Автор: Тамбовцева Ольга Владимировна

Рубрика: История

Опубликовано в Молодой учёный №8 (8) август 2009 г.

Статья просмотрена: 45 раз

Библиографическое описание:

Тамбовцева О. В. Письма А.П. Бахрушина к А.К. Жизневскому как источник по истории благотворительности // Молодой ученый. — 2009. — №8. — С. 117-121.

       Купеческая семья Бахрушиных – одна из наиболее известных семей в истории российской благотворительности, ее члены проявили себя истинными благотворителями. Большинство членов этого семейства активно и успешно занимались творческой и научной деятельностью, коллекционированием, совмещая при этом благотворительную деятельность с меценатством. На сегодняшний день наиболее значимым «памятником» деятельности Бахрушиных является Театральный музей имени А.А. Бахрушина. Их можно рассматривать как «интеллигенцию» купеческого  сословия, активно занимающуюся не только предпринимательством, но и общественной жизнью, наукой, творчеством. Большинство членов семьи Бахрушиных были людьми  многогранными, интеллектуально развитыми, обладали богатым внутренним миром, что и отразилось в созданных ими документах.

            Источники личного происхождения могут полно осветить ту или иную личность, ее мироощущение, стремления, жизненные ценности, мотивы ее поступков. Документы личного происхождения - собирательное наименование совокупности письменных источников, созданных в частном порядке с целью самовыражения, самоосознания, самоутверждения личности автора. Традиционно к источникам личного происхождения относят личные письма и дневники, мемуары.  Любой документ личного происхождения содержит непосредственную информацию - о его творце и опосредованную - об описываемых событиях. Особенности конкретных источников данного вида обусловлены индивидуальностью их создателей. Социальное происхождение автора, его воспитание и общественное положение, профессия, жизненный опыт, мировоззрение, пол, возраст, характер, самочувствие, настроение, множество других факторов и обстоятельств влияют на содержание, достоверность, полноту и точность его записей. [1, c.394]

Содержание документов личного происхождения  полифонично, автор может оставить в них свидетельства, значимые для изучения разных тем. Именно этим, возможно, объясняется и отсутствие единой общепринятой классификации данного вида письменных источников. Наибольшее распространение получила группировка по двум признакам: преобладающего тематико-хронологического содержания и социально-профессиональной принадлежности автора. Такое деление во многом условно, но оно позволяет сфокусировать внимание на основном содержании источника и выделить то особенное, что характеризует позицию автора по отношению к описываемым событиям. [3, c. 395]

             Личные письма имеют много общего с другими источниками личного происхождения. Они создаются в ходе самих событий или под свежим впечатлением от них, вследствие чего в письмах значительно меньше неточностей, вызванных ошибками памяти или эволюцией взглядов автора, чем в мемуарах. Они несут печать злободневности, страстности, обостренного эмоционального восприятия, что требует от исследователя большой осторожности при работе с этими источниками, знания и учета психологического настроя автора и окружающей его обстановки в момент создания письма.[1] Частная личная переписка, собрания писем, написанных и полученных кем-либо, являются высокоценными историческими источниками при изучении истории России. Письма частной переписки написаны всегда в порядке личных связей и письменных сношений отдельных лиц между собой.[3, c. 359]

            Особенности эпистолярных источников во многом объясняются наличием адресата, современника автора, который часто сам являлся участником или очевидцем событий и фактов, составляющих сюжет переписки. Именно это в определенной степени сдерживает и полет фантазии автора письма, и желание порисоваться или оттенить свою роль в событиях.[3, c. 395] Памятники частной переписки чрезвычайно разнообразны, индивидуальны и субъективны, содержание их, как уже отмечалось, отличается полифоничностью. В письмах перемежаются известия важные и неважные, существенные для историка и незначительные.

     Частное письмо - это письменное обращение автора к определенному адресату. Такое обращение, как правило, предполагает ответ корреспондента. Возникает переписка, которая выполняет функцию заочного личного общения.[1, c. 405]. Устойчивыми формальными элементами частного письма являются: указание адресата, даты и места написания, обращение к адресату, подпись автора. Содержание частного письма не регламентируется; в нем могут быть затронуты любые общественные и личные вопросы, представляющие интерес для обоих корреспондентов. [1, c. 405]

    Частная переписка является существенным   источником  для историка. Особые общественные условия в разное время придают ей разный характер и значение. Есть исторические периоды и группы вопросов, для которых переписка является одним из основных источников. Часто письмо служило не только средством связи, но и средством ознакомления с жизнью, заменяющим регулярную прессу.[2, c. 144]

    Известные слова Бюффона - "Стиль - это человек" - с наибольшими основаниями следует отнести к частным письмам. [3, c. 359] Именно в письмах часто и личность автора и его дела, его отношения с окружающими рисуются правдивее, чем в других источниках личного происхождения. Один и тот же человек по-разному пишет различным корреспондентам, приспосабливая свое сообщение к интересам, вкусам, образовательному и социальному уровню адресата, однако во всех этих документах есть и общие черты авторской личности[1, c. 406]. Наличие определенного адресата накладывает отпечаток на весь тон и стиль письма.

    Многообразное содержание частной переписки трудно подчинить какой-либо систематизации, установить четкую классификацию. Часто выделяются на основе формы и содержания такие группы писем: деловое письмо; дружеское письмо; письмо, использующее канцелярский стиль; письмо с ориентацией на прослойку интеллигенции. Можно говорить о письмах с преобладающим политическим, литературным, бытовым материалом. Однако подобные наблюдения не являются строго научной классификацией, чаще всего они призваны решать задачи конкретного исследования. [3, c. 360]

            Частная переписка наиболее непосредственно по сравнению с другими разновидностями документов личного происхождения отражает взаимоотношения людей. Для историка она  важна также ненамеренными свидетельствами об интересах и занятиях корреспондентов. [1, c. 409] В среде образованного дворянства, особенно в кругу людей, прикосновенных к литературе, журналистике, науке, политике, ведение более или менее обширной и постоянной переписки в России с конца XVIII века стало делом обязательным, у многих - излюбленным занятием. Поэтому некоторые участники дружеской переписки тщательно отмечали каждое отправляемое и получаемое письмо, метили их порядковыми номерами, заботливо сохраняли. Развитию частной интеллектуально-эмоциональной  переписки между образованными, интеллигентными людьми сильно содействовало возраставшее желание получения по возможности наиболее скорой и верной информации обо всех новых явлениях текущей политической, общественной, литературной жизни. [3, c.361]

   Углубленный  анализ данной разновидности источников личного происхождения позволяет выявить заложенную в них информацию по теме исследования, объективно оценить степень ее полноты и достоверности и использовать ее в рамках конкретного исследования. При изучении частной переписки важно установить личность автора, степень его осведомленности об описываемых событиях, время написания источника, его целевое назначения. Для проверки фактической достоверности и авторской интерпретации сообщаемой информации важно сопоставить ее с другими источниками.

             Использованные в исследовании частные письма относятся ко второй половине XIX века, поэтому все особенности этой разновидности источников личного происхождения будут рассмотрены применительно к данному времени. В Тверском Государственном Объединенном музее в фонде А.К. Жизневского было выявлено 9 частных писем Алексея Петровича Бахрушина (1853-1904) к Августу Казимировичу Жизневскому (?-1896), председателю Тверской Ученой Архивной комиссии [5, л. 1-12]. 

            Письма представляют собой текст - рукопись, написанную рукой автора – А.П.Бахрушина. Они находятся в хорошей сохранности, текст ясно читается, хотя почерк отличается индивидуальными особенностями. Письма датированы автором, из помет на страницах ясно, что они относятся к 1885, 1886, 1891 и 1893 годам. Все письма отправлены из Москвы, из дома на Кожевниках, где и проживал автор, об этом свидетельствует адрес на сохранившихся конвертах писем. 

            Из содержания писем видно, что А.П.Бахрушин в течение длительного времени сотрудничал с А.К. Жизневским, охотно общался с ним по поводу собирания своей коллекции, уважал его как общественного деятеля и как знатока антиквариата. Об этом свидетельствуют как вежливые формы обращения в начале письма, так и подписи в конце. Письма невелики по объему, написаны на двух сторонах листов. Они содержат сведения о знакомстве А.П.Бахрушина с коллекцией Тверского губернского музея. Подробно описаны факты передачи Алексеем Петровичем в дар музею отдельных экспонатов, представляющих интерес для А.К. Жизневского. 

            Алексей Петрович Бахрушин окончил частный пансион Э.Х. Репмана и с 1870-х годов занимался коммерческой деятельностью: был одним из совладельцев фирмы «Товарищество кожевенной и суконной мануфактуры А. Бахрушин и сыновья». [4, c.43] А.П.Бахрушина можно назвать одним из самых известных отечественных коллекционеров – он был страстным библиофилом и  собирателем произведений русского искусства. Его знание книг было поразительно. Первые приобретения им были сделаны в 1878 году, с тех пор его часто можно было видеть на московском Сухаревском рынке в ряду антикваров.     Собрание А.П. Бахрушина, помимо редких книг, включало в себя медали, миниатюры на кости, гравюры, литографии, рисунки, фарфор, стекло и майолику. Этот перечень можно продолжить, в его коллекции встречалось древнерусское шитье, изделия из бисера, иконы, картины, рисунки карандашом, пером, гуашью, акварелью. В коллекцию входили также изделия из бронзы: маска Петра Великого, бюст Петра I работы ?? Опекушина, ампирные вазы, канделябры, из фарфора. Привлекали его и рисованные народные картинки, лубок: «Душа чистая», «Райская птица Алконост», «Древо разума».  [4, c.44]

            Как и другие члены семейства Бахрушиных Алексей Петрович занимался благотворительностью Благотворительная деятельность А.П.Бахрушина имела разные формы, помимо прочего она заключалась и в  помощи провинциальным музеям. В данном случае речь пойдет о его связях с Тверским краеведческим музеем (ныне – Тверской государственный объединенный музей). Музей был открыт 9 августа 1866 г. в Твери при Тверском губернском статистическом комитете и располагался в здании Тверской мужской гимназии, а с 1897 г. - в левом крыле Путевого дворца. Большую роль в становлении музея и пополнении его коллекций сыграла Тверская ученая архивная комиссия, председателем которой был А.К. Жизневский. Он же в 1872 - 1896 гг. был хранителем музея. [6, с. 268]  Август Казимирович Жизневский – любитель истории, краевед, один из основателей музейного и архивного дела в Тверской губернии, почетный гражданин Твери. Под его руководством было собрано свыше 7000 рукописей, около 9000 предметов старины, по его инициативе были впервые проведены работы по реставрации памятников архитектуры XIV-XVII вв. в Тверской губернии. [6, с. 99]

            Письма А.П.Бахрушина А.К. Жизневскому позволяют рассмотреть одну из форм благотворительной деятельности представителя семьи Бахрушиных. Переписка двух любителей старины и коллекционеров является свидетельством стремления А.П.Бахрушина к широкому знакомству с собраниями предметов старины в провинции, показывает его желание помогать провинциальному музею. Содержание писем позволяет определить направления деятельности А.П.Бахрушина как коллекционера, в частности его интерес к археологии, которая только начинала свои первые шаги в науке.

     В первом из сохранившихся писем (возможно, это и первое письмо Бахрушина к этому корреспонденту) Алексей Петрович просит выслать каталог вещей, которые находятся в Тверском музее, организатором которого был, как уже упоминалось, А.К. Жизневский. [5, л. 1]Это свидетельствует о интересе Бахрушина к составу музейной коллекции. Помимо этого, он выявляет в своей коллекции те вещи, которые  можно выслать в дар Тверскому музею. В одном из писем от 28 ноября 1885 г. зафиксирован  факт передачи в музей предметов из коллекции Бахрушина. Это тридцать древних русских серебряных монет, а также крест. [5, л. 3]

       Попытаемся объяснить эти действия с точки зрения истории благотворительности. Можно ли их отнести к благотворительной деятельности? Само понятие «благотворительность» в гуманитарных исследованиях не имеет однозначного определения, содержание его неоднозначно. Непонимание и разногласия присутствуют даже на уровне базовых понятий. Часто происходит взаимная подмена терминов «благотворительность», «меценатство», «спонсорство». Сложность, прежде всего, состоит в учете форм благотворительной деятельности, так как зачастую благотворительность анонимна и скрыта от общества, а также в определении мотивации лиц, собирающихся передать свои средства кому-либо, более частыми становятся случаи мнимой безвозмездности.

Вернемся к деятельности А.П. Бахрушина. О благотворительности неоспоримо свидетельствует та мотивация, которую определяет сам автор: искренне сочувствуя развитию отечественных музеев, тем более провинциальных, он стремится оказать им реальную и безвозмездную помощь [5, л. 3]. Об элементе меценатства в его действиях свидетельствует то, что Бахрушин просит сохранить его ярлык, расположенный на кресте с сообщением, откуда появилась эта вещь в музее. Таким образом, нарушается принцип анонимности. Однако это не является определяющим условием дарения: решение о ярлыке Бахрушин передает на волю самого А.К.Жизневского. [5, л. 3] Просьба о сохранение ярлыка может быть расценена не как акт «саморекламы», а как подтверждение желания дальнейшего сотрудничества. Соблюдается и принцип безвозмездности – Бахрушин не просит взамен подарка какие-либо другие экспонаты. В поступке Бахрушина можно видеть и пример служения всему обществу – передача экспоната в публичный музей, оказание помощи совершенно незнакомым людям. Таким образом, данный пример может быть отнесен к благотворительности, при возможном несоблюдении принципа анонимности. Причем данная деятельность относиться к личной благотворительности.

     В другом письме -  от 21 января 1886 г.-  Алексей Петрович предлагает Тверскому музею портрет отца Святого Дмитрия Ростовского, принадлежащий  кисти некоего сотника Туптаева. Вероятнее всего, данный портрет он выменял на какие-то рукописи у Андрея Александровича Титова, такого же собирателя и коллекционера. [5, л. 4]  Неизвестно, состоялась ли передача, так как в письме об этом ничего не говориться, на само предложение может служить примером благотворительности.

            В следующем письме, от 4 ноября 1891 г., речь идет о другом произведении живописи, которое приносит в дар Тверскому музею Бахрушин. Это шелковый тканевый портрет, выполненный в два цвета, государя-наследника цесаревича Александра Александровича (будущего императора Александра Ш) с супругой Марией Федоровной и великим князем Николаем Александровичем, исполненный Иваном Карочкиным, по-видимому, крестьянином-самоучкой,  в 1877 г. [5, л. 5] Мотивация поступка Бахрушина в данном случае отмечается в письме - картина приносится в дар, как «дань благодарности А.К. Жизневскому и уважения и сочувствия к Тверскому музею». [5, л. 6] В этом случае можно говорить о полном соблюдении принципа анонимности, так как на картине отсутствуют ярлыки, позволяющие отнести ее  к подарку Бахрушина. Вероятнее всего, Тверской музей с радостью воспринял данный дар, что говорит и об определенном уровне коллекций провинциальных музеев вообще, и конкретно Тверского. Здесь речь также не идет об обмене вещами.

            Очевидно, интерес и связи А.П.Бахрушина с провинциальными музеями объясняются не только благотворительными целями, но и возможностью пополнить свою коллекцию новыми экспонатами. Так, в одном из писем к Жизневскому Бахрушин заявляет о своем желании иметь в своей коллекции гальванопластический барельеф, который он обнаружил в каталоге Тверского музея – по просьбе Бахрушина Жизневский прислал ему каталог. Но речь здесь не идет об обмене или желании получить барельеф в  благодарность за свои подарки. За барельеф он предлагает определенную цену - 100 рублей.[5, л. 6] Таким образом, в данном случае речь идет об обычном коллекционировании. Такую оценку подтверждает и последующее письмо Бахрушина от 11 июня 1891 г. в котором Алексей Петрович благодарит Жизневского за какую-то присланную им вещь. Именно здесь он упоминает, что ни того, ни другого он не требовал и объясняет подарок «бесконечной добротой Августа Казимировича». [5, л. 7]

            Помимо обсуждения вопросов дарения экспонатов в письмах А.П.Бахрушин дает практические советы  по организации экспозиции музея, по расположению ранее посланных им картин в рамах, что говорит о нем как об истинном знатоке своего дела и настоящем ценителе произведений искусства.

            Таким образом, сведения о связях А.П.Бахрушина с Тверским краеведческим музеем, информация о которых содержится в его письмах, позволяют рассматривать его действия как проявление благотворительности, поскольку они характеризуются полной безвозмездностью и направлены на общественное благо. Об этом также говорит тот факт, что если Алексей Петрович и просит своего корреспондента о каком-то одолжении, то непосредственно оговаривает, что это не связано с его дарами музею. Так в очередном письме от 23 июня 1891 г. он просит прислать ему фотографии редких экспонатов из Тверского музея - меча и петушиной головы, заказать которые он просит за его счет. [5, л. 10] И, действительно, он выполняет свои обязательства, высылая через месяц Жизневскому 2 рубля за фотографии. [5, л. 11] Эта просьба стоит особняком в его благотворительных отношениях с музеем – больше о подобных одолжениях в письмах не упоминалось.

            Можно видеть, что в данном случае представлен тот случай, когда благотворительность идет параллельно с коллекционированием древностей, а также произведений искусства, что придает первой социокультурный характер. В данном случае одна деятельность способствует другой.

Можно сделать вывод, что действия А.П.Бахрушина, как и других членов этого семейства, несмотря на различные формы и объекты направленности, являются благотворительностью, причем с чертами не всегда характерными для конца XIX века. Это объясняется как личностными качествами членов семьи Бахрушиных, их интересами и пристрастиями, так и историей самой семьи, в которой деятельность на благо всего общества и отдельных его членов всегда занимала особое место.

 

 

 

 

Литература

1.      Голиков А.Г., Круглова Т.А. Источниковедение отечественной истории. - М: "Российская политическая энциклопедия", 2000.

2.      Источниковедение истории СССР. XIVв. до н. 90-х гг. XIX в.- М, 1940. - Т. II.

3.      Источниковедение истории СССР. XIX - н.XX. вв - М:"Изд-во Московского ун-та", 1970.

4.      Полунина Н., Фролов А. Коллекционеры старой Москвы: Биографический словарь. - М., 1997.

5.      Письма Бахрушина А.П. к Жизневскому А.К. - ТГОМ. Ф.6. Оп. 1 Д.28. Л. 1-12.

6.      Энциклопедический справочник. Тверская область. - Тверь, 1994. - С. 268.

 

 

 

 

 



 

Основные термины (генерируются автоматически): личного происхождения, Алексей Петрович, частной переписки, письмо Бахрушина, дар Тверскому музею, источников личного происхождения, разновидности источников личного, Похожая статья, Письма Бахрушина А.П, первое письмо Бахрушина, семьи Бахрушиных, последующее письмо Бахрушина, Тверским краеведческим музеем, Алексея Петровича Бахрушина, членов семьи Бахрушиных, просьбе Бахрушина Жизневский, Мотивация поступка Бахрушина, Письма А.П.Бахрушина А.К, коллекции Бахрушина, интересе Бахрушина.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос