Библиографическое описание:

Макарова М. В. Еще раз о проблеме неосторожного сопричинения вреда в уголовном праве РФ [Текст] // Юридические науки: проблемы и перспективы: материалы IV междунар. науч. конф. (г. Казань, май 2016 г.). — Казань: Бук, 2016. — С. 234-237.



Вопрос о допустимости неосторожного сопричинения вреда в науке уголовного права обсуждается уже очень давно.

Мнения отечественных ученых по данному вопросу разделились: одни, в частности, А. Н. Трайнин [12], М. Д. Шаргородский [13], считали, что неосторожное сопричинение вреда — возможно, другие, например, М. И. Ковалев [8], А. А. Пионтковский [11] исходили из того, что ответственность за соучастие возможно лишь только при наличии умысла и лица, являющиеся участниками преступления, совершенного в результате неосторожных действий, должны нести индивидуальную ответственность.

Общее понятие соучастия впервые было дано в УК РСФСР 1960 г.: «умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении преступления» [1]. Такое понятие соучастие порождало множество разногласий. Так, одним из спорных являлся вопрос: распространяется ли умышленность характеристики совместности и на характеристику самого преступления?

И, казалось бы, ст.32 УК РФ положила конец этим разногласиям, исключив соучастие в неосторожных преступлениях: «соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления» [2].

Однако фактически данная проблема имеет место, в результате чего и возникают определенные сложности для дифференциации ответственности и индивидуализации наказания сопричинителей вреда.

Наиболее типичными примерами из судебной практики могут послужить ситуации, когда нарушения правил дорожного движения были допущены двумя или более участниками дорожного движения, в результате чего и наступают последствия, описанные в статье 264 УК РФ.

Представим, что водитель А. в пути следования проявил невнимательность (преступную небрежность) в нарушение правил дорожного движения при выполнении поворота налево в запрещенном месте пересек сплошную линию дорожной разметки, выехал на полосу, предназначенную для движения встречного транспорта, где допустил столкновение с автомобилем под управлением Б., осуществляющего обгон впереди двигавшегося транспортного средства, в нарушение требований правил дорожного движения пересекшего сплошную линию, выехавшего на полосу, предназначенную для встречного движения.

В вышеуказанной ситуации оба водителя фактически допустили нарушения, которые и явились причиной для наступления последствий, предусмотренных в ст. 264 УК РФ.

Однако на практике при совершении данного преступления, ответственность наступает у каждого сопричинителя индивидуально, поскольку закон не относит подобное поведение к соучастию (отсутствует общественная опасность характерная для умышленных совместных преступных действий), и только в том случае, если его поведение явилось первопричиной наступивших общественно — опасных последствий.

По нашему мнению, неосторожное сопричинение вреда обладает более высокой степенью общественной опасности по сравнению с индивидуальным неосторожным преступлением.

Общественная опасность данного явления предопределяется тем, что такого рода посягательства в силу стечения нескольких лиц в одном преступлении осложнены объективными показателями их выполнения. Это обстоятельство имеет немаловажное значение с учетом роста количества неосторожных многосубъектных преступлений. Кроме того, спектр распространения неосторожного сопричинения достаточно широк. Оно может проявляться в следующих сферах:

а) бытовой;

б) действия технических средств или других источников повышенной опасности;

в) профессиональной деятельности;

г) связанных с использованием должностных (управленческих) функций [4, с. 9].

Необходимо также отметить, что имеется случай отступления законодателя от положений Общей части Уголовного кодекса РФ.

В качестве примера можно привести появившуюся относительно недавно в российской уголовном законодательстве статью 2631 — «Нарушение требований в области транспортной безопасности».

Федеральным законом от 3 февраля 2014 г. № 15-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам обеспечения транспортной безопасности» в нее внесены изменения [3].

Как следует из анализа ст. 2631 УК РФ, субъективная сторона преступления предполагает неосторожную форму вины, т. е. лицо, не соблюдая требования транспортной безопасности, не предвидит возможности наступления в результате этого общественно опасных последствий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть эти последствия (небрежность); либо предвидит возможность наступления общественно опасных последствий несоблюдения требований, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывает на предотвращение этих последствий (легкомыслие).

В ч.3 и ч.4 ст. 2631 УК РФ законодатель в качестве квалифицирующих признаков предусмотрел:

– деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные группой лиц по предварительному сговору либо повлекшие по неосторожности смерть человека;

– деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные организованной группой либо повлекшие по неосторожности смерть двух и более лиц.

В данном преступлении законодатель впервые для неосторожных преступлений ввел признаки группового преступления, которые в соответствии со ст. 35 УК РФ относятся к институту соучастия в преступлении. Хотя из содержания ст. 32 УК РФ следует, что под соучастием в преступлении признается лишь умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления.

Возникает вопрос: а имеется ли фактическая возможность совершения неосторожного преступления группой лиц по предварительному сговору или организованной группой? Ответ вполне может быть положительным.

В данном случае это связано с особенностями преступления, в состав которого в качестве обязательного элемента входит правонарушение иной отраслевой принадлежности — нарушение требований транспортной безопасности, которые могут быть совершены в результате согласованных действий группы лиц при неосторожном отношении к последствиям деяния [10].

Однако правоприменительная практика свидетельствует (как указывалось и выше) о том, что к уголовной ответственности привлекают лишь работника (работников), отвечающего за безопасность в соответствии с ведомственными нормативными актами, с чьим деянием общественно опасные последствия находятся в ближайшей причинно-следственной связи [7].

По нашему мнению, неосторожное сопричинение вреда давно нуждается в самостоятельном уголовно — правовом регулировании для усиления надёжности охраны соответствующих общественных отношений и правильной дифференциации ответственности виновных.

При этом в науке вырабатываются решения указанной проблемы.

Так, например, И. И. Карпец и Г. Л. Кригер предлагают дополнить УК РФ составами неосторожных преступлений(в первую очередь, необходимо использовать конструкцию специальных составов преступлений, предполагающих или допускающих неосторожное сопричинение, подобных ч. 4 ст. 122, ст. 143, 216–219, 224 УК и др.); Т. В. Церетели, в свою очередь, предлагает конструировать общий состав неосторожного преступления или неосторожного создания опасности [5, с. 55].

В. А. Нерсесян считает, что необходимо на законодательном уровне закрепить институт неосторожного сопричинения в Общей части Уголовного кодекса РФ, что, в свою очередь, позволит: 1) дифференцировать ответственность сопричинителей в зависимости от их вклада в преступный результат, 2) полнее отразить в нормах Особенной части Уголовного кодекса РФ конкретные виды неосторожного сопричинения.

Статью 32 УК РФ он предлагает дополнить ч. 2 следующего содержания: «Если при совершении единого неосторожного преступления в нем взаимосвязано и взаимообусловлено участвовали несколько лиц, что повлекло создание угрозы или наступление единого для них преступного последствия, предусмотренного конкретной нормой Особенной части настоящего Кодекса, то совершенное должно быть определено как неосторожное сопричинение. Каждому из сопричинителей вменяется полностью состав совершенного преступления. Различная степень сопричинения связана лишь с дифференциацией и индивидуализацией ответственности и наказания» [9, с.44].

Таким образом, несмотря на то, что дискуссия о природе неосторожного сопричинения вреда ведётся уже на протяжении длительного времени, отечественное законодательство никогда не решало этой проблемы, и на сегодняшний день действующий Уголовный кодекс РФ также не решает проблему неосторожного сопричинения вреда.

«Категория неосторожного участия — это не категория далекого или не очень прошлого, это явление повседневное, широко представленное и требующее своего решения, но настоящего, а не фиктивного. Существующее реально количество таких случаев переходит в качество и свидетельствует об ущербности и закона, и практики, и теории» [6, с. 14].

Литература:

  1. Уголовный кодекс РСФСР, увт. ВС РСФСР 27.10.1960 // СПС «КонсультантПлюс».
  2. Уголовный кодекс РФ от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 30.03.2016) // СПС «КонсультантПлюс».
  3. Федеральный закон от 3 февраля 2014 г. № 15 — ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам обеспечения транспортной безопасности» // СПС «КонсультантПлюс».
  4. Безбородов Д. А. К вопросу о понятии неосторожного сопричинения в уголовном праве // «Криминалистъ». — 2014. — № 1 (14). — С. 9–16.
  5. Гладкова А. Д. Уголовная отвественность сопричинителей вреда по неосторожности // ScienceTime. — 2014. — № 5(5). — С. 50 -55.
  6. Козлов А. П. Соучастие: традиции и реальность. — Красноярск. — 2000. — С. 14.
  7. Кораблева С. Ю. Вопросы квалификации деяний неосторожных сопричинителей // СПС «КонсультантПлюс».
  8. Ковалёв М. И. Соучастие в преступлении. — Ч. 1 // Учёные труды Свердловского юрид. института. Свердловск. — 1960.– С. 130.
  9. Нерсесян В. А. Уголовная ответственность сопричинителей вреда по неосторожности / В. А. Нерсесян // «Российская юстиция». — 1999. — № 10. — С. 44.
  10. Пикуров Н. Новое в уголовно — правовой охране транспортной безопасности // СПС «КонсультантПлюс».
  11. Пионтковский А. А. Вопросы общей части уголовного права в практике судебно-прокурорских органов. — М., 1954. — С. 104.
  12. Трайнин А. С. Специальные вопросы учения о соучастии // Учёные записки ВИЮН. — 1940.– Вып. 1. — С. 30.; Он же. Учение о соучастии. — М.: Юриздат, 1941. — С. 109–118; Онже. Некоторые вопросы учения о соучастии // Соц. законность. — 1957. — № 2. — С. 26–29.
  13. Шаргородский М. Д. Вопросы Общей части уголовного права. Л., 1959.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle