Автор: Трубинская Анастасия Сергеевна

Рубрика: 17. Уголовное право и процесс

Опубликовано в

V международная научная конференция «Право: история, теория, практика» (Санкт-Петербург, июль 2017)

Дата публикации: 01.05.2017

Статья просмотрена: 200 раз

Библиографическое описание:

Трубинская А. С. Проблемы квалификации насильственных половых преступлений против несовершеннолетних [Текст] // Право: история, теория, практика: материалы V Междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, июль 2017 г.). — СПб.: Свое издательство, 2017. — С. 114-117.



В статье анализируются наиболее актуальные проблемы квалификации насильственных половых преступлений в отношении несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет и малолетних, которым не исполнилось 14 лет.

Ключевые слова: несовершеннолетние, малолетние, уголовное право, половые преступления

Определённую сложность в деятельности правоприменительных органов, в частности судебно-следственной практике, представляет квалификация насильственных половых преступлений в отношении несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет и малолетних, которым не исполнилось 14 лет.

В данном случае речь идет о насильственных преступлениях против половой неприкосновенности личности, предусмотренных п. «а» ч. 3 и п «б» ч. 4 ст. 131 УК РФ, насильственных действиях сексуального характера п. «а» ч. 3 и п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ, а также понуждение к действиям сексуального характера ч. 2 ст. 133 УК РФ.

Особо следует заметить, что отягчающие квалифицирующие обстоятельства данных преступлений прежде всего связаны с несовершеннолетием потерпевших лиц. При этом такой квалифицирующий признак, как изнасилование потерпевшей, не достигшей 18-летнего возраста и совершение насильственных действий сексуального характера в отношении малолетней, не содержит существенных различий от квалифицирующего признака как изнасилование несовершеннолетней.

Часто несовершеннолетние и малолетние являются потерпевшими в половых преступлениях насильственного характера в силу своей неопытности или в некоторых случаях провоцирования преступного поведения насильника. Судебная практика руководствуется, как правило, тем, что данные квалифицирующие признаки могут быть инкриминированы (вменены) лицу при условии, если оно знало, а также допускало, что совершает насильственный половой акт с несовершеннолетней или малолетней.

Для квалификации рассматриваемых преступлений в отношении несовершеннолетних и малолетних важное значение имеет понятие «насилие», с которым связано причинение вреда потерпевшим лицам. В этой связи следует обратить внимание на п. 2 постановления Пленума Верховного суда РФ от 4.12.2014 г., в котором отмечается, что под насилием в ст. 131 и 132 УК РФ следует понимать как опасное, так и неопасное для жизни, а также для здоровья насилие, а также побои и совершение других насильственных действий, которые причиняют потерпевшему физическую боль либо ограничивают его свободу. При этом, если при изнасиловании либо совершении насильственных действий сексуального характера потерпевшему был причинен легкий или средней тяжести вред здоровью, содеянное охватывается диспозициями ст. 131 и ст. 132 УК РФ, а если умышленно причинен тяжкий вред здоровью, необходима дополнительная квалификация по соответствующей части ст. 111 УК РФ [1].

Особые трудности в квалификации, например, при изнасиловании, которое представляет собой половое сношение с применением физического насилия или угрозой его применения к потерпевшей или другим лицам, представляет совершение данного преступления с использованием беспомощного состояния потерпевшей. Толкование и понимание беспомощного состояния потерпевшей применительно к изнасилованию и насильственных действий сексуального характера вызывает особые трудности на практике, особенно когда речь идет о несовершеннолетних и малолетних.

В этой связи следует отметить, что в п. 5 постановления Пленума Верховного суда № 16 РФ от 4 декабря 2014 г. «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности» изнасилование и насильственные действия сексуального характера следует признавать с использованием беспомощного состояния потерпевшего лица, когда оно в силу своего физического или психического состояния (слабоумие или другое психическое расстройство, физические недостатки, болезненное или бессознательное состояние), возраста (малолетнее или престарелое лицо) или других обстоятельств не могло понимать характер и значение совершаемых с ним действий, а также оказать сопротивление виновному [2].

Из приведенного разъяснения следует, что беспомощное состояние потерпевшей представляет собой физическую и психическую беспомощность. При физической беспомощности потерпевшая не может воспрепятствовать, т. е. оказать сопротивление преступнику в изнасиловании, а при психической беспомощности она не может понимать или верно оценивать характер и значение совершаемых с нею преступных действий со стороны виновного лица.

Вместе с тем, как свидетельствует судебно-следственная практика и различные исследования в области уголовного права и криминологии [3], причины и обстоятельства беспомощного состояния при совершении преступлений, предусмотренных ст. 131 и 132 УК РФ могут быть самыми различными.

В теории и судебно-следственной практике нередко возникают вопросы о квалификации изнасилования с другими половыми преступлениями в отношении несовершеннолетних и малолетних, в частности, с насильственными действиями сексуального характера (ст. 131) и при понуждении к действиям сексуального характера (ч. 2 ст. 133) УК РФ. Согласно ст. 132 УК РФ, уголовная ответственность предусмотрена за мужеложство, лесбиянство, а также другие действия сексуального характера с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшему (потерпевшей) либо другим лицам или с использованием беспомощного состояния потерпевшего (потерпевшей). При этом потерпевшими несовершеннолетними и малолетними при совершении данного преступления могут быть как лица мужского пола, так и женского.

Разграничение изнасилования и преступления, предусмотренного ст. 132 УК РФ, необходимо проводить по особенностям объективной стороны, которая, несмотря на общий признак насилия, характеризуется разными действиями и способами сексуального характера, а также видами удовлетворения половых потребностей.

Решая вопрос о квалификации данных преступлений Пленум Верховного суда РФ в п. 9 постановления от 4 декабря 2014 г. отмечает, что при совершении виновным в любой последовательности изнасилования и насильственных действий сексуального характера в отношении одной и той же потерпевшей содеянное необходимо квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 131 и ст. 132 УК РФ, независимо от времени совершения данных преступлений [2].

Что же касается ст. 133 УК РФ, то она предусматривает ответственность за понуждение к действиям сексуального характера. Способы понуждения исчерпывающе перечислены в диспозиции ч. 1 ст. 133 УК РФ, которыми являются: понуждение лица к половому сношению, мужеложству, лесбиянству, а также совершению других действий сексуального характера путем шантажа, угрозы уничтожением, повреждением или изъятием имущества или с использованием материальной или иной зависимости потерпевшего (потерпевшей).

В связи с высокой общественной опасностью данного преступления законодатель Федеральным законом от 29 февраля 2012 г. № 14-ФЗ существенно редакционно уточнил диспозицию ч. 1 данной статьи и ввел квалифицированный состав (ч. 2 ст. 133), в котором установил уголовную ответственность за понуждение к действиям сексуального характера, совершенные в отношении несовершеннолетнего (несовершеннолетней).

В отличие от изнасилования (ст. 131 УК РФ) и насильственных действий сексуального характера (ст. 132 УК РФ) при понуждении к действиям сексуального характера способы воздействия на потерпевшее лицо самые разнообразные, которые исчерпывающе указаны законодателем в диспозиции ч. 1 ст. 133 УК РФ.

Возникают проблемы также при квалификации, демонстрации порнографических материалов одновременно мальчику и девочке, не осознающих сути совершаемых с ними действий, ради последующего вступления с ними в половой контакт. Следуя логике законодателя, такого рода деяние, совершенное мужчиной в отношении не достигшей 12 лет девочки, надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 30, п. «б» ч. 4 ст. 131 УК РФ, а в отношении мальчика того же возраста — по ч. 1 ст. 30, по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ (идеальная совокупность, грозящая виновному резким усилением окончательного наказания). Налицо идеальная совокупность преступлений, и действия виновного надлежит квалифицировать по обоим составам — п. «б» ч. 4 ст. 131 УК РФ, п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ. В случае если те же деяния свершит женщина, то они будут квалифицированы только по ч. 1 ст. 30, п. «б» ст. 132 УК РФ.

Дабы изжить эту коллизию, законодатель должен четко определить свою позицию по отношению к так называемым извращенным половым актам — равнозначны ли они естественному соитию или нет? Если нет, то ответственность и наказание за них должны отличаться от карательной реакции на изнасилование. Если равнозначны, то ответственность и наказание за них должны содержаться в одной статье УК РФ подобно тому, как это было в УК РСФСР 1960 г., который в неявной форме уравнивал собственно изнасилование и то, что сейчас именуется насильственными действиями сексуального характера.

Во вновь принятом Постановлении, аналогично утратившему силу Постановлению от 15.06.2004 № 11, фактически содержится понятие «заведомости знания возраста потерпевшего лица», что является положительным моментом. Это означает, что уголовная ответственность по соответствующим квалифицирующим признакам наступает в том случае, когда лицо достоверно знало возрасте потерпевшего лица (являлось родственником, знакомым, соседом, педагогом, собеседником в соцсетях и т. п.) или сознательно допускало не достижение соответствующего возрастного рубежа в связи с внешним обликом, манерой поведения потерпевшего лица. Данное разъяснение Пленума Верховного Суда РФ вызвано имеющимися проблемами квалификации в правоприменительной деятельности следственных и судебных органов. Нередко на практике возникает проблема установления умысла на совершение сексуального преступления в отношении несовершеннолетней(его), которые внешне по своим физическим данным и манерам поведения выглядят как взрослая девушка (женщина) или мужчина, и к тому же намеренно вводит потенциального партнера в заблуждение относительно данного обстоятельства.

Толкование добровольного отказа от изнасилования и насильственных действий сексуального характера, данные в п. 7 Постановления, на первый взгляд, сводится лишь к воспроизведению положений ст. 31 УК РФ. Однако, на самом деле, Верховный Суд РФ подправляет законодателя, обращая внимание правоприменителей на то, что при покушении на изнасилование или на совершение насильственных действий сексуального характера преступление не доводится до конца по причинам, не зависящим именно от воли виновного. Дело в том, что в некоторых случаях несостоятельность преступника может зависеть от него (скажем, неспособность педофила завести автомобиль, где родители оставили малолетнего ребенка с тем, чтобы угнать его и беспрепятственно овладеть жертвой), но это не делает неудачную попытку добровольным отказом. Однако в конечном счете и здесь придется изменить формулировку ч. 3 ст. 30 УК РФ по образу и подобию ранее действовавшей ч. 2 ст. 15 УК РСФСР 1960 г. [4].

Попутно отметим, что ранее действовавшее Постановление от 15.06.2004 № 6 (п. 6) более основательно разграничивало покушение и добровольный отказ применительно к рассматриваемым преступлениям. Еще более развернуто этот вопрос был раскрыт в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22.04.1992 № 4.

Еще одним упущением следует считать отсутствие законодательно закрепленного в уголовном праве определения «малолетнее лицо». Малолетний возраст служит одной из причин признания беспомощного состояния потерпевшего (потерпевшей) от преступных посягательств сексуального характера, с чем соглашается и теория, и практика. Данный вопрос имеет принципиальное значение, так как даже при наличии невынужденного согласия малолетнего лица на половой контакт содеянное все равно признается изнасилованием или насильственным действием сексуального характера. Такое согласие не имеет юридического значения, так как исходит от лица, не способного в полной мере понимать характер и значение совершенных с ним действий. В случае если согласие на совершение в отношении себя каких-либо сексуальных манипуляций дает несовершеннолетнее лицо, не относящееся к категории малолетнего, составы рассматриваемых преступлений отсутствуют. Следовательно, для правильной квалификации рассматриваемых преступлений возникает необходимость определить, кто же относится к категории малолетних, тем более что уголовный закон такого понятия не содержит и не раскрывает его. Таким образом, по нашему мнению, под малолетним в уголовном праве следует понимать лицо, не достигшее возраста 12 лет, а лицо, не достигшее возраста 16 лет, обозначать как «подростка».

Проведенное исследование позволяет сформулировать следующие выводы:

  1. Беспомощное состояние несовершеннолетних (малолетних) потерпевших (потерпевшего) от насильственных половых посягательств представляет собой физическую и психическую беспомощность. При физической беспомощности потерпевшая не может воспрепятствовать, т. е. оказать сопротивление преступнику в изнасиловании, а при психической беспомощности она не может понимать или верно оценивать характер и значение совершаемых с нею преступных действий со стороны виновного лица.
  2. Разграничение изнасилования и преступления, предусмотренного ст. 132 УК РФ, необходимо проводить по особенностям объективной стороны, которая, несмотря на общий признак насилия, характеризуется разными действиями и способами сексуального характера, а также видами удовлетворения половых потребностей.
  3. В отличие от изнасилования (ст. 131 УК РФ) и насильственных действий сексуального характера (ст. 132 УК РФ) при понуждении к действиям сексуального характера способы воздействия на потерпевшее лицо самые разнообразные, которые исчерпывающе указаны законодателем в диспозиции ч. 1 ст. 133 УК РФ.
  4. При демонстрации порнографических материалов одновременно мальчику и девочке, не осознающих сути совершаемых с ними действий, ради последующего вступления с ними в половой контакт, совершенное мужчиной в отношении не достигшей 12 лет девочки, надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 30, п. «б» ч. 4 ст. 131 УК РФ, а в отношении мальчика того же возраста — по ч. 1 ст. 30, по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ (идеальная совокупность, грозящая виновному резким усилением окончательного наказания). Налицо идеальная совокупность преступлений, и действия виновного надлежит квалифицировать по обоим составам — п. «б» ч. 4 ст. 131 УК РФ, п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ. В случае если те же деяния свершит женщина, то они будут квалифицированы только по ч. 1 ст. 30, п. «б» ст. 132 УК РФ. Дабы изжить эту коллизию, законодатель должен четко определить свою позицию по отношению к так называемым извращенным половым актам — равнозначны ли они естественному соитию или нет? Если нет, то ответственность и наказание за них должны отличаться от карательной реакции на изнасилование. Если равнозначны, то ответственность и наказание за них должны содержаться в одной статье УК РФ.
  5. Отсутствие законодательно закрепленного в УК РФ определения «малолетнее лицо» следует считать упущением, поскольку малолетний возраст служит одной из причин признания беспомощного состояния потерпевшего (потерпевшей) от преступных посягательств сексуального характера, с чем соглашается и теория, и практика. Данный вопрос имеет принципиальное значение, так как даже при наличии невынужденного согласия малолетнего лица на половой контакт содеянное все равно признается изнасилованием или насильственным действием сексуального характера.

Как видно из содержания большинства предлагаемых в настоящем параграфе новаций, они не могут быть реализованы в рамках официального (судебного) и научного (доктринального) толкования. Требуется системная реконструкция не только норм об уголовной ответственности за половые преступления, но и всего УК РФ, включая его Общую часть. Эта фундаментальная задача может быть решена лишь в рамках новой кодификации российского уголовного законодательства.

Литература:

  1. Постановление Пленума Верховного суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16 «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности» // Бюллетень Верховного суда РФ. 2015. № 1.
  2. Бюллетень Верховного Суда РФ. 2015. № 1.
  3. Андреева Л. А., Ценгел С. Д. Квалификация изнасилований: учеб. пособие. СПб., 2004. С. 11–13; Красиков А. Н Преступления против личности: учеб. пособие. Саратов, 1999. С. 111–112 и др.
  4. См. подробнее: Дронова Т. Н., Милюков С. Ф. Неоконченное преступление // Уголовное право России. Общая часть / под. ред. Г. Л. Касторского, А. И. Чучаева. СПб.: МИЭП, 2009. С. 321.
Основные термины (генерируются автоматически): УК РФ, сексуального характера, действий сексуального характера, насильственных действий сексуального, «б» ч, действиям сексуального характера, Верховного суда РФ, статье УК РФ, Верховного Суда РФ, беспомощного состояния, беспомощного состояния потерпевшего, «б» ст, УК РСФСР, насильственных половых преступлений, Пленума Верховного, действиями сексуального характера, действия сексуального характера, диспозиции ч, способами сексуального характера, сексуального характера ч.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос