Библиографическое описание:

Фадеева Л. Е. Представления восточных славян о домовых духах // Молодой ученый. — 2010. — №8. Т. 2. — С. 109-112.

В последнее время большое внимание в современной отечественной литературе посвящено проблемам возрождения и сохранения традиционной русской культуры. Высок интерес к национальным традициям и на житейском уровне: весьма часто в изданиях периодической печати авторы обращаются к культурному наследию наших предков. В современных условиях «нового религиозности» это не вызывает удивления, так как для этого явления характерным является сочетание элементов традиционных религий, прежде всего таких, как христианство и ислам, восточных культов, суеверий, разного рода псевдонаучных теорий. Древнейший пласт национальной культуры представляет язычество с его комплексами высшей и низшей мифологии. Известно, что после религиозной реформы князя Владимира сохранилась, прежде всего, мифология низшая, связанная  с поклонением духам-покровителям окружающего пространства. Духи – это мифологические существа, находящиеся в постоянном взаимодействии с человеком. Духи делились на добрых (духи – хранители или помощники) и злых, вредящих человеку (демонов). Демон – это условное обозначение тех сверхъестественных персонажей, которые не являются богами, а занимают по сравнению с ними низшее место в иерархии. Согласно библейским канонам, демоны – это злые существа, но в понятие «восточнославянская демонология» входят представления и о добрых духах. Демонологией называется совокупность представлений о низших мифологических существах. Демонологические поверья восточных славян сохранились до нашего времени и в какой-то степени продолжают существовать в системе национального менталитета. Исходя из всего сказанного выше, актуальность нашего исследования не подлежит сомнению.

К персонажам демонологии у восточных славян принадлежали:

1. Духи крестьянской усадьбы:

1.1.Духи жилища (домовой, кикимора, злыдни).

1.2.                     Духи, живущие на скотном дворе, в конюшне, хлеве (дворовой).

1.3.                     Духи, связанные с хозяйственными постройками, предназначенными для сушки, молотьбы, хранения хлеба (овинник, ригочник, гуменник).

1.4.                     Духи, связанные с баней (банник).

2.    Духи вод и лесов: водяной (леший, русалка).

3.    Полевые духи: (полудница, полевик и духи со сходным набором признаков) [6, с. 82].

Целью данной работы является изучение качественных характеристик, которые приписывались духам-покровителям жилища. Дореволюционная историография по рассматриваемой проблеме представлена трудами А. В. Терещенко, А. А. Коринфского, Д. К. Зеленина. Основной проблематикой изучения этих ученых являлась систематизация уже полученных знаний, выяснение происхождения и генезиса домовых духов. В послереволюционное время работали такие исследователи, как Н. Румянцев, С. А. Токарев, А. К. Байбурин. Н. Румянцев пришел к выводу, что многие православные праздники имеют языческие истоки, и сделал предположение, что домовые духи возникли в связи с появлением различных надворных или хозяйственных построек [11, с. 231, 36]. С. А. Токарев изучал религиозные представления первобытных народов. Он сделал вывод, что некоторые мифологические образы (например, домовой) являются пережитками семейно – родового культа [14, с. 86]. А. К. Байбурин пришел к выводу, что номинация домового основана на двух принципах: топографическом и социальном [1, с. 108]. С 1990 года появляется много энциклопедической и справочной литературы, касаемой как и мировых религий, так и славянского язычества в частности. Их общим недостатком являлось то, что все сведения о духах очень сильно упрощались, сводились к нескольким предложениям, что является неверным, т. к. демонологические поверья восточных славян отличались огромной разнообразностью. Темой исследования в данный период становятся такие проблемы, как возникновение духов, их истоки; исследуются отдельные мифологические персонажи; делаются попытки сравнения демонологических систем северной, средней и южной групп русских. Относительно домовых духов, Б. А. Рыбаков пришел к выводу, что аграрная религия появилась, согласно археологическим источникам, около 5 – 4 тыс. до н. э. С возникновением оседлости возникла идея священности жилища и домашнего очага [12, с. 125, 146, 161 – 162, 262], что, в конечном счете, привело к появлению духов-покровителей домашнего пространства.

В восточнославянской мифологии духом дома, покровителем домашнего хозяйства являлся домовой (доможил, суседко, хозяин, хозяин-батюшко, дедушко, соседушко, домоседушко, гнетка и т. д.). Согласно народным верованиям, домовым становится после смерти основатель рода, один из хозяев дома. Так же считали, что домовой возникает из души жертвенного животного, закопанного в фундамент дома; или возникает из души деревьев, используемых для строительства [13, с. 54]. В поверьях белорусов домовой имеет змеиное происхождение, так как вылупляется в виде змеи из петушиного яйца, которое надо определенное время носить под левой мышкой [1, с. 109]. В некоторых русских губерниях полагали, что домового дает человеку бог. Например, в Воронежской губернии: «При рождении бог посылает человеку ангела для защиты, черта для искушения и домового для ведения хозяйства» [3, с. 152]. В данном примере прослеживается четкое разделение положительных качеств домового и отрицательных, вредящих, которые приписывали черту. Домовыми часто называли всех домашних духов. Собственно же домового именовали «доможил». Номинация домового основана на двух принципах: топографическом (домовой, суседко, хатник, дымовой, клетник, голбечник, подполянник, подпечник, запечник и т. д.) и социальном (хозяин, дедушка, большак и т. д.) [1, с. 108]. Эти имена указывают на то, что домовой - олицетворение дома. Номинация домового зависит и от характерных действий, которые ему приписываются. Например, гнетка (гнетке, гнетко, гнеток, гнетюк) – домовой, который по ночам «гнетет», ложится на грудь «тяжким гнетом».

Домовой, как правило, невидим и появляется только перед несчастьем. Человеку запрещалось пытаться увидеть домового (Тамбовская губерния: «Увидевший домового умрет или онемеет», Тульская губерния: «Домовой наказывает тех, кто пытается его увидеть» [3, с. 154]). Ночью перед кончиной хозяина он воет, показывается, стучит, хлопает дверями [7, с. 43]. Домовой толкает ночью хозяина, если хочет о чем-нибудь уведомить. Так же он может ночью навалиться на грудь и давить. Надо спросить: «К худу или к добру?», -  и он обязательно ответит [3, с. 148]. Из приведенных примеров прослеживается такое качество домового как предвещение несчастья.

По представлениям славян домовой заботится о благосостоянии дома, в котором он обитает. Для южных территорий ареала расселения восточных славян характерны поверья, что домовой заботится вообще обо всем хозяйстве. Для средней полосы на первом месте стоит его забота о скоте (Московская губерния, Тульская губерния, Нижненовгородская область), а потом уже – о доме и дворе. Для северных территорий характерны представления о домовом – покровителе дома (Олонецкая губерния, Тюменская губерния).

Домовой в народных поверьях имеет жену (хозяйка, домовиха, доманя, домовая хозяйка, домовинка, домовица, домовичка, доможириха, суседка) и детей. «Хозяин» и «хозяйка» творят в доме все домашние и семейные дела. К ним обращались за помощью, благословением: «Хозеин, хозеюшка с малыми детоцьками, благословите на всю ноцьку спать» (Поморье) [15, с. 46]. Домовая хозяйка по облику и занятиям сходна с домовым, перед несчастьем плачет под полом [3, с. 139]. Во многих местах домаху отождествляли с другим домашним духом – кикиморой. Однако между ними существует ряд различий в занятиях, поведении, происхождении.

В крестьянской среде существовало много обрядовых действий, связанных с почитанием домового. Хозяева дома, как правило, старались не запугать или прогнать домового (как обычно поступали с нечистой силой), а задобрить его, расположить к себе и добиться его покровительства. Для того, чтобы домовой не вредил людям и хозяйству, хозяева соблюдали определенные запреты. Так, например, женщина не должна была ходить простоволосой или прясть в пятницу [1, с. 109]. Считалось, что домовой не терпит неприличного поведения, матерной брани. Последняя, как считают исследователи, в ряде случаев оказывается функционально эквивалентна молитве, т. е. средству оберега от домового.

Таким образом, в ранних народных представлениях домовой не ассоциировался с вредящими характеристиками, которые позже стали приписывать «нечистой силе». Это отличие проявлялось, прежде всего, по качествам, которые приписывались первому: помощь, забота о доме и благополучии семьи его жителей. Отрицательные, вредящие человеку качества (в основном давление на грудь и мелкие проказы) домового проявлялись только перед несчастьем или в случае нарушения специальных запретов.

 По представлениям восточных славян в доме обитают кроме домового и другие духи. В первую очередь, это - кикимора (шишимора, шишига). В северно-русских губерниях кикиморой называли не только домашний дух, но и лесную русалку, полевую русалку, полудницу, лешачиху, водяницу (Вологодская, Вятская губернии, Восточная Сибирь). По некоторым поверьям кикимора – жена домового. Но в большинстве поверий кикимора – это отдельный дух дома. Представления о духе «кикимора» распространены в основном в северно-русских губерниях (Новгородской, Вологодской, Ярославской, Томской, Вятской), Западной и Восточной Сибири. А у западных и южных русских, украинцев и белорусов поверья об этом духе распространены слабо. Зато здесь распространены схожие представления о «маре». Кроме этого, представления о маре были распространены по всей Европе. В бытовавших здесь поверьях это злой дух, воплощение ночного кошмара. Этот дух садится ночью на грудь спящего и вызывает удушье [9, с. 344]. Такие же представления о маре были распространены и у восточных славян. По всей видимости, если говорить о генезисе поверий о кикиморе, то они произошли от более ранних поверий о маре.

Представления о происхождении кикиморы указывают на то, что она, прежде всего «заложный» покойник (то есть, умерший насильственной, противоестественной смертью). Это является особенностью по сравнению с другими домовыми духами, которые являлись «помощниками», «предками». Кикиморами называли некрещенных или проклятых во младенчестве матерями дочерей. Считалось, что таких детей уносит к себе нечистая сила; через семь лет эти дети превращаются в кикимор. Согласно поверьям, кикимора чаще всего поселяется в местах, построенных на «нечистом» месте. Появление ее в доме могло быть следствием злого воздействия колдунов. Кикимору могли «напустить» в дом при строительстве плотники или печники. Плетение или пряжа кружев – характерная черта кикиморы: в Новгородской губернии: «днем она сидит за печкой, а по ночам выходит проказить с веретеном, прялкой и начатой пряжей… Иногда кикимора и озорничает над домашними: она по целым ночам расхаживает по полу, стучит ногами, гремит посудой, иногда бьет горшки» [2, с. 185]. В некоторых местах верили, что прядет кикимора только во время святок, в те двенадцать дней января, которые определяют ход всего будущего года. Возможно, в это время кикимора как бы «прядет» судьбы дома и его обитателей (поэтому и увидеть ее за прядением в это время – к перемене судьбы, как правило, в худшую сторону). Вообще появление кикиморы в доме или хозяйственных постройках предвещало беду, так как она, поселившись в доме, приносила всяческий вред, а избавиться от нее слишком сложно. Поселившись в жилой избе, кикимора начинает всячески досаждать хозяевам: топает, свистит, пляшет, стонет, стучит, гремит посудой, мешает спать детям [3, с. 217] и т. д. Кикимора может вредить не только людям, но и домашним животным и птицам. Особенно она досаждает курам: выщипывает у них перья, ворует, насылает «вертун», отчего они кружатся до изнеможения и падают околевшими [5, с. 604]. Нередко кикимора выстригает шерсть у овец и другой скотины [7, с. 185].

    Представления о маре чрезвычайно близки к представлениям о кикиморе. Марой называли мрачное привидение, обитающее в темных и сырых местах, в пещерах. В южнорусских губерниях считали, что мара – это привидение, сидящее в лунные ночи за прялкой или шитьем. Она страшная и растрепанная [6, с. 82]. У северных русских бытовали представления о Бабке Маре. Это старуха, которая живет за печью, рвет и путает оставленную без благословения кудель и пряжу. У украинцев мара – это призрак, привидение, злой дух. Существа, аналогичные восточнославянской маре – духу, подобному кикиморе – есть  в поверьях многих народов, как славянских, так и иных, принадлежащих к индоевропейской языковой семье. Названия таких существ также похожи и восходят, очевидно, к одному корню.

Этимология слова «мара» не вполне ясна. Само слово мара в разных районах России означало «туман», «мгла, марево», а так же «болото, стоячая вода»; кроме того оно могло означать «гибель, смерть, мор». Вероятна связь слова мара с глаголами «манить», «маять» или с образованиями от корня mr (санскр. mrtis, лат. mors, славянское съ-мьрьть). Собственно наименование мара обычно применялось в значении «наваждение, видение, призрак, кошмар, морок». «Марить» означало «отуманивать, одурманивать»; «маркосить» значило «мерещиться» и т. д. [16, с. 342].  Образ кикиморы, а значит и мары, возможно восходит к культу богини Макоши (Мокоши). Вероятно также, что Мара первоначально была самостоятельным мифологическим персонажем, не связанным с Макошью. У славян существовали представления о Марене, которую именовали также Марой. Эта богиня считалась воплощением рока, смерти, зимы, болезней, темноты.

Таким образом, в представлениях восточных славян кикимора так же, как и мара олицетворяла собой вредящие качества для человека и того пространства, где он жил. Основные характеристики этого духа: воплощает кошмары, нечистота, проказливость, озорство, предвещение плохого, беды, враждебность, вредоносность, смертоносность, обманчивость. Вредящие качества этих двух персонажей уже можно проследить по этимологии их названий.

 По представлениям восточных славян за печкой селились еще одни духи – злыдни (злыдень). Это злые духи, невидимые существа, которые приносят дому несчастья [10, с. 468]. Злыдни имеют неопределенное описание: крошечные, невидимые, округлые. Иногда они принимают вид невидимых маленьких стариков – нищих или маленьких существ со сморщенными мордочками, одетых в серые или черные одеяния. Обычно их бывает двенадцать.

Кроме злыдней в крестьянской избе обитает множество мелких духов. Например, воструха – дух, обитающий в доме за печью. Считалось, что он охраняет дом от воров, заботится о его чести и достоинстве, ухаживает за скотом, бережет непорочность юных дев [10, с. 196]. В избе обитает люб – дух-охранитель брачного ложа. Представлялся в виде большеухого, мохнатого, златовласого кота со стеблем стрелолиста в зубах. Люб охраняет от нелюба – черного и злобного кота с веткой белены в зубах [4, с. 187]. Беспокойство и беспорядки в доме производят незримые духи матохи (мехи, махи) [4, с. 192]. Спорыньи и спехи помогают человеку в делах. Дрема навевает сон [8, с. 35].

 Итак, в настоящей статье мы охарактеризовали представления восточных славян о духах жилища с целью выявить их основные качественные характеристики. Эти духи воздействовали на все сферы домашней жизни. По признаку качественных характеристик их условно можно разделить на две группы: 1. Положительные, помогающие человеку (домовой, воструха, люб, спорыньи, спехи, дрема). 2. Вредящие человеку (кикимора или мара, злыдни, нелюб, матохи).

 

Литература

  1. Байбурин А. К. Жилище в обрядах и представлениях восточных славян. М., 1983. С. 108.  191 с.
  2. Балов А. В. Очерки Пошехонья//Энциклопедия суеверий./Сост. Э. Рэдфорд и др. М., 2001. С. 185

3.      Власова М. Русские суеверия. Энциклопедический словарь. СПб.: Азбука, 1998. 672 с.

  1. Грушко Е. А., Медведев Ю. М. Словарь славянской мифологии. Н. Новгород: Русский купец, Братья славяне, 1995. 368 с.

5.      Даль В. И. Пословицы русского народа. В 3-х т.т. Т. 3. М., 1993. 734 с.

  1. Дынин В. И. Русская демонология: опыт выделения локальных вариантов//Этнографическое обозрение. 1993. № 4. - С. 78 - 87

7.      Забылин М. Русский народ. Его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия// Энциклопедия суеверий./Сост. Э. Рэдфорд и др. М., 2001.-  С. 43.

  1. Кандыба В. М. История русского народа. М.: КСП, 1995. 223 с.
  2. Мифология. Большой энциклопедический словарь./Гл. ред. Е. М. Мелетинский. М.: Большая Российская энциклопедия, 1998. 736 с. 
  3. Мифы народов мира. Энциклопедия в 2-х т.т./Под ред. С. А. Токарева. Т. 1. М.: Советская энциклопедия, 1997. 671 с.
  4. Румянцев Н. Православные праздники: их происхождение и классовая сущность. М., 1936. 447 с.
  5. Рыбаков Б. А. Язычество древних славян. М., 1994. 373 с.
  6. Семенова М. Мы – славяне! Популярная энциклопедия. СПб.: Азбука, 1998. 560 с.
  7. Токарев С. А. Этнография народов СССР. М., 1958. 617 с.
  8. Цейтлин Г. Знахарства и поверья в Поморье.//Энциклопедия суеверий./Сост. Э. Рэдфорд и др. М.: ООО «Изд-во Астрель», МИФ, ООО «Изд-во АСТ», 2001. - С.
  9. Шапарова Н. С. Краткая энциклопедия славянской мифологии. М.: Изд-во АСТ, «Астрель», «Русские словари»,  2001. 624 с.

 

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle