имущества, окружающей природной среды) от угроз радиационного воздействия, взрывов, пожаров и других видов опасностей, порождаемых нарушениями правил эксплуатации объектов использования атомной (ядерной) энергии.


Литература:

  1. Курс уголовного права. Т. 4. Особенная часть. / Под ред. Г.Н. Борзенкова, В.С. Комисарова. – М., 2002.

  2. Малков В.П. Преступления против общественной безопасности. В кн. Уголовное право России. Часть Особенная / Отв. ред. Л.Л. К ругликов. – М., 2009.

  3. Собрание законодательства Российской Федерации. – 1996. – № 3. – Ст. 141.

  4. Общие положения обеспечения безопасности атомных станций. ОПБ-88/97, НП-001-97. М., 1999.

  5. Там же.

  6. Талевлин А.А. Понятие радиационной безопасности в российском законодательстве // Журнал российского права. – 2004. – № 6.

  7. Собрание законодательства Российской Федерации. – 1994. – № 35. – Ст. 3649.

  8. Собрание законодательства Российской Федерации. – 1997. – № 30. – Ст. 3588.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle