Библиографическое описание:

Виноградов П. В. Материально-техническая помощь Российской империи союзниками по Антанте в Первой мировой войне // Молодой ученый. — 2010. — №6. — С. 265-269.

История Первой мировой войны является обширным полем деятельности для исторических исследований, порождая немало проблем и вопросов. Одной из таких проблем является военное сотрудничество и материально-техническая помощь Российской империи со стороны союзников по Антанте, главным образом Великобритании и Франции. В рамках данной статьи будет рассматриваться один из важных эпизодов этого сотрудничества миссия вице-адмирала А.И. Русина в Англию.

Когда в начале августа 1914 года многомиллионные армии противостоящих друг другу военно-политических блоков начали военные действия, мало кто из европейцев предполагал, что они затянутся на долгих четыре года. На четыре года страха, ужаса, и кровавой бойни происходившей на полях сражений Первой мировой войны.

С точки зрения ведущих военных специалистов, да и политиков той эпохи, предстоящая война должна была быть быстрой, молниеносной, продолжавшейся не более шести месяцев. Предполагалось, что боевые действия будут характеризоваться  быстрыми перемещениями крупных масс войск, высокой маневренностью, громкими сражениями, сопровождаемыми всевозможными охватами флангов и, в конце концов, окружением противника. Именно на такой характер боевых действий рассчитывал начальник немецкого генерального штаба Альфред фон Шлиффен, разрабатывая свой знаменитый план. Не далеко от немцев ушли и французы. Их план «17» предусматривал после начала войны нанесение глубокого удара по территории Германии всеми имеющимися силами. Русский генеральный штаб также предусматривал активные боевые действия в Восточной Пруссии и Галиции на 15-й день войны. У всех перед глазами стояли боевые действия Русско-японской и Балканских войн. Характеризующиеся мобильностью и высоким темпом перемещения войск. Но уже спустя два месяца после начала войны она потеряла маневренный характер и перешла в позиционный тупик. А новый начальник немецкого генерального штаба Э.фон Фалькенгайн прекратил реализовывать план «Шлиффена» и в бесплодных, лобовых и кровавых атаках пытался прорвать оборону союзников на реке Ипр. Сражение на Ипре: «вылилось в бойню отнявшую десятки тысяч жизней англичан и бельгийцев, французов и немцев…» [7.с.226].

Так на полях Первой Мировой войны воцарилась позиционная война. В течение короткого периода не большие довоенные запасы вооружения и боеприпасов были быстро израсходованы и противостоящие друг другу армии столкнулись с кризисом снабжения военным имуществом. Особенно остро он проявился в царской армии, так как русская промышленность не могла в полном объеме удовлетворить все возрастающие потребности действующей армии.

В такой ситуации царскому правительству пришлось обращаться за помощью к своим союзникам. Хотя еще в декабре 1914 года высшие военные и правительственные чины заверяли представителей союзников, что со снабжением российской армии все в порядке. Так уже после войны Британский посол в России Дж. Бьюкенен в своих мемуарах писал: « 25 сентября генерал Ж. Жоффр запросил, достаточны ли русские запасы снаряжения, чтобы покрыть все увеличивающиеся расходы, и получил успокоительное заверение, что на этот счет беспокоится нечего. Потом внезапно, 18 декабря, французский посланник и я были извещены начальником штаба военного министерства, что хотя у России вполне достаточный запас людей, чтобы пополнить колоссальную убыль на фронте, но у нее не хватает ружей и артиллерийские припасы истощились…. Это сообщение было ударом грома среди ясного неба» [4.с.152]. При этом русские правительственные круги рассчитывали, что союзники с готовностью пойдут навстречу большинству требований предъявляемые Россией.

Так военный агент в Англии генерал Ермолов доносил в ставку: « Ежедневно военная агентура получает множество предложений от английских и колониальных фирм на поставку всевозможных предметов, поэтому затруднений в заготовке требуемых заказов даже в самых больших количествах вообще не предвидится» [2.л.77]. Основываясь на такого рода информации, а также, не имея ясной и объективной информации о потребностях действующей армии высшие военные и правительственные чины, надеялись на быструю и эффективную помощь со стороны запада.

Но практически вплоть до середины 1915 года ставка не могла составить исчерпывающую картину о потребностях в вооружении и других предметах военного снабжения, в которых нуждалась наша армия. С началом войны в Главное управление Генерального Штаба (ГУГШ) и Главное Артиллерийское Управление (ГАУ) со всех сторон посыпалась информация о нехватке различных предметов снабжения. Причем требования поступали не, только из действующих войск, но и от законодательных учреждений, членов Государственной думы и даже отдельных общественных деятелей радеющих за армию. В итоге, ГАУ просто утонуло в потоке просьб и требований, не успевая перерабатывать полученную информацию, отделяя требования мелочного характера от действительно важных запросов. Ситуация осложнялась еще и тем что при ставке не было ни компетентного органа ни толкового специалиста отвечающего и планирующего снабжение войск на фронте. Вся эта важнейшая часть, была как какой-то не существенный придаток, приклеена к управлению дежурного генерала, в котором не было буквально ни одного человека, мало-мальски смыслившего в этом деле [6.с.140].

Поэтому и первые заказы на военное имущество за границей давались хаотически не были четко определены и представляли лакомый кусок для всякого рода афер. Ловкие и не чистые на руку дельцы в такой ситуации чувствовали себя как рыба в воде и, получив задаток от правительственных учреждений и ведомств, просто исчезали. Уже упоминавшийся генерал Ермолов по этому поводу писал в ставку: «Благоволите срочно сообщить председателю центрального военно-промышленного комитета Гучкову, что по свидетельствам, полученным мною от английской полиции личность, называющая себя принц Ля-Форже-де-Винтоль, является типичным и крайне опасным и темным авантюристом и обманщиком, против коего полиция возбуждает преследование за разные мошеннические проделки, между прочим, за неуплату счетов в гостинице. Орден Св. Леона и титул принца выдуманы и присвоены им самим» [3.л.58].

А между тем ситуация со снабжением царской армией вооружением и другими видами военного имущества стала приобретать катастрофический характер в то время как отечественная промышленность не могла снабдить всем необходимым фронт. В такой обстановке, с целью прояснения вопроса о возможной помощи в деле снабжения русской армии предметами вооружения, по приглашению Г. Китчинера в Англию была отправлена особая комиссия во главе с вице-адмиралом А.И. Русиным, для участия в конференции министров снабжения стран Антанты.

Четвертого октября 1915 года миссия в составе начальника Крепостного отдела Главного военно-технического управления генерал-майора Савримовича, члена артиллерийского комитета ГАУ полковника Федорова, делопроизводителя канцелярии военного министерства надворного советника Терне, офицера генерального штаба Кельчевского, военного атташе Великобритании полковника Нокса и представителей морского ведомства старшего лейтенанта Романова и лейтенанта Любомирова отбыла из Архангельска в Лондон.

Сразу же по выходу из Архангельска английский крейсер, на котором находилась миссия, подорвался на мине, и членам делегации пришлось ожидать нового корабля из Англии в бухте Иоканги. Во избежание повторения подобных сюрпризов новый корабль, на котором разместилась миссия, стали сопровождать три пары тральщиков. Каждая пара, из которых прочесывал в воде на разной глубине коридор шириной в 200 метров свободный от мин. А по выходу из Белого моря для избежание встречи с немецкими подводными лодками крейсер двинулся на север, следуя зигзагами меняя через 20 минут курс на 15 градусов [9.с.141]. В итоге дорога заняла значительное время, и миссия не смогла прибыть во время, к открытию конференции проведя в пути три недели. А между тем: «приезд миссии в Лондон ожидался с большим нетерпением съехавшимися представителями союзных стран» [1.л.13].

Необходимо отметить, что состав миссии был недостаточно авторитетен и подготовлен к решению большого количества сложных технических и хозяйственных вопросов [9.с.156]. Показательно, что во главе миссии стоял представитель морского ведомства, в то время как основная масса заказов касалось сухопутной армии.

Главная цель вице-адмирала А.И. Русина заключалась в размещении заграницей заказов на производство военного имущества так необходимого и царской армии и русской промышленности. Для этого миссия была снабжена ведомостью содержащей перечень необходимых заказов и закупок предметов военного и стратегического назначения до 1 января 1917 года. Ведомость была утверждена особым совещанием по обороне государства и состояла из 209 пунктов содержащих обширную номенклатуру необходимых России товаров. Не смотря на столь внушительное количество в первую очередь вице-адмиралу А.И. Русину необходимо было разместить заказы на винтовки, пулеметы и артиллерийские орудия крупного калибра.

Сама система размещения русских военных заказов за границей была достаточна громоздкой и запутанной. Отсутствие четкой системы и организации в деле распределения заказов за рубежом приводило к тому, что запросы и требования с нашей стороны поступали к Английскому и Французскому правительству без всякого плана и системы [1.л.15]. Поэтому наши союзники не могли составить полную и ясную картину наших потребностей в военном имуществе и оказать нам эффективную помощь и поддержку. Заказы на производство различных видов военного снаряжения и вооружения давались от различных ведомств и учреждений не зависимо друг от друга. В погоне за скорейшим размещением заказов наши властные органы зачастую не обладали полной и исчерпывающей информации о производственных возможностях, финансовом положении фирм взявших на себя обязательства в производстве тех или иных видов военного имущества. Пагубным являлось и то, что представители российских государственных органов имели весьма скудное представление либо вовсе не имели понятие о теории и практике договорного права и в силу этого не вникали в суть условий подписываемых контрактов. Поэтому не редки были случаи, когда фирмы брали заказы, которые они даже и не намеривались исполнять, так как заключенные контракты не предусматривали выплаты неустоек и заводы в итоге ни чем, ни рисковали [5.с.156]. Нашему Русскому правительственному комитету, в Лондоне отвечавшему за распределение заказов остро не хватало персонала и полномочий для контроля над этим процессом.

Сугубо военные заказы (оружие и боеприпасы) шли через особый комитет во главе с господином Винтура при военном министерстве Великобритании. Главным действующим лицом в этом комитете являлся полковник Эллершоу имевшим при себе трех офицеров, прекрасно владеющих русским языком и целый ряд других служащих, с помощью которых он вел переговоры с фирмами [1.л.56]. По отзывам председателя Русского правительственного комитета генерала Э.К. Гермониуса полковник Эллершоу добросовестно относился к возложенным на его плечи обязанностям: «ежедневно посвящая нам несколько часов, полковник Эллершоу помогает нам весьма существенно и с полной всегда готовностью» [3.л.84].

Остальные заказы, не относящиеся к военному имуществу, шли через специальную Комиссию по снабжению. Данная комиссия либо самостоятельно находило фирмы подрядчики, и улаживала все формальности связанные с заключением контракта, либо если фирма найдена членами Русского правительственного комитета, после юридической проверки контракта давала разрешение на заключения договора.

Остро стояла проблема с персоналом Русского правительственного комитета, которого явно не хватало для выполнения столь обширных функций. Членам правительственного комитета приходилось в буквальном смысле разрываться, выполняя несколько поручений одновременно. Так генерал Н.Т. Беляев отвечал за снабжение интендантским имуществом и сношения с Военным министерством Великобритании. При этом, не имея делопроизводителя, что особенно было неудобно в виду того, что деятельность полковника Н.Т Беляева требовала от него постоянной подвижности, и ему чрезвычайно трудно было вести всю письменную часть [8.л.58].

Главной целью вице-адмирала А.И. Русина являлся заказ как можно большего количества оружия и других предметов снабжения, необходимых для царской армии и промышленности. Что бы решить эту задачу, миссии необходимо было выяснить истинные возможности промышленности союзников в этом деле. С другой стороны для Английского и Французского правительств не менее важным являлось выяснения, как можно более определенных и точных потребностей Российской Империи в военном и другом имуществе. Поэтому при решении этого вопроса они возлагали большие надежды на миссию вице-адмирала А.И. Русина. Как Италия так в особенности и Россия являлись, главными потребительницами английского и французского рынка, и являлось особо важным возможно полно выяснить нужды этих стран и способы их удовлетворения [1.л.14].

Не менее важной задачей являлась координация совместных действий между странами Антанты в деле размещения военных заказов как в нейтральных странах так и особенно в США. Между Англией и Францией уже давно была налажена система обмена информацией о необходимых видах сырья и вооружения. Министры снабжения обоих стран регулярно встречались с целью полного обмена сведениями обо всех своих нуждах и потребностях в тех или иных предметах военного назначения. В случаях, когда необходимые предметы отсутствовали на внутренних рынках, страны предпринимали совместные действия с целью изыскания нужного имущества в нейтральных странах. Заказы в Америке, например, производились Францией и Англией совместно друг с другом и всякая конкуренция между ними, поэтому была исключена. К сожалению, с царским правительством такого рода взаимодействия налажено не было, и не редки были случаи конкуренции между союзными странами при размещении заказов. Поэтому поводу министр снабжения Франции А. Тома с горечью отмечал: « до сих пор мы сплошь и рядом занимались грабежом друг друга» [1.л.22].

Для предотвращения подобной пагубной практик на конференции было решено учредить специальное Центральное статистическое бюро, отвечающее за составление полного списка всех заказов помещенных странами согласия в нейтральных и союзных странах.

Кроме того, для обмена информацией и уточнения потребностей в военном и другом имуществе было решено каждые два месяца, созывать совещание министров снабжения. Принимая, во внимание опасность северного морского пути, от российской стороны был назначен постоянный представитель на всех подобных совещаниях полковник Николаев.

По вопросу о масштабах помощи, которую союзники могли оказать России и ее армии они в один голос отвечали, что в настоящий момент их промышленность еще не достигла максимального выпуска оружия и других предметов военного назначения и поэтому в первую очередь они снабжают собственные армии. Так А.Тома констатировал, что в руки неприятеля попали северные и северо-восточные области Франции, являющиеся центром военной промышленности. А министр вооружений Великобритании в своей пространной речи отмечал, что вместо 200000 тысяч солдат, которых необходимо было содержать до войны, теперь требуется снарядить и вооружить с ног до головы 2 млн. солдат. Поэтому Д. Лойд-Джордж откровенно заявил: « что наш первый долг – это забота о вооружении нашей армии и как бы велики не были нужды наших союзников, во многих случаях наши еще больше [1.л.20]. Таким образом, Англия и Франция дали понять вице-адмиралу А.И. Русину что, удовлетворяя те или иные потребности России в различных предметах снабжения им: «приходиться давать нам не из своего избытка, а отрывать от собственных своих нужд» [1.л.16].

Не смотря на столь резкую отповедь, данную союзниками вице-адмирал А.И. Русин надеялся, что ему все-таки удастся разместить большинство заказов. Особые надежды в этой связи он возлагал на содействие Д. Лойд- Джорджа, с которым у А.И. Русина сложились весьма не плохие отношения. По словам А.И. Русина в лице Д. Лойд-Джорджа: «мы встретили человека, вполне сочувствующего нашим интересам и ясно представляющего положение на нашем театре военных действий» [1.л.15].

Объем русских заказов согласно ведомости полученной вице-адмиралом А.И. Русиным был действительно огромен. Номенклатура необходимых заказов выходила далеко за рамки заказов обычного вооружения. Первые одиннадцать пунктов ведомости содержали заказы на артиллерийские орудия, пулеметы, винтовки и боеприпасы к ним. Русское правительство предполагало получить от союзников до 1 января 1917 г. 2700 артиллерийских орудий различных калибров, в том числе и осадной калибром 8 и 12 дюймов с полным комплектом боеприпасов. Следующим по объемам заказов шло стрелковое вооружение. Необходимо было добиться получения от союзников 1млн. винтовок и порядка 3млн. патронов к ним, а также 1млн. пистолетов с 250 тысячами патронов и 21300 пулеметов. Помимо этого русская армия остро нуждалась в большом количестве пороха, толуола, колючей проволоки общей массой в 8,5 млн. пудов. А также в средствах связи потребность, в которых исчислялось в размер 20 тыс. телефонных аппаратов и 300 тыс. верст телефонного кабеля. Тыловые службы действующей армии нуждались в 10 тыс. легковых и грузовых автомобилях и 15 тыс. велосипедов и мотоциклов. Для экипировки солдат требовалось закупить 3 млн. пар сапог 360 пудов подошвенной кожи 28 млн. ярдов сукна. Остальные пункты ведомости содержали заказы на медикаменты, авиа имущество и различные сорта стали. Причем в заявке не указывалось даже примерная сумма, в которую могло бы обойтись все заказанное имущество. Однако и без этого было ясно, что дело идет о миллиардных заказах, от успешного выполнения которых в большой мере зависела боеспособность армии [8.с.167].

Масштабы предполагаемых заказов произвели большое впечатление на союзников. В частности была отмечена громадность наших пожеланий в области тяжелой артиллерии и отмечена не выполнимость этих пожеланий в полном объеме. Поэтому в вопросе о заказах тяжелой артиллерии союзники согласились нам поставить 300 орудий. Из этого числа Англия согласилось передать России 8 и 6 дюймовые гаубицы в количестве 200 штук обоего калибра заказанных американской фирме Мидвель со сдачей с середины 1916 г. по шесть орудий в месяц [8.с.161]. В поставке же 12 дюймовых гаубиц России было отказано кроме десяти штук уже заказанных фирме Виккерс. Отказ английской стороной мотивировался тем что: «последние (сентябрьские) бои показали, что без большого числа орудий калибром в 6 дюймов и выше невозможно предпринять что-либо против фортификационных сооружений германцев на западном фронте» [9.с.23]. Вместо предполагавшегося заказа 1400 48-линейных гаубиц правительство Великобритании согласилось передать только 300 полевых 45-линейных гаубиц, а в получении 520 горных 3-дюймовых пушек было вовсе отказано. В отношении артиллерийских боеприпасов пришли к соглашению что на каждое орудие будет поставляется по тысяче снарядов[8.с.161].

А.И. Русин попытался поправить ситуацию с заказом артиллерийских орудий на встрече с лордом Г. Китчинером. Но из этой затеи ничего не вышло. Г. Китчинер не пошел навстречу пожеланиям А.И. Русина об увеличении отпуска патронов японского образца и артиллерийских орудий большого калибра. Более того, Г. Китчинер по словам А.И. Русина был неприятно поражен тем, что большое количество орудий (45-дюймовых гаубиц) очень необходимых английской армии уступлено нам. Немного подсластило горькую пилюлю обещание Французского правительства поставлять нам каждую третью изготовленную 42-линейную пушку.

Переговоры по поводу винтовок и боеприпасов к ним привели к следующим результатам. Французское правительство обязывалось поставить России 80 тыс. винтовок Кропачек, 480 тыс. Гра, 39 тыс. Лебеля с 375 тыс. патронов на каждую винтовку. Кроме того правительство Франции гарантировало ежемесячную поставку 4 млн. патронов к винтовкам Лебеля и до 30 млн. патронов к винтовкам Гра и Кропачек [8.с.162].

Английская сторона уступала 60 тыс. винтовок системы Арисака с 300 тыс. патронов на каждую обещав увеличить поставку винтовок до 150 тысяч. Кроме того, английское правительство уступало единовременно 30 млн. патронов для винтовок Арисака и обязывалась производить в Англии ежемесячно 45 млн. патронов в месяц для России [8.с.162]. Эта уступка была очень важна для России, так как количество японских винтовок в действующей армии было довольно большим.

Итальянское правительство передавало нам 500 тыс. винтовок Веттерли, из которых 300 тыс. уже были переданы и одновременно с ними 400 млн. патронов [8.с.161].

Размещение остальных заказов не встретило сколь либо серьезных затруднений за исключением, пожалуй, заказов пистолетов, быстрорежущей стали и ферровольфрама. Производство револьверов удалось разместить лишь в Испании и то всего на 100 тыс. вместо предполагаемого 1 млн. с 500 патронами на каждый пистолет [8.с.163]. Быстрорежущей стали, союзниками было отпущено 2500 тонн и 50 тонн ферровольфрама.

В результате вице-адмиралу А.И. Русину удалось разместить львиную долю заказов на предметы, перечисленные в ведомости. Принципиально важным являлось согласие союзников на увлечение поставок винтовочных патронов и немедленного отпуска и отгрузки винтовок. А отпущенные 300 гаубиц позволяли вооружить ими к весне 1916 года 25 корпусов. Не менее важным было и то, что приезд миссии помог разгрузить и переключить силы Русского правительственного комитета на решение других не менее важных вопросов. Поэтому и неудивительно, что в своем отчете для Особого совещания по обороне государства вице-адмирал А.И. Русин выражал удовлетворение итогами работы конференции, не приводя каких-либо критических замечаний относительно политики союзников в отношении России.

 

Неопубликованные источники:

1.                  Российский Государственный Военно-Исторический архив, Фонд 2003 (Управление генерал-квартирмейстера.), оп 1. д. 1735.

2.                  Российский Государственный Военно-Исторический архив, Фонд 16352 (Управление русского военного агента в Англии), оп 1. д. 6.

3.                  Российский Государственный Военно-Исторический архив, Фонд 2000 (Переписка Главного управления Генерального Штаба с военными агентами в Англии, США, Франции), оп. 1.д. 5389.

Исследования и мемуары:

1.                  Бьюкенен Дж. Воспоминания. Минск, Харвест, 2001. – 293 с.

2.                  Козлов Н. Очерк снабжения русской армии военно-техническим имуществом в Мировую войну. - М.-Л.: Воениздат. 1926. - Ч. 1. - 193 с.

3.                  Маниковский А. А. Боевое снабжение русской армии в мировую войну. – М.-Л.: 2-е изд., Воениздат, 1930. - Т. 1 - 2

4.                  Нилланс Р. Генералы Великой войны. - М.: АСТ, 2005. - 895 с.

5.                  Сидоров А. Л. Борьба с кризисом вооружений русской армии в 1915-1916 годах // Исторические записки. - М.: 1945. - С.37-57.

6.                  Федоров В.Г. В поисках оружия. М.: Воениздат,1964. - 216 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle