Библиографическое описание:

Защепкина В. В. Соотношение понятий драматический, драматургический, театральный текст // Молодой ученый. — 2011. — №12. Т.1. — С. 234-236.

В отличие от часто употребляемого термина «текст» в значении осмысленной словесной последовательности, понятие «текста» в рамках семиотической науки трактуется достаточно широко. По определению Ю.М. Лотмана, текст представляет собой «отграниченное, замкнутое в себе конечное образование, одним из основных признаков которого является наличие специфической внутренне присущей ему структуры, влекущей за собой высокую значимость категории «границы» [1, с. 424]. Следовательно, в качестве текста можно рассматривать любую знаковую систему, имеющую целостное значение и связность, сознательно и целенаправленно созданную человеком.

Современное семиотическое исследование считает текст одним из исходных понятий, а сам он мыслиться не как предмет, имеющий стабильные, постоянные признаки, но в качестве функции. Текст может выступать и как отдельное произведение, и как часть некоего произведения (например, пьесы), и как композиционная группа, жанр и т.д. «В понятие текста вводится презумпция создателя и аудитории, причем эти последние могут не совпадать по своим объемам» [2, с. 179].

Способность любого вида искусства заменять вещи реального мира их художественными изображениями (знаками) позволяет рассматривать драму в качестве определенной знаковой системы. Отсутствие полной ясности в определении понятия «драма», позволяет рассматривать его двояко: в качестве рода литературного произведения и вида искусства. По мнению В.М. Волькенштейна, «драм «для чтения» (то есть только для чтения) не существует; что драма, которую нельзя играть – не драма, а либо трактат, либо поэма в диалогической форме, а если и драма, то драма неудавшаяся… я… вижу в драме естественный сценический материал, литературу театральных возможностей… пьеса есть одновременно сценический материал и законченное художественное произведение» [3, c. 162-163]. Признавая, что драма является поэтическим произведением, изображающим процесс действия, он наделяет слово в драматическом произведении действенным значением. О решающем значении высказываний персонажей говорит и В.Е. Хализев, которые, по его мнению, выражают «волевые действия и активное самораскрытие, повествование же <...> является подчиненным, а то и вовсе отсутствует; произнесенные действующими лицами слова составляют в тексте сплошную непрерывную линию» [4, c. 100-102]. Следовательно, драматическое слово, не передавая непосредственно чувства и мысли персонажа, воплощает действие и является связующим звеном между персонажем и воспринимающим его зрительным залом.

Связь драматического слова со сценой, действенного в звучании и сопровождаемого поступком, обуславливает особый подбор словесного материала, закономерное использование которого привело к спецификации «драматического слова» [5, c. 8]. Предназначенный для реализации на сцене текст персонажей, организуется драматургом с учетом: ограниченности времени спектакля, необходимости пояснения того, что происходит за сценой (использование коммуникативно-информационной формы сообщения), совершенно другого посыла звука от персонажа до зрителя, его силы и внешней выразительности.

В отличие от обыденной речи, слишком бедной для обозначения иногда очень существенных оттенков психологии, речь в драме, предназначенная для произнесения в широком пространстве театра и рассчитанная на массовый эффект, исполнена определенного рода условности. А.С. Пушкин, например, писал: «У Расина (например) Нерон не скажет просто: «Я прячусь в этой комнате» - но: «Сокрытый близ сих мест, я вас узрю, госпожа» [6, с. 359]. Рассматривая проблему языка действующих лиц, В. Шкловский приводит описания Н.В. Гоголя речи своих героев: «Почтмейстер умащивал речь множеством разных частиц, как-то: сударь ты мой, это какой-нибудь, знаете, понимаете, можете представить, относительно, так сказать, некоторым образом, и прочими, которые он сыпал как из мешка» [7, c. 60].

Наряду с речью персонажей, которая дается полностью, так, как должна быть произнесена, в тексте драматического произведения имеются ремарки, которые выполняют служебную функцию и дают указания режиссеру о художественном замысле спектакля, его сценическом воплощении. Речь персонажей в сочетании с ремаркой может быть может быть оформлена в виде следующих форм организации речевого ряда: монолога, диалога, полиалога, реплики. Называя диалог основной и наиболее показательной формой драмы, О.В. Журчева относит к главным его критериям коммуникацию и обратимость общения, а также характеризует «достаточно высоким темпом «подачи» реплик, только тогда он становится словесной дуэлью. Согласно неписаному родовому правилу, в театре диалог (так же как и любая речь персонажей) является действием через речь. Благодаря диалогу, зритель начинает чувствовать трансформацию всего мира спектакля, динамику действия» [8, c. 90].

С. Балухатый выделяет следующие приемы построения речей лиц в диалоге: тема раскрывается моноложно при отсутствии других лиц; тема раскрывается моноложно в присутствии других лиц; тип монолога в форме мнимого диалога; тема раскрывается в диалоге, в речеведении двух лиц; диалог и речь отдельных лиц наличием пауз получает признаки эмоционального протекания или лирического охвата [5].

В отличие от диалога, монолог определяется как речь персонажа, не обращенная непосредственно к собеседнику с целью получить от него ответ. Монологическая речь выступает в качестве декоративного элемента и называется внутренним диалогом, в котором участвуют говорящее Я и слушающее Я. В.М. Волькенштейн рассматривает монолог в качестве «замаскированного диалога», который может существовать в разных видах, как: обращение к антропоморфному партнеру; обращение к отсутствующему персонажу; репетицией предстоящего диалога; воздействием на самого себя; как упражнение в решении; как укоры; как выбор; диалог переходит в монолог [9].

Рассматривая диалог в качестве «средоточие действия драмы», В.Е. Хализев в статье «Монолог и диалог в драме» выделяет монолог, в тех случаях, когда он «выходит за рамки взаимного общения персонажей», как «реализацию общения автора с читателями и зрителями» [10, c. 522].

Определенную форму построения пьесы совместно с речью персонажей обеспечивает ремарка, которая не передает действие, а описывает его, комментирует, доносит дополнительный смысл. По мнению В.А. Сахновского-Панкеева, она является компонентом, привнесенным историей развития драмы, так как в Древней Греции их не было, у Шекспира – минимум, и чем дальше, тем ремарки появляются чаще и становятся все более обширными [11]. В.М. Волькенштейн подразделяет реплики на реплики прямого нападения, распознавания и взывания о помощи — и соответствующие реплики сопротивления, и называет главной их целью волевое воздействие: «Там, где между персонажами возможно сокровенное общение, где они понимают друг друга с полуслова, реплика может быть утонченным намеком (например, в некоторых пьесах Метерлинка; театр для немногих)» [12, ст. 576].

Несмотря на это П. Пави в «Словаре театра» говорит о возможности пригодности любого текста к мизансценированию, когда он используется на сцене. «Крайность в виде мизансценирования телефонного справочника уже не выглядит шуткой и неосуществимым предприятием!» [13, c. 368]. Он предлагает свои критерии определения драматургического текста: текст основной (предназначенный для произнесения) и текст второстепенный (сценические указания); текст распределенный (делится между различными персонажами-собеседниками) и «объективный» (источник речи неясно эксплицирован); вымышленность (текст, поставленный на сцене); установление взаимоотношений контекстов (совместный универсум дискурса).

Несмотря на практику инсценировок режиссерами литературных произведений (повесть, роман) не предназначенных для театра в драму «на чисто диалогический ряд», некоторые деятели искусства относятся к этому весьма отрицательно [4]. «Переделывать повесть в драму или драму в повесть, писал Белинский, – противно всем понятиям о законах творчества и есть дело посредственности» [14, c. 76].

Являясь письменным текстом, драматургический текст, тем не менее, опираясь на действенное содержание драмы, предназначен для того, чтобы быть воспроизведенным на сцене, перейти из пространства письменной речи к перспективам сценической речи. В отличие от других видов искусств, театр является искусством синтетическим, отдельные части которого подчиняются совершенно разным законам. Понимая под знаком вслед за К. Леви-Строссом выражение «одного посредством другого», театр пользуется различными знаковыми системами, к которым относятся: драма (действие персонажей и литературный текст), живопись (свет, цвет, мизансцена), музыка (темп, ритм и т.д.), архитектура (пространственная композиция, сценография). Поэтому драматургический текст должен быть не только представлен на сцене, но и расшифрован на языке театра, должен перейти с литературного языка на театральный язык.

А. Юберсфельд трактует театральный текст в качестве системы знаков различной природы, относящихся к процессу коммуникации и содержащих сложную серию отправителей, серию сообщений, а также множественного, но расположенного в одном месте, реципиента [15]. По мнению Э. Розика, театральный текст является «окончательный и определенный набор сложных целостных театральных знаков, что передаются аудитории посредством сценического представления, и дешифруется зрителем под тем предположением, что это послание выражает, описывает некий воображаемый мир» [16, с. 147].

Драматургический текст является лишь основой для сценического действия, в котором слова персонажей переходят в сценическую речь, а авторские ремарки реализуются в виде декораций, мизансцен, костюмов персонажей и т. д. Языковая и единая форма существования текста пьесы, его линейная организация в пространстве противостоят множественномутивостоитвремени. в пространсиространситве ктаклествования текстасцене, но и расшифрован рактеристик речевому воплощению в спектакле, являющимся многомерным как в пространстве, так и во времени. В этой связи Э. Маркони и А. Роветти называют основным отличием знаковой системы пьесы от спектакля его аудиовизуальный характер, так как он воздействует при помощи разнообразных знаковых систем на слух и зрение зрителей. При этом описанные драматургом пространственно-временные характеристики текста, воплощаясь в речи, по мнению исследователей, не только становятся материальными и конкретными, но и существенным образом видоизменяются, оставляя от текста в спектакле только членение – акты, сцены, картины, само материальное наполнение времени и пространства становится совершенно иным [17].

Фиксированный характер текста, его инвариантность и единичность противопоставляются неисчерпаемому разнообразию многочисленных вариантов-спектаклей. При этом естественно, что литературная основа спектакля – дра­матургия – и сам спектакль представляют совершенно разные произведения. Вопрос об интерпретации художественного текста связан с двумя противоположными тенденциями: абсолютной самостоятельности авторского текста и пренебрежением к нему, когда внимание режиссера и актеров концентрируется на спектакле, текст же представляется им лишь одним из второстепенных его элементов. По мнению Э. Бентли, «Сценическое воплощение во многом обогащает пьесу – ведь для нас столько значит непосредственное, чувственное восприятие! Если сюжет, обрисовка характеров и диалог облекают плотью тему, преобразуют мысль в мудрость, а картину жизни – в прозрение, то хорошая театральная постановка тысячью способов помогает свершиться этому, но прежде всего посредством добавления решающей и убедительной в своей конкретности фигуры – живого актера» [18, с. 176].

Таким образом, рассматривая драматический, драматургический и театральный тексты в качестве элементов разных семиотических систем, следует отметить, что более широким понятием является драматический текст, который включает сферы функционирования драматургического текста, под которым понимается всё литературное поле пьесы (текст персонажей и авторские ремарки), и театрального текста, который представляет собой сценическое представление, реализуемое с помощью различных театральных средств (драмы, музыки, живописи, архитектуры) при взаимодействии со зрителями.


Литература:

  1. Лотман Ю.М. Об искусстве. – СПб: Искусство-СПБ, 1998.

  2. Лотман Ю.М. Культура и взрыв: научное издание / Ю. М. Лотман. – М.: Гнозис, 1992.

  3. Из истории советской науки о театре. 20-е годы. Сб. трудов. – М.: ГИТИС, 1988.

  4. Хализев В.Е. Драма как явление искусства. – М.: Искусство, 1978.

  5. Балухатый С. Проблемы драматургического анализа. Драматургия Чехова. – Л.: Академия, 1927.

  6. Пушкин А. С. Собрание сочинений: В 4 т. Т. 6. – М., 1962.

  7. Шкловский В. Техника писательского ремесла. – М.-Л.: Молодая гвардия, 1928.

  8. Журчева О.В. Жанровые и стилевые тенденции в драматургии ХХ века: Учебное пособие. – Самара: СамГПУ, 2001.

  9. Волькенштейн В.М. Драматургия. – М.: Советский писатель, 1960.

  10. Хализев В.Е. Монолог и диалог в драме // Известия РАН. Серия литературы и языка. Т. 40, 1981. – № 6.

  11. Сахновский-Панкеев В.А. Драма. Конфликт. Композиция. Сценическая жизнь. – Л.: Искусство, 1969.

  12. Литературная энциклопедия: Словарь литературных терминов: В 2-х т. / Под ред. Н. Бродского, А. Лаврецкого. – М.; Л.: Л. Д. Френкель, 1925.

  13. Пави П. Словарь театра / Перевод с французского. – М.: Прогресс, 1991.

  14. Белинский В. Г. Собрание сочинений в девяти томах. Т. 6. – М., 1981.

  15. Как всегда – об авангарде: Антология французского театрального авангарда. – М., 1992.

  16. Rozik E. The language of the theatre. – Glasgow, 1992.

  17. Маркони Э., Роветто A. Театр как общая модель языка. – Mилан, 1975.

  18. Бентли Э. Жизнь драмы. – М.: Айрис-пресс, 2004.

Основные термины (генерируются автоматически): текст персонажей, драматургический текст, сцене текст персонажей, театральный текст, речью персонажей, драматургического текста, драматургический текст должен, «В понятие текста, Похожая статья, речь персонажей, качестве текста, существования текста пьесы, значении высказываний персонажей, авторские ремарки, речь множеством разных, речь отдельных лиц, определения драматургического текста, функционирования драматургического текста, сценический материал, самостоятельности авторского текста.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle