Русский иностранец Джон Фильд | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 6 марта, печатный экземпляр отправим 10 марта.

Опубликовать статью в журнале

Авторы: ,

Научный руководитель:

Рубрика: Искусствоведение

Опубликовано в Молодой учёный №5 (347) январь 2021 г.

Дата публикации: 31.01.2021

Статья просмотрена: 109 раз

Библиографическое описание:

Мамбетова, А. С. Русский иностранец Джон Фильд / А. С. Мамбетова, М. А. Куромысова. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2021. — № 5 (347). — С. 141-144. — URL: https://moluch.ru/archive/347/78249/ (дата обращения: 25.02.2021).



Эта статья посвящена одному из самых влиятельных музыкальных деятелей в культурной жизни России XIX века — виртуозному пианисту, талантливому композитору и педагогу, «русскому иностранцу»Джону Фильду. Она повествует о становлении педагогической, исполнительской и композиторской деятельности Джона Фильда в период его жизни в России, о его вкладе в развитие русской фортепианной школы и отечественной музыки в целом, о педагогических принципах и новаторских идеях музыканта. Также в статье рассказано о стремлении иностранцев создавать обработки русских народных песен. Тема статьи обусловлена профессиональными интересами авторов. Проведён анализ различных литературных и интернет-источников. В результате исследования стало очевидным, что именно Джон Фильд стал основоположником таких нововведений в фортепианной музыке, как ноктюрн и фортепианный дуэт, а также новых для того времени техник игры на музыкальном инструменте. Благодаря его педагогической деятельности и наследию было воспитано ни одно поколение потрясающих музыкантов — пианистов и композиторов, которые восхищались его техникой игры и сами стали великим достоянием нашей родины.

Ключевые слова: фортепианный дуэт, фортепианная педагогика, жанр, ноктюрн, русская народная песня.

В музыкальной истории и культуре XIX столетия одной из самых интригующих является тема иностранцев в России. В то время в России была нехватка специалистов в области пианизма, и компенсировалась она «русскими иностранцами» — исполнителями и композиторами из других стран, которые жили и творили в России. Таким иностранцем был и Джон Фильд — пианист-виртуоз, композитор, педагог, а также кумир и наставник нескольких поколений российских музыкантов.

Джон Фильд родился в 1782 году в ирландском городе Дублине. Его родные были протестантами, а также потомственными музыкантами: отец скрипачом, а дед — органистом. Музыкальные способности ребенка проявились рано. Основам музыкальной грамоты его обучали дед и отец, а чуть позже его учителем стал Томмазо Джордани — известный итальянский певец, композитор и клавесинист, живший в то время в Дублине. В 1792 году десятилетний музыкант первый раз выступил на публике. В этом же году он переехал в Лондон и стал учеником выдающегося композитора и пианиста Муцио Клементи. В то время Клементи был владельцем фабрики по производству роялей, что в будущем сыграло ключевую роль в жизни Джона Фильда. Сначала мальчик демонстрировал рояли в магазине, хозяином которого был Клементи, а позже начал давать концерты, сопровождая своего учителя и наставника в поездках по заграничным городам. Свой первый концерт для фортепиано Джон Фильд написал и исполнил в 1799 году. Успешные концерты того периода, проходившие в разных городах Европы, принесли ему известность. Видя талант ученика, Клементи написал письмо музыкальному издателю Игнацу Плейелю. В своем письме он описал Фильда как любимца публики, виртуозного исполнителя и гениального композитора, на которого он возлагает большие надежды.

Продажа инструментов привела Клементи и Фильда в Россию. В 1802 году, пересекая границу России, молодой музыкант не подозревал, что останется в этой стране на всю жизнь. Именно в России (а в частности, в крупнейших ее городах — Петербурге и Москве) в полной мере развернулась его композиторская, исполнительская и педагогическая работа. Об успехах Фильда писала лейпцигская газета «Zeitung fur die elegante Welt»: «Господин М. Клементи, посетивший в прошлом году Петербург с коммерческой целью, оставил нам здесь, между прочим, господина Фильда. Его большая, превосходная фортепианная техника, его собственные сочинения, счастливая память, позволяющая ему с легкостью овладеть фугами Баха и сонатами Клементи, делают этого молодого человека, которому еще только 20 лет, достопримечательностью в музыкальном мире. Концерты, организованные как музыкальным обществом, так и самостоятельные, очень способствовали быстрому распространению его славы» [2, с. 22].

Музыкальные произведения и концерты знаменитого лондонского виртуоза были популярны в России, поэтому новость о том, что Фильд желает переехать сюда на постоянное место жительства, произвела фурор в российском светском обществе. Однако такому решению способствовал и сам характер пианиста, ведь Фильд не принимал лондонскую чопорность и считал пыткой постоянное нахождение в обществе, где принят строгий дресс-код. При этом в Москве он часто бывал в высшем свете, посещал литературно-художественные салоны, дружил с Грибоедовым, общался с Пушкиным и другими известными личностями. Здесь ему прощалось все: и жилет, застегнутый не на те пуговицы, и чулки навыворот, и перекошенный галстук, и любой другой экспромт в одежде или поведении. Российские столицы больше подходили музыканту по духу и образу жизни, чем европейские города того времени. В России он полюбил морозную зиму, домашний отдых у камина и возможность начинать утро в домашнем халате, тапочках и с бутылкой шампанского. Здесь он мог чувствовать себя более раскованно и свободно.

В Москве и Петербурге Джон Фильд считался самым высокооплачиваемым репетитором. У него брали уроки дети знатных и богатых людей, но при этом учеников из бедных семей он мог обучать бесплатно, если считал, что у них есть талант к музыке. Обычные учителя музыки в то время были на правах слуг перед детьми богатых родителей. Фильд же, напротив, никогда не считал, что перед людьми, которые ему платят, нужно раболепствовать. При этом у него не было отбоя в клиентах, так как слухи о модном и популярном преподавателе разлетались очень быстро. Обучая «тугоухих» и немузыкальных барышень, он мог покуривать трубку и отхлебывать шампанское из бутылки, считая это заслуженной наградой за свои труды. Подход к обучению у него также был своеобразным. Пианист-виртуоз не был поклонником фортепианной педагогики, популярной в те годы в России. Он предпочитал не объяснять музыку словами, а проигрывать для ученика ту или иную пьесу, чтобы ученик сам попытался понять свои ошибки и исправить их. Талантливые воспитанники легко с этим справлялись, перенимая у маэстро его стиль игры и понимание музыки. Фильд не был сторонником механических методов развития техники, которыми увлекались другие преподаватели музыки. Взамен этого он клал на кисть руки обучающегося монету, чтобы тот избегал резких движений, способных скинуть монету с кисти, что со временем делало движения ученика более плавными, а игру — более легкой, профессиональной. При этом от своих подопечных он требовал не механически верного исполнения, а вдумчивой работы и постоянного слухового контроля, учил уделять внимание качеству звука, мельчайшим нюансам в звучании каждой ноты, выразительности каждой фразы, заставлял нажимать на педаль с большой аккуратностью, а всю динамику, нюансы и особенности пьесы передавать с помощью виртуозной пальцевой игры.

Фильд не был поклонником творчества Бетховена или мощной игры известного пианиста и композитора Ференца Листа. Он был одним из первых представителей фортепианного романтизма, а в его сдержанном и филигранном исполнении прослеживалась школа Баха и Моцарта. Ученики и слушатели Фильда восторженно отзывались о его исполнительском таланте. Они называли его игру не просто виртуозной, они характеризовали ее как чистую и нежную, точную и законченную, чувственную и воздушную, рассказывали о его дивном способе прикосновения к клавишам. Чтобы понять, насколько это было необычно для того времени, можно привести слова М. Глинки: «Хотя я слышал его не много раз, но до сих пор хорошо помню его сильную, мягкую и отчетливую игру. Казалось, что не он ударял по клавишам, а сами пальцы падали на них, подобно крупным каплям дождя, и рассыпались жемчугом по бархату» [1, с. 26]. Такого звучания пианист добивался с помощью приема, которому он научился у своего наставника Муцио Клементи, но при этом он добавлял исполнению свойственную лишь ему одному лиричность и задушевность. Во время игры на инструменте работали только пальцы музыканта, а сами кисти оставались практически неподвижными. Кроме того, Фильд был новатором. Он играл трели тремя и четырьмя пальцами, он изобрел и использовал особый способ нажатия на педаль, который назывался приемом «мерцающей» педали и в исполнении профессионала заставлял инструмент звучать мягко, придавал игре «акварельную» окраску. Маэстро настолько искусно владел педалью, что игра на инструменте превращалась в «фортепианное пение». Эта техника впоследствии стала одной из отличительных особенностей русской пианистической школы. Также Фильд полностью переменил аппликатуру фортепианной игры: начал использовать первый и пятый пальцы для всех без исключения клавиш и обучать этому своих учеников, открыв будущим поколениям музыкантов новые возможности в совершенствовании техники игры.

Кроме инновационной техники игры Фильд стал создателем нового для того времени фортепианного жанра — ноктюрна, а также основоположником исполнительского жанра — фортепианного дуэта. Раньше ноктюрном называли музыкальное произведение, которое было близким к серенаде и писалось для духовых инструментов, теперь же этот жанр стал доступен и для фортепианной музыки. Свои первые ноктюрны для фортепиано композитор написал и издал в 1814 году. Именно ноктюрны и фортепианные концерты принесли Фильду большую известность, потому что очень нравились публике и другим музыкантам, которые также их исполняли. Со всеми своими учениками Джон Фильд играл в четыре руки, так как считал это обязательным этапом обучения, позволяющим обучающимся получать бесценный опыт ансамблевого музицирования. На концертах он выступал чаще дуэтом, чем сольно. Во время совместной игры Джон Фильд был одинаково строг как с учениками, так и с известными исполнителями. Маэстро неизменно требовал ансамблевой дисциплины и при этом увлекал партнера вдумчивостью, логикой и виртуозностью своей игры настолько, что любой его тандем выглядел слаженным и давно «сыгранным». По поведению во время игры в ансамбле маэстро оценивал не только профессиональные, но и человеческие качества музыканта. Сам Фильд неизменно играл ведущую партию, наблюдая при этом, насколько его партнеру удается подчиняться правилам игры в ансамбле, прислушиваться к «музыкальному собеседнику» и сохранять свой стиль, свое звучание. Для других музыкантов выступить дуэтом с Фильдом было большой честью, к тому же это гарантировало внимание и уважение публики. И несмотря на то, что сам Джон написал всего несколько произведений для фортепианного дуэта, в итоге именно при нем начал формироваться концертный дуэтный репертуар и именно он сыграл решающую роль в популяризации этого исполнительского жанра в нашей стране. Первыми музыкантами, которые позиционировали себя именно как фортепианный дуэт, были ученицы Фильда — сестры Каролина и Евгения Цинтль. Этот ансамбль они создали по наставлению и под руководством своего учителя в период не позднее 1805 года. В их программах выступлений номеров для совместного исполнения было больше, чем сольных. К тому же сестры серьезно относились к подбору пьес, выбирая сложные и высокохудожественные произведения, которые прекрасно звучали при исполнении в четыре руки и отвечали самым высоким эстетическим вкусам.

Живя в России, маэстро проникся прелестью и самобытностью русской народной песни, сблизился с интонационным строем русской музыки. В то время было модно сочинять и импровизировать на народные темы. Даже Клементи отобрал 44 русские песни, сделав на их материале несколько фортепианных обработок (рукописи этих обработок хранятся в Британском музее в Лондоне). Популярный петербургский пианист, композитор и педагог Иоганн Прач, который также занимался сбором и записью русских народных песен, показал Фильду все многообразие народной музыки: такой мелодичной, поэтической и своеобразной. Позднее Фильд создал фортепианные обработки, посвященные русским темам. Это были вариационные циклы и фантазии на мелодии популярных песен. Русский мелос наложил определенный отпечаток и на многие его задушевные ноктюрны. В них иной раз проскальзывают мелодические обороты, напоминающие о русских народных песнях или о песенном творчестве русских композиторов того времени. Например, ноктюрн № 13 d-moll написан на тему «Шумел камыш, деревья гнулись», а ноктюрн е-moll № 10 близок мелодии «Соловья» А. Алябьева. Лучшими образцами пьес вариационного жанра или в свободной форме фантазии являются «Фантазия на излюбленную тему моего друга Н. П». для фортепиано в сопровождении оркестра, «Камаринская» и Вариации на русскую песню «Чем тебя я огорчила» для фортепиано в 4 руки (издана в 1808 году). В этих вариациях появляется тема песни «Во поле березонька стояла», проходящая в обеих партиях. Но даже когда в произведениях Фильда нет столь явного сходства с русскими напевами, они все равно овеяны славянской песенностью и именно поэтому так родственны Глинке и Шопену. Фильдовские мелодии явились как бы эскизами или первыми опытами в области того нового фортепианного стиля, который нашел свое дальнейшее развитие в произведениях Шопена, в миниатюрах и вариациях Глинки.

Маэстро умер в Москве в 1837 году. За период жизни, творчества и работы в России Фильд оставил большое наследие и внес огромный вклад развитие русского пианизма и воспитание великих русских композиторов и исполнителей, среди которых Михаил Глинка, Алексей Верстовский, Александр Гурилев, Антон Герке, Александр Дюбюк, Владимир Одоевский, Шарль Майер. Он написал множество фортепианных концертов, ноктюрнов, сонат, вариационных циклов, арий, романсов, полонезов. Он любил и популяризировал русские народные мотивы. Он повлиял на технику игры на фортепиано, существенно ее улучшив и открыв для исполнителей новые горизонты. Джон был первым, кто совершенно переменил фортепианную аппликатуру, и мы все обязаны ему за то, что через это улучшение был дан сильный толчок искусству игры на фортепиано. Педагогическая деятельность Фильда оставила глубокий след в истории русского фортепианного искусства, и особенно заметно влияние фильдовских традиций сказалось в русском пианизме на развитии московской фортепианной школы. Но его имя и заслуги в нашей стране сегодня оказались незаслуженно забытыми. Продолжателями традиций Фильда в двадцатом веке были пианисты Елена Геннадьевна Сорокина и Александр Георгиевич Бахчиев, которые более 30 лет играли дуэтом произведения этого композитора. Изучением его творчества занимались такие авторы, как Николаев Александр Александрович, Сорокина Елена Геннадьевна, Шабшаевич Елена Марковна и другие. [2; 3; 4; 5]. А в наши дни музыка Фильда звучит в Москве на концертах, которые организует Фонд «Бельканто».

Литература:

  1. Глинка М. И., Римский-Корсаков А. Н. Записки. — М.: Юрайт, 2019. — 271 с.
  2. Николаев А. А. Джон Фильд. — М.: Музыка, 1979. — 159 с.
  3. Сорокина Е. Г. Фортепианный дуэт. — М.: Музыка, 1988. — 80 с.
  4. Шабшаевич Е. М. Монография: Музыкальная жизнь Москвы XIX столетия и ее отражение в концертной музыкальной практике. — М.: Композитор, 2012. — 600 с.
  5. Шабшаевич Е. М. Монография: Фортепианная музыка в концертной жизни Москвы XIX столетия. — М.: НИЦ «Московская консерватория», 2014. — 648 с.
Основные термины (генерируются автоматически): Россия, Москва, фортепианный дуэт, время, композитор, концерт, ноктюрн, Петербург, ученик, исполнительский жанр.


Ключевые слова

русская народная песня, жанр, фортепианный дуэт, фортепианная педагогика, ноктюрн
Задать вопрос