Характеристика субъектов договора суррогатного материнства по законодательству России | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 22 мая, печатный экземпляр отправим 26 мая.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Рубрика: Юриспруденция

Опубликовано в Молодой учёный №16 (358) апрель 2021 г.

Дата публикации: 18.04.2021

Статья просмотрена: 3 раза

Библиографическое описание:

Морозова, Ю. А. Характеристика субъектов договора суррогатного материнства по законодательству России / Ю. А. Морозова. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2021. — № 16 (358). — С. 287-290. — URL: https://moluch.ru/archive/358/80171/ (дата обращения: 09.05.2021).



Статья посвящена характеристике субъектного состава договора суррогатного материнства, проведенного на основе действующего российского законодательства и судебной практики. В результате анализа установлены пробелы правового регулирования института суррогатного материнства, требующие устранения. Предложены возможные изменения в законодательстве о суррогатном материнстве, в том числе указана необходимость законодательного закрепления системы договорных отношений в суррогатном материнстве.

Ключевые слова: суррогатное материнство, стороны суррогатного материнства, суррогатная мать, потенциальные родители.

Среди вспомогательных репродуктивных технологий (далее — ВТР) институт суррогатного материнства вызывает больше всего споров. В настоящее время договор, заключаемый между суррогатной матерью и супругами предусмотрен Семейным кодексом РФ [2], однако законодательно не урегулирован. Это отражается как на участниках данных правоотношений, так и на противоречивой судебной практике по делам о суррогатном материнстве. Отсутствие правового обеспечения договора суррогатного материнства может ставить под сомнение сам факт его легитимности. Целю договора суррогатного материнства является обеспечение надлежащей защиты прав и законных интересов сторон договора, а самое детей, родившихся от суррогатной матери. Соответственно, грамотно составленный договор будет являться правовой гарантией обеспечения интересов сторон такого договора.

В. А. Дергунова справедливо отмечает, что в правовом регулировании суррогатного материнства отсутствует разрешение множества вопросов: юридической характеристики договора суррогатного материнства; содержания и формы договора суррогатного материнства; правового статуса сторон договора; основания и порядок привлечения к ответственности сторон договора и многое другое [11]. Помимо прочего, возникают морально-этические споры относительно использования института суррогатного материнства, которые усугубляются непоследовательностью российского законодателя. В частности, требуются конкретизация нормативного-правового регулирования субъектов договора суррогатного материнства.

Согласно ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» [3], суррогатное материнство представляет собой вынашивание и рождение ребенка (в том числе преждевременные роды) по договору, заключаемому между суррогатной матерью (женщиной, вынашивающей плод после переноса донорского эмбриона) и потенциальными родителями, чьи половые клетки использовались для оплодотворения, либо одинокой женщиной, для которых вынашивание и рождение ребенка невозможно по медицинским показаниям.

К сторонам договора суррогатного материнства относятся суррогатная мать и потенциальные родители. Некоторые авторы включают медицинскую организация как третью сторону в договоре суррогатного материнства. Борисова Т. Е. возражает данному мнению и говорит, что лечебное учреждение выполняет лишь медицинские манипуляции с генетическим материалом супругов-заказчиков и проводит имплантацию эмбриона [9]. Однако, стоит отметить, что договор между потенциальными родителями и медицинским учреждением необходим, так как суррогатное материнство — это один из методов лечения бесплодия. С. В. Лозовская, М. Э. Шодонова подчеркивают, что лечение в данном случае проводит не суррогатная мать, а медицинская организация, однако в Семейном кодексе РФ не содержатся ссылки на договор между родителями и суррогатной матерью [12]. Авторы предлагают заключать два договора при использовании метода суррогатного материнства. Первый договор заключается между потенциальными родителями и медицинской организацией, второй — между суррогатной матерью и медицинским учреждением. Таким образом, медицинское учреждение, выплачивает вознаграждение суррогатной матери из средств, полученных по договору с потенциальными родителями. В этом случае суррогатная мать не сможет шантажировать потенциальных родителей, а родители лишены чрезмерного контроля за суррогатной матерью. Медицинская организация будет выступать в данном случае как посредник между сторонами такого договора.

Понятие суррогатной матери не содержится в законодательстве, однако его можно сформулировать, исходя из ч. 9 ст. 55 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». Таким образом, суррогатная мать — это женщина, давшая согласие на вынашивание и рождение ребенка для потенциальных родителей посредствам искусственного оплодотворения на основании договора, с использованием донорского для нее эмбриона.

Законодателем установлены требования для суррогатной матери: возраст от 20 до 35 лет; наличие собственного здорового ребенка; письменное информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство; письменное согласие супруга, если состоит в браке [3]; наличие медицинского заключения об удовлетворительном состоянии здоровья и отсутствие противопоказаний для переноса донорского эмбриона [5].

В литературе встречаются дискуссии относительно пределов возраста суррогатной матери. Устанавливая их, законодатель руководствовался медицинскими критериями благоприятного возраста для деторождения. Однако мировая практика знает множество примеров вынашивания ребенка матерью одного из потенциальных родителей, которая выступила в качестве суррогатной матери. Следовательно, возрастные рамки для суррогатной матери возможно расширить, учитывая состояние ее здоровья индивидуально в каждом случае.

Чтобы воспользоваться методом суррогатного материнства должны быть определенные медицинские показания, наличие которых делает невозможным вынашивание и рождение ребенка [3]. Такими показаниями являются, например, деформация или отсутствие матки, патология эндометрия, три и более неудачных повторных попытки ЭКО, невынашивание беременности и другие заболевания (состояния) [5]. Если в паре бесплоден только мужчина, то суррогатное материнство не применяется. Для участия в программе суррогатного материнства потенциальные родители и суррогатная мать также должны обладать полной дееспособностью.

На сегодняшний день национальное законодательство не отражает возрастные ограничения потенциальных родителей, вследствие чего некоторыми авторами предлагается установить соответствующие ограничения. Например, А. С. Аникин [6] считает, что в законе целесообразно установить минимальный и предельный возраст для потенциальных родителей с целью контроля возможного и должного воспитания ребенка. Антоненко Ю. В. предлагает установить предельный возраст для генетической матери сроком до 55 лет, поскольку родители должны успеть воспитать ребенка [7]. Однако такой критерий как «надлежащее воспитание» не может быть применим на практике, ведь никто не может поручиться за воспитание и содержание детей в семьях, рожденных естественным путем. Д. А. Медведев, высказался о том, что запрет обзавестись ребенком по возрастному принципу может быть воспринят в обществе как дискриминация [13].

Дискуссионным остается вопрос и о лицах, имеющих право воспользоваться суррогатным материнством. До принятия ФЗ «Об охране здоровья граждан в Российской Федерации» [3] правом воспользоваться методом суррогатного материнства обладали лишь супруги. Органы ЗАГС не регистрировали одинокую женщину в качестве матери новорожденного ребенка. Позже были приняты поправки, которые предусмотрели право на применение метода суррогатного материнства за одинокими женщинами.

ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» говорит, что воспользоваться методом суррогатного материнства могут мужчина и женщина, как состоящие, так и не состоящие в браке, а также одинокая женщина [3]. Тогда как, согласно положениям Семейного кодекса РФ и ФЗ «Об актах гражданского состояния» [4] родителями в суррогатном материнстве могут стать лишь лица, состоящие в браке. Право на запись родителями ребенка, рожденного суррогатной матерью, предоставляется только супружеским парам. Таким образом, право воспользоваться методом суррогатного материнства за мужчинами не установлено. Вместе с тем, в судебной практике имеют место споры о признании незаконным отказа органов ЗАГС в государственной регистрации в качестве отца мужчину, не состоящего в браке, заключившего договор суррогатного материнства. В 2010 году Бабушкинский суд г. Москвы вынес первое прецедентное для России решение об обязании органа ЗАГС зарегистрировать ребенка, родившегося в результате гестационного суррогатного материнства для одинокого мужчины [15]. В решении суд указал, что в российском законодательстве отсутствуют какие-либо запреты или ограничения относительно возможности для женщины или для мужчины, не состоящих в браке, реализовать себя как родителей с применением метода суррогатного материнства. В результате мужчина получил свидетельство о рождении, а в графе с «мать» значился прочерк. Однако практика судов, удовлетворивших подобные требования одиноких мужчин, мотивированная ссылкой на нарушение принципа гендерного равенства, не поддерживается Верховным Судом РФ [10]. Следовательно, в отношении субъектов, обладающих правом на суррогатное материнство, имеются противоречия.

Существуют различные мнения по поводу права одинокого мужчины воспользоваться суррогатным материнством. Т. Е. Борисова говорит, что в законе необходимо установить запрет на возможность использования метода суррогатного материнства парам, не состоящие в законном браке, одиноких женщин или одиноких мужчин, аргументируя это тем, что сожительствующие союзы гораздо чаще расходятся, чем законные супруги, а это не соответствует интересам ребенка [8]. Подобного мнения придерживается и депутат Государственной Думы Мизулина Е. Б., которая говорит, что ребенок не защищен в случае использования одинокими лицами суррогатного материнства, и не знает, кто его генетические родители, в том числе он не защищен от кровосмешения» [14].

Большинство авторов сходятся во мнении, что данный запрет нарушает конституционные права и свободы граждан, а именно: ст. 7 Конституции РФ — в отношении принципа обеспечения государственной поддержки как материнства, так и отцовства; ч. 2 ст. 19 Конституции РФ — в отношении равенства прав и свобод независимо от природных свойств — пола, расы, национальности; ч. 3 ст. 19 Конституции РФ — отношении равноправия мужчин и женщин; в ст. 55 Конституции РФ — в отношении недопустимости законов, умаляющих права человека [1].

Цель суррогатного материнства — это метод борьбы с бесплодием. Будет ли являться суррогатное материнство в этом случае лечением бесплодия одинокого мужчина или это его желание реализации репродуктивных прав? Если мужчина бесплоден, то ребенок будет генетически не родной для этого мужчины, а это по ряду причин может негативно отразиться на ребенке. К тому же, законом установлены медицинские показания, в результате которых определяется бесплодие и имеются показания к суррогатному материнству. Все эти критерии относятся к заболеваниям у женщин, то есть в отношении мужчин они неприменимы.

Таким образом, отношения, возникающие из договора суррогатного материнства, должны быть поставлены в правовые рамки. Устранение указанных выше противоречий в законодательстве, определение круга лиц, между которыми договор суррогатного материнства может быть заключен, определение правового положения субъектов данных отношений, будут обеспечивать гарантию соблюдения и защиты прав и законных интересов субъектов суррогатного материнства.

Литература:

  1. «Конституция Российской Федерации». — Текст: электронный // КонсультантПлюс: [сайт]. — URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_28399/ (дата обращения: 12.04.2021).
  2. «Семейный кодекс Российской Федерации» от 29.12.1995 N 223-ФЗ — Текст: электронный // КонсультантПлюс: [сайт]. — URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_8982/ (дата обращения: 12.04.2021).
  3. Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». — Текст: электронный // КонсультантПлюс: [сайт]. — URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_121895/ (дата обращения: 12.04.2021).
  4. Федеральный закон от 15.11.1997 № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния». — Текст: электронный // КонсультантПлюс: [сайт]. — URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_16758/ (дата обращения: 12.04.2021).
  5. О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их применению: приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 30 августа 2012 г. № 107н (зарегистрировано в Минюсте России 12.02.2013 № 27010). — Текст: электронный // ГАРАНТ.РУ: [сайт]. — URL: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/70218364/ (дата обращения: 12.04.2021).
  6. Аникин, А. С. О договорном регулировании отношений без установления обязательств / А. С. Аникин. — Текст: непосредственный // ДНК Права. — 2014. — № 1. — С. 15–19.
  7. Антоненко, Ю. В. Стороны договора суррогатного материнства / Ю. В. Антоненко. — Текст: непосредственный // Проблемы гражданского права и процесса. — 2010. — № 12. — С. 22.
  8. Борисова, Т. Е. Актуальные вопросы законодательной и правоприменительной практики суррогатного материнства в России / Т. Е. Борисова. — Текст: непосредственный // Социальное и пенсионное право. — 2008. — № 1. — С. 19.
  9. Борисова, Т. Е. Договор суррогатного материнства: актуальные вопросы теории, законодательства и практики / Т. Е. Борисова. — Текст: непосредственный // Российская юстиция. — 2009. — № 4. — С. 7–10.
  10. Вавилычева, Т. Ю. Тенденции развития российской судебной практики по вопросам прав человека в области биомедицины / Т. Ю. Вавилычева. — Текст: непосредственный // Прецеденты Европейского суда по правам человека. — 2017. — № 9 (45). — С. 12–17.
  11. Дергунова, В. А. Правовые пробелы регулирования суррогатного материнства в Российской Федерации / В. А. Дергунова. — Текст: электронный // Адвокат Виктория Дергунова: [сайт]. — URL: https://advokatdergunova.ru/public/pravovie-probeli-gerulirovaniya-surrogatnogo-materinstva-v-rossii/ (дата обращения: 12.04.2021).
  12. Лозовская, С. В., Шодонова М. Э. Субъектный состав договора суррогатного материнства / С. В. Лозовская, М. Э. Шодонова — текст: электронный // Консультант Плюс: [сайт]. — URL: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=CJI&n=96634#0234224499607131 (дата обращения: 12.04.2021).
  13. Медведев, Д. А. Кодификация российского частного права / Д. А. Медведев. — Москва: Статут, 2008. — 164 c. — Текст: непосредственный.
  14. Судейским кадрам — жесткость, судебному контролю за следствием — мягкость. — Текст: электронный // Право.ru: [сайт]. — URL: https://pravo.ru/court_report/view/115637/ (дата обращения: 12.04.2021).
  15. Флягин, А. А. Правовой статус родителей при суррогатном материнстве / А. А. Флягин. — Текст: непосредственный // Гражданское право. — 2015. — № 3. — С. 39–43.
Основные термины (генерируются автоматически): суррогатное материнство, суррогатная мать, родитель, договор, Конституция РФ, рождение ребенка, Российская Федерация, медицинская организация, медицинское учреждение, одинокая женщина.


Ключевые слова

суррогатное материнство, суррогатная мать, потенциальные родители, стороны суррогатного материнства
Задать вопрос