Автор: Кипшакбаева Акбота Мараткызы

Рубрика: 20. Международное право

Опубликовано в

V международная научная конференция «Актуальные проблемы права» (Москва, декабрь 2016)

Дата публикации: 06.12.2016

Статья просмотрена: 566 раз

Библиографическое описание:

Кипшакбаева А. М. Способы реализации и механизмы имплементации норм международного гуманитарного права [Текст] // Актуальные проблемы права: материалы V Междунар. науч. конф. (г. Москва, декабрь 2016 г.). — М.: Буки-Веди, 2016. — С. 181-187. — URL https://moluch.ru/conf/law/archive/224/11587/ (дата обращения: 12.12.2017).



Международная правовая практика государств характеризуется чрезвычайным разнообразием. Данная объективно существующая реальность, детерминированная стремительными темпами развития международного сотрудничества в условиях мирного взаимодействия, в первую очередь, связана с расширением круга субъектов международного правотворчества, обновлением и появлением все новых, и новых элементов в системе имплементационного процесса, а также многообразием, создаваемых акторами, международно-правовых норм. В результате чего происходит развитие и усложнение механизма международного правового регулирования. Во-первых, наблюдается расширение системы внутригосударственных органов власти, которые принимают непосредственное участие как в осуществлении международного правотворчества, так и в процессе имплементации международных стандартов во внутреннее законодательство; во вторых государства активно развивают свои взаимоотношения в создании новых и эффективных межгосударственных органов сотрудничества; в третьих несравненно растет роль многосторонних регуляторов международного общения в лице международных универсальных и региональных организаций. [1, с. 91-92]

Известный советский и российский юрист-международник И. И. Лукашук выделяет две ключевые фазы международного правового регулирования:

а. фаза правотворчества, которая охватывает процедуру осуществления международно-правовых установлений;

б. правоприменительная стадия, в которой реализуется процесс непосредственного осуществления норм.

И если исходить из того, что первостепенной целью международно-правового регулирования является создание прочного и стабильного режима международной законности и правопорядка, обеспечивающий атмосферу для всестороннего сотрудничества государств в условиях мирного сосуществования, вторая правоприменительная фаза международного правового регулирования, в свою очередь, рассматривается более сложным и заслуживающим особое внимание международным процессом, чем их принятие. [2, с. 134-136]

Экстраполируя вышесказанное можно прийти к выводу, что для реализации принципов и норм международного гуманитарного права необходим комплексный подход по выработке международных стандартов для контроля за их осуществлением на уровне мирового сообщества. На внутригосударственном уровне, необходимо принятие национальных нормативно-правовых актов, принимаемые в соответствии со стандартами международного гуманитарного права и требованиями контрольного механизма. Следовательно, данный механизм должен включать в себя, с одной стороны, совокупность институциональных мер, принимаемые органами исполнительной власти, для осуществления названных юридический актов, а с другой – меры законодательно характера.

На сегодняшний день осуществление положений международного гуманитарного права является центральной проблемой, как для международного, так и внутригосударственного права.

Главной целью всех систем юридических норм, независимо от уровня ее развития, является воздействие на общественную жизнь. Положения всех правовых систем должны находить свою реализацию в общественных отношениях, а также в деятельности людей и их организаций. Без данных условий существование правовых норм является лишь абстрактной возможностью к действительному поведению субъектов.

Без механизма действий реализации права, международная правовая норма, так же как и внутригосударственная норма, являясь лишь предписанием должного поведении, может представлять собой лишь фразу в тексте международного правового акта. Поэтому именно от действий государств и соответствующего механизма зависит взаимоотношения в международном сообществе, а также последствия уже возникших вооруженных конфликтов. [1, с. 92-94]

В связи с чем для реализации целей, заложенных в установлениях международного гуманитарного права, необходимо осуществление комплексных мер по содействию внедрения международных гуманитарных норм во внутреннее законодательство государств. Принятие подобных мер, возможно, лишь в рамках, закрепившегося в международной практике, механизма имплементации.

Данный механизм, получивший широкое распространение и развитие, как в международном гуманитарном праве, так и в международном праве в целом, на сегодняшний день, укоренился в международно-правовой практике.

По мнению Гавердовского, механизм имплементации является, создаваемая усилиями государств, целенаправленная деятельность организационно-правового характера, реализуемая государствами индивидуально, либо коллективно с иными субъектами, либо в рамках международных объединений. Ценность данной формулировки заключается в том, что имплементация рассматривается как деятельность, направленная на полную и всестороннюю реализацию международных обязательств.

Имплементация, являясь важным компонентом социальных процессов, выполняет функцию интеграции всех стран в единое мировое сообщество, характеризующееся наличием сходных, а порой и единых правовых ценностей, механизмов и идеалов правового регулирования.

Имплементация рассматривается не только как интеграция и взаимодействие принципов, и норм международного, и национального права, но и как форма, и способы взаимодействия, взаимовлияния правовых культур, а также сложившихся на сегодняшний день правовых семей.

Имплементационный механизм осуществляется в три основных уровня: международный уровень, межгосударственный и уровень связи правовых культур. На первом уровне имплементационные процессы связаны с ассимиляцией и заимствованием норм и принципов международного гуманитарного права, и носят, так называемый, однонаправленный характер. Второй уровень имплементационной деятельности ограничивается взаимодействием национальных законодательств, при этом он не носит системного характера. Имплементационная деятельность государств на третьем уровне характеризуется системным характером действий, являясь обоюдным процессом.

Именно данный уровень механизма имплементации является самым важным и надежным процессом, направленный на взаимодействия законодательных систем и правовых культур. В процессе имплементации норм права войны и элементов законодательных систем в национальное право отдельных государств осуществляется сближение, а порой и объединение правосознания узловых ценностей правовых культур различных государств.

По мнению итальянского юриста-международника Дионисио Анцилотти юридические нормы становятся частью правовой системы, приспосабливаясь к ней, что впоследствии расширяет либо ограничивает норму, меняя ее содержание. Изменение ее содержания приводит к возникновению нескольких значений одной и той же нормы. [3]

В международном праве имплементация является основополагающим механизмом при реализации государством международных предписаний в сфере международного гуманитарного права. Значимость данного правового процесса базируется на двух взаимосвязанных основаниях. В первую очередь, важное значение имплементационного процесса сопряжено с позицией универсальной законодательной юрисдикции. Правовая позиция указывает на важность имплементации международных гуманитарных обязательств в уголовную национально-правовую систему с целью верного определения уголовной ответственности лиц, а также необходимого применения конкретных мер наказания в отношении виновных лиц. В данном случае речь идёт о конкретных мерах наказания, не нашедшие своего закрепления ни в Женевских конвенциях 1949 г. ни в Дополнительном протоколе I. По этой причине на государства возлагается обязанность имплементации гуманитарных норм во внутреннее законодательство.

В этой связи во всех четырёх женевских конвенциях закреплена глава, содержащая нормы о пресечении злоупотреблений и нарушений МГП. Данная глава включает в себя положение о едином для всех государств обязательстве ввести в действие внутреннее законодательство, направленное на обеспечения эффективных мер уголовного наказания в отношении виновных лиц, совершивших либо приказавших совершить серьезные нарушения гуманитарных норм. (Ст. 49, 50, 129, 146 соответственно). На основании данных универсальных обязательств Международный Комитет Красного Креста рекомендует государствам создавать результативные меры на внутригосударственном уровне, которые полноценным образом смогут воспрещать и своевременно подавлять любые серьезные нарушения международных гуманитарных норм.

Вторым основанием обязательства государств внедрения гуманитарных норм в национальную систему права является её взаимосвязь с принципом комплементарности, изначально заложенный в основу деятельности Международного Уголовного Суда. Как указано в ст. 1 Статута Международного уголовного суда и в п. 10 Преамбулы внутренние органы судебной власти, являясь главными органами правосудия, характеризуются наличием первичной юрисдикции, тогда как функция МУС ограничена в дополнении национальных органов. Однако, государства принимая Статут Суда должны привести своё национальное законодательство в соответствии с его предписаниями. [4, с. 390-392]

Члены мирового сообщества обращаются к различным механизмам реализации своих международных обязательств, самостоятельно устанавливая порядок взаимодействия международной и национальной правовых систем, в силу своего суверенитета и внутреннего законодательства сами определяют статус международных договоров в национальной системе права, а также их место в иерархии нормативно-правовых актов внутреннего законодательства. Исполнение международных обязательств и договоров, в которых они закреплены зависит, в значительной мере, от того являются ли они самоисполнимыми, либо несамоисполнимыми. [5, с. 177]

Важно подчеркнуть близкую взаимосвязь способа определения мест международных договоров в национальной системе, механизма реализации гуманитарных норм во внутренней системе права, и также подхода к вопросам «самоисполнимости», «непосредственной применимости» норм международных гуманитарных соглашений. Порядок взаимодействия международных договоров и национального права, как правило, определяется этими тремя составляющими, которые непосредственно влияют на реализацию норм международного гуманитарного права в национальном законодательстве. [6, с. 97]

В практике стран маловажным является вопрос о том, входят ли международное и национальное право в одну правовую систему, первостепенным является вопрос о том, смогут ли государственные органы власти, включая органы, составляющие судебную систему, а также иные должностные лица, при разрешении конкретных дел ссылаться на, принятое государством, международное соглашение и международный обычай. А также еще важнее является выявление места принятой международной нормы, определения наличия его приоритета, который указывает на необходимость его применения в случае возникновения коллизий с нормами национального права.

Государства, характеризуясь в качестве независимых субъектов международного сообщества, определяют порядок включения международных обязательств в национальную систему независимо от иных субъектов. Вопросы, связанные с внутригосударственной имплементационной деятельностью, рассматривается компетенцией государств, определяемая ее внутренней системой права. [5, с. 178]

В международно-правовой науке по установлениям правореализующих действий норм международного гуманитарного права выделяют четыре формы имплементации. Это исполнение, соблюдение, использование и применение.

При такой форме имплементации, как исполнение, предполагаются конкретные обязанности субъектов, связанные с определенными действиями. Исполнение сопряжено с активной деятельностью государств по осуществлению правовых норм. Особенностью данной формы имплементации является то, что независимо от желания и интересов государства, оно должно осуществлять активные действия, предусмотренные нормами международного гуманитарного права. Для реализации возложенных на государство юридических обязанностей необходимо осуществление активных действий со стороны субъектов. Как правило, исполнение норм международного гуманитарного права требует отмены существующих внутригосударственных норм, либо принятия новых предписаний в нормативно-правовые акты государства.

Соблюдение, как форма имплементации, реализуется воздержанием субъектами совершения неправомерных действий, запрещенных нормами договоров. Таким образом, данная форма имплементации осуществляется с помощью ряда, так называемых, норм-запретов, содержащихся в международных соглашениях. Это форма реализации права, при которой субъекты, воздерживаясь от запрещенных действий, строго следуют установленным запретам. Соблюдение играет важную роль для имплементации, так называемых, запрещающих норм и заключается в реализации субъектами своих юридических обязанностей посредством отказа выполнения определенных действий. Так, международное гуманитарное право имеет целый ряд норм, запрещающих применение в отношении государств таких контрмер, как репрессалии. Например, в соответствии с нормами права войны запрещено применение репрессалий в отношении всех категорий жертв войны, всех больных, раненных, интернированных и военнопленных. Более того, запрещено применение репрессалий в отношении гражданского населения, в отношении зданий и другого имущества. Статья 3, являющаяся общей для всех Женевских конвенций 1949 г., воспрещает посягательство на жизнь, а также устанавливает запрет на убийства, различного рода увечья, пытки и иное жестокое обращение. Для реализации данных норм необходимо лишь бездействие, то есть пассивность субъектов.

Использование является формой, отличающееся от иных форм имплементации реализацией, так называемых, уполномочивающих норм. В отличие от вышеуказанных форм, использование не предполагает жестких предписаний конкретного поведения. Данная форма имплементации основана на совершении субъектами действий, дозволенных нормами международного гуманитарного права. В данном случае государства реализуют возможности, предоставленные ему юридическими нормами. Например, нормами Женевских конвенций предусмотрено, что конфликтующие государства могут ратифицировать часть либо весь текст остальных положений конвенций путем принятия специальных соглашений.

Таким образом, использование это беспрепятственная реализация определенной последовательности мер, осуществляемых в условиях не нарушения прав, составляющие правовой статус отдельного субъекта. При данной форме имплементации реализуются нормы-предписания, путем установления нового правого имплементационного акта.

Применение является особенной и незаменимой формой имплементации норм права войны. Данная форма направлена на осуществление международного гуманитарного права: с одной стороны защиту права и ее охрану от возможных нарушений, а с другой – выполнения положений международно-правовых норм, которое осуществляется их принятием, уполномоченными на то органами. Так применение рассматривается формой, связанное с реализацией властных полномочий при разрешении, возникших на основе юридических норм, конкретных вопросов.

Отличительной особенностью данной формы имплементации является то, что она рассматривается как правоприменительная деятельность, в ходе которой уполномоченные государственные органы обеспечивают и контролируют соблюдение гуманитарных норм.

Процесс приведения в действие принципов международного гуманитарного права включает, соответствующую требованиям норм, непосредственную фактическую деятельность, направленную на достижение организационного и правового обеспечения этой деятельности, а также социально значимого результата. Для полного и всестороннего осуществления норм данной отрасли необходимы дополнительные организационные и правовые меры со стороны ее субъектов. Субъекты, которым адресованы нормы данной правовой системы, как правило, должны действовать в соответствии с ее положениями, избегая их нарушений.

Исходя из вышесказанного, механизм имплементации рассматривается как организационно–правовая деятельность государств, которая реализуется совместно с иными субъектами на международном уровне или самостоятельно на внутригосударственном уровне. С целью своевременного и всестороннего претворения в жизнь предписаний международных соглашений, принятые в соответствии с международно-правовыми обязательствами, государства осуществляют деятельность по защите жертв войны в рамках международных организаций, либо международными, специально создаваемыми, механизмами.

Необходимость имплементации норм международного гуманитарного права детерминирована самостоятельностью национального права и международного, а также обусловлена самостоятельностью их юрисдикционного пространства. В каждом юрисдикционном пространстве имеется свой механизм, производный от природы общего и национального права. Вследствие чего, принципы международного гуманитарного права не могут существовать без соответствующего принятия, а также нормативного акта, закрепляющего обязательность международной нормы для государства.

Интеграция норм осуществляется путем факультативной и обязательной рецепции гуманитарных норм во внутреннюю правовую систему государства. Понятия факультативной и обязательной рецепции не идентичны, однако в обоих случаях государства в силу своего суверенитета характеризуется в роли субъекта управомоченного самостоятельно выбирать правовые способы имплементации. Однако на практике свобода выбора государств является лишь формальной, на самом деле, подталкивающая субъектов к избранию наиболее приемлемых способов имплементации: способ трансформации, инкорпорации, отсылки, либо сочетание нескольких форм.

Данные виды имплементации наряду с ратификацией реализуется через принятие соответствующего закона, также указанные формы могут быть реализованы принятием административных актов.

Инкорпорация, являясь способом имплементации, применяется, как правило, в случаях, если рецепция международно-правовых норм невозможна, либо осложнена при отсутствии аналогичных и стандартизованных норм национального права, выработанных участниками международного сообщества на основе договора. При данной форме имплементации в национальную систему права включаются нормы и положения, идентичные с предписаниями соответствующего международного договора. Причем в большинстве случаев содержание и формы указанных международно-правовых актов остаются неизменными, не смотря на законодательную силу во внутренней системе права государства.

Инкорпорация, как правовой способ исполнения норм международного гуманитарного права, реализуется посредством принятия и издания правовых актов уполномоченными на то глав ведомств и различных министерств.

Вторая форма имплементации норм международного гуманитарного права это отсылка. Выделяют три ее вида: общая, частичная и конкретная отсылка. Общая отсылка – это способ имплементации, при котором устанавливается внутригосударственная норма, направляющая ко всему международному праву, частичная — к определенной правовой системе (например, к международным гуманитарному праву), а конкретная отсылка – способ, при котором формируется внутригосударственная норма, отсылающая к точной норме международного акта.

Виды общей и частичной отсылки направлены на установление бланкетных норм, отсылающие к международной системе права в целом или определенной части международных актов в случае невозможности технического воспроизведения нормы права, либо в случаях, когда отсутствует необходимость её воспроизведения из-за большого количества международно-правовых соглашений, регулирующие те или иные правоотношения. Преимуществом отсылочного способа имплементации гуманитарных норм является отсутствие необходимости заключения дополнительных правовых актов в случаях дополнений либо внесений изменений в принятые государством международные пакты и конвенции, либо в случаях установления участия государства в новом соглашении.

И наконец, третья форма восприятия предписаний международных гуманитарных норм национальным законодательством государств является трансформация.

Трансформация как способ имплементации актов не характеризуется наличием особых и специальных процедур рецепции права. В связи с этим некоторыми учеными, такими как И. П. Блищенко, Е.Т. Усенко и В. Г. Буткевич была вызвана позиция, что актами трансформации международно-правовых норм во внутригосударственную систему права является ратификация, а также опубликование, принятых государством международных конвенций и соглашений. Однако многие ученые не разделяют данную позицию, указывая на невозможности, с точки зрения международного нормотворчества, соединять и идентифицировать эти несовместимые правовые реальности.

Важно помнить, что имплементация рассматривается в первую очередь в качестве одной из стадий принятия и заключения международных договоров, являющаяся актом утверждения верховной властью государства надлежащим образом подписанного договора. [1, с. 81-86]

В Венской Конвенции о праве международных договоров, принятой в марте 1986 года, ратификация рассматривается в качестве акта, посредством которого государство выражает свое официальное согласие на обязательность принятого им международного соглашения. [7]

Акт ратификации связан с признанием международного договора государством как субъекта международного права, но не отдельными ее индивидами или органами власти. Ратифицировавшее соглашение государство обязуется исполнить прописанные в нем постановления, однако то каким образом будет реализовано соглашение, на какие должностные лица и органы будет возложена эта обязанность, государство устанавливает принятием дополнительных нормативных актов. Так ратификация рассматривается в качестве одной из стадий процесса заключения международного договора, тогда как трансформация рассматривается формой имплементационного процесса международных договоров в правовую систему отдельных стран. [1, с. 86-87].

Имплементация актов в международном гуманитарном праве, как правило, является выражением государственной воли субъектов. Однако, в вопросах восприятия или отказа от международных постановлений, государство не может характеризовать себя в качестве субъекта с абсолютной свободой воли. Государства-участники мирового сообщества должны предпринимать определенные меры в реализации имплементационной деятельности, но принимаются данные меры по усмотрению самих акторов. Подобную рецепцию правовых норм в международном праве условно определяют как факультативную.

Наряду с факультативными мерами международные договоры предусматривают обязательные меры правого характера, реализуемые при осуществлении имплементации. К таковым относятся:

а. внесение соответствующих изменений и поправок в национальное законодательство;

б. принятие, а также издание новых законодательных актов с целью исполнения условий, подписанного государством, договора. [1, с. 80-81]

В качестве примера можно привести ст. 5 Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказание за него. Данная статья устанавливает важность проведения, мер государства по принятию необходимого законодательства в соответствии со своей конституционной процедурой в целях применения в отношении виновных лиц эффективных мер наказания. [8]

Также такие меры предусмотрены ст. 4 Международной Конвенции о пресечении обращения порнографических изданий и торговли ими 1910 г. В соответствии с данной статьей государства – участники, внутреннее законодательство которых не готово к эффективной реализации положений данной Конвенции, обязуются предпринять необходимые в этом отношении меры. [9]

в. меры, связанные с принятием соответствующих средств внутригосударственного порядка. Подобная мера предусмотрена в ст. 2 Конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации. [1, с. 80]

В положении конвенции указана должность государств-участников принимать конкретные, требующиеся меры, должного развития и правовой защиты всех, без исключения, расовых групп в экономической, социальной, культурной и других сферах правотворчества. При этом принимаемые государствами меры не должны привести к неравенству либо нарушению прав различных расовых групп. [10]

г. издание административных актов, направленных на регулирование определенных вопросов. Подобная мера предусмотрена в ст. 7 Конвенции о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта 1954 г.

Статья данной Конвенции устанавливает обязанность государств – участников ввести в систему законодательной базы соответствующие уставы и инструкции, положения которых обеспечит уважительное отношение к культурным ценностям всех народов и наций.

Также ст. 7 Конвенции о защите культурных ценностей устанавливает обязанность государств создать и подготовить, еще до возникновения вооруженных конфликтов, уполномоченный персонал и специальные службы своих вооруженных сил, кому будет поручено следить за тем, чтобы уважались все культурные ценности, а также сотрудничать и взаимодействовать с иными гражданскими властями, в обязанность которых будет включена охрана этих ценностей. [11]

д. мера обеспечения применения наказаний и санкций в случаях уклонения от положений договора, которое указано в ст. 2 и ст. 12 Конвенции об охране подводных телеграфных кабелей 1884 г.

Так в ст. 2 Конвенции об охране подводных телеграфных кабелей указано, что необходимо соблюдать меры предосторожности во избежание неблагоприятных последствий. В противном случае при умышленном вреде либо, так называемой преступной оплошности, лица, совершившие, их подлежат наказанию.

В ст. 12 указана также обязанность Договаривающихся сторон, путем принятия соответствующих законодательных установлений, осуществлять все необходимые меры для наказания лиц, виновных в несоблюдении и отступлении от утвержденных данной Конвенцией, постановлений. [12]

е. е. меры направленные на отмену законов и иных нормативно-правовых актов, противоречащие положениям договора. [1, с. 80]

Указанные действия приняты в положении Конвенции о борьбе с дискриминацией в области образования 1960 г.

Ст. 3 Конвенции о борьбе с дискриминацией в области образования утверждает обязанность государства в целях предупреждения и ликвидации дискриминации в области образования отменить все законодательные и административные правовые акты, которые каким-либо образом ограничивают права в данной сфере, а также в случаях необходимости в законодательном порядке принять меры, направленные на устранения возникших дискриминаций. [13]

Таким образом, имплементация норм международного гуманитарного права является сложным, а также многомерным явлением, реализующее внедрение международных обязательств во внутреннюю систему права государства. Так, деятельность обеспечения имплементации гуманитарных предписаний связана с координацией уполномоченных органов власти в данной сфере. Механизм имплементации связан с преобразованием и приспособлением норм одной правовой системы к другой. Преобразование норм воспринятых из другого правопорядка правил имеет своим следствием:

а. переход из международной правовой системы в национальную, в первую очередь, связан с изменениями содержания правового предписания;

б. происходит изменение формальной силы имплементированных норм, которое будет зависеть от принципов нового правопорядка;

в. а также появления нового круга дестинаторов, которыми становятся субъекты нового правопорядка.

Литература:

  1. Гавepдовский А. С. Имплементация норм международного права. — 4-е изд. — 1980: Киев: «Вища школа», 1980. — 318 с.
  2. Лукашук И. И. Международное право. Общая часть. – 3-е изд. – Москва: Волтерс Клувер, 2005. – 432 с.
  3. Анцилотти Д., пер. с итал. Саккети А. Л., Фабрикова Э. М.; Под ред. Д. Б. Левина. Курс международного права. Том 1. – Москва: ИЛ, 1961. – 457 с.
  4. Бринчук М. М., Воронина Н.А., Карташкин В. А., Колесова Н.С., Колотова Н.В., Ледях И. А., Лукашева Е. А., Лунеев В. В., Наумов А. В., Отв. ред.: Лукашева Е. А. Права человека и процессы глобализации современного мира. – Москва: Норма, 2007. – 464 с.
  5. Осминин Б. И. Заключение и имплементация международных договоров и внутригосударственное право. - Москва: Инфотропик Медиа, 2010. – 383 с.
  6. Ковалев А. А., Черниченко С. В. Международное право: Учебник. – 3-е изд. – Москва: Омега-Л, 2008. – 832 с.
  7. Венская конвенция о праве договоров между государствами и международными организациями или между международными организациями // Официальный сайт ООН. URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conv_internlaw.shtml (дата обращения: 10.10.2016).
  8. Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него // Официальный сайт ООН. URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/genocide.shtml (дата обращения: 10.10.2016).
  9. Международная конвенция о пресечении обращения порнографических изданий и торговли ими // Официальный сайт информационной системы Параграф. URL: http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=1010741 (дата обращения: 17.10.2016).
  10. Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации // Официальный сайт ООН. URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/raceconv.shtml (дата обращения: 17.10.2016).
  11. Конвенция о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта // Официальный сайт Международного Комитета Красного Креста. URL: https://www.icrc.org/rus/resources/documents/misc/treaties-cultural-properties-140554.htm (дата обращения: 27.10.2016).
  12. Конвенции об охране подводных телеграфных кабелей // Официальный сайт правового департамента МИД России. URL: http://archive.mid.ru/bdomp/spm_md.nsf/0/CCBF39F4E6061228C3257D8D002DE696 (дата обращения: 06.11.2016).
  13. Конвенция о борьбе с дискриминацией в области образования // Официальный сайт ООН. URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/educat.shtml (дата обращения: 06.11.2016).
Основные термины (генерируются автоматически): международного гуманитарного права, норм международного гуманитарного, гуманитарных норм, имплементации норм, имплементации норм международного, международно-правовых норм, международных гуманитарных норм, национального права, имплементации норм права, международных договоров, международного правового, имплементации гуманитарных норм, норм права войны, международного правового регулирования, нормами международного гуманитарного, принципов международного гуманитарного, осуществления норм, системе права, внутреннее законодательство, международных обязательств.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос