Библиографическое описание:

Ковалев А. А. Теоретический анализ информационной политики // Молодой ученый. — 2016. — №14. — С. 496-501.



Показаны сущность, содержание государственной информационной политики, представлена структурно-функциональная модель информационной политики. По мнению автора, государственная информационная политика является важным аспектом государственной политики, связанным с информационной сферой общества, основным сущностным качеством которой является комплекс равноценных усилий власти, общества и СМИ, реализующих идею гражданского согласия в обществе.

Ключевые слова: информационная политика, информационное общество

Shows the nature of the content state information policy, presented the structural-functional model of information policy. According to the author, the state information policy is an important aspect of public policy related to information sphere of society, basic essential quality of which is the complex equivalent of the efforts of government, society and media, implementing the idea of civil harmony in society.

Keywords:informationpolicy, informationsociety

Современный этап развития человечества связан, прежде всего, с лавинообразным — на несколько порядков возросшим объемом информации. Такое положение, сложившееся в течение последних десятилетий, дало основание З.Бжезинскому, Д.Беллу и О.Тоффлеру сделать вывод о переходе к постиндустриальному этапу развития общества, связанному, прежде всего, с формированием глобального информационного пространства, то есть информационной стадии развития.

Этот этап стал источником ряда адаптационных проблем для большинства государств, принес новые вызовы и угрозы, требующие адекватного реагирования [7, 8, 9].

Очевидно, что информация стала одним из мощных стратегических ресурсов современного этапа развития человечества, а уровень вовлеченности самого государства и его населения в глобальное информационное пространство — критерием степени его развития. Значительные изменения, которые несет миру информационная революция, определяемая, в частности, формированием глобальных информационных сетей, необходимостью расширения коммуникативной и технической базы, настолько неоднозначны и многогранны, что очень трудно оценить вызываемые ими социальные последствия.

Становление информационного общества представлено в теориях коммуникативного действия Ю. Хабермаса, информационной революции Э. Тоффлера, постиндустриализма Д. Белла, информационного способа развития М. Кастельса. Особенности воздействия информационных потоков на массы и формирования особого типа сознания рассмотрено в работах Ж. Бодрийяра, П. Бурдье, Г. Лебона, М. Маклюэна, Г. Маркузе, Г. Шиллера и др. Проблемы информационной политики государства и безопасности человека и общества рассматриваются в работах И. В. Радикова,Ю. А. Нисневича, И. С. Мелюхина, В. Д. Попова, Е. П. Тавокина и др. Несмотря на большое количество исследований в сфере информационной политики, остаются множество неразрешенных вопросов.

Изначально мировая информационная политика формировалась на правительственных форумах — конференциях ЮНЕСКО и других международных организаций, и пыталась учесть интересы всех стран. Однако возрастание экономической привлекательности инвестиций в информационную сферу привело к притоку крупного капитала в эту область. Результатом стала передача права формирования стратегии развития глобального информационного пространства и определения приоритетов в общемировой информационной политике Всемирной торговой организации (ВТО), первостепенной задачей которой всегда было обеспечение интересов промышленно-развитых стран. Это привело к дальнейшему увеличению так называемого «электронно-цифрового разрыва» между ними и государствами с более низким уровнем индустриального развития, к которым относится и Россия.

При этом необходимо заметить, что подходы к стратегии развития информационного сообщества в разных странах сильно отличаются.

В США, например, это в достаточной степени рыночно-ориентированная концепция обеспечения универсального доступа пользователей к информационным сетям, учитывающая, кроме того, вопросы инвестиций, а также включающая в себя аспекты информационной безопасности. В Европе же, основное внимание уделяется становлению информационного пространства в таких отраслях, как экономика и занятость, а также воздействию информатизации на общественные и государственные службы, их переквалификацию и обучение.

Попыткой объединить эти подходы стало принятие странами «восьмерки» Хартии глобального информационного общества (2000 г.), которая посвящена использованию возможностей цифровых технологий, преодолению электронно-цифрового неравенства между странами, максимальной вовлеченности в глобальное информационное пространство всех стран вне зависимости от уровня технического развития. Задача конкретной реализации положений Хартии в части создания общей политики информатизации, и ее нормативной базы была возложена на правительства стран.

Но, хотя в Хартии декларируются усилия по преодолению международной разобщенности и необходимость эффективного сотрудничества в информационной области между всеми участниками, проблема информационного неравенства, вытекающего из неодинаковых возможностей использования новейших информационных технологий, доступа в глобальное пространство, существует и усиливает и без того острую социальную дифференциацию современного мира.

Несмотря на то, что в последние годы в России принят ряд мер и созданы целостные системы защиты государственной тайны и информации, системы лицензирования деятельности организаций в области защиты информации и системы сертификации средств защиты информации, эта область, по мнению специалистов, развивается все еще крайне неравномерно. Фактически в России уже сегодня проводится определенная технологическая модернизация инфокоммуникационной среды и постепенно расширяется сфера применения новых информационно-компьютерных технологий, однако, этой деятельности уделяется слабое внимание со стороны исполнительной и законодательной власти. Таким образом, проблемы формирования и управления информационной политикой в последние годы не только не утратили своей актуальности, а скорее наоборот, приобрели еще большую значимость.

Очевидно, что реализация стратегических планов развития государства во многом зависит от того, насколько качественно будет выстроена публичная политика органов государственной власти.

Если мы говорим о реализации проектов, программ, направленных на повышение качества жизни, то все они сегодня носят однобокий характер, затрагивая лишь материальную сторону жизни. Тем не менее, понятно, что без учета общественного мнения населения, без выстраивания системы информационного взаимодействия с конкретными целевыми группами, мы будем постоянно сталкиваться с ростом социальной напряженности, проходящим на фоне социальных, экономических, межнациональных и межконфессиональных конфликтов. Вполне очевидно, что без решения этих вопросов проблематичным выглядит и движение в сторону повышения качества жизни населения, что является одной из основных задач государства.

Таким образом, речь идет о глубоком теоретическом анализе и разработке технологий управления информационной политикой государства, которая была бы направлена на продвижение и принятие новых проектов и предложений различными целевыми группами, с одной стороны, и создавала бы предпосылки для формирования устойчивых легитимных моделей поведения и отношений, основанных, прежде всего, на патриотических ценностях — с другой.

Все это ставит перед нами целый спектр вопросов. В частности:

  1. Как разработать структуру и содержание информационной политики?
  2. Как организовать деятельность, обеспечивающую комплексное информационное взаимодействие с различными целевыми группами?
  3. Как выстроить систему внутреннего взаимодействия служб и подразделений администрации по реализации информационной политики?
  4. Как оценить эффективность информационной деятельности?
  5. Откуда брать специалистов для осуществления информационной деятельности?

Естественно, это далеко не весь перечень вопросов. И в рамках данного исследования мы вряд ли сможем ответить на каждый из них. Во всяком случае, для этого нам необходимо четко определиться с тем смыслом, который мы вкладываем в термин «информационная политика».

Понятие «государственная информационная политика» складывается из дефиниций слов «государственный» («государство»), «политика», «информационный». Следовательно, государственная информационная политика — политика, субъектами которой являются государственные институты власти. Ее проводят органы и структуры, осуществляющие властные полномочия и обеспечивающие выполнение задач, стоящих перед государством.

Во-вторых, учитывая широкое значение термина «политика», государственную информационную политику следует рассматривать как сферу жизнедеятельности общества, связанную с выработкой и реализацией решений государственной власти по поводу информации, которые подчинены объективным социальным потребностям. В основе информационных политик отдельных общественных сил могут лежать «частные» интересы, стремления и представления, в том числе коммерческие.

В-третьих, государственная информационная политика — это политика, связанная с информационными отношениями, то есть с общественными отношениями, отражающими особые условия и правила поведения субъектов в информационной сфере. Она должна проводиться с целью обеспечения информационного порядка, то есть с целью организации информационного пространства, отвечающей государственным и общественным потребностям.

Качество информационных политик зависит от особенностей и моделей принятых социальных отношений, уровня просвещения, а значит, свободы в стране. В обществах с невысоким уровнем просвещения эталоном поведения в сфере информации должна стать государственная информационная политика. Иначе степень свободы массовой информации будет обратно пропорциональной степени доверия общественного мнения к журналистике.

В отечественной исследовательской литературе существует несколько определений информационной политики. Так, В. Д. Попов трактует ее как способность и возможность субъектов политики оказывать воздействие на сознание, психику людей, их поведение и деятельность в интересах государства и гражданского общества с помощью информации [6, 36]. В данном случае акцентируется внимание на управленческом аспекте информационной политики, с учетом того, что информация уже стала неотъемлемым атрибутом социального управления. В соответствии с этим формирование информационной политики как системы управления информационными процессами и ресурсами воспринимается как залог экономического благополучия и безопасности страны [6, 28].

Ученый различает два аспекта этой политики: технологический (регулирование процесса развития компонентов информационной среды) и содержательный (приоритеты коммуникационной деятельности участников общественно-политического процесса).

Предложенную В. Д. Поповым интерпретацию информационной политики нельзя воспринять как безупречную. Прежде всего потому, что подавление психики людей неизбежно ведет к усилению конфликтности как таковой и, по существу, к отрицанию в каких бы то ни было формах политической дискуссии. В данном случае можно говорить лишь об информационной политике, основанной на принижении значимости одних субъектов политического взаимодействия в угоду другим, что является антиподом паритетных отношений между властью и обществом. Вот почему такую политику нельзя принять как социально ответственную, нацеленную на формирование гражданских отношений в обществе.

Более взвешены, на наш взгляд, оценки Е. П. Тавокина, утверждающего, что информационная политика является отдельным направлением государственной политики, охватывающим не только регламентацию деятельности по управлению информационными ресурсами, развитию информационно-коммуникативной сферы и оптимизации взаимодействия со СМИ, но и информационное обеспечение деятельности власти во всех сферах общественной жизни [10, 42]. Это суждение представляется нам также и более перспективным для выяснения сущности вопроса, вынесенного в заглавие данной статьи, потому что в контекст развития информационной политики включена вся информационно-коммуникативная сфера, а не только механизм информационного управления, создаваемый властью для удовлетворения своих интересов. Предложенное Е. П. Тавокиным восприятие информационной политики позволяет трактовать ее как стратегию и одновременно сферу повседневной деятельности, основанную на диалоговых отношениях между субъектами политической деятельности.

В свою очередь, М. М. Ковалева, анализируя сущность информационной политики, полагает, что ключевым в ее определении является слово «политика», рассматриваемая не только как совокупность теоретических установок и практических действий, направленных на овладение и удержание властных полномочий, но и как процесс формирования отношений, обеспечивающих стабильное развитие и благосостояние общества [1, 125]. Преемственность решений и действий, инициируемых властью и разделяемых обществом, действительно является ключевым для восприятия перспектив формирования государственной информационной политики. Содержание этой политики неразрывно связано с комплексом действий властных структур, направленных на организацию информационного пространства и обеспечение права общества на получение полной, достоверной и объективной информации [1]. Получение такой информации совпадает с основным содержательным смыслом информационной политики, основанной на создании условий для обеспечения многосторонней коммуникации всех участников информационного процесса и уважительных отношений между ними.

В данном случае мы имеем в виду функционирование коммуникации в условиях существования такого государства, которое обеспечивает свою повседневную деятельность не на основе кулуарных политических решений, а на основе решений, определяемых в том числе потребностями массовой аудитории. Предложенная схема является в определенной мере условной, поскольку даже в социально развитых странах неизбежно проявление конфликтности между различными политическими и социальными группами. Тем не менее можно утверждать, что наличие ярко выраженных гражданских интересов, присутствующих в этих странах, служит залогом формирования конструктивной и последовательно реализуемой информационной политики, с учетом интересов власти и общества.

По мнению М. М. Ковалевой, информационная политика построена на действиях четырех субъектов. Это политика как таковая, государственная власть (в лице трех основных ее ветвей — исполнительной, законодательной и судебной), СМИ, чья деятельность базируется на функционировании различных видов массовой информационной деятельности — журналистики, PR, рекламы, и общество — в лице групп по интересам, институтов и партий [1, 126]. Таким образом, информационная политика является сложным понятием и построена на учете интересов всех субъектов политического пространства. На основе этого циркулируют и базовые информационные потоки. Информационная политика, кроме того, учитывает положение СМИ в обществе, определяемое историческими закономерностями их эволюции, особенностями их взаимодействия с государственными структурами, политическими институтами и обществом в целом, а также правовыми и этическими нормами, действующими в сфере массовой информации.

Информационную политику следует воспринимать как целенаправленное взаимодействие политики, правового обеспечения, организационных мероприятий со стороны государства и единых, разделяемых обществом и журналистским сообществом принципов осуществления деятельности СМИ [1].

Мы полагаем, что отмеченный выше принцип принятия различных подходов к информированию как раз и позволяет наладить диалог субъектов политики, являющийся основой построения эффективных отношений между властью и обществом в современном государстве. Именно такие отношения, на наш взгляд, способны уберечь страну от революционных потрясений и (или) обострения социальной конфликтности.

По мнению Ю. А. Нисневича, «Государственная политика, будучи инструментом государственного управления, определяет содержание и смысл процессов государственного управления. При этом такая политика может заключаться, в частности, в полном или частичном отказе от государственного регулирования в той или иной сфере. Реализация государственной политики в виде суммы управленческих решений, принимаемых в соответствии с действующим законодательством и на основе оценки состояния сферы ведения исполнительной власти, является обязанностью органов государственной власти и их должностных лиц» [5].

Государственную информационную политику, — пишет Ю. А. Нисневич, — следует рассматривать как совокупность целей, отражающих национальные интересы в информационной сфере, стратегий, тактик, задач государственного управления, управленческих решений и методов их реализации, разрабатываемых и реализуемых государственной властью для регулирования и совершенствования как собственно процессов информационного взаимодействия во всех сферах жизнедеятельности общества и государства, так и процессов обеспечения такого взаимодействия. Выбор той или иной государственной информационной политики — политический акт. Такое политическое решение, имеющее долгосрочное политическое значение для развития страны должно приниматься на самом высшем уровне» [5].

Он выделяет следующие задачи государственной власти по выработке государственной информационной политики:

– формирование концепции;

– обеспечение нормативно-правового регулирования;

– организационно-технологическое обеспечение процессов государственного регулирования информационной сферы [5].

При этом он справедливо отмечает, что в России пока еще нет единой точки зрения на содержание государственной информационной политики и вообще ее роль как важной комплексной задачи государственного управления. «Отношение в решающей мере зависит от того, какие конкретные вопросы находятся в сфере личной компетенции, профессиональных или личных интересов того или иного государственного деятеля, политика либо специалиста» [5].

И. С. Мелюхин в работе «Информационное общество: истоки, проблемы, тенденции развития» (М., 1999) рассмотрел различные аспекты государственной информационной политики через призму проблематики информационного общества. Теории информационного общества — это новое течение общественной мысли, связанное с возникновением современных информационных и телекоммуникационных технологий, которые влияют на все сферы человеческой жизни. Эти теории, по мнению исследователя, находятся в самом начале своего становления, «хотя первые работы, связанные с этой тематикой, появились в 60–70-х гг. и носили не столько научный, сколько футуристический характер, иногда смыкаясь с научно-фантастической литературой».

Анализируя процессы, происходящие в других странах, он выделяет три главных характеристики информационного общества:

– информация используется как экономический ресурс;

– информация становится предметом массового потребления;

– происходит интенсивное формирование информационного сектора экономики.

По справедливому мнению И. С. Мелюхина, государству принадлежит ключевая роль в становлении информационного общества: оно должно стать не только катализатором происходящих перемен, но и координатором усилий различных субъектов общества, механизмом примирения противоречий бизнеса и социальных институтов, законодателем, способным обеспечить условия для конкуренции в информационной индустрии, установить баланс между конкуренцией и регулированием, построить правовой фундамент информационного общества [4].

Согласно предложенному подходу, информационная политика рассматривается как стратегический объект социальной информациологии. Последняя — это «наука о логике существования, развития, функционирования социальной информации, информации о социуме и внутри социума, где совершается обмен ею с помощью коммуникации» [1].

В нашей работе, чтобы избавиться от разночтений, мы использовали следующую трактовку: информационная политика — это ряд целенаправленных действий, связанные с внедрением определенные информационных положений в сознание различных социальных групп и позволяющих сформировать и защитить положительный образ конкретного органа власти в целом, а также его руководства, и, в первую очередь, высшего руководящего лица.

Такое определение позволяет сформулировать структурно-функциональную модель информационной политики. На наш взгляд, она включает несколько взаимосвязанных элементов, основным из которых является идеологический блок (или миссия) организации, выступающий содержательной базой для осуществления любой информационной деятельности. Следом за этим блоком, вырабатывающийся на стратегическом уровне управления, идет адаптация и постановка конкретных задач для различных целевых групп, являющихся объектами информационного воздействия. Поскольку основная цель, которая ставится при формировании информационной политики, состоит в обеспечении эффективности управления, то, исходя из этого, отбор целевых групп строится на основе их влияния на достижения данной цели.

После постановки задач для различных целевых групп, информационная политика предусматривает определение форм контактов (и каналов коммуникации), которые позволили бы осуществить донесение необходимых сообщений до каждой из этих групп, а также адекватных методов взаимодействия.

Заключительным элементом является контрольно-координационная функция, основная задача которой состоит в распределении объемов внимания к каждой группе и оценки эффективности применяемых методов взаимодействия.

Такая модель позволяет выделить несколько функциональных и содержательных блоков, которые требуют достаточно жесткую регламентацию.

На уровне идеологического блока речь идет о четком оформлении, с одной стороны, ценностей, на основе которых строит свою работу орган власти (при этом речь может идти не столько об идеологии, сколько о том, какими чертами, имиджем должна обладать власть), а с другой — как эти ценности должны быть адаптированы к специфике различных целевых групп.

Следующие блоки фиксируют специфику тех видов деятельности, которые направлены на оформление и распространение этих ценностей (имиджевых характеристик) до различных целевых групп. При этом можно выделить отдельные функции, которые необходимы для реализации информационной политики. К их числу относятся «планирование», «производство сообщений», «распространение», «анализ эффективности», «координация и контроль».

Наш анализ позволяет говорить о следующих задачах, которые может решать государство, управляя своей информационной политикой:

Задачи оперативного управления:

  1. Сохранение социально-экономической и политической стабильности.
  2. Обеспечение эффективности реализации управленческих решений.
  3. Привлечение инвестиций.

Задачи стратегического управления:

  1. Формирование лояльности населения к власти, городу (Малой Родине), стране (Большая Родина), государству через формирование эффективной коммуникационной среды, способной снизить степень социальную конфликтность.
  2. Формирование патриотических ценностей и образа жизни, основанного на них.
  3. Разделение ответственности за происходящие социально-экономические и политические процессы с бизнесом и представителями «третьего сектора».

К сожалению, в условиях современной российской реальности информационная политика осуществляется посредством реализации технологий однонаправленного воздействия власти на общество с целью лоббирования нужных ей решений, без учета важности реализации взаимодействия между властью и обществом как двумя основными субъектами политических отношений.

В первую очередь, это связано с отсутствием разработанной и реально действующей концепции государственной информационной политики, нормативно-правовой базы, как на федеральном уровне, так и на региональном. Базы, которая определяла бы и ценностные ориентиры содержания ИП, источники финансирования и материального обеспечения и т. п.

Определенные позиции, которые можно отнести к управлению информационной сферой, мы можем обнаружить в федеральных законах «О СМИ», «Об информации, информационных технологиях и защите информации», «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ», Доктрина информационной безопасности (2000), Стратегия развития информационного общества России (2008) [2]. Добавим сюда Указ Президента РФ от 28.04.2008 № 607 «Об оценке эффективности деятельности органов местного самоуправления городских округов и муниципальных районов», Постановление Правительства РФ «О федеральной целевой программе «Электронная Россия (2002–2010 годы)» и, конечно же, ФЗ № 131 «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ». Стоит отметить своевременность появления этих документов, стимулировавших процессы информационного взаимодействия бизнеса и госуправления.

Вместе с тем содержательные приоритеты информационной политики, по существу, не получили взвешенного анализа, единого документа, который бы определял и регулировал вопросы информационной политики, как на федеральном, так и на муниципальном уровне, сегодня нет.

Другая, немаловажная причина состоит в том, что сегодня нет адекватной организационной модели формирования и управления информационной политикой, особенно если рассматривать ее как элемент общей стратегии развития государства.

Безусловно, фактически на всех уровнях власти есть пресс-службы (пресс-секретари) или отделы по связям с общественностью. Однако существующие структуры работают только на решение задач оперативного управления. В определенном смысле они — «пожарная команда», чья деятельность в основном состоит в быстром реагировании на связанные с работой администрации проблемы. Говорить здесь о комплексном решении стратегических задач не приходится. Причем причины не в уровне квалификации данных специалистов, а в той организационной модели и текущих задачах, которые перед ними ставятся.

Отсутствие продуманной концепции государственной информационной политики как комплекса совместных действий власти, общества и СМИ в коммуникационном пространстве может приводить к тому, что эта политика воспринимается исключительно как система целенаправленного воздействия государственных структур на СМИ. Сама власть воспринимает этот процесс неотъемлемым от технических условий информатизации (отсюда необходимость их развития, как уже отмечалось, занимает весомое место в официальных документах). Между тем проблема диалога с властью выглядит как одна из наиболее острых. Содержательными приоритетами информационной политики должны выступать механизмы и технологии создания многосторонней (партиципарной) коммуникации, результатом же ее осуществления как раз и может стать паритетное взаимодействие всех участников коммуникационного процесса.

В противном случае вместо такой коммуникации возникает неравное информационное взаимодействие между властью, обществом и СМИ. В результате формируется информационное пространство, при котором интересы одних субъектов усиливаются, а других ослабевают и даже игнорируются. Власть может активно воздействовать на СМИ, в разных формах принуждая журналистов создавать картину мира в угоду интересам государственных структур и крупных бизнес-монополий. СМИ, в свою очередь, различными способами в буквальном смысле могут навязывать обществу те или иные взгляды, мало заботясь о плюрализме мнений, уважении интересов различных социальных и политических групп. Общество, аккумулируя такую информацию, транслирует ее, еще более искажая изначальный «предмет обсуждения». Таким образом, одни субъекты информационной политики неизбежно подпадают под манипулятивное воздействие со стороны других субъектов.

Б. Н. Лозовский отмечает некоторые ключевые приемы такого воздействия, используемые органами власти в процессе повседневного взаимодействия со СМИ:

1) огосударствление и муниципализация СМИ, что предполагает вхождение в состав учредителей СМИ органов власти или государственных учреждений, а также получение редакциями государственных субсидий;

2) фильтрация нелояльных изданий, что приводит на практике к неравному транслированию в различные редакции официальной информации;

3) создание журналистских пулов, что позволяет надеяться на то, что предоставляемая органами власти информация будет подаваться и интерпретироваться лояльным для них образом;

4) работа органов власти с рекламодателями, что выражается в рекомендации, подчас ультимативной, не тратить рекламный бюджет на нелояльные СМИ;

5) применение административно-фискальнъх методов воздействия, что влечет за собой в случае неповиновения СМИ директивам «сверху» внеплановые проверки изданий налоговой инспекцией, пожарным надзором и т. д.

К вышеназванным «методам» информационной политики, по нашему мнению, можно добавить, покупку нелояльных медиаактивов, покупку журналистов (прямые денежные транши за выполнение определенного информационного заказа), приглашение нелояльных журналистов на работу в подконтрольные власти структуры [3].

Таким образом, в основу информационной политики государства должен быть положен общий «вектор развития», реализующий идею гражданского согласия в обществе, а не ценности властной иерархии, заинтересованной в первую очередь в укреплении своих интересов и оставляющей на втором плане общественные интересы.

Только в этом случае информационная политика сможет стать комплексом равноценных усилий власти, общества и СМИ, направленных на создание открытых и доверительных отношений и позволяющих снизить конфликтность в обществе, возникающую, в том числе, по причине распространения неполной, недостоверной и малосодержательной информации.

Литература:

  1. Ковалева М. М. Содержание и структура понятия «государственная информационная политика» // Средства массовой информации в современном мире. СПб., 2010. С. 125–126.
  2. Концепция государственной информационной политики Российской Федерации [Электронный ресурс]. URL: http://www.wikiznanie.ru/ru-wz/index.php/.
  3. Лозовский Б. Н. Власть как субъект манипуляции средствами массовой информации // Журналистика и политика: сб. ст. Екатеринбург, 2004. C. 55–67.
  4. Мелюхин И. С. Информационное общество: истоки, проблемы, тенденции развития. — М., 1999.
  5. Нисневич Ю. А. Н 69. Информация и власть. М.: Мысль, 2000. — 175с.
  6. Попов В. Д. Социальная информациология и журналистика: учебное пособие. М.: РАГС, 2007.
  7. Радиков И. В. Национальная безопасность как главный национальный проект России: типичные проблемы реализации // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. 2007. Т. 3. № 1. С. 64–82.
  8. Радиков И. В. Безопасность человека: реальность или фикция? // Вестник Московского университета. Серия 12: Политические науки. 2010. № 4. С. 5–11.
  9. Радиков И. В. Дисперсия современной архитектуры безопасности в атр: глобальные тенденции и региональные особенности // Социальные и гуманитарные науки на Дальнем Востоке. 2011. № 2. С. 10–18.
  10. Тавокин Е. П. Государственная информационная политика: концепции и перспективы. М., 2001.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle