Библиографическое описание:

Бидова Б. Б. Криминологическая характеристика экстремизма, основанного на национально-религиозной специфике Северо-Кавказского федерального округа // Молодой ученый. — 2012. — №12. — С. 356-358.

Проблема экстремистских проявлений особенно характерна для Северо-Кавказского федерального округа, так как немаловажную роль в этом играет наличие огромного числа национальностей [1–с.17], исповедующих различные религии и имеющиеся непохожие друг на друга исторические традиции.

Тем не менее, по мнению Ю.М. Антоняна, этнорелигиозный характер терроризма определяется и тем, что местное население поддерживает националистические и сепаратистские идеи и планы конкретных боевиков, готово оказать им помощь. Однако при этом надо учитывать, что - как и в каждом общинном образовании - у многих народов Северного Кавказа сохранилась общинная структура. Она предполагает наличие нескольких кланов, чьи интересы могут не совпадать, межклановую вражду и кровную месть. В таких обществах не существует понимания единой законности, а наказание преступника считается частным делом заинтересованной стороны; порядок же обеспечивается равновесием интересов разных общин.[2–с.15]

Многоэтничное население Северного Кавказа в течение многих веков формулировало правила совместного проживания. При этом исламистские религиозные установления вполне гармонично слились с местными этнокультурными традициями и особенностями. Исторически на Северном Кавказе уже фиксировались определенные формы этнорелигиозного экстремизма и терроризма: наездничество (набеговая система); похищения людей с целью продажи или получения выкупа; абречество; вооруженный сепаратизм и призывы к джихаду (после завершения Кавказской войны); политический бандитизм (20-30-е гг. XX в.); создание и участие на стороне фашистской Германии горских воинских формирований.[3–с.103] Аналогичные явления в регионе вновь фиксируются с начала 90-х гг. XX в., вплоть до настоящего времени.

Как отмечают авторитетные российские криминологи А.И. Алексеев, B.C. Овчинский, Э.Ф. Побегайло, осетино-ингушский конфликт начала 90-х гг. и две чеченские войны, события в Беслане, Карачаево-Черкессии, Нальчике не могли не сказаться самым пагубным образом на всей криминальной ситуации на Северном Кавказе. Фактически в регионе на фоне повальной клановой коррупции сложилось бандитское подполье, отягощаемое религиозным экстремизмом[4–с.24]. Дестабилизируют оперативную обстановку в С-КФО также события в Нагорном Карабахе[5–с.5], а также в Южной Осетии и Абхазии.

Об этнорелигиозном экстремизме, с которым пришлось столкнуться России на Северном Кавказе, можно говорить как о внутриполитической проблеме еще с момента присоединения региона к империи. И до сих пор к числу факторов, способствующих распространению исламского экстремизма, можно отнести чрезмерную милитаризацию регионов исламского мира, в том числе и оружием массового поражения, имеющие место там перманентные пограничные столкновения, локальные вооруженные конфликты, возникающие на этнической и религиозной основе, участие в которых принимают и экстремистские, и террористические организации и т.д.

В обществе экстремизм нарастает в периоды начавшихся, но не завершенных исторических перемен, связанных с модернизацией. В таких условиях почти неизбежен так называемый кризис идентичности: все труднее соотнести себя с какими-то определенными социальными и культурными общностями и так самоопределиться.[6–с.16] Это крайне некомфортное состояние люди стремятся преодолеть разными способами: они сплачиваются в первичных, естественных этнических и религиозных группах, растет ксенофобия и влияние идей традиционализма, часто перерастающего в экстремизм («очистимся от нововведений и вернемся к истокам»).

Привлекательность подобных националистических течений состоит в его способности превращать совершенно банальные, повседневные события в источник национальной гордости, усматривать в них элементы проявления свободы и самовыражения. Люди обращаются к национализму, когда они озабочены проблемой придания смысла собственной жизни.

Именно молодые люди, стремящиеся к самоутверждению, в возрасте 18-27 лет и составляют до 70 % членов новых религиозных объединений. В крайних случаях происходит перерождение этой общности в террористическую организацию или террористический компонент становится составляющей частью служения Богу.[7–с.283]

Немаловажным фактором, влияющим на вовлечение молодежи в экстремистские группы, основанные на национальном или религиозном признаках, является миграция граждан.[8–с.149] Нестабильность обстановки во многих государствах различных регионов мира, «прозрачность» границ России со странами СНГ, недостаточная урегулированиесть вопросов въезда в Российскую Федерацию и ряд других обстоятельств приводят к массовому и бесконтрольному наплыву в Россию иностранцев, что в значительной мере осложняет экономическое положение и криминогенную обстановку в стране.

В связи с процессом «экстремизации» групп населения и этносов, в том числе мигрантов, успешно используемом разноэтническим криминалом, в российском обществе возникает прямо противоположная тенденция - рост экстремизма среди наиболее многочисленного славянского населения к людям другой национальности. Особенно остро на это реагирует молодежь.

Таким образом, криминологическое объяснение существования молодежного экстремизма, основанного на национальном или религиозном признаках, как объективно девиантного поведения выглядит следующим образом. В России ввиду значительного числа национальностей, исповедующих отдельные религии или их течения, этнический компонент тесно связан с конфессиональным. Общемировые религии несколько различно относятся к различным формам девиантного поведения человека. В некоторых религиях имеются радикальные течения (наиболее яркий пример - ваххабизм в исламе). Наиболее сложная ситуация в части экстремистских проявлений в молодежной среде, основанных на национальном или религиозном признаках, особенно характерна для Южного федерального округа, где имеется огромное число национальностей, исповедующих различные религии и имеющих непохожие друг на друга исторические традиции. В молодежной среде экстремизм, основанный на национальном или религиозном признаках, основывается на исторических, культурных и иных национальных традициях и проявляется в увлеченности националистическими и иными идеологиями, нетрадиционными религиозными доктринами, в участии в деятельности экстремистских групп, в совершении противоправных, в том числе экстремистской направленности, действий в связи со своими убеждениями. Деидеологизация и деморализация общества являются одним из факторов преступности среди молодежи, где легче всего распространять экстремистские идеи. Образование экстремистских неформальных групп по этническому и религиозному признаках, где молодые люди составляют значительную часть, способствует развитию национализма и приданию смысла собственной жизни.


Литература:

  1. Джабраилова А.Б. Преступность среди студенческой молодежи и проблемы ее предупреждения (по материалам Республики Дагестан): Автореф. дис.... канд. юрид. наук. - Махачкала, 2010. - С. 17.

  2. Антонян Ю.М. Этнорелигиозный экстремизм – М.: Статус, 2005. - С. 15.

  3. Ибрагимова С.Б. Народы Кавказа. Антропология, лингвистика, хозяйство. - Махачкала, 2011. - С. 103.

  4. Тишков В.А. Общество в вооруженном конфликте (этнография чеченской войны). - М., 2008. – С. 24.

  5. Кривельская Н.В. О национальной угрозе России со стороны деструктивных религиозных организаций // Аналитический вестник. 2006. Вып. 28. - С. 5.

  6. Паин Э. Откуда берется экстремизм // Знание. 2010. № 11. - С. 16.

  7. Беджанов М.Б. Россия и Северный Кавказ: межнациональные отношения в XXI веке. - Майкоп, 2012. - С. 283.

  8. Кашуба Ю.А. О связи незаконной миграции с преступностью //Преступность в разных ее проявлениях и проблемы организованной преступности. - М., 2011. – С. 149.


Обсуждение

Социальные комментарии Cackle