Библиографическое описание:

Вершинин А. О. Проблема военнопленных Красной Армии в контексте событий советско-польской войны 1919–1921 гг. // Молодой ученый. — 2016. — №4. — С. 641-644.



Советско-польская война 1920 года — одна из наиболее серьёзных проблем отечественной истории.

Вопрос о последствиях советско-польской войны всегда являлся крайне болезненным для Польши и России. Глубокие противоречия между Польшей и Россией не исчезли до сих пор по итогам истории XX века.

Представление историков, как польских, так и советских, о последствиях советско-польской войны менялось на протяжении всего периода её изучения. Главным вопросом принято считать судьбу советских военнопленных в польских лагерях, этот эпизод затрагивает многие аспекты изучения советско-польского конфликта.

Ключевые слова:cоветско-польская война, 1920 год, пленные, Польша, СССР.

После заключения Рижского мирного договора, который стал итогом советско-польской войны, самым обсуждаемым на переговорах стал вопрос о пленных. Для ее решения была создана смешанная комиссия. В это время в Польше свирепствовал ужасный голод, а также режим в польских лагерях, который был невыносим для советских военнопленных [1, с.153]. Советская сторона требовала смягчить условия содержания пленных до отправки их домой, но польская сторона была недовольна тем что польские пленные во многом поддерживали большевизм в Советской России. Поэтому с решением этого вопроса польская сторона медлила. 14 сентября Польша направила в РСФСР ноту с указанием на невыполнение Рижского мирного договора. От Москвы требовалось до 1 октября освободить и доставить к границе всех польских заложников и пленных. немедленно начать работу реэвакуационной и специальной смешанных комиссий. В противном случае Варшава угрожала разрывом дипломатических отношений. 17 сентября Москва заявила о согласии [2, с.115].

В итоге переговоров 7 октября был подписан советско-польский протокол об урегулировании взаимных претензий. Хоть Рижский мир и стал окончанием конфликта Польши и России, но положение пленных и после него было тяжелым, начиная с конца 1920 года благотворительные организации, а также дипломатические миссии делегаций разных государств отсылали отчеты правительствам Польши и РСФСР.

9 января 1921г. Председатель Российско-украинской мирной делегации направил пространное письмо председателю польской делегации. В нем были приведены примеры нечеловеческого отношения к советским военнопленным в различных лагерях и тюрьмах Польши. Между тем, 24 февраля 1921г. соглашение об обмене пленными было подписано с двух сторон. К тому моменту положение пленных советских солдат ухудшалось с каждым днем. В ноябре-декабре 1920г. в ряде воинских частей Красной Армии были собраны пожертвования деньгами вещами продуктами для советских военнопленных[2, с.119]. 9 декабря 1920г. львовская газета “Вперед” опубликовала первые цифры погибших советских пленных. В ней сообщалось: — «установлена смерть 10 пленных, умерших от сыпного тифа». Газета “Вперед” по результатам расследования была закрыта на неопределенный срок за помещение преувеличенных и тенденциозных сведений [3, c.13]. Польские власти, чтобы отвлечь внимание от нечеловеческих условий содержания советских- украинских военнопленных, пытались предъявить претензии к советским властям в отношении условий содержания польских пленных в России и на Украине. В частности, с польской стороны было выражено недовольство условиями содержания 3 тыс. военнопленных в Харькове [2, c. 17] На это заявление 20 февраля 1921г. поступил ответ НКИД Украины, в котором решительно опровергались доводы польской стороны. В опубликованном заявлении сообщалось: «что польские пленные уже давно были сведены в особые трудовые части, из которых образованы одна бригада три полка и отдельный батальон. В Харькове расквартирован по казармам 3-й полк и отдельный батальон всего около 1.5. тыс. человек» [2, c.22]. В связи с этими событиями, процесс обмена пленными проходил напряженно, следует подчеркнуть, что Польша в процессе обмена делала упор в основном на отправку из России гражданских пленных и заложников и включала в списки наиболее состоятельных польских граждан [4, c.66]. Советская Россия постепенно была затянута в Гражданскую войну, поэтому вопрос о передачи пленных отходил на второй план. Польское государство налаживало дружеские отношения со странами Европы и решала территориальный вопрос. Частые ноты советскому руководству приходили не о проблеме советских красноармейцев в польском плену, а о земельном вопросе. Также правительство Польши было не согласно, что ее объявляют агрессором из-за жестокого обращения с пленными [5, c.23]. Таким образом отношения между Советской Россией и Польшей к началу 1922 года, становились все напряженными и заходили в тупик, к тому моменту РСФСР превращалась в советскую республику, которой было необходимо добиться успехов на внешнеполитическом фронте. Польша как сильное независимое государство заключало торговые и экономические договоры с западными державами, росла диктатура Пилсудского, страна укрепляла свою боеспособность и была всегда решительна продолжить войну с СССР [1, c.230]. Итоги договора все же не оправдали себя, в результате его исполнения в польских лагерях погибло более 22 тысячи человек, всего в СССР вернулась около 30 тысяч человек Польша получила земли, на которые претендовала и добилась поддержки Антанты. Польше досталось огромное количество оружия и техники Красной Армии [5, c.26].

К концу 1921 когда завершение Гражданской войны было близко, Советское государство считало для себя самым важным моментом, решение вопроса о гибели советских красноармейцев.Нарком по иностранным делам РСФСР Г. В. Чечерин в ноте на имя поверенного в делах Польши в РСФСР Т.Филлиповича, датированной 9 сентября 1921 г. и опубликованной в советской печати, заявил «Нет никакого сравнения между содержанием тех мелких обвинений, которое польское правительство предъявляет России и той страшной громадной виной которая лежит на польских властях в связи с ужасающим обращением с российскими пленными в пределах Польши…Достаточно указать на то, что в течение двух лет из 130 тыс. русских пленных в Польше погибло 60 тысяч» [6, c.318].

Российско-украинская делегация во главе с наркомом иностранных дел Украины Д. Мануильским, пытавшаяся выяснить в 1921–1923 гг. судьбу советских военнопленных и интернированных, в итоговом докладе отмечала: «Поляки не сообщили нам ни единого результата, тех расследований, которые они обещали по поводу указанных нами конкретных фактов, ни одного приговора, ни одного случая предания суду Документы и свидетельства позволяют сделать вывод о том, что исполнители на местах руководствовались не правильными приказами и инструкциями, а устными директивами высших польских руководителей. Высшее польское руководство, маскируясь гуманными инструкциями и директивами в 1919–1921 годах на деле препятствовало любым улучшениям условий содержания пленных в лагерях, тем самым предоставив голоду, холоду, болезням и бесчинствам охраны возможность умертвить десятки тысяч пленных красноармейцев» [7, c.50].

Руководитель российской делегации в Польше А. Иоффе, в своем письме польскому руководству писал: «Правительства России и Украины, категорически настаивают на немедленном изменении условий содержания российско-украинских военнопленных, в частности на немедленном отстранении от занимаемых должностей тех лиц администрации лагерей, которые виновны в вышеуказанных злодеяниях. Не допуская мысли о возможности подобных условий существования для польских военнопленных в России и Украине, — подчеркивалось далее в письме, — даже на основе взаимности Российское и Украинское правительства все же, в случае непринятия польским правительством мер, вынуждены будут применить репрессии к польским военнопленным в России и на Украине» [7, c.52]. 23 июля РУД в Москве выразила протест Польской делегации о нарушении польской стороной прав российских военнопленных в Польше, приводя 52 конкретных случая по этому поводу. Только через месяц МИД Польши, реагируя на эту ноту, высказало сожаление об инцидентах творящихся во многих лагерях, однако по их мнению этот случай был вызван поведением военнопленных, которые проявляли в последнее время тенденцию к явному неподчинению действующим правилам и распоряжениям администрации лагеря, а повторяющиеся случаи побегов военнопленных под покровом ночи, вынудили администрацию к запрещению пленным выходить из бараков после 6 часов вечера [7, c.55].

Относительно ясную картину в отношении гибели российских военнопленных можно наблюдать по концлагерю в Тухоли, в котором имелась официальная статистика, но и то только в отдельные периоды пребывания там пленных. Согласно этой, хотя и не полной статистике, с момента открытия лазарета в феврале 1921 г. (а самые трудные для военнопленных были зимние месяцы 1920–21 гг.) и до 11 мая этого же года эпидемических заболеваний в лагере было 6491, неэпидемических — 17294. Всего — 23785 заболеваний [8, c.9]. Число пленных в лагере за этот период не превышало 10–11 тыс. поэтому более половины находящихся там пленных переболело эпидемическими болезнями, при этом каждый из пленных за 3 месяца должен был болеть не менее двух раз. Официально за этот период было зарегистрировано 2561 смертный случай, т. е. за 3 месяца погибло не менее 25 % от общего числа военнопленных. А ведь в это время в лагере уже начал действовать лазарет.

Найти объяснения тем трагическим результатам, которые постигли российских военнопленных в польских лагерях, довольно трудно. Пребывание в польском плену было настолько унизительным, что говорить о соблюдении каких-либо международных норм не приходится. Советская делегация в Риге пыталась обратить внимание польской мирной делегации на несоответствие условий содержания военнопленных Гаагской Конвенции 1907 г. «О законах и обычаях сухопутной войны», в частности на деление военнопленных на различные категории [7, c.69]. Однако положительного результата в этом направлении достигнуто не было процессе переговоров делегаций Обществ Красного Креста России и Польши в Микашевичах была предпринята попытка рассмотреть вопросы ведения и обычаев войны, а на переговорах в Берлине представителей этих обществ в сентябре 1919 г. даже было подписано соглашение, касающееся облегчения участи жертв войны, но какое-либо положительное воздействие на судьбу военнопленных оно не повлияло. И, вероятно, не только игнорирование международно-правовых норм, законов и обычаев войны, в которых регламентировались правила воюющих сторон определяли такие нечеловеческие отношения к военнопленным, а, возможно, политико-психологическая атмосфера в то время в Польше не способствовала соблюдению элементарных гуманитарных норм в этом отношении [9, c.33].

Существует и более высокая цифра погибших военнопленных в лагерях Польши. В 1998 г. в письме Генпрокуратуры Российской Федерации в адрес польской прокуратуры обращалось внимание на гибель в начале 20-х гг. более восьмидесяти тысяч пленных красноармейцев в польских концентрационных лагерях. К этой цифре практически присоединяется российский исследователь А. Колпаков, который определяет количество не вернувшихся из польского плена в 89 тыс. 851 человек, в статье «На личном фронте. Польская Катынь для 90 тыс. русских», опубликованной в газете «Московский комсомолец» за 27 января 1999 г, автор статьи упоминает отчет Американского союза христианской молодежи, представители которого посетили Польшу в октябре 1920 г. (а не в 1921 г. как указано в статье), которая свидетельствовала о вербовке большого числа красноармейцев в отряды белого движения — более 50 тыс. чел. (Цифра, также завышенная). В связи с этим с цифрой более 80-ти тыс. погибших в польском плену красноармейцев вряд ли можно согласиться [7, c.71].

Существуют и заниженные оценки количества погибших российских военнопленных В начале 90-х годов между СССР и Польшей происходил обмен архивными документами, раскрывавшими так называемые «белые пятна» в истории взаимоотношений двух стран. В обмен на документы о Катыни и копиями с 59 документов о советско-польских отношениях в 1939–61 гг. СССР получил партию документов из Польши, касающихся польско-советской войны 1919–20 гг. Полученные от СССР документы дают определенную, но далеко не полную, картину в отношении погибших военнопленных в лагерях. Общее число погибших в этих документах определялось в 5340 чел. [8, c.12]

Таким образом вопрос о пленных красноармейцев погибших в польских лагерях остается актуальным и по сегодняшний день. Польские и российские историки приводят абсолютно разную статистку численности погибших пленных. В наше время, нет ни одного документа который бы мог показать точные данные умерших советских солдат, так как во войны, Польша не вела по понятным причинам ни какую статистику о погибших пленных. Проблема гибели советских солдат была долгое время забыта, так как 1939 году Польша снова воевала с СССР, затем была Великая Отечественная война, где Польша почти пять лет находилась в оккупации фашисткой Германии а СССР переломил ход той войны и освободил Польшу, которая почти до 80-х годов была союзником, поэтому только после развала Союза Советских Социалистических республик, вопрос о судьбе пленных красноармейцев вызвал новый общественный резонанс как в обществе так и в СМИ приобретая новый виток актуальности исторического вопроса.

Литература:

  1. Мельтюхов, М. И. Советско-польские войны. / М. И. Мельтюхов. — М.: Вече, 2004.
  2. Малишевский, Н. Н. Темные пятна истории: трагедия русских в польском плену /Николай Николаевич Малишевский// Народное собрание. — 2012
  3. Красноармейцы в польском плену 1919–1922гг. Сборник документов и материалов Москва-СПб.: Летний сад, 2004г.
  4. Новиков, К. Ю. Причины и последствия советско-польской войны 1920г /Константин Юрьевич Новиков. — Москва, 2006.
  5. Савичев, В. Л. Польша против России, Неизвестная война XX века. /Владимир Леонидович Савичев// Русская народная линия. — 2004.
  6. Документы внешней политики Т.1–2. / сост. Ред. коллегия. — М.: Политиздат, 1959.
  7. Райский, Н. С. Польско-советская война 1919–1920 годов и судьба военнопленных, интернированных заложников и беженцев. /Николай Сергеевич Райский. — Москва, 1999.
  8. Михутина, И. В. Некоторые проблемы в истории польско-советской войны 1919–1920. / Ирина Васильевна Михутина// Новая и Новейшая история. — 1995.
  9. Памятных, А. А. Пленные красноармейцы в польских лагерях. / Алексей Алексеевич Памятных// Новая Польша. — 2005.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle