Все мы родом из детства: Иван Тургенев | Статья в журнале «Юный ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 1 февраля, печатный экземпляр отправим 5 февраля.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Научный руководитель:

Рубрика: Русский язык

Опубликовано в Юный учёный №3 (3) ноябрь 2015 г.

Дата публикации: 02.11.2015

Статья просмотрена: 80 раз

Библиографическое описание:

Филитов М. А., Андрюхина А. П. Все мы родом из детства: Иван Тургенев // Юный ученый. — 2015. — №3. — С. 19-22. — URL https://moluch.ru/young/archive/3/208/ (дата обращения: 21.01.2020).



 

Откуда мы родом? Мы родом из детства, словно из какой-нибудь страны… Так считал мечтатель и философ, писатель Антуан де Сент-Экзюпери. Изучая на уроках литературы творчество того или иного поэта или писателя, рассматривая и анализируя знаковые моменты его биографии, мы порой забываем, что выдающийся литератор тоже когда-то был ребенком. Возможно, не самым прилежным и, вполне вероятно, даже отчаянным задирой. Но, тем не менее, ставшим впоследствии знаменитым, любимым и почитаемым художником слова.

В данной статье мне бы хотелось рассказать о некоторых фактах биографии одного из писателей. О тех моментах, детских воспоминаниях, которые не освещаются в учебниках, но помогают лучше понять взрослое творчество. Речь пойдет о детстве Ивана Сергеевича Тургенева — одного из самых поэтичных писателей XIX века.

Когда Ване Тургеневу исполнилось три года, его отец Сергей Николаевич оставил военную службу в чине полковника и вместе с семьей поселился в Спасском-Лутовинове. Это огромное имение мама будущего писателя Варвара Петровна получила в наследство от своего дяди. Просторный барский дом в форме подковы стоял на вершине холма, в березовой роще. В центре возвышалось двухэтажное здание, построенное из вековых дубовых бревен. А вокруг было множество цветов, красотой которых любовался маленький Ваня, запоминая это на всю жизнь [1, 20].

Тургеневские дома на Орловщине были словно подвластны необъяснимому року: постоянно подвергались пожарам. Дом детства Ивана Тургенева, сгоревший в 1839 году, маленькому мальчику казался огромным, как целый город! Детские комнаты располагались на втором этаже. В большой зале Ване и двум его братьям — Николаю и Сергею (который, к сожалению, умер в раннем возрасте от эпилепсии) позволялось бывать только с дядькой. Самым красивым помещением в доме считался отцовский кабинет: на стенах там висели картины, стояли мягкие кушетки и изящные кресла. Но мальчикам больше нравилось бывать в девичьей, находившейся возле материнской спальни. Там стояло патэ, на котором разрешалось прыгать! [3]

На четвертом году жизни с Ваней приключилась тяжелая болезнь. По воспоминаниям родственников, мальчик тогда чуть не умер, родители даже сняли мерку для гроба. Это событие впоследствии дало повод семнадцатилетнему Тургеневу приступить (по примеру Руссо) к составлению автобиографии [3]. Правда, все воспоминания в тот раз уместились лишь на одной странице.

После этой болезни родители взяли Ваню в длительное путешествие: сначала по России, а потом за границу. Однажды в столице Швейцарии, городе Берне, вся семья Тургеневых отправилась в городской зверинец. Братьям особенно понравились медведи, которые содержались в глубокой яме. Засмотревшись на возню медвежат, любознательный и впечатлительный Ваня сорвался с перил. Поездка эта могла бы окончиться для Тургенева печально, если бы не реакция отца: он успел схватить сына за ногу [1, 20].

По возвращении в Спасское-Лутовиново маленький Ваня проводил бесконечные часы в мечтательном наблюдении. Его странным образом не занимали игрушки. Мальчика постоянно тянуло к природе, особенно к разной живности. От матери досталась ему любовь к птицам. В доме по желанию Варвары Петровны повсюду были развешаны клетки с щеглами, чижами, синицами. А в одной из комнат был оборудован вольер с певчими птицами. Семилетний Ваня с ловкостью ловил пернатых — западней, пленками, сетками. Это не составляло особого труда, потому что птицы в изобилии водились в барском роскошном саду и прилегающих к нему лесистых оврагах. Когда Иван Тургенев уехал из родного дома, мать писала ему: «У меня по комнатам летают в память тебя птицы, синицы… И попевают, и разбойничают. А сверх того у меня канарейка, а в птичнике снегирь, четыре чижа, из коих один кривой, три щегла, овсянка и зяблица» [3].

Однако, не смотря на любовь к птицам, мать Тургенева была очень властной и даже жестокой женщиной. Трех своих сыновей держала она в чрезвычайной строгости, была для них грозным судьей, безжалостно наказывала за всякую провинность. Тургенев впоследствии сам вспоминал, что драли его жестоко за всякие пустяки и чуть не каждый день [2, 12]. Однажды его наказали за правду, что было особенно обидно. Тогда в гости к Тургеневым приехал очень известный в то время баснописец И. И. Дмитриев. Мальчикам было поручено выучить его басни и торжественно прочитать одно произведение, чтобы уважить и почтить гостя. Маленький Ваня прочел одну из басен Дмитриева, а потом не удержался и сказал: «Твои басни хороши, а Ивана Андреевича Крылова — гораздо лучше». За такую бестактность мать немедленно наказала сына [1, 20].

Хотя однажды Ване повезло. «Кто-то, — вспоминает Тургенев, — завел речь о том, как зовут дьявола. Никто не мог сказать, зовут ли его Вельзевулом, или Сатаной, или еще как-нибудь иначе.

— Я знаю, как зовут, — сказал я и сам испугался.

— Ну, если знаешь, говори, — отозвалась мать.

— Его зовут «Мем».

— Как? Повтори, повтори!

— Мем.

— Это кто тебе сказал? Откуда ты это выдумал?

— Я не выдумал, я это слышу каждое воскресенье у обедни.

— Как так — у обедни?!

— А во время обедни выходит дьякон и говорит: вон, Мем! Я так и понял, что он из церкви выгоняет дьявола, и что зовут его Мем.

Удивляюсь, как меня за это не высекли. Но, как ребенок, я на тот раз был совершенно искренен — просто не понял славянского слова «вонмем» (т. е. «вслушаемся») и толковал его по-своему» [4, 39].

С самого раннего детства у Тургенева было живое воображение. «Нас было трое братьев, — рассказывал уже взрослый писатель. — Из них у меня и у старшего брата было воображение довольно сильное, у младшего меньше. У нас существовала, как сейчас помню, игра. Был целый архипелаг островов. Я даже помню имена. У каждого из нас было по острову. Я был королем на одном из них, другой брат — великим герцогом и пр. Острова вели между собой войны. Происходили битвы, одерживались победы. Раз мне пришлось писать историю островов, и я написал вот такую толстую тетрадь. Когда я начал читать ее братьям, то в тех местах, где я дополнял историю воображением, братья меня останавливали: нет, нет, не так!» [3].

Благодаря неспешности и праздности барской жизни братьям Тургеневым была предоставлена почти неограниченная свобода. Воспитание детей лежало, главным образом, на гувернерах — французах и немцах — которые выписывались прямо из-за границы в Спасское. Приезжавшие гувернеры, малообразованные, забитые и жалкие, сразу после приезда поступавшие в разряд дворни, не могли оказать особенного влияния на детей. Единственный плюс их деятельности сводился лишь к обучению иностранным языкам, что позже, однако, очень пригодилось Ивану Тургеневу в жизни. Взрослый писатель любил вспоминать своих гувернеров и рассказывал про них немало веселых анекдотов [2, 12]. Конечно, в таком странном воспитании почти не обращалось внимания на русскую грамоту. О литературе же не стоит и говорить. Читать и писать Ваня Тургенев научился неизвестно когда и даже неизвестно, каким образом! По всей вероятности, от дворни [2, 13].

Был в детской жизни писателя очень интересный эпизод. Научившись читать, Ваня крепко подружился с одним мальчиком из дворни, который любил стихи. И однажды будущий писатель подбил своего приятеля на дерзкий поступок — забраться в библиотеку и без спросу взять отцовские книги. Ночью сорванцы взломали замок и стащили из библиотечного шкафа две большие книги. Одну — «Россиаду» М. М. Хераскова — Ваня отдал своему соучастнику, а другую — «Книгу символов и эмблем» — унес к себе в детскую. Он читал ее всю ночь! И очень хорошо запомнил на всю жизнь ощущения от этой книги: «…единороги, арапы, цари, солнцы, пирамиды, мечи, змеи вихрем кружились в моей бедной головушке…» Так что, когда утром в детскую пришла няня, чтобы разбудить Ваню, он чуть не спросил: «Ты что за эмблема?» [1, 20].

Интересным показался мне тот факт, что о том, какими были братья Тургеневы на пороге юности, сохранилось лишь одно, затерянное для биографов свидетельство. Это воспоминания баронессы Елизаветы Менгден, родственницы Варвары Петровны. Вспоминает она так: «Мне было лет шесть, когда матушка со мной и старшею сестрой заезжала к Тургеневым в деревню. Иван Сергеевич и брат его в русских рубашках и коротко остриженных волосах пили с нами чай, но не казались особенно довольны присутствием двух девочек, с которыми нельзя было ни бороться, ни шалить. Я была гораздо моложе их, и они меня не удостаивали никаким вниманием…» [3].

Писатель Иван Сергеевич Тургенев в детстве был самым обыкновенным мальчиком. Добрым, доверчивым, мечтательным фантазером и выдумщиком, попадавшим при этом в самые невероятные и даже опасные приключения. В сентябре 1827 г. старшие братья Тургеневы выехали в Москву для обучения в частном пансионе Вейденгаммера. Вольное деревенское детство писателя на этом закончилось.

 

Литература:

 

  1. Рассказ о детских годах писателя// Костёр — № 11–12. — 1998. — С. 20–21.
  2. Соловьев Е. И. С. Тургенев. Его жизнь и литературная деятельность. Биографический очерк. — СПб, Типография Товарищ. «Общественная Польза», 1904. — 97 с. (электронная версия книги dlib.rsl.ru/viewer/01004333292).
  3. Чернов Н. М. Провинциальный Тургенев/ Под ред. В. А. Благово. — М.: Центрополиграф, 2003. — 426 с. (электронная версия www.turgenev.org.ru/e-book/chernov/derevensk_detstvo_turg.htm).
  4. Чуковский К. И. От двух до пяти. — М.: Издательство «Мелик-Пашаев», 2010. — 448 с.
Основные термины (генерируются автоматически): брат, птица, писатель, мать, мальчик, Спасское-Лутовиново, взрослый писатель.


Похожие статьи

Мифологическое начало в притче Чингиза Айтматова...

Многие произведения писателя тесно связаны с мифологией, т.е. с легендами народов, населявших огромные просторы степей, через них автор как бы предупреждал своего читателя о совершаемом, о поступках тех, кто ни с чем не считается в достижении своих целей.

Языковые средства, создающие атмосферу детства, в рассказах...

Речь взрослых персонажей характеризуют повелительные синтаксические конструкции по отношению к детям.

Мать общается с ним четкими командными фразами: «Ступай учиться. Не твое дело тут слушать!»

- брат («У меня, брат, не будешь шалить да плакать за обедом!»

Врожденные особенности человека в «Былом и думах»...

Сочувственно говорит писатель о матери, Луизе Гааг, у которой «слабая натура», поэтому имеет «много неприятностей» [2, с. 45]; о М. А. Бакунине — «натуре героической, оставленной историей не у дел», у которого «недостатки… мелки, а сильные качества — крупны» [4, с. 328].

Художественное своеобразие произведений В. П. Крапивина...

Писатель считает своим долгом научить их жить, помочь понять самих себя, своих сверстников и родителей.

Произведение «Колыбельная для брата» в некотором роде непривычное для писателя, так как его главный герой не просто мальчик, который любит приключения.

Детство и юность русской императрицы Елизаветы Петровны

Ее мать, “по важным причинам”, как она выражалась, заботилась о том, чтобы она говорила по-французски и хорошо танцевала менуэт. “Важные причины” известны. Менуэт должен был произвести впечатление в Версале; это, по мнению Екатерины, было все, чего могли требовать...

Почему Стивен Кинг хочет нас напугать? | Статья в журнале...

Энергетика писателя полностью передается нам как электрический заряд, только в роли проводника у нас — роман ужасов.

«Ужасы всегда завораживают людей, — говорит писатель. — Пешеходы на улице забывают про свои дела и остаются поглазеть на аварию.

Переписка Л. Н. Толстого и Великого Князя Николая Михайловича

Характер общения Николая Михайловича и писателя можно определить словом «личное». Николай Михайлович познакомился с Толстым 26 октября

Здесь же писатель поясняет свои идеи по поводу земельной собственности, чтобы Николай Михайлович мог лучше понять его.

«Здесь историческое воспоминание соединилось с памятью веры...»

В 1843 году неподалеку от Хотьковского монастыря, в усадьбе Абрамцево поселилась семья знаменитого писателя — С. Т. Аксакова. Дом Аксаковых был широко известен в Москве: патриархальное гостеприимство, высота духовных стремлений, литературные интересы и...

Прозвищные номинанты в повестях А.Г. Алексина | Молодой ученый

Все прозвища, введенные писателем в произведения, мотивированные, имеют живую внутреннюю форму, но в некоторых случаях мотивация вытекает (выявляется) из всего содержания произведения, сама же единица-мотивант отсутствует. Ср., например, два прозвища.

Похожие статьи

Мифологическое начало в притче Чингиза Айтматова...

Многие произведения писателя тесно связаны с мифологией, т.е. с легендами народов, населявших огромные просторы степей, через них автор как бы предупреждал своего читателя о совершаемом, о поступках тех, кто ни с чем не считается в достижении своих целей.

Языковые средства, создающие атмосферу детства, в рассказах...

Речь взрослых персонажей характеризуют повелительные синтаксические конструкции по отношению к детям.

Мать общается с ним четкими командными фразами: «Ступай учиться. Не твое дело тут слушать!»

- брат («У меня, брат, не будешь шалить да плакать за обедом!»

Врожденные особенности человека в «Былом и думах»...

Сочувственно говорит писатель о матери, Луизе Гааг, у которой «слабая натура», поэтому имеет «много неприятностей» [2, с. 45]; о М. А. Бакунине — «натуре героической, оставленной историей не у дел», у которого «недостатки… мелки, а сильные качества — крупны» [4, с. 328].

Художественное своеобразие произведений В. П. Крапивина...

Писатель считает своим долгом научить их жить, помочь понять самих себя, своих сверстников и родителей.

Произведение «Колыбельная для брата» в некотором роде непривычное для писателя, так как его главный герой не просто мальчик, который любит приключения.

Детство и юность русской императрицы Елизаветы Петровны

Ее мать, “по важным причинам”, как она выражалась, заботилась о том, чтобы она говорила по-французски и хорошо танцевала менуэт. “Важные причины” известны. Менуэт должен был произвести впечатление в Версале; это, по мнению Екатерины, было все, чего могли требовать...

Почему Стивен Кинг хочет нас напугать? | Статья в журнале...

Энергетика писателя полностью передается нам как электрический заряд, только в роли проводника у нас — роман ужасов.

«Ужасы всегда завораживают людей, — говорит писатель. — Пешеходы на улице забывают про свои дела и остаются поглазеть на аварию.

Переписка Л. Н. Толстого и Великого Князя Николая Михайловича

Характер общения Николая Михайловича и писателя можно определить словом «личное». Николай Михайлович познакомился с Толстым 26 октября

Здесь же писатель поясняет свои идеи по поводу земельной собственности, чтобы Николай Михайлович мог лучше понять его.

«Здесь историческое воспоминание соединилось с памятью веры...»

В 1843 году неподалеку от Хотьковского монастыря, в усадьбе Абрамцево поселилась семья знаменитого писателя — С. Т. Аксакова. Дом Аксаковых был широко известен в Москве: патриархальное гостеприимство, высота духовных стремлений, литературные интересы и...

Прозвищные номинанты в повестях А.Г. Алексина | Молодой ученый

Все прозвища, введенные писателем в произведения, мотивированные, имеют живую внутреннюю форму, но в некоторых случаях мотивация вытекает (выявляется) из всего содержания произведения, сама же единица-мотивант отсутствует. Ср., например, два прозвища.

Задать вопрос