Библиографическое описание:

Киселева Н. Е. Основные направления стилей и течений в искусстве России во второй половине ХХ века и их влияние на изобразительное искусство алтайских художников. Часть 2 // Молодой ученый. — 2016. — №12. — С. 971-977.



This article reveals the main stages of formation and development of fine art in the Altai region in the analyzed period of time; reveals the main creative method in the Altai genres of fine art — realism, despite the impact of the various trends and styles in the art of Russia in the second half of the twentieth century, such as: «abstract humanism»; the theory of «modern style» — the triad «simplicity — generality — expression»; the concept of «the harsh truth of reality»; defines the role, place and value of fine art not only in the Altai culture of Siberia and Russia as awhole.

Key words: trends, trends styles visual arts, Altay, history, exhibition, creativity, artist, genre.

В процессе исследования данного вопроса было выявлено наличие основных направлений стилей и течений в изобразительном искусстве в России ХХ века послевоенного периода, которые определенным образом влияли на процесс становления и развития изобразительного искусства и на региональном уровне на всем протяжении второй половины прошлого столетия. Мы попытаемся на основе анализа тенденций, стилей, которые существовали в то время таких, как мотивы «абстрактного гуманизма»,теория «современного стиля» — триада «лаконизм — обобщенность — экспрессия», концепция «суровой правды действительности»,показать, как они отразились на изобразительном искусстве алтайских мастеров. Надо отметить, что некоторые из тенденций, о которых шла речь в первой части статьи, до сих пор дают о себе знать в творчестве отдельных художников.

Что же происходило в изобразительном искусстве Алтая в исследуемый период второй половины ХХ века?

Известно, что становление и развитие изобразительного искусства на Алтае в исследуемый период времени, происходило далеко не односложно, претерпевая на себе все те жизненные коллизии, волнения и влияние тенденций, которые были присущи искусству в стране в целом. Многих мастеров уже нет, но творения их живут. В настоящее время изменилось многое. Изменился сам ход истории, а вместе с ним меняется уклад жизни, критерии. Изучив искусствоведческое наследие шестидесятых — восьмидесятых годов, оставленное нам художественными критиками, отечественными и зарубежными эстетиками и художниками, только сейчас понимаешь те сомнения и недоразумения, которые испытывали алтайские искусствоведы в свое время. Не всегда были понятны прямолинейная документалистика художников 50-х годов или «суровая» пластика языка и стремление к неоправданной монументальности и гигантомании шестидесятников… [1, c.4]. Но ведь нам известно так же из истории, что именно в конце пятидесятых годов прошлого столетия произошло большое пополнение алтайских художников — это было связано с бурными «целинными годами». Для Алтая это время отмечено дыханием новых волнующих встреч и перемен. Именно в это время на Алтай приехали М.Ковешникова, П.Кортиков, П.Миронов, К.Чумичев, чуть позже Ю,Кабанов, ВТуманов, вскоре Л. И В. Рублевы, Л.Цесюлевич, И.Рудзите, а вместе с ними и все те «новации», которые были распространены в российском искусстве.

Но вместе с тем, несмотря на то, что многие произведения, созданные в 50-е отличались некоторой наивностью и излишней литературностью, они ценны своей достоверностью. Это своего рода художественные документы, верно передающие созидательный дух той удивительной эпохи, прославляющей людей в валенках и ватниках, с немудреными пожитками в фанерных чемоданчиках, упрямо пробирающихся сквозь мартовскую пургу к месту будущих поселков. К сожалению, спустя 50 лет можно констатировать, что, несмотря на богатый жизненный материал, глубоких, обобщающих произведений, посвященных освоению целинных земель, создано так и не было. Возможно, это было связано с тем, что слишком молоды были художники, не хватало опыта и мастерства. Многие работы так и остались на уровне многообещающих идей, не обретших эквивалентную форму выражения [2, c.28]. Но, необходимо отметить, что стилистической основой профессионального алтайского искусства не только 50-х, но и на всех его этапах развития был реализмединственно возможный тогда творческий метод художественного отображения общих национальных форм [3]. Из исследований алтайских искусствоведов известно, что именно художниками 60–80 годов второй половины ХХ века был заложен основательный фундамент в изобразительное искусство Алтая. Традиции, наработанные алтайскими мастерами этого времени, вывели организацию Союза художников в ряд сильнейших творческих коллективов Сибири.

Несмотря на то, что местное отделение Союза художников в начале 60-х испытывало сильные материальные затруднения, отсутствие материальной базы, которое сдерживало развитие организации, всё — таки позволило ей принять участие в республиканской выставке «Советская Россия» (1960). Выставка показала — на периферии страны созрели значительные художественные силы, без которых поступательное движение советского искусства было бы неполным. На эту выставку от Алтая попали всего 2 произведения: «Тяжелое прошлое» П.Миронова и «Алтайское кочевье» Н.Иванова. В целом выставки 13-я краевая (1961) и первая зональная (Новосибирск, 1964) показали, что к середине 60–х годов соотношение в развитии отдельных видов искусства примерно выравнивается с небольшим приоритетом живописи. В декоративных видах искусства преобладали техника маркетри (разновидность деревянной мозаики), чеканка и керамика.

На второй зональной выставке «Сибирь социалистическая» (июль — август 1967), посвященной 50-летию Великого Октября, представительство Алтая увеличилось более чем в два раза. Восемь из тридцати пяти авторов обратились к героико-исторической тематике, решая её в различных видах искусства: Г.Борунов «Сыны России», Л.Цесюлевич «Под алым знаменем», Цыганков «Присяга», А.Иевлев «Алтайские партизаны», Д.Комаров в серии декоративных росписей «Песни Алтая» и другие. Кампания, развёрнутая в солидарность с борцами Вьетнама за своё освобождение, нашла образное воплощение в графической серии Ю.Кабанова и В.Туманова «Мы с тобой Вьетнам». Это было первое обращение наших художников к интернациональной теме.

Появившись в начале 60-х, зональные выставки сразу же стали аккумулировать все лучшее, что создавалось художниками регионов. Именно на этих выставках очень часто происходили открытия новых имён, работ, тенденций.

Отрадной особенностью 15-го краевого вернисажа (1967) стал целый раздел графики. Впервые она экспонировалась самостоятельно. Наряду с уникальными техниками: акварель, тушь, карандаш, в которой работали Ф.Филонов, А.Югаткин и другие, широко были представлены и тиражные виды: линогравюра, офорт (А.Вагин, Ю.Кабанов, В.Туманов, Я.Свенч, А.Кузнецов). Лапидарные, но в то же время экспрессивные, за счет контрастного соотношения черного и белого, выразительные средства линогравюры привлекали тогда многих. «Они отвечали не только пафосу времени, но и ложились в русло доминирующего тогда «сурового» стиля, для которого характерен лаконизм, простота фабулы, обобщённость при яркой эмоциональности. Именно в это время выявилось стремление художественно воссоздать действительность, порой суровую, без обычной в 40–50 годы парадности, без поверхностной фиксации бесконфликтных малозначительных сюжетов. Произведениям этого стиля свойственно не описание, а авторская позиция. Вряд ли можно отрицать, что «суровая» стилистическая направленность советского изобразительного искусства 60-х коснулась и нашей алтайской живописи. Главную свою задачу художники видели не в психологической разработке индивидуального характера, а в героизации типа строителя, землепроходца, своеобразной разновидности «гомо фабера» — «человека производящего». Их привлекал художественный образ сильной, социально активной личности и природы, преобразованной её руками». [4].

Таким образом, сегодня, спустя много лет, особенно отчетливо стало видно, что шестидесятые годы прошлого столетия были действительно этапными для изобразительного искусства Алтая, они дали много произведений, которые теперь уже прошли проверку временем. Это был период развития организации алтайского отделения Союза художников, период бурного творческого роста, становления и укрепления авторитета алтайского творческого коллектива.

Семидесятые годы прошлого столетия ознаменовали себя развитием более качественного и высокого уровня пейзажного жанра. Исторически сложилось, что именно этот жанр на протяжении многих лет оставался ведущим в живописи края. Он органично вошел в композиции жанровых полотен, портретов и натюрмортов. Свой взгляд на природу края отразили: П.Панарин, Л.Цесюлевич, Н.Иванов, А.Вагин, Ф.Филонов, А.Югаткин, В.Зотеев, Ю.Кабанов, В.Туманов. Они открывали всё новые и новые грани, поистине, неисчерпаемой красоты, а пейзажи М.Будкеева «Теректинский хмурится», «Стоянка у каменного белка», Ф.Торхова «Праздник животноводов», «Золотая ветка лиственницы», С.Чернова «Семинский перевал» стали подлинным сокровищем изобразительного искусства Алтая.

