Перспективы развития финансово-промышленных групп | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 11 декабря, печатный экземпляр отправим 15 декабря.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Научный руководитель:

Рубрика: Юриспруденция

Опубликовано в Молодой учёный №28 (370) июль 2021 г.

Дата публикации: 08.07.2021

Статья просмотрена: 12 раз

Библиографическое описание:

Павлов, Д. А. Перспективы развития финансово-промышленных групп / Д. А. Павлов. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2021. — № 28 (370). — С. 114-117. — URL: https://moluch.ru/archive/370/83099/ (дата обращения: 30.11.2021).



Статья посвящена теоретическим основам становления и функционирования финансово-промышленных групп. Рассмотрены предпосылки становления финансово-промышленных групп, изучены вопросы правового регулирования деятельности финансово-промышленных группы, а также произведен обзор литературы по формулировке понятия финансово-промышленной группы .

Ключевые слова: финансово-промышленная группа, правовое регулирование, договор, централизация, головная компания, интегрирование.

The article is devoted to the theoretical foundations of the formation and functioning of financial and industrial groups. The prerequisites for the formation of financial and industrial groups are examined, questions of legal regulation of the activities of financial and industrial groups are studied, and a literature review is conducted on the formulation of the concept of a financial and industrial group.

Keywords: financial and industrial group, legal regulation, contract, centralization, parent company, integration.

Финансово-промышленная группа — это ряд компаний, объединенных общей структурой управления и источником кредитования, роль которого обычно выполняет банк. Компании, входящие в финансово-промышленные группы, необязательно представляют интересы конкретной отрасли. Они могут выполнять различные функции на рынке, выпуская непохожие продукты. Однако все инвестиции делаются из одного источника. Кроме того, финансово-промышленные группы — корпорации, иногда группа корпораций, большая часть акций которых принадлежит одному физическому лицу, определяет стратегию развития всех предприятий ассоциации.

Очевидная автономия и структура

Формально, с юридической точки зрения, эти компании действуют независимо друг от друга. В то же время, имея внешнее управление и финансирование, они образуют то, что мы называем финансово-промышленными группами. Что характерно, несмотря на кажущуюся автономность, компании ориентированы на выполнение конкретных задач, которые не могут быть напрямую связаны с требованиями экономического роста выручки. Финансовая капитализация часто происходит за счет концентрации совершенно разных ресурсов.

Финансово-промышленные группы объединяют усилия юридических, страховых и финансовых компаний, ряда альтернативных медиаресурсов и, конечно же, технологических отраслей. Что может их объединить, кроме банального желания немного подзаработать хозяину? Очевидно, политика. Просто при определенном развитии бизнеса требуются не столько судебно-правовые, сколько политические и инструментальные гарантии сохранения целостности накопленного капитала. А это возможно только в случае трансформации промышленного, финансового, банковского и других видов капитала в политический капитал, то есть власть. На самом деле, на решение этой проблемы и направлена деятельность любой из финансово-промышленных групп [4].

Формы финансово-промышленных групп

— Промышленные — отраслевая ассоциация, действующая по принципу концерна. Редкий случай, когда член такой группы включает в себя преимущества отдельных секторов предприятия.

— Классические финансово-промышленные группы — объединения, создаваемые на договорной основе, а в качестве базовой единицы создается управляющая компания. Все структурные подразделения финансово-промышленных групп сохраняют свой прежний правовой статус.

Финансово-промышленные группы в России

В принципе, финансово-промышленная группа — чисто российское явление, появившееся благодаря соответствующему указу Президента России во второй половине 1993 г. Изначально предполагалось, что путем создания подобных групп государство сможет быстро избавиться от череды неконтролируемых и во многом убыточных постсоветских предприятий и как-то регулировать нездоровую, дикую по своей природе конкуренцию. Однако механизм создания финансово-промышленных групп не предполагал формирования механизмов «дружественной интеграции», которые запустил супер-игрок, занимающий доминирующее положение в различных рыночных нишах. Таким образом, вместо контролируемой конкурентной среды были созданы тотальные монополии, контролирующие целые отрасли и сектора экономики. А это, в свою очередь, привело как минимум к сильной зависимости компаний от деятельности государственных структур. Именно благодаря созданию собственных политических проектов они начали создавать «необходимые» лоббистские политические и административные решения. Так родилась монополистическая экономика.

Джонсон (1997) утверждает, что финансово-промышленным группам (ФПГ) в России еще предстоит доказать, что они могут предоставить деньги и руководство для эффективной политики реструктуризации и что вполне может быть, что они откусили больше, чем могут прожевать. Ослунд (1998) утверждает, что финансово-промышленные группы контролируют гораздо меньшую часть российской экономики, чем обычно полагают, что даже новые финансово-промышленные группы, возглавляемые банками, скорее всего столкнутся с большими проблемами, чем с состоянием, и что более крупные ФПГ упадут, как только рыночная конкуренция усилится.

Утверждается, что тип финансовой системы, возникающий в странах с переходной экономикой, не является вопросом сознательного выбора политиков, основанного на преимуществах и недостатках соответствующих моделей. Скорее, это результат развития, зависящего от пути, результат которого определяется в первую очередь двумя факторами: выбранной моделью приватизации и степенью концентрации банковской системы. В связи с особым переходным характером бывших коммунистических экономик, в частности, в связи с широкомасштабной приватизацией, которая была проведена в этих странах в течение относительно короткого периода времени шансы на развитие финансовой системы американского типа, как правило, были даже ниже, чем в других странах с формирующейся рыночной экономикой (т. е. в странах без коммунистического прошлого).

Единственным существенным исключением может быть Россия, которая, похоже, дрейфует в направлении финансовой системы, основанной на ценных бумагах, из-за уникального сочетания трех факторов –«дружественного к ценным бумагам» характера приватизации (передача собственности трудовым коллективам и распространение ваучеров), очень децентрализованной банковской системы и периода очень высокой инфляции (1992–95 гг.), которая подорвала банковское финансирование и практически уничтожила долгосрочные банковские кредиты [3].

Огромные проблемы в обеспечении соблюдения прав акционеров и кредиторов могут привести к созданию модели корпоративного управления, ориентированной на стратегических инвесторов и финансово-промышленные группы и ограничивающей возможности для дисперсной собственности и связанного с ней финансирования.

Проблемы с корпоративным управлением в России чаще всего возникают в крупных фирмах, и в конфликтах, которые происходят, как правило, между миноритарными и контролирующими акционерами.

Это указывает на то, что, обрисовывая проблему корпоративного управления в России, мы должны взглянуть также на классические вопросы об агентских отношениях между акционерами и менеджерами. Акционеры с контрольным пакетом акций могут контролировать решения фирмы через свое большинство на общих собраниях и через лиц, которых они назначают менеджерами [2]. Стороны, подвергающиеся дискриминации, являются миноритарными акционерами. Поэтому при рассмотрении правовых и практических способов влияния на корпоративную политику уделяется особое внимание положению миноритарных акционеров.

Влияние ликвидности акций, их оценки и государственной собственности

Ранее мы установили, что групповые фирмы, как правило, менее ограничены в средствах, чем независимые фирмы. Мы интерпретируем этот результат в рамках несовершенной информации и агентских проблем на рынках капитала; членство в группах помогает фирмам избежать финансовых ограничений. Однако важную роль могут сыграть и другие факторы. Некоторые российские группы были сформированы правительством, другие появились в результате консолидации активов банками. Такая же неоднородность, по-видимому, характерна и для независимых фирм.

Наша выборка состоит только из фирм, которые торгуют публично. В связи с этим возникает вопрос о том, какую роль играет фондовый рынок в мониторинге фирм и влиянии на их инвестиционные решения. Таким образом, мы исследуем объем торгов на фондовом рынке и относительную рыночную оценку в качестве показателей внимания к деятельности фирмы. Рациональное обоснование этого различия исходит из возможности того, что существует больше общедоступной информации о фирмах, которые активно торгуют. В частности, роль рынка может быть более важной для неаффилированных фирм.

Низкая ликвидность торговли акциями напрямую не означает, что у фирмы плохие перспективы; однако ее владельцы могут препятствовать обращению акций и информации по соображениям контроля или не иметь возможности достоверно общаться с финансовыми инвесторами. Таким образом, вполне возможно, что фирма, акции которой активно торгуются, имеет более низкую чувствительность к инвестиционному денежному потоку из-за соображений контроля или информации.

Еще одна интересная классификация, которую мы исследуем, основана на степени государственной собственности. Фирмы, в которых государство сохраняет значительную долю, могут вести себя иначе, чем другие; они могут быть либо лучше финансируемыми, либо более запущенными.

Контроль за этими различными эффектами также неявно проверяет эндогенность членства в группе; факторы, которые побуждают фирму присоединиться или быть захваченной группой, могут коррелировать с факторами, которые сделали бы ликвидность говорящей об инвестиционных возможностях.

Например, возможно, что фирмы, которые не входят в группу, являются фирмами с лучшими инвестиционными возможностями, которым не нужно членство для общения с рынком, так как у них есть лучшим доступ к другим источникам. В этом случае инвестиции будут меньше коррелировать с денежным потоком.

В качестве альтернативы фирмы с низкой заметностью или ограниченным доступом к альтернативным источникам могут быть легко захвачены (или уступлены) группе.

Стремительное и в то же время крайне противоречивое развитие российских реформ в 1992–94 годах спровоцировало ускоренный рост доли частного сектора в экономике, привело к росту финансово мощных частных компаний и к более высоким темпам концентрации частного капитала. Происходят значительные изменения в организации и поведении частного бизнеса, появляются новые тенденции, свидетельствующие о новом соотношении экономических сил в стране и появлении важных новых событий, которые непосредственно влияют как на перспективы преодоления экономического кризиса, так и на некоторые фундаментальные особенности будущей пореформенной экономики.

В частности, к ним относятся структура собственности и преобладающие формы организации бизнеса, степень рыночной конкуренции, инвестиционные склонности экономических агентов и другие существенные характеристики экономической среды.

Одним из существующих стереотипов в отношении российской приватизации является преувеличение экономических последствий льгот, предоставляемых программой работниками руководителям предприятий. Приобретение контролирующих пакетов акций инсайдерами рассматривается как нечто, которое будет иметь негативное влияние на формирование эффективного корпоративного управления, поскольку считается, что структура имущества в результате процесса приватизации будет долгое время напрямую препятствовать появлению крупных, стратегических собственников, которые могли бы быть в состоянии изменить существующие модели из бывшего руководства, в том числе СОЭ замена руководителей—и тем самым резко увеличить производительность предприятий. Часто утверждается, что опыт предприятий, находящихся под контролем трудящихся в Польше и бывшей Югославии, доказывает, что такие фирмы обладают очень ограниченными возможностями для самореформирования (Шаффер, 1993).

Согласно другому стереотипу, эта проблема еще более остра в России из-за кажущегося отсутствия соответствующего частного капитала для инвестиций и концентрации собственности в России. Многие наблюдатели считают, что проблема нынешнего «колхоза в промышленности» не может быть решена без крупных иностранных инвестиций [1].

Другими словами, они считают, что единственный способ улучшить корпоративное управление бывших государственных предприятий — это привлечь стратегических иностранных партнеров/инвесторов.

Однако нынешняя российская ситуация на самом деле гораздо более благоприятна.

Литература:

  1. Brown C., Yavuz M. D. // The Tunneling Costs of a Bank within a Family Conglomerate. JournalofBusinessResearch. 2017. № 72. — C. 13.
  2. Mahmood I. P., Zhu H., Zaheer A. Centralization of intragroup equity ties and performance of business group affiliates // Strategic Management Journal. 2017. Volume 38, № 5 (38). — C. 1082.
  3. Кочетков А. А. Экономическая теория: Учебник для бакалавров. — М.: Дашков и К, 2016. — 696 c.
  4. Магомадова М.С-А., Ялмаев Р. А. Финансово-промышленная группа как эффективная форма кооперации // Научный альманах. По материалам международной научно-практической конференции «Перспективы развития науки и образования». Тамбов, 31 октября 2016 г. N 10–1(24). С. 201–204.
Основные термины (генерируются автоматически): группа, Россия, фирма, корпоративное управление, финансово-промышленная группа, проблема, финансовая система, государственная собственность, рыночная конкуренция, самое дело.


Задать вопрос