Библиографическое описание:

Мазурык Д. В. Неурегулированные вопросы относительно участия прокурора в гражданском судопроизводстве // Молодой ученый. — 2014. — №5. — С. 363-365.

В настоящее время наблюдается обширное внимание к прокуратуре как надзорному органу и его деятельности не только со стороны граждан, но и государства. От прокуроров требуют профессионализма, знаний, оперативности и большей эффективности в выявлении и пресечении правонарушений в ходе реализации поставленных перед ними задач. Но, хочется отметить, что даже прокуроры, а не только граждане, в защиту интересов которых предъявляется исковое заявление, не могут быть уверены в том, что суд, возбуждая гражданское судопроизводство по делу, вынесет действительно законное и обоснованное решение по существу. Не будем даже говорить об исполнении данного решения.

Обращение прокурора в суд в защиту прав и законных интересов других лиц обусловлено невозможностью подачи искового заявления гражданином по состоянию здоровья, в силу возраста, недееспособности, других уважительных причин. Данное толкование, отвечающее принципу диспозитивности и препятствующее вмешательству прокурора в частноправовые отношения граждан, было воспринято учеными-правоведами положительно.

Однако, А. В. Гришин считает целесообразным наделить прокурора правом на обращение в суд с заявлением во всех случаях, требующих защиты прав и законных интересов несовершеннолетних, независимо от наличия таких прав у самих несовершеннолетних или их законных представителей [5]. Не оценивая критично подобного рода высказывания, оговоримся, что роль прокурора должна отвечать критерию сбалансированности частных и публичных начал при рассмотрении цивилистических дел [6].

Исследуя инициативную форму участия прокурора в гражданском судопроизводстве, следует отметить, что теоретики и практики не пришли к общему выводу относительно его процессуального статуса. В этом направлении по-прежнему существуют две основные позиции. Согласно первой позиции прокурор выступает истцом в процессуальном смысле [12], исходя из второй точки зрения, прокурора нельзя отождествлять с другими лицами, участвующими в деле, в силу выполняемых им функций [3]. Получается, что обращение прокурора в суд связано с некоторыми правоприменительными неурегулированными вопросами.

В первую очередь целесообразно обсудить вопрос правоспособности прокурора в гражданском судопроизводстве, которую иногда именуют специальной правоспособностью [4]. В аспекте ст. 134 ГПК РФ имеет значение выявление в рамках специальной правоспособности наличия права на обращение в суд у представителя государственного органа, органа местного самоуправления, организации или гражданина в защиту прав и интересов другого лица. Правоспособность прокурора возникает с момента назначения его на должность и утрачивается с прекращением полномочий в этой должности [8]. При этом, назначение прокурора на должность оформляется приказом о приеме на работу в качестве такового и не определяется моментом аттестации, когда прокурорскому работнику присваивается классный чин.

Хочется обратить внимание на то, что понятие «прокурор», часто используемое как в законодательстве, так и в научных трудах, представляет собой обобщенную правовую категорию. Данное понятие раскрыто в ст. 54 Федерального закона от 17 января 1992 г. № 2202–1 «О прокуратуре Российской Федерации». Прокурор — это Генеральный прокурор РФ, его советники, старшие помощники, помощники и помощники по особым поручениям, заместители Генерального прокурора РФ, их помощники по особым поручениям, заместители, старшие помощники и помощники Главного военного прокурора, все нижестоящие прокуроры, их заместители, помощники прокуроров по особым поручениям, старшие помощники и помощники прокуроров, старшие прокуроры и прокуроры управлений и отделов, действующие в пределах своей компетенции [2].

Заявление в суд может подать не именно прокурор района, города или области, а иной работник органов прокуратуры — заместитель прокурора, помощник (старший помощник) прокурора, прокурор (старший прокурор) отдела и управлений по поручению руководителей органов прокуратуры [8]. Это правило нашло отражение в Приказе Генеральной прокуратуры от 26 апреля 2012 г., который предписывает в судебных заседаниях участвовать представителям прокуратур соответствующего уровня, военных и иных специализированных прокуратур по месту нахождения суда, рассматривающего дело [10]. Одновременно в судебной практике есть суждение о том, что исковое заявление как акт прокурорского надзора должно исходить непосредственно от прокурора соответствующего уровня. Право на возбуждение гражданского судопроизводства связано с управленческим составом прокуратуры, в который помощники прокурора не входят. Следуя этой логике, помощник прокурора не может подписывать исковые заявления.

Следующий вопрос касается установления уважительности причин невозможности подачи искового заявления гражданином в суд: ни один нормативный и даже медицинский акт не содержит понятий «состояние здоровья», «тяжелая болезнь», «стойкое расстройство здоровья» [11]. Федеральный законот 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» дает определение понятия «инвалид»: это лицо, имеющее нарушение здоровья со стойким расстройством функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами, приводящее к ограничению жизнедеятельности и вызывающее необходимость его социальной защиты [1]. Однако ГПК не ограничивает круг лиц, по состоянию здоровья не могущих обратиться в суд, инвалидами, поэтому в правоведении высказано предложение о применении в практике классификации основных видов нарушений функций организма. К ним относятся нарушения: психических функций (восприятия, внимания, памяти, мышления); языковых и речевых функций (устной и письменной); сенсорных функций (зрения, слуха, обоняния, осязания); статодинамической функции (двигательных функций); функций кровообращения, дыхания, пищеварения; а также нарушения, обусловленные физическим уродством [11].

О. Фирсова придерживается такого мнения, что обращение прокурора в интересах гражданина целесообразно и в случаях, когда состояние здоровья последнего хотя и стабильно в настоящий момент, но связанные с самостоятельным обращением в суд психоэмоциональные и физические нагрузки спровоцируют ухудшение самочувствия. Так, воздействие вредных для здоровья факторов противопоказано при беременности, сердечно-сосудистых заболеваниях и др. [11]. Позиция автора, безусловно, интересна. Но она свидетельствует о том, что достаточно большой контингент граждан нуждается в оказании помощи со стороны прокурора по реализации права на обращение за судебной защитой. Каким же образом определить, обусловливает ли состояние здоровья конкретного лица невозможность предъявить заявление в своих интересах?

Согласно ч. 3 ст. 131 ГПК в заявлении прокурора должно содержаться обоснование невозможности предъявления иска самим гражданином. При этом прокурор обязан представить соответствующие доказательства и приложить копии документов [9]. Таковыми в данной ситуации будут справки медицинских учреждений, информирующие суд о диагнозе лица, в чьих интересах возбуждается производство по делу. Тем не менее за отсутствием установленного перечня заболеваний, служащих основанием невозможности личного обращения в судебные органы, решение вопроса о правомочности действий прокурора по подаче заявления представляется для судьи затруднительным, ведь он не обладает специальными познаниями в области медицины.

Далее, предположим, что законодатель включает в категорию граждан, не имеющих возможности подать заявления в силу возраста, пожилых людей. Этот вывод вытекает из соотношения понятий «возраст» и «недееспособность». Если исходить из положения п. 1 ст. 21 ГК РФ, гражданская дееспособность возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, т. е. по достижении восемнадцатилетнего возраста. Применение в отношении несовершеннолетних возрастного критерия означало бы дублирование оснований для обращения в суд прокурора, поскольку лицо, не достигшее 18 лет, по общему правилу недееспособно. В то же время отметим, что в ст. 70 ГПК прямо употребляется понятие «старость», не конкретизирующее, но по крайней мере уточняющее возрастные ограничения.

А. А. Сергиенко, анализируя изучаемые пробелы в законодательстве, предлагает дополнить перечень оснований для обращения прокурора в суд с заявлением в защиту прав граждан, включив следующие: инвалидность, несовершеннолетие, пенсионный возраст, тяжелое материальное положение и др. [7].

Что касается иных уважительных причин, по которым лицо само не может обратиться в суд, то под ними понимают случаи, когда родители, усыновители, опекуны, попечители, органы исполнительной власти уклоняются от защиты прав и законных интересов несовершеннолетних, недееспособных, ограниченно дееспособных, безвестно отсутствующих лиц [8]. Подобная интерпретация сужает круг уважительных причин невозможности подачи заявления лично и перекликается с критерием недееспособности.

Эффективность функционирования государственного механизма защиты социально незащищенных слоев населения, а также конституционных прав граждан во многом зависит от совершенства правового регулирования полномочий органов, формирующих данный механизм. Прокуратура — не исключение. Были рассмотрены лишь отдельные вопросы, связанные с реализацией прокурора права на обращение в суд общей юрисдикции в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц. В целом, ряд вопросов, касающихся объема прав и обязанностей прокурора при рассмотрении гражданских дел, участия прокурора в процессе для дачи заключения, а также обжалования судебных актов остаются открытыми.

Литература:

1.         О социальной защите инвалидов в Российской Федерации: Федеральный законот 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ // СЗ РФ. 1995. N 48. Ст. 4563.

2.         О прокуратуре Российской Федерации: Федеральный закон от 17 января 1992 г. № 2202–1 // СЗ РФ. 1995. N 47. Ст. 4472.

3.         Гуреева О. А. Проблемы определения правового статуса прокурора в гражданском судопроизводстве // Арбитражный и гражданский процесс. 2010. N 8. С. 17.

4.         Гусев В. Г. Гражданская процессуальная правоспособность: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Саратов, 1996. С. 10.

5.         Гришин А. В. Защита прокурором в гражданском судопроизводстве прав и законных интересов несовершеннолетних: Автореф. дис. канд. юрид. наук. М., 2010. С. 15.

6.         Курочкин С. А. Частные и публичные начала в цивилистическом процессе. М., 2012. С. 251–252.

7.         Сергиенко А. А. Участие прокурора в рассмотрении гражданских дел судами общей юрисдикции: Автореф. дис.... канд. юрид. наук. М., 2005. С. 6.

8.         Участие прокурора в гражданском судопроизводстве: Курс лекций / О. А. Бахарева, Т. П. Ерохина; Под ред. О. В. Исаенковой. Саратов: Изд-во ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права», 2007. С. 28–29.

9.         О некоторых вопросах участия прокурора в гражданском процессе, связанных с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации: Информационное письмо Генеральной прокуратуры РФ от 27 января 2003 г. № 8–15–2003 // Еженедельный бюллетень законодательных и ведомственных актов. 2003. N 15.

10.     Об обеспечении участия прокуроров в гражданском процессе: Приказ Генеральной прокуратуры РФ от 26 апреля 2012 г. N 181 // СПС «КонсультантПлюс».

11.     Фирсова О. Состояние здоровья как обоснование предъявления иска прокурором // Законность. 2007. N 2. С. 10.

12.     Шамшурин Л. Об участии прокурора в разбирательстве гражданских дел: вопросы теории и практики // Арбитражный и гражданский процесс. 2009. N 3. С. 11.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle