Библиографическое описание:

Устименко А. Н. Реформы Н.С.Хрущева в сельском хозяйстве в первые годы правления // Молодой ученый. — 2013. — №6. — С. 629-632.

Пожалуй, в истории сельского хозяйства СССР никто среди советских руководителей не сыграл такой огромной роли как Никита Сергеевич Хрущев. Родившись в селе, Хрущев как никто другой разбирался в этом деле. Во многом, благодаря ему, страна смогла выйти на новый качественный уровень для себя в сельском хозяйстве. Безусловно, были у него и промахи, но сам факт того, что он сильно повлиял на аграрный сектор страны думаю не вызывает ни у кого сомнений.

После смерти Сталина в стране начали происходить значительные перемены в различных сферах общественной жизни: в политике, экономике, социальной сфере, культуре. Не стало исключением и сельское хозяйство.

Хрущев родился в крестьянской семье, и он был единственным членом сталинского Политбюро, который часто ездил в деревню, много раз беседовал с руководителями колхозов и совхозов, старался быть в курсе их проблем. Хрущев еще в 1949 году предложил довольно смелый проект объединения — «укрупнения» колхозов, успешно проведенный в течение одного года по всей стране. Обычно к большим колхозам было больше внимания со стороны районного руководства, а значит, имели большее финансирование, получали большую помощь от машинно-тракторных станций, различные кредиты, имели лучшее руководство. Заметив эту закономерность, Хрущев предложил проект укрупнения мелких колхозов путем их объединения, а часто путем присоединения к более крупному и успешному колхозу в данном районе. Крестьянам более крупного и богатого колхоза обычно не нравилась идея о необходимости делить свои фонды с разоренными соседями, которые имели порой внушительные долги перед государством. Но объединение носило принудительный характер, и вскоре все мелкие колхозы были ликвидированы, и по всей стране общее число колхозов уменьшилось почти в три раза. Эта реорганизация предотвратила неизбежный крах множества мелких и средних колхозов, имевших ранее иногда только по 200–400 гектаров земли на несколько трудоспособных членов. Она упростила руководство колхозами со стороны райкомов и обкомов, позволила выбрать более способных председателей и улучшить связь между колхозами и машинно-тракторными станциями данного района.

Заняв пост главы государства, Хрущев предложил резко сократить размер сельскохозяйственного налога на приусадебные участки колхозников, отменить натуральные налоги с разных видов собственности (с деревьев, с коровы и т. д.) и заменить их денежными налогами со всего индивидуального хозяйства в зависимости от числа членов семьи и покупкой у крестьян возможных излишков по достаточно высоким ценам. Этот проект был быстро принят в форме закона на Сессии Верховного Совета СССР летом 1953 года, и это сразу внесло облегчение в экономическое положение деревни и улучшение в настроения крестьян, впервые за 25 лет почувствовавших, что все сильнее и сильнее давивший на них государственный пресс не только остановлен, но и немного поднят.

В сентябре 1953 года на специальном пленуме КПСС, посвященном развитию сельского хозяйства, в докладе Хрущева и в решениях пленума было предложено еще больше снизить налоги с индивидуальных хозяйств, предоставить особые льготы тем крестьянским семьям, у которых не было коров и другого скота, а также поощрять попытки рабочих и служащих, живущих в деревнях, мелких поселках и в пригородных зонах, заводить коров, свиней, кур и возделывать огороды и небольшие фруктовые сады без всякого налога. «Надо покончить с предрассудком, будто рабочему и служащему зазорно иметь скот в личной собственности», — заявил на пленуме Хрущев.

Это была своеобразная новая экономическая политика в области сельского хозяйства, поощрявшая хотя и небольшой, но частный сектор производства. Этот сельскохозяйственный нэп был некоторой демократизацией, потому что государство решило не вмешиваться в данную сферу жизни людей, дав им инициативу самим решать вопрос о том, что и как делать на четверти гектара полученной как бы в аренду земли. Предприятиям и учреждениям крупных городов было разрешено находить в сельских районах вдоль дорог, в лесу, вблизи железных дорог участки невозделанной земли и делить ее между работниками на огороды и сады, обычно по 1 000 кв. метров (десять соток) на семью. Этим было положено начало так называемым коллективным садам и огородам рабочих и служащих, где они могли в свободное время и в выходные дни работать для себя. Улучшение положения в личных подсобных хозяйствах, вопреки прежней партийной теории, быстро улучшило и положение в колхозах и в совхозах. Благодаря этому и другие реформы, предложенные Хрущевым и касавшиеся производства непосредственно в колхозах и совхозах, могли быть реализованы, так как они шли в деревню к людям, у которых изменилось общее настроение, появились какие-то надежды и желание работать. [1, C. 234]

На февральско-мартовском (1954 г.) Пленуме ЦК КПСС ставилась задача расширения посевов зерновых за счет освоения целинных и залежных земель на 13 миллионов гектаров. Но уже через 10 месяцев, на январском Пленуме ЦК, Хрущев говорил о том, что ЦК партии Совет Министров приняли решение довести посевы зерновых на новых землях в 1956 году не менее чем до 28–30 миллионов гектаров. Обосновывая это решение, он подчеркнул, что освоение целинных и залежных земель является «наиболее доступным и быстрым источником увеличения производства зерна» [2, С. 431]

В докладе на декабрьском (1958 г.) Пленуме ЦК КПСС, подводя итоги первого пятилетия освоения целины, Хрущев утверждал, что освоение целинных и залежных земель стало решающим условием производства зерна. Однако в докладе не было данных об урожайности зерновых. И не случайно. Она возросла в тот период значительно–с 7, 7 до 11, 1 центнера с гектара. Но не за счет целины. В районах ее освоения урожайность зерновых составляла в 1958 году лишь 9, 6 центнера с гектара, то есть существенно тянула вниз общесоюзный показатель. Поэтому целинная прибавка в посевах зерновых–18, 5 миллиона гектаров, о которой могла идти речь в докладе, дала в лучшем случае около 18 миллионов тонн зерна, в то время как 106, 7 миллиона гектаров старопахотных земель за счет роста урожайности дали прибавку около 38 миллионов тонн, то есть в два раза больше.

Не обеспеченный производственной, да и социальной инфраструктурой марш-бросок на целинные земли отвлек в те годы значительные ресурсы от укрепления зернового и в целом сельского хозяйства в других районах страны, в том числе Нечерноземной зоны РСФСР, и привел к росту общих потерь урожая зерновых до 30–40 и более миллионов тонн в год, то есть в 1, 5–2 раза больше того, что давали стране собственно целинные земли. Особенно настораживал процесс расхищения природных, почвенных ресурсов, вызванный прежде всего тем, что рациональная система земледелия была создана здесь лишь спустя почти два десятилетия после освоения целины. В этой ситуации целина своевременно не укрепила зерновой баланс страны, но привела (по времени) наряду с другими факторами к снижению производства, необходимости закупок зерна за рубежом. Следующая сверхпрограмма тех лет — скоропалительное по времени и утопическое по масштабам расширение площади посевов кукурузы и других «чудо-культур». Логика при этом была предельно прямолинейной: всю пахотную землю распахать, всю пашню засеять, засеять потенциально, невзирая на зональные различия, самыми «высокоурожайными» культурами и получить за счет этого максимум продукции, кормов. Идеализация возможностей «чудо-культур» привела почти к десятикратному расширению в стране посевов кукурузы или, например, «царя-гороха». Считалось, что для обеспечения полного достатка кормов в колхозах и совхозах кукуруза будет давать по 500–600 центнеров зеленой массы с гектара, а в районах недостаточного увлажнения–примерно 300 центнеров. Доклады и речи Хрущева в те годы были переполнены примерами передовиков, добившихся еще более высоких показателей. При этом идеологизация примеров принимала всеобщий характер. В речи на совещании передовиков сельского хозяйства РСФСР 23 февраля 1961 года Никита Сергеевич говорил: «нашей ли рати коммунистической, комсомольской, советской бояться трудностей освоения таких могучих культур, как кукуруза и сахарная свекла, которые сделают буквально переворот в производстве продуктов животноводства [4, С. 78.]

И наконец, поистине фантастическая сверхпрограмма тех лет по животноводству. В речи на зональном совещании работников сельского хозяйства областей и автономных республик РСФСР 22 мая 1957 года Хрущев поставил задачу: «В ближайшие годы догнать США по производству мяса, масла и молока на душу населения». Он считал, что успехи, достигнутые в сельском хозяйстве, позволяют поставить и решить эту задачу большой государственной важности. «По молоку вопрос ясен, — говорилось в речи. — Мы можем и должны в будущем догнать США и этого добьемся». Увеличить в 3, 5 раза производство мяса и догнать США по его производству на душу населения Хрущев считал возможным в 1960 году. В крайнем случае в 1961 году «зачистить остатки». Эти планы связывались не только с решением продовольственной проблемой в стране, но и с перспективами роста международного авторитета СССР. Выполнение поставленных планов–это по словам Хрущева, «сильнейшая торпеда под капиталистические устои…Эта победа будет сильнее чем водородная бомба». Она заставит идеологов капиталистического строя, против колхозного строя, против социалистических стран. Вот такая была заявка.

Спустя два с лишним года, на очередном Пленуме ЦК КПСС по сельскому хозяйству (декабрь 1959 г.) тема «догнать США» еще звучит, но уже не так категорично. Данные о росте производства продукции животноводства приводятся не от начала выдвинутой программы, а лишь за 11 месяцев текущего года. Приводится и обширный список достижений передовиков. Возглавляет его «выдающаяся победа» под руководством партийной организации трудящихся Рязанской области, где производство мяса за один 1959 год возросло в 3, 8 раза. На самом же деле здесь, как и во многих других местах, проводилось безрассудное насильственное обобществление и уничтожение поголовья скота личных подсобных хозяйств, имели место прямой обман, приписки.

В 1961 году уже, надо полагать, убедившись в провале выдвинутой сверхпрограммы по животноводству, Хрущев пытается придать ей второе дыхание за счет Нечерноземья. Он ставит немыслимую задачу: производить в зоне 100–120 центнеров мяса в убойном весе и 900–1000 центнеров молока на каждые 1000 гектаров пашни. Поскольку, по его мнению, для решения этой задачи за счет роста производства говядины потребуется 3–4 года, «нам следует пойти по пути увеличения свинины. Тогда можно за год-два удовлетворить спрос населения на мясо. Свинья скороспелое животное» [5,С. 231.]. В части кормовой базы надежды возлагались на три кита: кукурузу, сахарную свеклу, бобовые. Свиноводство предлагалось развивать на сахарной свекле, которая, как утверждал докладчик, дает в Нечерноземье по 300–400 и более центнеров корней с гектара. И опять чудовищный просчет. В Центральном и Волго-Вятском районах РСФСР, не говоря уже о Северо-Западном, в 1961–1965 годах среднегодовая урожайность сахарной свеклы составляла всего лишь 75 центнеров с гектара.

Прежде чем выдвинуть суперпрограмму по животноводству, Хрущев попросил экономистов дать расчеты, когда СССР может догнать Америку по производству мяса, молока и масла на душу населения. Они назвали 1975 год и обосновали свою позицию. Хрущев отнес этих экономистов к тем, кто «сдерживает наше движение вперед» и посоветовал им больше «обращаться к народу, изучать состояние хозяйства, чувствовать пульс жизни народа, биение его сердца» То же было и с целиной. Хрущев даже и не пытался опереться на авторитет науки. Он лишь вменил в обязанность Министерству сельского хозяйства и Министерству совхозов с участием местных советских органов и с привлечением Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук «разработать систему ведения хозяйства на вновь осваиваемых землях… а также мероприятия по дальнейшему освоению новых земель в колхозах и совхозах восточных районов и в районах Нечерноземной полосы» [3, С. 240.]. Прямо скажем, весьма скромное место отводилось в таком глобальном деянии аграрной науке, да и когда было «разрабатывать мероприятия», если с целиной было покончено одним порывом за три года.

Если рассматривать увеличившиеся доходы от личного хозяйства, можно утверждать, что материальное положение крестьянина за 1953–1958 почти сравнялось с положением рабочего в промышленности. Сельскохозяйственный кризис был преодолен, и это, несомненно, заслуга Хрущева, достижение, укрепившее его власть и влияние.

Литература:

1.      Ж. Медведев, Р. Медведев «Никита Хрущев. Годы у власти» М., 2012.

2.      Хрущев Н. С. «Строительство коммунизма в СССР и развитие сельского хозяйства». М., 1962. Т. 2.

3.      Хрущев Н. С. «Строительство коммунизма в СССР и развитие сельского хозяйства».. М., 1962. Т. 4.

4.      Хрущев Н. С. «Строительство коммунизма в СССР и развитие сельского хозяйства». М., 1963. Т. 5.

5.      Хрущев Н. С. «Строительство коммунизма в СССР и развитие сельского хозяйства». М., 1963. Т. 6.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle