Гармоничное и всестороннее развитие детей, формирование правильных нравственных начал в поведении несовершеннолетних является важной вехой становления и существования социального государства.

Для достижения конкретных целей и задач, стоящих перед государством, определения правильного вектора развития той или иной сферы жизнедеятельности общества, в Российской Федерации существует понятие государственной политики.

В 2020 году был принят Закон Российской Федерации, касающийся внесения изменений в основной закон нашей страны. Согласно анализу указанного нормативно-правового акта, можно отметить, что одним из приоритетных направлений государственной политики Российской Федерации стали дети, их духовное, нравственное и физическое развитие [3].

Успешная реализация национальной политики в сфере защиты детства неразрывна связана с институтом профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.

В настоящий момент основным законом, регулирующим отношения, складывающиеся в сфере превентивной работы, является Федеральный закон «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних».

Согласно легальной дефиниции, профилактика безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних — это система социальных, правовых, педагогических и иных мер, направленных на выявление и устранение причин и условий, способствующих безнадзорности, беспризорности, правонарушениям и антиобщественным действиям несовершеннолетних, осуществляемых в совокупности с индивидуальной профилактической работой с несовершеннолетними и семьями, находящимися в социально опасном положении [7].

Под антиобщественными действиями законодатель установил открытый перечень действий и отнес к ним систематическое употребление наркотических средств, психотропных и (или) одурманивающих веществ, алкогольной и спиртосодержащей продукции, занятие проституцией, бродяжничеством или попрошайничеством, а также иные действия, нарушающие права и законные интересы других лиц.

Несмотря на достаточно широкий и понятный перечень антиобщественных действий несовершеннолетних, которые относятся к административным правонарушениям, и их определения изложены в диспозициях соответствующих норм материального законодательства, можно отметить фактическое отсутствие нормативных предписаний, предусматривающих ответственность за занятие «бродяжничеством» и «попрошайничеством», и соответственно отсутствие признаков, характеризующих данные категории.

В своей научной работе, А. В. Карпов под попрошайничеством понимает выпрашивание у посторонних лиц денег или материальных ценностей [4, с. 196].

Кудрявцева О. М. определяет попрошайничество как практические действия, которые выполняются в соответствии со статусом «нищий», это поведение, опирающееся на статус нищего [5, с. 83].

Теохаров А. К. в своем научном исследовании отмечает, что «нищенство как социальное явление редко обходится без занятия попрошайничеством, и в этой связи данные понятия можно соотносить как часть и целое. Однако в настоящее время попрошайничество приобрело существенно иной характер, нежели это было ранее, и представляет собой прибыльный бизнес» [6, с. 45].

На основании изложенного, мы приходим к выводу о том, что отсутствие законодательной дефиниции попрошайничества является пробелом в праве, что может в свою очередь повлечь неправильное толкование и применение норм законодательства, в частности, при осуществлении работы по профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.

Решение данной проблемы видится в закреплении понятия попрошайничества на федеральном уровне.

Исходя из анализа законодательной базы, а также научной литературы, наиболее удачным нам видится определение попрошайничества как навязчивые действия лица (лиц), осуществляемых в общественных местах против воли и по отношению к другим гражданам, с целью получения денежных средств или других материальных ценностей, которые являются для просящего основным источником дохода.

Другой, тесно связанной с попрошайничеством, категорией противоправных общественно опасных действий является бродяжничество.

Как и понятие попрошайничества, бродяжничество не нашло своего законодательного закрепления ни на федеральном уровне, ни на уровне регионов.

В своей научной работе К. В. Вишневецкий под «бродяжничеством понимает социальное явление, связанное с существованием лиц, которые не имеют какого-либо жилья, предназначенного и пригодного для проживания, или, имея такое жилье, не проживают в нем, потеряли или существенно ограничили социальные связи, постоянно меняют место пребывания, как правило, не имеют источников доходов, в связи с чем, пользуются услугами социальных учреждений и/или проживают на пожертвования других граждан» [1, с. 95].

Гилинский Я. И. говорит о том, что проблема бродяжничества несовершеннолетних является одним из вариантов компенсаторного поведения в конфликтной ситуации, неадекватной реакцией на неблагополучную обстановку воспитания в семье, школе. При этом побег из дома следует рассматривать не просто как бегство из семьи, где назрел конфликт, а как приобщение к «уличному племени», где есть свои нравы, обычаи, привычки, нормы и закономерности поведения [2, с. 234].

Исходя из вышесказанного, мы приходим к выводу о том, что разумным решением законодательного пробела станет принятие нормативно-правового акта, закрепляющего понятие бродяжничества.

На основании проведенного анализа наиболее удачным видится изложение бродяжничества как тип поведения лица, выражающийся в постоянном перемещении лица по территории одной или нескольких местностей, не имеющего определенного места жительства или имеющего таковое, но по каким-либо причинам, не живущим там, находящимся без средств к существованию и постоянного источника дохода.

Для устранения текущих пробелов в правовом регулировании данного института, избежания условий неправильного толкования норм закона и предотвращения правоприменительных ошибок, считаем логичным внести изменения в статью 1 ФЗ о системе профилактике, путем введения новых терминов и дефиниций, описывающих существенные признаки категорий «попрошайничество» и «бродяжничество».

Литература:

1. Вишневецкий К. В. Характеристика бродяжничества как социального явления // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2019. С. 93–97.
2. Гилинский Я. И. // Девиантология: социология преступности, наркотизма, проституции, самоубийств и других «отклонений». — СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2004. С. 427.
3. Закон Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации от 14 марта 2020 г. № 1-ФКЗ «О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти» // Официальный интернет-портал правовой информации. — URL: http://pravo.gov.ru/.
4. Карпов А. В., Ефименко Л. А. Нормативно-правовое регулирование понятий попрошайничество и бродяжничество несовершеннолетних // Электронный журнал «Science Time». 2015. С. 194–199.
5. Кудрявцева М. О. Драматургия попрошайничества: социологическое описание повседневной практики // Журнал социологии и социальной антропологии. 2001. Т. IV. № 3. С. 73–91.
6. Теохаров А. К. Понятие и признаки попрошайничества // Сибирское юридическое обозрение. 2017. С. 43–49.
7. Федеральный закон от 24.06.1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» (в ред. от 01.04.2025 № 55-ФЗ) // Официальный интернет-портал правовой информации. — URL: http://pravo.gov.ru/.