Но вот, как писала пресса того времени, темы современника, человека 70-х недостаточно ярко и глубоко была раскрыта в произведениях алтайских художников. Это особенно выпукло было заметно на фоне других организаций, которые активно освещали гигантские строительства в Сибири, но, как показало время, у Алтая была своя харизма, своя песня и вовсе не индустриальная.

Первая половина 70-х годов прошлого столетия была отмечена оживлением в алтайской организации Союза художников выставочной деятельностью. Помимо краевых и персональных, первый раз была развернута выставка ветеранов, участников Великой Отечественной войны.

В середине 70-х в алтайском искусстве появилось новое явление — более смелое обращение художников к жанру портрета. Рассказывать современнику о нём самом, о духовном богатстве и красоте человека — задача не простая, но накопленный за годы жизненный опыт, возросший профессиональный уровень, сделали закономерным и необходимым шагом в дальнейшем развитии обращение к этому жанру. Надо отметить, что изменился и характер портретов. Теперь художников уже не столько заботит передача типологических черт, сколько интерес к каждому конкретному человеку, его внутреннему миру. Размах и монументальность 60-х уступают место повествовательности, спокойному рассказу о человеке. В портретах того времени смелее проявляется жанровое начало. Большой удачей в этом жанре стал триптих Н.Иванова «Р. И. Балюк — чабан, герой социалистического труда», «Председатель Н. Н. Буханько» и «Животновод Ф. Я. Вовченко». Глубина раскрытия характеров сочетается в них с красивым живописным строем. Его герои изображены среди той обстановки, где они живут и трудятся, и фон приобретает значение активно действующей среды обитания героев.

В это время претерпевал изменения и жанр пейзажа. Горные мотивы этюдного характера уступали место индустриальному пейзажу и все чаще сквозь кружево березовых ветвей и мягкий ковер лиризма, чем всегда отличались алтайские мастера, проступали жесткие ритмы башенных кранов, коксовых батарей, недостроенных домов и заводских труб.

70-е годы отмечены и тем, что изменения происходили не только в изобразительном искусстве, но и в графике, прикладном и искусстве, скульптуре. Неизменный интерес в эти годы вызвал раздел декоративно — прикладного и монументального искусства. Каждая выставка, которая проходила в эти годы, знакомила с новыми именами и серьёзными работами. Появление молодых художников: Г.Бурков, Г.Удалова, В.Зотеев, В.Прохода, В.Терещенко, Ю.Чулюков, Т.Ласкова, Б.Миронов, Ю.Коробейников, П.Еровиков, Л.Иванова, К.Басаргин, А.Гурьянов, В.Хромов, В.Запрудаев, С.Янсон, В.Костин; с 1975 года — В.Каминский, В.Скулов, В.Октябрь, А.Емельянов, Н.Острицов, Н.Мингалеев, Ю.Иванов, А.Курдюмов (Л.Леонова. Художники Алтая. ХХ век. Барнаул, 2001, с. 19) — оживило все области алтайского искусства. Гобелен, керамика, резьба и роспись по дереву, ткани, маркетри, популярная в те годы чеканка, были красивы, изобретательны и свидетельствовали о высокой профессиональной культуре [5, c. 9–19].

Развитие искусства второй половины 70-х годов прошлого столетия проходило под знаком предстоящей зональной выставки (Барнаул,1980). За пять лет, прошедших с прошлой выставки, многое изменилось в Сибири. Героями произведений конца 70-х стали бойцы отрядов БАМа, верхолазы Саяно — Шушенской ГЭС, строители новых сибирских городов, буровики. В нашем крае — это монтажники Коксохима и строители Кулундинского канала. Зазвучала новая для алтайских художников тема — тема героики современного рабочего, трудового коллектива. В их произведениях предпринималась попытка отойти от прямолинейного толкования темы, по иному осмыслить ветшающие аксиомы пролетарского искусства. Труд, изображаемый в полотнах 60-х гг. требовал в первую очередь напряжения мужества, выносливости, закалённости. В произведениях же конца 70-х была общепринята возвышенная эстетизация труда. Отсюда и лирико-романтическая трактовка полотен. Застывшие фигуры, архитектоничность композиции, изящные жесты в сочетании с рафинированностью колорита и создавали гармонию, несомненно, идеализированную, но соответствующую авторскому замыслу, когда представление будничной и нелёгкой работы окрывало красоту деяний рук человеческих. Может быть, и не всё удавалось тогда, что задумывалось авторами, но то, что эти работы выделялись на выставке, не вызывает сомнений.

Эта выставка стала следующим шагом в развитии и выравнивании разнообразия жанров и видов искусства. Если на предыдущих выставках преобладали станковые виды: живопись, скульптура, графика, то экспозиция этой выставки показала возросший интерес художников к прикладным видам. Это было обусловлено внутренними процессами, которые происходили в каждой отдельной организации, отзвуками тех общих процессов и тенденций, которые характеризуют всё современное искусство пережитого периода. Но, безусловно, ведущим в крае были и остаются станковые виды. Впервые на этой выставке было представлено историческое полотно Ильбека Хайрулинова «Враги.1929» — «…это сыновье слово о судьбе наших отцов и матерей, о судьбе Родины». [6, с.2], посвященное трагическим коллизиям становления советской власти, но имя его известно давно. Он — участник выставок с 1967 года краевых, региональных, республиканских и зарубежных. И. С. Хайрулинов работает в жанрах портрета, пейзажа, натюрморта, тематической картины. Главной темой творчества этого художника является война.

В целом, исследование материала показывает, что проходящие выставки второй половины 70-х годов прошлого столетия носили форму социального заказа.

Рассматривая историю развития жанров в изобразительном искусстве Алтая 80-х годов на основе анализа каталогов выставок того времени, можно отметить, что пейзаж уже не мыслится без присутствия человека прямого или косвенного. Художники этого времени, сохраняя лучшие традиции предшественников (Г.Гуркин, А.Никулин, Н.Чевалков), пытаются наглядно показать, какие глубокие перемены произошли за советские годы. Выставки этого периода, как правило, носили тематический характер. 1982 год- третья «Всегда на чеку», «В горах голубого Алтая», 1983 — «Нивы Алтая», 1985–40 лет Победы в Великой Отечественной войне. Краевая экспозиция, посвященная этому событию, открылась накануне Дня Победы. Работы батального жанра, широко представленные на этой экспозиции, придавали ей необычный характер. Авторами были люди, сами пережившие то, о чем поведали их картины — фронтовики, участники боёв Великой Отечественной. Работы «Дозор в степи» Б.Астахова, «Сражения на Псковщине» М.Будкеева, «Опаленная земля Орловщины» В.Зотеева, «Атака штурмовиков» С.Кашкарова, «В разведке» Н.Сурикова, военные гуаши А.Вагина, серия акварелей «Освобождение родины Пушкина» А.Малышева, «Минуты отдыха» Ф.Филонова, «10-й моторизованный корпус вступает в г.Тирин» А.Югаткина — стали творческой данью этих исключительно «мирных», лирических художников своей военной биографии.

Характерной чертой в 80-х годов были индустриальные и городские пейзажи, пластическая и смысловая эстетика этого жанра только начинала разрабатываться в крае, но промышленная индустрия, на глазах менявшая привычный облик природы, давала богатую пищу творцам.

Прошедшие выставки этого времени показали насколько утвердился жанр портрета, всё более весомо и зрело заявляющего о себе в алтайском искусстве (Г.Борунов, Н.Иванов, В.Добровольский, В.Прохода, В.Терещенко, Т.Алекимова, Г.Бурков и Г.Удалова, В.Чукуев, В.Запрудаев [7. c. С. 158–181]. В пестрой череде официальных мероприятий, шумных кампаний минувших лет, где битвы за урожай сменялись рывками в «большую химию», исторические съезды — вернисажами о «преображенном» крае, поездки на БАМ и Коксохим — сюжетами грандиозных строек и свершений; в этой атмосфере парадных отчетов, казенно — регламентированных тем, мыслей и чувств уцелело и сохранилось главное — неповторимость традиций алтайской живописи, интерес к миру человека — нашего земляка и современника. Художники обращали особое внимание на постижение социальной психологии человека, выражение его эмоционального состояния. Восьмидесятые годы прошлого столетия обнажили острую проблему нехватки молодежи в творческом коллективе алтайских художников, а это влияло на уровень молодежного искусства. Проблема пополнения коллектива молодыми творческими силами вращалась по замкнутому кругу: молодёжи нет, мастерских, квартир нет, приглашать не могли. Оставалась одно– растить свои кадры, чем и занималось Новоалтайское художественное училище. Целое поколение молодых живописцев, дизайнеров и преподавателей вышло из его стен. Многие из выпускников продолжили своё образование в институтах Москвы, Санкт — Петербурга, Красноярска, Владивостока, Киева. Вернувшись на родину, в самом конце ХХ века именно они стали влиять на изменяющееся лицо современного искусства Алтая. Но ещё в 1987 году на выставке «Алтай преображенный» зазвучали тревожные нотки о том, что в искусстве края не всё успешно. Массовая идеологизация, буквально понимаемый «социальный заказ», неизбежно вела к занижению творческих критериев, конформизму. Известно, что человек, живущий в обществе, — продукт этого общества, его член, а художник — личность может быть даже более зависимая и ранимая. Эта выставка как бы подводила черту под временем уходящим, ведь в стране полным ходом уже шла перестройка. Экспозиция содержала серьёзные продуманные работы историко-эпического жанра: «Секретно-каторжные горы Змеиной» И.Мамонтова, «Хлеб — фронту» Г.Борунова, «Сёстры милосердия» А.Ботева и другие, а также большое количество портретов, как исторических личностей, так и современников, выполненных в живописи, графике, скульптуре. Это была масштабная по количеству представленных работ выставка, но, как отмечалось в прессе того времени, и на обсуждениях «даже при наличии ряда хороших работ, назвать её новым шагом нашего искусства на путях перестройки нельзя» [8. c.25]. Художники, как отмечает искусствовед, оказались удивительно верны сложившимся традициям. Укрепилась некоторая усреднённость. В пейзаже — бесконечная вариативность одних и тех же мотивов, не было заметных обретений и в станковой картине, хотя и появились новые имена, предпринимались попытки откликнутся на актуальные вопросы того времени.

Это понимали не только художники, но и зрители тоже. Пресса писала: «Думается, что интерес к крупным краевым выставкам неизмеримо возрос, если бы они заговорили со зрителем языком созвучным нашему времени, с его сложностями, задели бы что говорится «за живое». Ритмы, конфликты жизни, текущей за окнами выставочного зала куда богаче, острее, чем общая тональность портретов, пейзажей и натюрмортов, составляющих экспозицию». (Там же, с.25) В истории страны, края этого периода начинают происходить большие перемены. Время кажущегося благополучия и благодушия миновало. Но художники оказались к этому не готовы. Впереди было «смутное время» трудных поисков новых пластических средств, мотивов, тем, соответствующих современным ритмам жизни.

Информационные потоки, которые лавиной обрушились на нас во второй половине 80-х годов ХХ века, не могли не повлиять на мировоззренческие устои. В мастерских, где уже рождались новые образы, идеологические и социальные установки, сформированные в недрах соцреализма, продолжали влиять на творчество художников вплоть до начала последнего десятилетия, когда все преграды рухнули. Так, выставка 1990 года представила произведения Л.Цесюлевич «Дева Февронья», В.Прохода «Возрождение», И.Хайрулинов «Вечное прощание», Г.Борунов «Последний Благовест. Введенская церковь», Л.Пастушкова с серией живописных работ по Индии, Т.Ашкинази «Идиллия», которые были программными произведениями, определившими творческое лицо художников на последующие годы. При всём своём разнообразии, эти работы свидетельствовали о том, что художники от констатации «социально — значимых» явлений сделали попытку перейти к более глубокому личностному прочтению темы, попытке философского её осмысления. На полотнах художников этого времени появились образы — символы, иносказательность, обладающие художественной выразительностью. Но, надо отметить, не всё было удачно. В некоторых произведениях существовала определённая стилистическая путаница, тенденция превалировала над реальным изобразительным воплощением.

Первая половина 90-х годов прошлого столетия, действительно, была трудным временем для всего искусства. Это было связано с тем, что наше государство переживало наиболее сложный период своего развития, период политических коллизий и экономических трудностей. Менялись мировоззренческие установки. Идеалы высокой гражданственности, труда на благо общества, человека — героя, питавшие искусство соцреализма канули в невозвратимое прошлое. Подлинное искусство оказалось невостребованным, развалилась система Художественного фонда, закрывались предприятия художественных промыслов. На освободившееся пространство хлынула массовая культура. Выставки первой половины последнего десятилетия красноречиво свидетельствовали о той сумятице, которая творилась в искусстве и вокруг искусства. Показывать можно было всё, выставки проводились без отбора работ выставкомом, и бывали случаи, когда «творения» просто обескураживали. В этот период активизировалась выставочная деятельность в крае, увеличилась численность организации в два раза.

Единственно важное событие этого периода времени для развития изобразительного искусства на Алтае произошло в 1991 году — в Алтайском государственном университете открылась кафедра искусствоведения, которая через десять лет выросла в факультет. Возглавила её Тамара Михайловна Степанская — ныне профессор, доктор искусствоведения.

К середине 90-х годов ХХ века в изобразительном искусстве Алтая намечается некоторая стабильность и медленное движение вперёд. На выставках всё чаще стали появляться новые имена Ю.Иванова, В.Куксы, Е.Олейникова, Н.Акимовой, С.Дедова, Д.Петренко, в качестве живописца утвердился Н.Острицов.

Этапной оказалась выставка 1997 года, посвящённая 60-летию Алтайского края. Через десять лет после приобретения самостоятельности можно было вновь на этой выставке увидеть произведения художников Республики Алтай — А.Гурьянова, В.Хромова, С.Дыкова, А.Аперовича. Эта выставка определила условный рубеж между стилистическими тенденциями, обозначила начало более продуктивного периода.

Нельзя не отметить, что в конце того же 1997 года, на Алтае — «оплоте» реалистического искусства — открылась первая выставка произведений неакадемического направления «Алтай — авангард». Из исследовательских материалов известно, значительная часть работ молодых художников на этой выставке «…грешила провинциализмом, вторичностью. Это и вина, и беда авторов, воспитанных не на подлинных произведениях, а на репродукциях, в атмосфере полного неприятия иных художественных методов, чем реализм, да к тому же не имеющих собственной системы мироощущения» [9, с.26]. Несмотря на то, что выставка не совсем оправдала ожиданий, она была нужна, она как бы легализовала и заявила право на равное участие в художественной жизни края иной стилистической системы. И это было отрадным, что воинствующий реализм стал допускать — искусство может быть разным, т. к. способ восприятия и воспроизведения действительности, как реализация личностного творческого потенциала, является сугубо индивидуальным и неповторимым. Поэтому всё чаще на выставках последних лет экспонировались работы, которые отличались от тех, что мы привыкли видеть на выставках предыдущих десятилетий. Ещё пять лет назад спорили о том, должны ли «беспредметники» выставляться на краевых выставках, или их нужно экспонировать отдельно. Сегодня, в наше время такое творчество воспринимается естественным и закономерным в контексте развития современного искусства. Последовательно и профессионально на протяжении нескольких лет преодолевая трудности неприятия такие живописцы, как Л.Пастушкова, А.Фризен, Л.Кульгачева, В.Каминский, А.Гнилицкий, А.Андрусенко, Ю.Яуров, А.Нижегородцев, отстаивали свои убеждения на выставках и их работы могут провоцировать дискуссии, но сегодня уже никто не сомневается в правомочности существования альтернативного видения.

Но, безусловно, ведущим на Алтае было и остаётся реалистическое искусство. Реалистические традиции, наработанные алтайскими художниками на протяжении шестидесяти пяти лет, вывели Краевой союз художников Алтая в ряд сильнейших творческих коллективов.

Последние годы уходящего века были очень насыщенными. Восьмая региональная выставка «Сибирь» (Красноярск, 1998) в год 150-летия В. И. Сурикова собрала самое многочисленное представительство от Краевого союза художников Алтая после Красноярска и Иркутска. Почти треть участников — молодые авторы, дебютировавшие на выставке такого ранга крепкими, профессиональными работами в жанре портрета и пейзажа. Это говорит о том, что «молодежный кризис» конца 80-х миновал.

В заключительное десятилетие прошлого столетия постепенно выдвигаются на передний план те жанры, которые считались второстепенными, а картина с её большим социальным значением отодвигалась на второй. Но, несмотря на все трудности, социальную невостребованность в настоящее время, ряд художников продолжает работу в сложнейшем жанре тематической картины, стараются поднимать трудные темы, имеющие гражданское звучание, и среди них Г.Борунов — «Год 1942. Хлеб фронту», И.Хайрулинова — «Июнь 1941», «Память. Жертвам репрессий и войн», «Отчий дом», «Я вернусь, мама!», Л.Цесюлевич — «Дева Феврония», В.Проходы — «Чистая волна», В.Коньков — «1812.Казачий полк». Работы этих авторов заставляют нас задуматься о непреходящих ценностях, на которые сегодня, может быть, и нет спроса, но время расставит свои акценты.

В наши дни нового десятилетии ХХ1 века по — прежнему самым популярным остаётся на Алтае жанр пейзажа. Алтай, как и раньше, даёт художникам живительный источник мотивов. Отряд снискавших известность корифеев, таких как Ф.Торхов, М.Будкеев, Ф.Филонов, В.Терещенко, П.Джура, В.Октябрь, пополнился новыми именами, выпускников художественных ВУЗов и училищ: С.Прохоров, Ю.Иванов, Е.Кузнецов, В.Кикоть, Д.Петренко, Ю.Никитюк, Н.Акимова и других.

Новым в изобразительном искусстве Алтая является то, что в последние годы обострился интерес, как художников, так и зрителей к жанру натюрморта. Если в предыдущих годах в этом жанре работали 2–3 живописца, то теперь на выставках обращают на себя внимание не только работы М.Ковешниковой и Т.Ласковой, но и натюрморты С.Погодаева, Е.Олейникова, А.Емельянова, И.Щетининой, Ю.Никитюк, Т.Дедовой, Е.Югаткина, Е.Никитиной.

В экспозициях последних лет нового времени отрадно видеть графические произведения. Графика, во всём разнообразии её техник, оказалась забытой в конце прошлого столетия, но работы таких сложившихся художников, как Ю.Кабанов, тонкие акварели В.Туманова, А.Югаткина, В.Раменского, книжные иллюстрации Б.Лупачева, А.Курдюмова и В.Кашкарова привлекают внимание современного зрителя.

В институте Архитектуры и Дизайна в 2004 году образована кафедра «Дизайн графический» на базе Алтайского государственного технического университета под руководством профессора В. А. Раменского. Это свидетельствует о том, что искусство на Алтае пережило трудные времена и сейчас расправляет крылья. Факультет Архитектуры и Дизайна при АлтГТУ выделился в Институт Архитектуры и Дизайна, возглавляемый профессором, Доктором архитектуры С. Б. Поморовым, совсем недавно — март 2005 год. В его недрах готовят специалистов не только графического дизайна, но и дизайнеров архитектурной среды, архитекторов. В крае заметно преобразились архитектурные постройки, они отличаются от строений второй половины прошлого столетия интересными архитектурными конструкциями, неподражаемым экстерьером [10, c.21–22].

Надо отметить, что к концу второй повинны ХХ века, в крае значительно вырос коллектив скульпторов. Наряду с известными, сложившимися мастерами П.Миронова, К.Чумичёва, И.Зоммера появились новые имена: Г.Новосёлова, А.Камелин, М.Кульгачёв.

Творчество этих мастеров разнообразно представляется на выставках — от традиционно реалистических портретов И.Зоммера, Л.Рублёвой, А.Ивлева до условно символической пластики М.Кульгачева. Но вершиной творчества Михаила Алексеевича Кульгачева стал памятник великому русскому поэту А. С. Пушкину, посвящённый двухсотлетнему его юбилею. Создан памятник на народные деньги. К народным алтайским традициям обращаются скульпторы Горного Алтая — А.Гурьянов и В.Хромов [9. c.31–34].

В наши дни художники руководствуются не только непосредственными образами действительности, но и так называемыми «культурными переживаниями», которые возникают как результат богатых ассоциаций и способны волновать эстетически подготовленного зрителя. Нередко используется прием «картины в картине». Причем это характерно не только для молодого поколения, но и более старшего. При всём разнообразии индивидуальных устремлений, поисков, пристрастий, творчество художников конца 90-х начала первого десятилетия ХХ1 века объединяется повышенным интересом к конкретному жизненному факту, достоверностью в передаче материального мира: А.Емельянов, Ю.Иванов, С.Дедов, Е.Кузнецов, В.Кикоть, Е.Олейников, Д.Петренко, с одной стороны и философским, предельно личностным отношением, даже исповедальной интонацией в условно — символических композициях В.Октября, В.Проходы, Л.Цесюлевича, Р.Рудзите.

Сегодня не уйти от того факта, что в крае и за его пределами высоко ценится искусство алтайских художников — 15 человек получили высокое звание «Заслуженный художник России»: Г. Ф. Борунов, Г. А. Белышев, М. Я. Будкеев, Ю. Е. Бралгин, А. Г. Вагин, В. Ф. Добровольский, С. В. Дыков, И. Ц. Зоммер, М. Д. Ковешникова, П. Л. Миронов, И. И. Ортонулов, Ф. С. Торхов, В. П. Чукуев, и «Заслуженный работник культуры»: А. В. Иевлев, В. А. Раменский, И. С. Хайрулинов, С. К. Янсон [8].

В настоящее время, когда мы являемся свидетелями того, как под натиском «коммерческого искусства», «массовой культуры» деформируется сознание народа, дух разрушающий, дух растлевающий берёт один за другим бастионы «застойной» морали, как на истончённом слое культуры паразитирует откровенный кич и непрофессионализм, секс и агрессия, бездуховная музыка и низкопробная зрелищность, становится ясно, что обществу не уйти от больных вопросов, что красоту, которая «спасёт мир», надо тоже спасать, поддерживать, культивировать. Именно этим и было главным смыслом работы организации Краевого Союза художников Алтая в течение второй половины ХХ века — начале первого десятилетия ХХ1 века, в течение всего времени её существования.

Таким образом, в результате исследования наследия алтайских искусствоведов, можно сделать вывод, что изобразительное искусство Алтая претерпело значительные перемены в своем становлении и развитии во второй половине ХХ века. Несмотря на наличие тенденций, стилей в исследуемый период времени, появления новых направлений, связанных с изменением общественных устоев в стране в конце ХХ-начале XXI века, в различных жанрах алтайского изобразительного искусства определяется основной творческий метод — реализм, который доказал свою актуальность во все исторические времена. Изобразительное искусство Алтая стало неотъемлемой составляющей частью не только культуры Сибири, но и России в целом.

Литература:

  1. Cтепанская Т. М. Художественная жизнь Алтая в 1940–1080-гг./ Очерки истории искусства Алтая [Текст] / Т. М. Степанская.– Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2014.–168 с.
  2. Белецкий А. Б. Опыт и результаты обновления искусства Алтая (1954–1960). Монография. Изд-во АлтГТУ, Барнаул, 2003.
  3. ФР 1667, оп.1 св.,л.21,л.109.
  4. Леонова Л. И. Художники Алтая. ХХ век. Барнаул, 2001.
  5. Степанская Т. М. Формирование художественных традиций Алтая / Степанская Т. М., Нехвядович Л. И. Русская художественная традиция в искусстве Сибири (конец ХХ-началоXXI в). Монография./ Науч. ред. проф. Т. М. Степанская. — Барнаул: Изд-во Азбука, 2009.–202 с.
  6. Ильбек Хайрулинов.О войне и мире. Каталог. Живопись. Барнаул, 2000.
  7. Степанская Т. М. 65 лет творческому союзу художников Алтая // Культурное наследие Сибири. — Вып. 6–7: Степанская Т. М. Избранные статьи и очерки.– Барнаул: Изд-во Алт.ун-та, 2005.
  8. Художники Алтая. ХХ век. Барнаул, 2001.9. Степанская, Т. М. Развитие культуры на Алтае в послевоенный период / Т. М. Степанская // Культурное наследие Сибири. Вып. 6–7: Степанская, Т. М. Избранные статьи и очерки. — Барнаул: Изд-во Алт. унта, 2005.
  9. Киселева Н. Е. К вопросу о проблеме модернизации в изобразительном искусстве на Алтае в конце ХХ — начале ХХI века // Вестник АлтГТУ им. И. И. Ползунова. Методологический семинар. Институт архитектуры и дизайна. — Барнаул: Изд-во АлтГТУ, 2006.– № 1.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle