Языковые вызовы пандемии COVID-19 | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 29 января, печатный экземпляр отправим 2 февраля.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Рубрика: Филология, лингвистика

Опубликовано в Молодой учёный №50 (392) декабрь 2021 г.

Дата публикации: 12.12.2021

Статья просмотрена: 7 раз

Библиографическое описание:

Сотволдиев, К. Х. Языковые вызовы пандемии COVID-19 / К. Х. Сотволдиев. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2021. — № 50 (392). — С. 621-623. — URL: https://moluch.ru/archive/392/86688/ (дата обращения: 20.01.2022).



В статье рассматривается языковые вызовы пандемииCOVID-19. Многоязычное кризисное общение стало глобальной проблемой во время пандемии COVID-19. Коммуникация в области общественного здравоохранения в глобальном масштабе характеризуется массовым исключением языковых меньшинств из своевременной высококачественной информации. Серьезные ограничения многоязычной кризисной коммуникации, обнаженные кризисом COVID-19, являются результатом доминирования англоязычной глобальной массовой коммуникации; давняя девальвация языков меньшинств и неспособность учитывать важность многоязычного репертуара для построения доверия и устойчивости сообществ.

Ключевые слова: многоязычная кризисная коммуникация, языковые вызовы COVID-19, межкультурный диалог в социолингвистике, экстренная лингвистика, англоязычный многоязычие.

Кризис COVID-19, возможно, сделал 2020 год годом беспрецедентного глобального массового обучения. Когда мы впервые заговорили о вспышке нового коронавируса, из-за которой город Ухань в китайской провинции Хубэй попал в заголовки мировых новостей в январе 2020 года, болезнь, которую она вызывает, еще даже не была названа. С тех пор COVID-19 превратился в глобальную пандемию, и название болезни перестало существовать до 11 февраля 2020 г. «COVID-19» вполне может занять корону как словарный элемент, вошедший в лингвистический репертуар наибольшего числа людей за кратчайшие сроки.

Однако изучение названия новой болезни составляет лишь незначительную часть средств массовой информации, связанных с пандемией. Почти каждый в мире должен был узнать о таких концепциях общественного здравоохранения, как «социальное дистанцирование», «капельная передача» или «сглаживание кривой», чтобы не заболеть. Почти каждый должен был понимать особенности мер сдерживания, таких как изоляция, отслеживание контактов или ношение маски в своей юрисдикции. И почти каждый был подвержен воздействию и должен был сформировать свое мнение в отношении часто вызывающих серьезные разногласия публичных дебатов, в которых взвешивались отношения между здоровьем и экономикой, связь вируса с определенными социальными группами или политизация болезни. Будет справедливо сказать, что никогда раньше так много людей в мире не занимались одной и той же темой публичного общения.

Глобальное общение с общественностью осуществляется только на небольшом количестве языков мира. Это означает, что глобальное распространение знаний было крайне ограничено небольшим количеством языков, поскольку мир вступил в пандемию. Существующая глобальная коммуникационная структура, позволяющая справиться с такой глобальной чрезвычайной ситуацией, которая копирует эту лингвистическую иерархию. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ), международный орган, которому поручено координировать глобальные ответные меры, предоставляет информацию на шести официальных языках Организации Объединенных Наций (арабском, китайском, английском, французском, русском, испанском) и трех дополнительных языках (немецком, Хинди, португальский), хотя на практике английский язык преобладает, поскольку он является языком пресс-конференций и непосредственным «языком записи» в быстро меняющейся информационной среде.

Информация ВОЗ в первую очередь направлена ​​на государства-члены, которым затем поручено локализовать соответствующую информацию для своего населения через национальные органы здравоохранения. Это означает, что государства были ключевыми игроками — включая поставщиков информации — в этом кризисе. Большинство из 195 государств мира работают только на одном или двух национальных языках, и языковые меньшинства в этих государствах — будь то коренные или мигранты — сталкиваются со значительными языковыми барьерами даже в лучшие времена. Во всем мире исключение языковых меньшинств из справедливого и равноправного доступа к социальному участию, включая образование, занятость, социальное обеспечение или здоровье, является обычным явлением. Во время стихийного бедствия доступность своевременной высококачественной информации становится еще более важной не только для широкой общественности, но и для специалистов здравоохранения и лиц, принимающих решения на всех уровнях. Несоответствие между языком, на котором передается такая информация, и лингвистическим репертуаром тех, кто в ней нуждается, усугубляет последствия стихийных бедствий для языковых меньшинств по сравнению с большинством населения.

Государства — не единственные действующие лица в нашем глобализованном мире, и информация, циркулирующая в традиционных и социальных сетях, исходит от самых разных социальных субъектов, начиная от медиакорпораций и политических партий до большого числа самых разнообразных общественных групп и общественных организаций. Некоторые из них специально посвящены предоставлению информации об общественном здравоохранении на языках, которые недостаточно обслуживаются государственными структурами. Другие внесли свой вклад в «инфодемию», когда население, не имеющее доступа к своевременной и качественной информации, одновременно наводняется вводящей в заблуждение информацией. Сочетание языковых барьеров, с одной стороны, и низкого уровня доверия к официальным коммуникациям, с другой, сделало меньшинства особенно уязвимыми для дезинформации и фейковых новостей, как это было обнаружено в голландском языке и исследования Европейского.

Все эти коммуникативные проблемы имеют значение, потому что индивидуальные исходы имеют большее влияние на общий ход пандемии COVID-19, чем в случае большинства других бедствий. Поскольку любой может стать носителем вируса, меры по предотвращению и сдерживанию, сводящие к минимуму личный риск для отдельных лиц, тесно связаны с общим риском для общества. На этом фоне значимости языкового разнообразия как части кризисной коммуникации COVID-19 занимает центральную языковую проблему.

Можно выделить пять широких категорий, которые могут составить основу социолингвистики во время пандемии COVID-19:

  1. Лингвистические ограничения в правительственном предоставлении информации об общественном здравоохранении и других коммуникационных услугах населению с языковым разнообразием в разных странах и регионах.
  2. (Недоступность) информации об общественном здравоохранении для обездоленных и находящихся в меньшинстве групп, включая коренное население, мигрантов и беженцев, а также людей с ограниченными возможностями.
  3. Усилия по управлению языками сверху вниз и снизу вверх и стратегии, принятые для преодоления языковых барьеров во время кризиса.
  4. (Критический) анализ дискурса политических выступлений, сообщений в СМИ и публикаций в социальных сетях, особенно расизма и дискриминации, связанных с COVID-19.
  5. Проблемы, связанные с переводом и стандартами многоязычной терминологии в области информации общественного здравоохранения и медицинских исследований.

Таким образом, пандемия COVID-19 — это не только кризис в области здравоохранения, но и глобальный политический и духовный кризис. Люди — социальные животные, и заразные болезни ставят под сомнение сами основы нашей социальной жизни. Неспособность собраться, обнять близких нам людей или потусоваться с прохожими в наших городах глубоко нарушает нашу социальную ткань. Невозможность держать за руки умирающего родственника усугубляет горе смерти. Многие оказались разлученными со своими близкими во время пандемии не только из-за правил карантина, но и из-за того, что в нашем гипермобильном мире, где легкие путешествия стали нормой, ограничения на поездки затронули многих и разлучили семьи. Пандемия не только нарушила нашу личную жизнь, но и усилила трения между группами. Эпидемии по самой своей природе порождают стигму и обостряют социальное разделение [1].

Все это означает, что языковые проблемы COVID-19 связаны не только с распространением информации, но и с построением отношений. Экстренное сообщение также способствует установлению доверия и обеспечению комфорта [2].

Когда дело доходит до глобальной коммуникации, существует разделение труда между языками, специализирующимися на распространении информации через письменные жанры, и языками, специализирующимися на построении отношений через устные жанры. Пандемия усложнила последнее двояко.

Литература:

  1. Алаторцeва С. И. Проблeмы нeологии и русская нeография. — СПб.: РАН, Ин-т лингв. исследований, 1999. — 220 с.
  2. Ахунов А. М. Пандемия COVID-19 как вызов для постсоветских стран Центральной Азии. Международная аналитика . 2020;11(1):114–128.
Основные термины (генерируются автоматически): общественное здравоохранение, время пандемии, язык, информация, лингвистический репертуар, многоязычная кризисная коммуникация, построение отношений, распространение информации, своевременная высококачественная информация, языковое разнообразие.


Ключевые слова

многоязычная кризисная коммуникация, языковые вызовы COVID-19, межкультурный диалог в социолингвистике, экстренная лингвистика, англоязычный многоязычие
Задать вопрос