Особенности выученной беспомощности осужденных в семейной системе среди лиц, подвергшихся насилию (на примере инцеста) | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 24 апреля, печатный экземпляр отправим 28 апреля.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Рубрика: Юриспруденция

Опубликовано в Молодой учёный №15 (357) апрель 2021 г.

Дата публикации: 05.04.2021

Статья просмотрена: 2 раза

Библиографическое описание:

Хрушкова, К. А. Особенности выученной беспомощности осужденных в семейной системе среди лиц, подвергшихся насилию (на примере инцеста) / К. А. Хрушкова. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2021. — № 15 (357). — URL: https://moluch.ru/archive/357/79805/ (дата обращения: 14.04.2021).



В статье рассматривается феномен выученной беспомощности как процесс, обусловленный ранней виктимизацией личности на примере наиболее травматичной насильственной ситуации в семейной системе, а именно инцест. Описывается трансформация виктимной личности, формирование новой стратегии поведения, которая вследствие дает возможность совершения преступных деяний. В данной статье выученная беспомощность выступает в качестве защитного поведения, средства выживания жертвы.

Ключевые слова: выученная беспомощность, инцест, виктимизация, осужденный, жертва.

Изучение возникновения поведения жертвы, первопричин показало, что виктимность зарождается в семье [4, с. 27].

В исследованиях Сидорова П. И., Дерягина Г. Б. виктимитизация личности, ее беспомощность перед обидчиком берет начало еще в детском возрасте, когда ребенок, пребывая в условиях педагогической запущенности, частого физического и психологического насилия, слабой защищенности со стороны взрослых и социума, не способен к отстаиванию собственных границ, интересов. Приобретаются черты неосознанно-провоцирующего поведения, отмечается слабое понимание насильственного поведения как одной из форм деструктивного и делинквентного поведения. Виктимная личность начинает считать насилие нормой жизни.

В работе Ильюк Е. В. отмечается, что ядром формирования виктимного поведения является семья, обуславливая тем, что изначально в деформированной семье зарождается виктимность и постепенно чаще бессознательно она сочится в массы. В своей работе она уделяет внимание инцесту, как самой страшной и тягостной форме насильственного поведения, влекущей наибольшую психическую травматизацию, которое можно рассматривать как глубокое нарушение жизнедеятельности всей семейной системы, остающееся невидимым для социального окружения [4, с. 32].

Инцест от лат. incestus означает «преступный, греховный», в привычном понимании предполагает кровосмешение, или половую связь между близкими кровными родственниками.

Большинство инцестных отношений связаны с восприятием жертвы как «собственности», объектом владения и использования. Согласно точке зрения У. Виртц, в своей основе инцест имеет подавление чужой воли, лишение контроля, доведение до психологической беспомощности и бессилия. Он мотивирован не сексуально, а стремлением к подчинению [2, с. 22].

По мнению автора, инцест является в некоторых случаях не просто сексуальным насилием, а «убийством души». Оно подразумевает бесчеловечность и связано с разрушением человеческого достоинства и личной идентичности, олицетворяет желание уничтожить и разрушить личность другого человека [2, с. 23].

Подвергаясь семейному сексуальному насилию, личность становится виктимизированной, что в свою очередь формирует в ней признаки беспомощного поведения, а именно: неспособность, а порой отказ защищать собственные интересы; стремление соответствовать ожиданиям окружающих, формирование внешнего локуса-контроля; проявление пассивности; низкий уровень приспосабливаемости и др. [6, с. 56].

Исследования показали, что усиление виктимизации, а также формирование выученной беспомощности у лиц, подвергшиеся инцесту, вызваны вторичной виктимизацией их близких родственников. Научение беспомощности у детей осуществляется, в виду отсутствия положительного опыта родителей по преодолению косвенной агрессии и иным формам насильственного поведения.

Мотивом сохранения семейной системы при инцесте является базовая потребность в принадлежности к группе [4, с. 31]. Осуществление инцеста представляет не только «тайну» двоих: жертвы и ее преступника, но и всей семьи в целом. Часто в таких семьях преобладает феномен «немого молчания», когда все члены семьи осведомлены о происходящем, но не придают значения случившемуся, стремятся утаить постыдный факт, проигнорировать инцидент либо обесценить его значение в глазах пострадавшего человека [2, с. 21].

Такое поведение, как правило, усиливает травматизацию жертвы и делает состояние беспомощности и бессилия более интенсивным (укрепление установок на собственную ничтожность, потеря собственной идентификации, слом воли и пр.).

Согласно исследованиям Малкиной-Пых И. Г. в области виктимного поведения, характерной особенностью психологического состояния жертвы насилия является подавление гнева, агрессии. Взамен этому приходит реакция страха, тревоги, вины, стыда, ощущение себя наказанным, и в свою очередь усиливается состояние ранимости и беспомощности.

Последствия пролонгированного сексуального насилия в семье могут выражаться в дальнейшем в деструктивных, денинквентных, аутоагрессивных формах поведения [4, с. 34].

Личность человека, осуществляющего насильственные действия по отношению к родственникам, также является виктимизированной негативными обстоятельствами собственной семейной системы. В основе насильственного поведения (особенно над женщинами) автор видит в наличии глубинной мужской травмы, связанной с материнским комплексом. По мнению Д. Холлиса, гнев является трансформированной формой депрессии, вызванной чувством беспомощности. Д. Холлис отмечает, что «смещенный» (подавленный) гнев приводит к состоянию общей раздраженности и малейшая провокация способна привести человека к неконтролируемости агрессивных эмоций. Результаты проведенной работы свидетельствуют о том, что мужчины могут отыгрывать свой гнев в виде разрушительного поведения: деструктивное, делинквентное, насильственное поведение [10, c. 44].

В ходе проводимых исследований среди женщин, которые подвергались семейному насилию, выяснялось, что у жертв развивались депрессия, ПТСР, а также появлялось состояние «выученной беспомощности». По результатам проведенной работы выяснилось, что в случае семейного насилия над женщиной выученная беспомощность является средством выживания, в условиях, когда избежать ситуации насилия представляется невозможным [1, с. 111].

Согласно исследованиям Елфимовой Е. И., лица, подвергавшиеся насилию в семье, в особенности женщины, испытывают потерю чувства идентичности, проявляют агрессию, раздражительность и, в последствие, меняют роль жертвы на роль преступницы. В основе этой трансформации автор видит процесс выученной беспомощности, а именно привыкание к насилию. В ее работе выученная беспомощность рассматривается как причина совершения «безмотивных» преступлений, преступлений по «оборонительным мотивам», женщинами, подвергавшимися насилию, с учетом смещения акцента на псевдоцель [3, с. 138].

При анализе научных публикаций выявлено, что спецконтенгенту свойственен процесс виктимизации, поскольку этому способствуют сами условия отбывания наказания (криминальная субкультура, традиции, обычаи и пр.) [7, с. 278].

Прежде всего, было доказано, что негативные условия лишения свободы реализуются в факторах криминальной виктимизации осужденных, а также выступают «катализатором» их воспроизводства и действия в отношении виктимизации некоторых категорий осужденных.

Условия отбывания наказания зачастую требуют от личности обращению к более примитивным формам поведения ради сохранения собственной безопасности (отказ от выражения свободного мнения, подчинение тюремной субкультуре, эмоциональный голод и пр.), что в свою очередь способствует формированию виктимогенной ситуации [5, с. 30].

Говоря о насилии в тюрьме, можно отметить, что оно в большей сложности имеет компонент доминирования в группе (как и инцест), удовлетворение в потребности во власти над другими. Как правило, за этим стоит стремление оказать моральное давление, запугать, подчинить.

Исследования показали, что жертвами сексуального насилия в тюрьме становятся слабые физически люди, эмоционально незрелые личности, не способные постоять за себя, слабохарактерные, лица, не имеющие возможность дать должный отпор надругательствам. Иными словами, лица, обладающие сформированной виктимизацией. Ее интенсивность и выраженность в каждом случае индивидуальны, однако наличие признаков виктимного поведения у данной категории лиц однозначны.

Взаимосвязь выученной беспомощности с виктимным поведением, в том числе и лиц, отбывающих наказание с длительными сроками отбывания наказания, прослеживается в следующих аспектах:

— Формирование устойчивого отношения к насильственным действиям, принятие его в качестве социальной нормы, проявление смирения, покорности и беспрекословной подчиняемости;

— Получение позитивной оценки со стороны социума через демонстративное проявление беспомощности, жертвенности, оправдания поведения жертвы;

— Наличие высокой тревоги, страха, чувства вины и др. негативных эмоциональных состояний, пессимистического атрибутивного стиля.

— Формирование рентных установок, безответственности, стремление к гедонизму и развлечениям.

К сожалению, практический опыт показывает, что многие лица, отбывающие наказание, стремятся скрыть факт совершения над ними тех или иных насильственных деяний, например инцест. Либо в виду отсутствия изначального понимания о достойном воспитании, живого примера доброй и любящей семьи со стороны отдельных лиц, слабого развитого чувства собственных психологических границ, осужденные не всегда способны более емко и четко описать полную картину своей жизни, семейной системы. Изначально чувствуя незащищенность, ненужность, отверженность близкими, одиночество, страх, тревогу формируется своего рода вакуум из примитивных психологических защит. Негативные эмоции, обесцененные переживания приводят к формированию состояния выученной беспомощности, виктимизации и трансформируются в устойчивые стратегии поведения: преступное поведение, поведение жертвы с дальнейшим подчинением своему обидчику, поведение с паразитическим образом жизни и пр.

Таким образом, целесообразно сделать вывод о том, что:

  1. В основе инцеста, как и любого насилия, лежит стремление к доминированию, подавлению чужой воли, а также ранняя травматизация.
  2. Вторичная виктимизация ближайшего окружения личности, обесценивание, либо игнорирование травматизации ребенка в семье способно усиливать позицию жертвы, а также укреплять состояние беспомощности.
  3. Формирование беспомощного поведения, виктимности в детском возрасте способно трансформироваться в состояние гнева, агрессии, а также приводить к деструктивным формам поведения, различным социальным ролям: роль жертвы, роль насильника.
  4. Выученная беспомощность в семьях с преобладающим там насилием, возникает как эффективная стратегия выживания и самозащиты жертв, с целью избегания расплаты за свое поведение, а также недопущения усиления агрессии, гнева со стороны обидчика;
  5. Выученная беспомощность может являться причиной совершения «безмотивных» преступлений, преступлений по «оборонительным мотивам».

Литература:

1. Барза К. Учебник для женщин, подвергающихся насилию, которые хотят перестать ими быть. Изд. Consuelo Barea, пер. Т. Керим-Заде, 2013–180 с.

2. Виртц У. Убийство души. Инцест и терапия. «Когнито-Центр», 2014–293 с.

3. Елфимова Е. И. Механизм трансформации жертвы в преступницу под воздействием домашнего насилия // Юридическая наука и практика, альманах научных трудов Самарского юридического института ФСИН России. гл. ред. Р. А. Ромашов. 2014, С.138–140.

4. Ильюк Е. В. Виктимность рождается в семье (о жертвах инцеста) // Виктимология 1(11) / 2017, C. 27–35.

5. Качурова Е. С. Виктимологическое предупреждение насильственных преступлений, совершаемых в местах лишения свободы: учебное пособие / Иркутский институт (филиал) ВГУЮ (РПА Минюста России). — Иркутск: Иркут. ин-т (филиал) ВГУЮ (РПА Минюста России), 2019. — 67 с.

6. Малкина-Пых И. Г. Виктимология. Психология поведения жертвы. Питер, 2017–831 с.

7. Смирнов А. М. Виктимологическая безопасность осужденных к лишению свободы: концептуальные аспекты // Всероссийский криминологический журнал. 2020. Т. 14, № 2. C. 277–289.

8. Соловьева Н. А. Выученная беспомощность и кататимия в механизме преступного поведения женщин // Право. 2014.№ 11. Криминалистика и судебная медицина.

9. Сухов А. Н. Криминальное насилие в семье: личностный аспект [Электронный ресурс]: монография / А. Н. Сухов, О. В. Старикова, А. В. Молоствов. — М.: ФЛИНТА, 2019. — 74 с.

10. Холлис Д. Под тенью Сатурна. Мужские психические травмы и их исцеление / Д. Холлис — «Когнито-Центр», 1994 — (Юнгианская психология), 102 с.



Задать вопрос