Библиографическое описание:

Триль С. А. Правовая оценка действий сотрудников полиции, совершаемых при реализации права на необходимую оборону // Молодой ученый. — 2016. — №9. — С. 894-898.



Конституционное положение о праве каждого на защиту своих прав, детализировано в отраслевом законодательстве: уголовном (ст. ст. 37, 108, 114 УК РФ), гражданском (ст.1066 ГК РФ), а также и в отдельных федеральных законах («Об оружии», «О полиции», «О судебных приставах» и др.).

Необходимая оборона представляет собой комплексный межотраслевой институт, который характеризуется большой взаимосвязанностью и функциональным единством с другими нормативными актами.

В ст. 1 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» [5] определяется назначение полиции в России: полиция предназначена для защиты жизни, здоровья, прав и основных свобод граждан Российской Федерации, иностранных граждан, лиц без гражданства, для противодействия преступности, охраны общественного порядка, собственности и в целом для обеспечения общественной безопасности граждан, проживающих на территории России. Полиция должна незамедлительно приходить на помощь каждому, кто нуждается в ее помощи и защите от преступных посягательств. Для достижения указанных целей закон наделяет сотрудников полиции полномочиями применять различные меры государственного принуждения.

Согласно статье 18 Федерального закона «О полиции» сотрудник полиции имеет право на применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия лично или в составе подразделения (группы) в случаях и в порядке, предусмотренных законодательством. В состоянии необходимой обороны (а также крайней необходимости или при задержании лица, совершившего преступление) сотрудник полиции при отсутствии у него необходимых специальных средств или огнестрельного оружия вправе использовать любые подручные средства, а также применять иное не состоящее на вооружении полиции оружие [8, c.169].

Таким образом, с одной стороны нормы Федерального закона «О полиции» подтверждают полное распространение на сотрудников полиции положений уголовного законодательства о необходимой обороне и других обстоятельствах, исключающих преступность деяния, а с другой стороны, непосредственно регламентируют условия, при которых возможно применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия. Вопросу согласованности данных правил с нормами уголовного закона и посвящено настоящее исследование.

Согласно статье 23 Федерального закона «О полиции», сотрудники полиции имеют право лично или в составе подразделения (группы) применять огнестрельное оружие в следующих случаях:

1. Защита другого физического лица либо защита самого себя от посягательства, если это посягательство сопряжено с насилием, опасным для жизни или здоровья.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 г. № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление»общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности: причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных органов); применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т. п.) [6, с.2].

2. Пресечение попытки завладения огнестрельным оружием, транспортным средством полиции, специальной и боевой техникой, состоящей на вооружении (обеспечении) полиции.

3. Освобождение заложников.

4. Задержание лица,застигнутого при совершении деяния, содержащего признаки тяжкого или особо тяжкого преступления против жизни, здоровья или собственности, и пытающегося скрыться, если иными средствами задержать это лицо не представляется возможным.

  1. Оказание каким-либо лицом вооруженного сопротивления сотруднику полиции, атакже отказ лица выполнить законное требование осдаче находящихся при нем оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ, взрывных устройств, ядовитых или радиоактивных веществ.
  2. Отражение группового или вооруженного нападения на здания, помещения, сооружения ииные объекты государственных имуниципальных органов, общественных объединений, организаций играждан.
  3. Пресечение побега из мест содержания под стражей подозреваемых иобвиняемых всовершении преступлений или побега из-под конвоя лиц, задержанных по подозрению всовершении преступления, атакже лиц, вотношении которых применена мера пресечения ввиде заключения под стражу, лиц, осужденных клишению свободы, пресечение попытки насильственного освобождения указанных лиц.
  4. Остановка транспортного средства путем его повреждения, если управляющее им лицо отказывается выполнить неоднократные требования сотрудника полиции об остановке ипытается скрыться, создавая угрозу жизни издоровью граждан.
  5. Обезвреживание животного, угрожающего жизни издоровью граждан и (или) сотрудника полиции.
  6. Разрушение запирающих устройств, элементов иконструкций, препятствующих проникновению сотрудников полиции вжилые ииные помещения по основаниям, предусмотренным законом.

Часть 5 статьи 23 Федерального закона «О полиции» запрещает по общему правилу применять огнестрельное оружие (с производством выстрела на поражение) против:

– женщин;

– лиц с явными признаками инвалидности (отсутствием конечности, невозможностью самостоятельного передвижения, слепотой и т. п.).

– несовершеннолетних, если их возраст очевиден или известен сотруднику полиции.

Как исключение из этого правила сотруднику полиции разрешается прибегнуть к огнестрельному оружию, если женщина, инвалид или несовершеннолетний совершают одно из следующих действий:

– в одиночку или в составе группы оказывают вооруженное сопротивление;

– в одиночку или в составе группы совершают вооруженное нападение;

– в составе группы (т. е. действуют совместно хотя бы еще с одним соучастником независимо от его пола, возраста и состояния здоровья) осуществляют нападение, угрожающее жизни и здоровью людей.

Кроме того, сотрудник полиции не имеет права применять огнестрельное оружие при значительном скоплении граждан в общественном месте или в помещении, если в результате его применения могут пострадать случайные лица.

Проводившиеся в 2013 году социологические исследования показывают, что значительное число сотрудников органов внутренних дел не знают точно весь круг нормативных актов и положений, которые должны применяться при оценке действий сотрудников полиции во время реализации права на необходимую оборону. Это доказывают результаты исследования: федеральный закон «О полиции» назвали 72 % респондентов, УК РФ — 28 %, Конституцию РФ — 7 %, федеральный закон «Об оружии» — 7 %. [7, с.82].

Иными словами, можно предположить, что, применяя необходимую оборону в своей профессиональной деятельности, многие сотрудники полиции будут ориентироваться исключительно на нормы закона о полиции или должностных инструкций, а не на нормы уголовного закона.

Такая ситуация провоцирует нежелание и боязнь сотрудников органов внутренних дел использовать своё право на необходимую оборону. Социологический опрос среди работников органов внутренних дел показал также, что использовать свое право на необходимую оборону в ситуации наличия общественно опасного посягательства стало бы только 43 % респондентов, еще 7 % опрошенных использовало бы такое право, но без официального оповещения о данном факте, а 50 % опрошенных респондентов и вовсе постарались бы избежать применения института необходимой обороны. [7, c.84].

Основная причина такой ситуации кроется в том, что большинство сотрудников органов внутренних дел попросту не знают или затрудняются оценить сложившуюся ситуацию, в связи с чем, опасаются прибегать к необходимой обороне.

Вместе с тем, нормы, регламентирующие основания и порядок применения сотрудниками правоохранительных органов физической силы и огнестрельного оружия, лишь конкретизируют пределы необходимой обороны и других обстоятельств, исключающих преступность деяния, к определенным правовым ситуациям.

При этом специальные нормы по отношению к общим нормам, установленным в уголовном законе, не должны им противоречить и тем более ограничивать права граждан на защиту от общественно опасного посягательства. Данная точка зрения является преобладающей в теории российского права и подкреплена судебно-следственной практикой, где положения Федерального закона «О полиции» рассматриваются как дополнительные условия правомерности действий сотрудников полиции в рамках конкретного обстоятельства, исключающего преступность деяния. [7, c.85].

Поэтому одна из актуальных задач уголовного права России — установить правовые рамки, которые регулируют именно профессиональную деятельность сотрудников полиции по пресечению преступлений, которые могли бы снизить риск неправомерных действий. Это будет реально, если уголовно-правовой институт обстоятельств, исключающих преступность деяний, будет согласован с нормами законодательства, которые определяют правовую основу деятельности сотрудников полиции при применении огнестрельного оружия, специальных средств и физической силы.

Оценка действий лица в состоянии необходимой обороны уже длительное время вызывает трудности, из-за чего Верховный Суд неоднократно давал разъяснения и рекомендации по вопросам применения норм о необходимой обороне. Действующие в настоящее время разъяснения содержатся в п.28 постановлении Пленума от 27 сентября 2012 года № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление».

Сотрудники правоохранительных органов, военнослужащие и иные лица, которым законодательством разрешено применение оружия, специальных средств, боевой и специальной техники или физической силы для исполнения возложенных на них федеральными законами обязанностей, не подлежат уголовной ответственности за причиненный вред, если они действовали в соответствии с требованиями законов, уставов, положений и иных нормативных правовых актов, предусматривающих основания и порядок применения оружия, специальных средств, боевой и специальной техники или физической силы. Не может признаваться преступлением причинение вреда таким лицом, применившим оружие, специальные средства, боевую и специальную технику или физическую силу с нарушением установленного действующим законодательством порядка их применения, если исходя из конкретной обстановки промедление в применении указанных предметов создавало непосредственную опасность для жизни людей или могло повлечь за собой иные тяжкие последствия (экологическую катастрофу, совершение диверсии и т. п.).

Процитированное положение постановления хотя и направлено на реализацию принципа равного права всех на необходимую оборону, но все-таки окончательно не разрешает в пользу уголовного закона некоторые коллизии между ст. ст. 19–23 Федерального закона «О полиции» и ст. ст. 37 и 38 УК РФ [10, c.299].

В п. 28 постановления, следовало бы прямо указать, что при нарушении обороняющимися (задерживающими) установленного законодательством порядка применения оружия, спецсредств, боевой и специальной техники или физической силы действия названных субъектов следует в первую очередь оценивать с позиций уголовного законодательства о необходимой обороне и о причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление, а только затем делать ссылки на нормы закона «О полиции». [8, с. 220]. Нормам Федерального закона «О полиции» должна отводиться вспомогательная функция, в связи с чем должны быть исключены противоречия в содержании этих норм и норм УК РФ.

Рассмотрим упомянутые противоречия:

  1. Часть 5 ст.23 Федерального закона «О полиции» устанавливает категоричный запрет на применение огнестрельного оружия в отношении несовершеннолетних, когда возраст очевиден или известен, за исключением случаев оказания указанными лицами вооруженного сопротивления совершения вооруженного нападения или группового нападения, угрожающего жизни и здоровью граждан, в том числе и сотрудникам полиции. Аналогичный запрет содержится в ст.24 Федерального закона «Об оружии» [3] и ст.16 Федерального закона «О ведомственной охране» [4], некоторых других нормативных актах.

Вместе с тем, в ст.37 УК РФ ничего не сказано о возрасте посягающего лица, которому может быть причинен вред при необходимой обороне. Соответственно, общепризнанным является подход, согласно которому оборона допускается от посягательств не только несовершеннолетних, но даже и лиц, не достигших возраста уголовной ответственности (абзац 4 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19).

Трудности в реализации указанного положения Федерального закона «О полиции» заключается также в отсутствии легального понятия «нападение», без установления которого невозможно принять решение о возможности применения оружия в отношении данной категории лиц. [9, c.363].

  1. В ч.3 ст.19 Федерального закона «О полиции» указано, что применяя физическую силу, специальные средства или огнестрельное оружие, сотрудник полиции действует с учетом создавшейся обстановки, характера и степени опасности действий лиц, в отношении которых применяется физическая сила, специальные средства или огнестрельное оружие, с учетом характера и силы оказываемого ему сопротивления. При этом сотрудник полиции своими действиями должен стремиться минимизировать причиняемый ущерб.

Однако в ст.37 УК РФ отсутствует указание о необходимости минимизации вреда (ущерба) посягающему. Причинение посягающему лицу ущерба, который не является минимально возможным в той или иной ситуации, совершенно не обязательно образует превышение пределов необходимой обороны, а потому Закон о полиции в этом вопросе также не согласован с УК РФ.

  1. В настоящее время часть 6 статьи 23 Федерального закона «О полиции» предусматривает запрет на применение сотрудниками полиции огнестрельного оружия при значительном скоплении граждан, если в результате применения огнестрельного оружия могут пострадать случайные лица. Если сотрудник полиции все-таки применил огнестрельное оружия при массовом скоплении людей, и он осознавал, что при этом могут пострадать случайные лица, то в данном случае целесообразно производить оценку применения огнестрельного оружия сотрудником полиции по правилам статьи 39 УК РФ. Обязательное условие, оправдывающее причинение вреда при крайней необходимости, состоит в том, что грозившая опасность не могла быть устранена иными средствами [7, c.84].

Такой запрет явно ограничивает возможности правоохранительных органов по пресечению общественно опасных посягательств, особенно совершаемых в общественных местах, в том числе в рамках массовых беспорядков. Общеизвестно, что нападающие, не получившие должный отпор в начале осуществления противоправных действий, как правило, в дальнейшем совершают более тяжкие общественно опасные деяния.

Наиболее ярким примером могут служить события на территории Украины в феврале 2014 года, когда в ответ на групповые нападения с причинением вреда здоровью гражданам и сотрудникам правоохранительных органов, захват административных зданий, совершения других правонарушений в центре Киева правоохранители не исполняли свои служебные обязанности по пресечению противоправных действий, в том числе не пользовались своим правом на необходимую оборону, предусмотренным ч. 5 ст. 36 УК Украины, где закреплено: «Не является превышением пределов необходимой обороны и не влечет уголовной ответственности применение оружия или любых других средств или предметов для защиты от нападения вооруженного лица или нападения группы лиц, а также для предотвращения противоправного насильственного вторжения в жилище или иное помещения, независимо от тяжести вреда, причиненного тому, кто посягает» [11].

Сотрудники правоохранительных органов ждали соответствующего приказа, а руководители силовых структур только грозили нарушителям «адекватными ответными мерами» и не предпринимали никаких действий, в результате чего погибали сотрудники правоохранительных органов и осуществлялись иные противоправные действия. Указанное промедление по реализации института необходимой обороны привело к наступлению тяжких последствий.

В России правоохранительные органы в сходных ситуациях действуют более решительно. 6 мая 2012 года в Москве в момент проведения на Болотной площади «марша миллионов» были установлены случаи нарушения законодательства о собраниях, митингах, шествиях, а в последствии были зафиксированы нападения на сотрудников правоохранительных органов, обеспечивающих охрану общественного порядка. В результате правильной реализации норм УК РФ и закона «О полиции» сотрудниками полиции с применением физической силы и специальных средств было задержано несколько сотен человек, причастных к организации беспорядков и нападений на сотрудников правоохранительных органов.

В конце февраля 2014 года в Москве на Манежной площади произошла аналогичная ситуация, в результате которой было задержано около 420 человек за попытку организовать несанкционированную акцию в поддержку фигурантов, которые организовали беспорядки на Болотной площади 6 мая 2012 года.

Благодаря четким, спланированным и основанным на законе (в том числе на нормах ст. 37 УК РФ) действиям сотрудников правоохранительных органов удалось не допустить дестабилизации общественного порядка, и обвиняемые по данному делу были признаны судом виновными в организации массовых беспорядков, участии в массовых беспорядках и применении насилия в отношении представителя власти.

В результате проведенных Следственным комитетом Российской Федерации следственных мероприятий, действия сотрудников полиции в вышеупомянутых примерах были признаны законными и обоснованными,

В момент проведения процессуальной проверки, а в последующем и расследовании уголовных дел следователями были установлены факты заранее спланированных действий, направленных на призывы и организацию массовых беспорядков, сопровождающиеся применением подручных материалов (куски асфальта, камни), которые были направлены против сотрудников полиции обеспечивающих охрану общественного порядка, которые до применения физической силы и специальных средств, обращались к демонстрантам с требованием прекратить нарушение общественного порядка.

В результате сложившейся ситуации сотрудники полиции своевременно, с применением физической силы и специальных средств, в рамках закона «О полиции» и ст. 37 УК РФ предотвратили массовые беспорядки и акции протеста с причинением вреда жизни и здоровью, как сотрудникам полиции, так и обычным гражданам, учувствовавшим в пикетировании.

Если бы со стороны сотрудников полиции произошло промедление в действиях по предотвращению беспорядков, то последствия уже были бы более масштабные, нежели на стадии предотвращения.

Подводя итог вышесказанному, можно высказать следующие предложения, направленные на совершенствование правового регулирования действий сотрудников необходимой обороны, реализующие право на необходимую оборону.

  1. Федеральный закон «О полиции» должен быть максимально согласован с УК РФ. В частности, из него должны быть исключены все те положения, которые могут толковаться как ограничивающие право на применение необходимой обороны сотрудниками полиции, как упомянутые ч. 3 ст. 18 этого закона (из которой создается видимость, что оружие и специальные средства, состоящие на вооружении полиции, не могут применяться в случаях необходимой обороны, крайней необходимости, задержания лица, совершившего преступление), ч. 3 ст. 19 (позволяющая рассматривать как неправомерное действие, в том числе образующее превышение пределов необходимой обороны, причинение вреда при отражении общественно опасного посягательства, если такой вред не является минимально возможным).
  2. Из ч. 5 ст. 23 Федерального закона «О полиции» необходимо исключить категоричные запреты на применение сотрудниками полиции оружия против женщин, несовершеннолетних и инвалидов или, по крайней мере, расширить перечень исключений из такого запрета, увязав их со степенью общественной опасности совершаемого указанными лицами посягательства и отсутствием реальной возможности для пресечения такого посягательства без применения оружия.
  3. Поскольку основания применения сотрудниками полиции оружия и специальных средств часто связываются нормами Федерального закона «О полиции» с наличием нападения, необходимо детального разработать указанное понятие и закрепить его в нормативных актах.
  4. Сотрудниками полиции служебная деятельность чаще всего осуществляется в условиях населенного пункта, что исключает возможность точно предполагать отсутствие посторонних лиц вблизи места происшествия. В этой связи, предусмотренный ч.6 ст.23 Федерального закона «О полиции» абсолютный запрет применять оружие в месте массового скопления людей также представляется излишне категорично. Целесообразно исходить, что оценка применения огнестрельного оружия в таких случаях должна основываться на правилах крайней необходимости, что требует соответствующей корректировки нормы Федерального закона «О полиции».

Литература:

  1. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 года — ред. от 21 июля 2014 года // Собрание законодательства Российской Федерации. — 2014. — № 31. — Ст. 4398.
  2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 года № 63-ФЗ — ред. от 30 марта 2016 года // Собрание законодательства Российской Федерации. — 1996. — № 25. — Ст.2954.
  3. Федеральный закон от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии» — ред. от 29 декабря 2015 года // Собрание законодательства Российской Федерации. — 1996. — № 51. — Ст. 5681.
  4. Федеральный закон от 14 апреля 1999 года № 77-ФЗ «О ведомственной охране» — ред. от 13 июля 2015 года // Собрание законодательства Российской Федерации. — 1999. — № 16. — Ст. 1935.
  5. Федеральный закон от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» — ред. от 13 июля 2015 года // Собрание законодательства Российской Федерации. — 2011. — № 7. — Ст. 900.
  6. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2012 № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. — 2012. — № 11. — С. 2–7.
  7. Волков К. А. Деятельность полиции по противодействию преступности // Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и права. — 2013. — № 2. — С 81–87.
  8. Каплунов А. И., Милюков С. Ф., Уткин И. И. Правовые основы примирения и использования огнестрельного оружия сотрудниками органов внутренних дел. — М., 2012. — 271 с.
  9. Ментюкова М. А., Шилкина А. Н. Проблемы необходимой обороны в Российском уголовном праве // Вестник Тамбовского государственного университета. -2015. — № 11. — С.361–365.
  10. Петракова Л. В., Гааг И. А. Проблемы правового регулирования приминения огнестрельного оружия сотрудников полиции // Вестник Кемеровского государственного университета. — 2014. — № 6. — С. 298–302.
  11. Уголовный кодекс Украины // Правовед. URL: http://pravoved.in.ua/section-kodeks/134-yku/1124–008.html / (дата обращения: 02.04.2016).

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle