Библиографическое описание:

Никульцева А. Н. Перспективы имплементации международно-правовых обязательств в сфере ответственности за преступления в сфере компьютерной информации в российском законодательстве [Текст] // Актуальные проблемы права: материалы III междунар. науч. конф. (г. Москва, ноябрь 2014 г.). — М.: Буки-Веди, 2014. — С. 99-104.

В статье рассматривается феномен такого значительного и международного явления как преступления в сфере компьютерной информации и меры, предпринимаемые Российской Федерации для противодействия этому виду преступлений. В силу своего характера, распространенности, а также сложности и комплексности проблемы преступлений в сфере компьютерной информации, особенную важность приобретает международная кооперация в предупреждении, выявлении и фиксации, а также в наказании за этот вид преступной деятельности. Особое значение в этих условиях имеет имплементация международных договоров по противодействию таким преступлениям и адаптация российского законодательства в соответствии с международными нормами.Последние изменения федерального законодательстваи активное участие Российской Федерации в разработке международных договоров по противодействию этим преступлениям были рассмотрены в статье с точки зрения перспектив их имплементации и их последствий.

Ключевые слова: преступления в сфере компьютерной информации, международные правовые обязательства, имплементация международных договоров.

 

В свете динамики развития сообщества как на международном, так и на национальном уровне проблема обеспечения безопасности информационного пространства становится особенно актуальной для Российской Федерации в целом и для ее граждан в частности. О важности этой проблемы ярко свидетельствует Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации от 7.02.2008 г., где прямо указано: «Международный опыт показывает, что высокие технологии, в том числе информационные и телекоммуникационные, уже стали локомотивом социально-экономического развития многих стран мира, а обеспечение гарантированного свободного доступа граждан к информации — одной из важнейших задач государств. Динамика показателей развития информационной и телекоммуникационной инфраструктуры и высоких технологий в России не позволяет рассчитывать на существенные изменения в ближайшем будущем без совместных целенаправленных усилий органов государственной власти, бизнеса и гражданского общества. Необходимо уже в среднесрочной перспективе реализовать имеющийся культурный, образовательный и научно-технологический потенциал страны и обеспечить Российской Федерации достойное место среди лидеров глобального информационного общества» [1]. Таким образом, поставлена цель на максимальное развитие информационной сферы и обеспечение нашему государству мирового лидерства по информационным технологиям, осуществляемого по таким главным условным направлениям:

1)                 приведение научно-технической базы в соответствие с лучшими мировыми стандартами;

2)                 обеспечение максимально широкого доступа к информационной сфере и к информационным технологиям для граждан нашей страны, а также для всех сфер и отраслей народного хозяйства;

3)                 обеспечение информационной безопасности, работа по упреждению, выявлению и расследованию киберпреступлений, защита персональных и конфиденциальных данных граждан РФ.

Последняя задача считается особо актуальной и крайне важной для жизнеобеспечения страны. Так, ФСБ РФ называет своими первоочередными задачами не только «борьбу с преступлениями в области компьютерной информации, но и контрразведывательную деятельность, и обеспечение безопасности функционирования объектов связи. Эта деятельность регламентируется Федеральным законом от 03.04.1995 № 40-ФЗ «Об органах Федеральной службы безопасности в Российской Федерации», а правонарушения в области информации регламентированы в статьях 272, 273 и 274 Уголовного кодекса Российской Федерации [2; 3].

Значительная часть этих важнейших для государства задач невозможно решить без международной кооперации, особенно в правовом поле, что в значительной мере обусловлено имманентными свойствами самих информационных технологий, особенно сети Интернет. Кроме того, значительное количество киберпреступлений совершается иностранными гражданами в глобальной сети, что делает международную кооперацию безальтернативной опцией во многих случаях. Таким образом, вопрос присоединения к международным инициативам или самостоятельная инициация таких инициатив по борьбе с преступлениями в информационной сфере стает важнейшей практической задачей для отечественной юриспруденции, что также подразумевает широкое поле для научной деятельности. Важным аспектом как научных, так и практических исследований является перспектива дальнейшей международной кооперации и приведения российского законодательства в соответствие с международными стандартами. В условиях, когда именно к информационной безопасности обращено максимальное внимание, важно наметить перспективу дальнейших инициатив и действий на теоретическом и практическом уровнях.

В целом, в силу своего характера и технических особенностей, преступления в информационной сфере сильно завязаны на международную деятельность. Более того, значительно возрастает тенденция к укреплению и расширению экстерриториального, международного или межрегионального характера подобной преступной деятельности. Технологические особенности выявления киберпреступников не позволяют отдельным странам максимально эффективно противодействовать таким преступлениям. В частности, проблема хакерства, международного терроризма, устойчивости финансовых сетей к мошенничеству и, особенно, вопросы обеспечения конфиденциальности информации не может решиться с помощью ресурсов и инструментов одного отдельного государства. Так, проблемой стало хранение информации на серверах, находящихся в других странах, что не позволяет самостоятельно решить, например, проблему пиратства и защиты интеллектуальной собственности. Ставшие обычной практикой иски о клевете, размещенной в сети Интернет, часто не могут быть удовлетворены в силу физического нахождения такой информации у иностранных хостеров. Это усиливает роль международно-правовых актов в данной сфере, хотя эта проблема активно решается на законодательном уровне и внутри страны — в июле 2014 года президент России Владимир Путин подписал закон о внесении поправок в законы «О персональных данных» и «Об информации, информационных технологиях и о защите информации». В частности, закон «О персональных данных» был дополнен статьей: «При сборе персональных данных, в том числе посредством информационно-телекоммуникационной сети интернет, оператор обязан обеспечить запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение, извлечение персональных данных граждан Российской Федерации, в базах данных, расположенных на территории Российской Федерации». Государственная дума 24.09.2014 г. во втором чтении одобрила перенос на 01.01.2015 г. срока вступления в силу закона, обязывающего операторов персональных данных хранить данные российских граждан только на территории России. Очевидно, что эта инициатива приведет к соответствующей работе на межгосударственном и международном уровнях, ведь столь высокие требования к защите персональной информации новы для международных стандартов безопасности. С другой точки зрения, именно за повышения этих стандартов Россия последовательно ратовала в ООН и через систему договоров со странами ШОС, БРИКС и СНГ.

Российская Федерация ставит информационную безопасность одним из высших приоритетов в своей деятельности, что подтверждено многочисленными инициативами государства на международном уровне. Особенно важным следует признать вопрос имплементации таких договоров в нашу законодательную и исполнительную практику и оценить эффективность такой имплементации, учитывая тот факт, что анализ результатов имплементации практически не изучен в отечественной науке, а практические результаты такой имплементации затруднены значительным общим ростом такого рода преступлений как в России, так и во всем мире.

Нужно признать, что определение основных направлений и формы межгосударственного, международного и общемирового сотрудничества в борьбе с преступностью в сфере информационных технологий практически не были самостоятельным предметом исследования ученых в сфере международного права. Отдельные вопросы и аспекты данной проблемы были освещены в трудах Софаэра А. Д., Белла Р. Е., Данилевича А. А., Гудмана С. Е., Михайленко К. Е., Евдокимова В. Б., Саленика Л. В., Зининой У. В., Сафарова Н. А. Основные направления борьбы с такого рода преступностью изучались Зиминым В. П., Пановым В. П., Галенской Л. Н., Моисеевым Е. Г., Костенко Н. И. Международные аспекты борьбы с информационной преступностью международного характера были предметом исчерпывающего диссертационного исследования Нигматуллина Р. В.

Прежде всего, следует отметить, что международные инициативы РФ в сфере обеспечения информационной безопасности и упреждения преступлений в этой сфере имеют устойчивую традицию и непрерывность на протяжении двух десятков лет. Она была инициатором международного обсуждения вопросов глобальной безопасности в этой сфере, предотвращения её милитаризации и проблем противодействия терроризму в интернет-пространстве. Так, в 1998 г. Россия уже предложила США подписать межпрезидентское заявление по вопросам обеспечения информационной безопасности [4]. Проект этого документа предусматривал двусторонне определение самых важных вызовов в сфере противодействия информационным угрозам, вынесение вопроса о всемирной информационной безопасности на рассмотрение Генеральной Ассамблеи ООН, что стало бы базой для международного договора о повсеместной борьбе с информационным терроризмом и киберпреступностью. Эта инициатива не принесла плодотворного сотрудничества, однако в общем виде проблема обеспечения информационной безопасности была включена в «Совместное заявление об общих вызовах безопасности на рубеже XXI в. [5]».

Практически параллельно данной инициативе, тема обеспечения международной информационной безопасности получила значительную поддержку в рамках структур ООН. Так, в декабре 1998 года Генеральная Ассамблея ООН приняла подготовленную Российской Федерацией резолюцию «Достижения в сфере информатизации и телекоммуникаций в контексте международной безопасности» (А/RES/53/70). Эта резолюция рекомендовала все страны уведомлять Генсека ООН относительно:

1)                 общей оценки проблем информационной безопасности;

2)                 определения основных понятий, относящихся к информационной безопасности, включая несанкционированное вмешательство или неправомерное использование информационных и телекоммуникационных систем и информационных ресурсов;

3)                 целесообразности разработки международных принципов, направленных на укрепление безопасности глобальных информационных и телекоммуникационных систем и способствующих борьбе с информационным терроризмом и преступностью [6].

Приняв и одобрив этот документ, международное сообщество признало факт и остроту существования проблем преступлений в сфере информационной безопасности — впоследствии эта тема с подачи нашего государства впервые была включена в повестку дня Генеральной Ассамблеи ООН.

В следующем 1999 году РФ представила развёрнутый документ, положения которого практически целиком были использованы при подготовке и принятии «Принципов, касающихся международной информационной безопасности» [6]. В общих положениях данного документа отмечалось, что вызывает тревогу значительное увеличение военного потенциала отдельных стран, включающее в себя использования новейших информационных технологий, в том числе двойного назначения, что ведёт к изменению всемирного, а также региональных балансов сил. Таким образом, считает наше государство, возникает острая потребность в международно-правовом регулировании, в первую очередь на юридическом уровне, процессов информатизации. По сути, мир должен активно поучаствовать в разработке международной платформы, которая способна обеспечить международную информационную безопасность. При этом нами была предложена такая схема действий международного сообщества, которая способна была бы обеспечить дальнейшее обсуждение ситуации в указанной сфере и гарантировать принятие Генеральной Ассамблеей ООН новых резолюций для всестороннего противодействия угрозам криминального и военного характера. Российская Федерация, таким образом, хотела максимально обеспечить наличие и имплементацию режимов и разработку кодексов такого поведения государств, которое защищало бы всех вместе и по отдельности от преступлений в информационной сфере. Предполагалось, что для начала можно сформулировать такой кодекс в виде международной декларации под эгидой ООН, а в дальнейшей перспективе — закрепить эти правовые нормы в форме международно-правового документа, ратифицированного всеми сторонами.

Отдельные позиции в этом процессе заняли США и страны ЕС, которые считали важными, прежде всего, меры по информационной безопасности, которые противодействуют террористическим угрозам и криминальным действиям. При этом они полностью игнорировали очевидную угрозу перспективы создания информационного оружия и, как следствие, информационную войну как таковую. Последствия такой недальновидности довольно ярко проявляются в наши дни, что указывает на критическую важность всестороннего противодействия угрозе преступлений в информационной сфере. Вследствие такого разногласия и нежелания отвечать современным вызовам ЕС впоследствии сконцентрировалась на разработке собственной Конвенции по борьбе с киберпреступностью. США также практически не стремились к работе над достижением международных договорённостей по противодействию преступлениям в информационной сфере.

Приверженцы комплексного подхода к проблеме поддерживали идею Российской Федерации по всестороннему рассмотрению проблемы международной информационной безопасности и кооперации в ее обеспечении, считая критически важным положение о предотвращении угрозы развязывания международной информационной войны. Эти противоречия значительно обострились в 2004 году, после того как в 2003 году Генеральная Ассамблея ООН приняла составленную нашей стороной резолюцию [7], которая, в том числе, перевела общее обсуждение международной информационной безопасности в практическую плоскость. Данная резолюция обязывала запустить работу групп правительственных экспертов ООН и работать над имплементацией международных норм в законодательства всех стран. В то же время крайне неконструктивная позиция США блокировала значительную часть общих усилий, практически полностью парализовав работу этих групп.

В такой вопиющей ситуации Россия была вынуждена перенести точку приложения своих усилий и своей активности на уровень иных межгосударственных организаций и на региональный уровень.

К примеру, такие изменения были зафиксированы в Основах государственной политики РФ в области международной информационной безопасности до 2020 года, где более детально зафиксированы направления будущей работы по противодействию преступлениям в информационной сфере на международном уровне:

«Основными направлениями государственной политики Российской Федерации, связанной с решением задачи по повышению эффективности международного сотрудничества в области противодействия преступности в сфере использования информационных и коммуникационных технологий, являются:

а) продвижение на международной арене российской инициативы в необходимости разработки и принятия под эгидой Организации Объединенных Наций Конвенции о сотрудничестве в сфере противодействия информационной преступности, а также активизация работы с государствами -членами Шанхайской организации сотрудничества, государствами-участниками Содружества Независимых Государств, государствами-членами Организации Договора о коллективной безопасности, государствами-участниками БРИКС по поддержке данной инициативы;

б) развитие сотрудничества в сфере противодействия информационной преступности с государствами-членами Шанхайской организации сотрудничества, государствами-участниками Содружества Независимых Государств, государствами-членами Организации Договора о коллективной безопасности, государствами-участниками БРИКС, странами-членами Азиатско-тихоокеанского экономического сотрудничества, странами-членами «Группы восьми», «Группы двадцати», другими государствами и международными структурами;

в) повышение эффективности информационного обмена между правоохранительными органами государств в ходе расследования преступлений в сфере использования информационных и коммуникационных технологий;

г) совершенствование механизма обмена информацией о методиках расследования и судебной практике рассмотрения дел о преступлениях в сфере использования информационных и коммуникационных технологий» [8].

Таким образом, деятельность РФ переместилась на продвижение своей концепции международной информационной безопасности в формате ОДКБ, ШОС, БРИКС и СНГ — преимущественно стран, которые развиваются и которые на данный момент выступают локомотивами роста экономики и развития новых технологий. В рамках этой новой стратегии уже в октябре 2006 года состоялось учредительное заседание государств-членов ШОС, на котором было решено и поручено соответствующим экспертам выработать план действий в этой сфере, а также определить пути и методы, в том числе законодательные, для решения проблемы противодействия преступлениям в информационной сфере в рамках компетенции стран-членов ШОС. В этом контексте главы государств, которые входят в ШОС, утвердили план возможных совместных мер по всестороннему устранению информационных угроз при неуклонном соблюдении норм всех международного права. В ходе саммита в Бишкеке в 2007 году был утверждён и имплементирован План совместных действий по обеспечению противодействия преступлениям в информационной сфере, а уже 16.07.2009 г. в российском Екатеринбурге было подписано широкое межправительственное Соглашение государств — членов ШОС о сотрудничестве. Уникальность и важность этого документа заключалась, прежде всего, в том, что он впервые зафиксировал наличие и остроту угроз в области информационной безопасности, а также установил главные направления, принципы, кодексы и механизмы сотрудничества данных стран в этой сфере. В международной практике Соглашение стало первым международным актом, охватившим весь необходимый для безопасности спектр проблем информационной безопасности — от противодействия киберпреступности и международному терроризму до вопросов информационной войны [9]. Это соглашение было имплементировано Россией, Китаем, Казахстаном и Таджикистаном и 2.07.2011 г. вступило в законную силу.

Таким образом, в критических условиях, когда в ООН процесс обеспечения международной информационной безопасности был фактически сорван, страны ШОС первыми в мире заложили мощную основу регионального сотрудничества в сфере обеспечения противодействия преступлениям в информационной сфере. Аналогичный двусторонний документ был подписан Россией и Бразилией 15 марта 2012 года в Пекине, где состоялось очередное заседание государств-членов ШОС по вопросам обеспечения противодействия преступлениям в информационной сфере. Согласованный проект данного документа впервые был представлен на международном форуме «Партнёрство государства, бизнеса и гражданского общества по обеспечению информационной безопасности», проходивший в немецком Гармиш-Партенкирхене 26–27 апреля 2012 года.

В наши дни, несмотря на блокировку этого вопроса со стороны США, российские законодатели выступают с инициативой разработки универсальной конвенции по международному противодействию информационной преступности под эгидой ООН. Об этом, в частности заявил член Комитета Совета Федерации по экономической политике Антон Беляков: «Дело в том, что наряду с новыми возможностями информационно-коммуникационные технологии порождают новые риски и угрозы для международной безопасности» [10].

Сенатор также прокомментировал недавнюю (2014 год) дискуссию по докладу ПАСЕ на тему: «Интернет и политика: влияние новых информационно-коммуникативных технологий на демократию».

По мнению Антона Белякова, влияние информационно-коммуникативных технологий (ИКТ) на социально-политическую ситуацию в мире стремительно возрастает. Они все активнее используются как средство политического противоборства на мировой арене, для совершения экономических преступлений, в террористических целях, а также для распространения экстремистских взглядов и идеологии.

Сенатор обратил внимание на то, что в своей резолюции ПАСЕ предлагает привлечь национальные парламенты и правительства, гражданское общество к процессу коллективного обсуждения вопросов, гарантирующих основные права и защиту частной жизни в информационном пространстве. «Мы должны оптимально использовать позитивный потенциал Интернета, его открытость и нейтральность, но вместе с тем требовать неприкосновенности частной жизни пользователей сети, обеспечения национальной безопасности и эффективного противодействия преступности. Требуется также создать эффективные правовые инструменты, способные предотвращать использование Интернета в преступных целях». Вместе с тем, считает парламентарий, не нужно забывать и о том, что Интернет — одно из глобальных СМИ, которое предоставляет человеку широкий доступ к информационному полю, а также — уникальное средство коммуникации, дающее людям возможность общаться друг с другом и обмениваться информацией» [14]. Таким образом, идет дальнейшая интенсивная работа по уже наработанным направлениям.

Следует констатировать, что именно Российская Федерация, выступая последовательно и, в то же время новаторски в такой важной и сложной сфере как международное сотрудничество в сфере противодействия преступлениям в информационной сфере, продолжает работу над амбициозным проектом объединения всех стран ООН в противодействии этой угрозе, несмотря на блокирование со стороны США и концентрацию стран ЕС на исключительно практических аспектах информационной сферы — таких, как махинации с финансовыми сетями, кража личной информации, подача неправдивой информации и так далее. В то же время, с целью противодействия таким критически опасным угрозам, как кибертерроризм, информационные войны и международная киберпреступность, а также выступая сильным региональным игроком, Россия успешно имплементировала эти же договора с такими мощными странами как члены ШОС, БРИКС, ОДКБ. Очевидно, что это лишь часть необходимой работы по имплементации в законодательство каждой развитой страны, включая, естественно, Россию, мер по предупреждению преступлений в информационной сфере, однако следует признать, что значительная часть этой работы уже проделана. Особенно ценно это тем, что угроза информационной войны оказалась более чем реальной и потому имплементированные РФ нормы международных договоров уже эффективно противодействуют этой угрозе совместно с ее партнерами.

Исходя из вышеизложенного, мы также выносим следующие предложения по дальнейшим направлениям совместной работы в этой сфере.

1.         Определение путей создания эффективных механизмов предотвращения и устранения угроз, связанных с враждебным использованием информационных технологий.

2.         Дальнейшая активизация международного сотрудничества в целях укрепления информационной безопасности и функционирования открытых информационных сетей, особенно Интернета.

3.         Консолидация усилий международного научного сообщества в развитии безопасных информационных технологий.

4.         Развитие международного сотрудничества по стандартизации в обеспечении информационной безопасности информационно-телекоммуникационных систем, а также информационных ресурсов.

Мы считаем, что именно такие дальнейшие шаги выглядят наиболее перспективно с точки зрения совершенствования международных и внутренних законов в этой сфере.

 

Литература:

 

1.         Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации [Электронный ресурс]. // Режим доступа: http://www.scrf.gov.ru/documents/6/90.html

2.         Правонарушения в области информационной безопасности: взгляд ФСБ [Электронный ресурс]. // Режим доступа: http://compress.ru/article.aspx?id=10133

3.         Уголовный кодекс Российской Федерации: официальный текст: — М.: Омега-Л, 2014. — 197 с.

4.         Фёдоров А. В. Информационная безопасность в мировом политическом процессе / А. В. Фёдоров. — М.: МГИМО-Университет, 2006. — С. 187.

5.         Совместное заявление об общих вызовах безопасности на рубеже XXI века (Москва, 2 сентября 1998 года) // Дипломатический вестник МИД России. — 1998. Октябрь. — № 10.

6.         Достижения в сфере информатизации и телекоммуникации в контексте международной безопасности: Доклад Генерального секретаря ООН: А/55/140 / Генеральная Ассамблея ООН: Пятьдесят пятая сессия.

7.         Достижения в сфере информатизации и телекоммуникаций в контексте международной безопасности: Резолюция, принятая Генеральной Ассамблеей: A/RES/58/ 32 / Генеральная Ассамблея ООН: Пятьдесят восьмая сессия: 58/32. 2003.

8.         Основы государственной политики РФ в области международной информационной безопасности до 2020 года [Электронный ресурс]. // Режим доступа: http://www.scrf.gov.ru/documents/6/114.html

9.         Соглашение стран ШОС о сотрудничестве в области информационной безопасности вступило в силу // ИнфоШОС: интернет-портал. — 2011. — 16 июня [Электронный ресурс]. // Режим доступа: www.infoshos.ru/ru/?idn=8381.

10.     А. Беляков «Необходимо разработать универсальную конвенцию ООН по противодействию информационной преступности» [Электронный ресурс]. // Режим доступа: http://council.gov.ru/press-center/news/38914/

11.     Прокофьев К. В. Информационная безопасность: основные проблемы международно-правового сотрудничества / К. В. Прокофьев // Адвокатская практика. — 2008. — № 5. — С. 33–36.

12.     Крутских А. В. Война и мир: международные аспекты информационной безопасности / А. В. Крутских // Научные и методологические проблемы информационной безопасности: сб. ст. / под ред. В. П. Шерстюка. — М.: МЦНМО, 2004. — С. 91.

13.     The National Military Strategy for Cyberspace Operations (U). P. IX.

14.     Демидов О. В. Международное регулирование информационной безопасности в свете российских национальных интересов: проект докл. / О. В. Демидов // Научные записки ПИР-Центра: сб. [в рамках проекта «Международная информационная безопасность и глобальное управление интернетом»]. — 2011. — 7 декабря. — С. 32–33.

15.     Soo Hoo K. J., Greenberg L., Elliott D. Strategic Information Warfare — A New Arena for Arms Control?: Working paper / Kevin J. Soo Hoo, Lawrence Greenberg, David Elliott. — 1996. October.

16.     Active Engagement, Modern Defence. Strategic Concept for the Defence and Security of the Members of the North Atlantic Treaty Organization adopted by Heads of State and Government in Lisbon. — Lisbon, 2010. — November 19. — P. 4.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle