Контролируемое банкротство как одна из форм злоупотребления правом арбитражного управляющего | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 13 марта, печатный экземпляр отправим 17 марта.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Рубрика: Юриспруденция

Опубликовано в Молодой учёный №52 (342) декабрь 2020 г.

Дата публикации: 24.12.2020

Статья просмотрена: 20 раз

Библиографическое описание:

Вотев, А. А. Контролируемое банкротство как одна из форм злоупотребления правом арбитражного управляющего / А. А. Вотев. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2020. — № 52 (342). — С. 167-169. — URL: https://moluch.ru/archive/342/77034/ (дата обращения: 28.02.2021).



В данной статье автор освящает проблему злоупотребления правом арбитражного управляющего в процедуре банкротства, в частности участие арбитражного управляющего в контролируемом банкротстве. Автор анализирует последние изменения в судебной практике на этот счет.

Ключевые слова: злоупотребление правом, банкротство, арбитражный управляющий.

Процедуру несостоятельности можно охарактеризовать как сложную систему, состоящую из множества стадий и отдельных этапов с вовлечением разных многочисленных участников с целью достижения конечного результата [1, с. 12]. Эффективность процедуры банкротства зависит во многом от стабильности ее участников. Однако на практике, когда между собой сталкивается множество интересов и возникает конфликт осуществить такую стабильность достаточно сложно.

Конфликт интересов участников процедуры банкротства провоцирует их к совершению недобросовестных действий направленных на удовлетворение в первую очередь своих задач. Совокупность действий арбитражного управляющего, должна быть нацелена на предотвращение таких злоупотреблений через реализацию его прав и обязанностей, по смыслу п. 4 ст. 20.3 Закона о несостоятельности банкротстве арбитражный управляющий должен действовать добросовестно и разумно [11].

Однако участие арбитражного управляющего в недобросовестных действиях должника или кредиторов, взаимодействие с иными лицами в негативных целях на практике не редкость.

В юридической литературе выделяют, к примеру, такие формы злоупотребления правом в банкротстве, как вывод активов, манипулирование механизмом торгов, преднамеренное банкротство, контролируемое банкротство [3, с.71].

Контролируемое банкротство судебная практика и юридическая литература выделяют, как одну из ключевых форм злоупотреблений с участием арбитражного управляющего. Так, Д. О. Османова считает, что дестабилизирующим фактором таких нарушений следует считать слабость норм об ответственности арбитражного управляющего [4, с. 67].

Контролируемое банкротство характеризуется сговором должника, кредитора или группы кредиторов с арбитражным управляющим. Который сам или через «дружественных кредиторов» инициирует свою кандидатуру в деле о банкротстве [5, c. 39].

Так, в рамках дела судом исследовался вопрос о возможности в некоторых случаях (к примеру, при косвенных признаках аффилированности должника и первого кредитора) ко второму заявителю по делу о банкротстве переходить право на предложение своей кандидатуры арбитражного управляющего, отличной от кандидатуры, предложенной первым заявителем [10]. В итоге Верховный Суд Российской Федерации (далее ВС РФ) пояснил, что не подлежит рассмотрению кандидатура временного управляющего, предложенная вторым заявителем после погашения требований первого заявителя, процессуального правопреемства и отказа от требования, принадлежавшего первому заявителю [6].

В отдельных случаях судами выявляются со стороны заинтересованных лиц попытки взять процедуру банкротства в свои руки [9].

Контролируемое банкротство, по мнению Р. Т. Мифтахутдинова, А. И. Шайдуллина это инструмент для аффилированных лиц. Можно согласиться с исследователями, что данная форма злоупотребления правом в банкротстве имеет системный характер. Они отмечают, что практику в связи с выходом Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом ВС РФ 29.01.2020) [7] ждут серьезные изменения. В России существует, благодаря рецепции немецкого законодательства о банкротстве, прокредиторская модель несостоятельности. Жесткая прокредиторская модель не оставляет должнику выбора, он бесправен и связан волей кредиторов, как кредиторы решили так и будет, т. е. кредитор голосует как правило за конкурсное производство и должник не может предлагать свою программу реабилитационных мер, должник выведен из банкротного процесса. Акционер, участник общества, собственник унитарного предприятия не могут получать информацию из дела о банкротстве. Они могут избрать представителя, но полномочия его также ограничены. В немецком законе действовало полное бесправие должника. Но современная российская практика не пошла по немецкой модели, допуская аффилированных лиц в реестре требований кредиторов. Рецепция немецкого законодательства не оказала должного влияния. Должник в России мог контролировать свои требования, голосовать на собрании кредиторов, принимать решения о судьбе должника. Если должник нарастит свою задолженность, он будет контролировать банкротство, кредитор воспользуется такой возможностью — он будет управлять. Банки — основной финансовый инструмент, в том случае, когда кредиторы менее весомы, должник получает возможность такого управления. По этой причине отсутствует развитие института несостоятельности, не работают реабилитационные процедуры. Но в результате выхода Обзора ВС РФ от 29.01.2020 года, по мнению Р. Т. Мифтахутдинова нас ждет еще более прокредиторская модель [2]. Кредиторы сейчас могут влиять на саморегулируемые организации арбитражных управляющих (далее СРО) и на арбитражных управляющих, в первую очередь на арбитражных управляющих. Экономическая коллегия ВС РФ изменила сложившийся подход к применению метода случайной выборки СРО и арбитражных управляющих.

Подход закрепленный в Определении ВС РФ от 26.08.2020 г. № 308-ЭС20–2721[8]утвердил свою позицию обозначенную в нескольких предыдущих Определениях ВС РФ суть которого в том, что «стороне, возражающей против утверждения конкретной кандидатуры арбитражного управляющего (либо СРО), достаточно подтвердить существенные и обоснованные сомнения в независимости управляющего», иными словами, вызвать у суда подозрения в разумности выбора и относительной приемлемости названной кандидатуры. В целях отклонения кандидатуры управляющего отсутствует необходимость доказывать его аффилированность с должником ввиду излишней строгости данного подхода.

Таким образом, ВС РФ упростил для кредиторов бремя доказывания аффилированности арбитражных управляющих, так сейчас вместо доказывания подконтрольности лица заявившего кандидатуру арбитражного управляющего достаточно зародить у суда разумные сомнения относительно конкретной кандидатуры управляющего. С одной стороны это позволяет независимым добросовестным кредиторам защитить себя от контролируемого банкротства, но с другой стороны в условиях отсутствия разумности критериев суда готовит поле для злоупотреблений со стороны недобросовестных кредиторов в делах о банкротстве.

Литература:

1. Карелина С. А. Механизм правового регулирования отношений несостоятельности. М.: Волтерс Клувер, 2008. 551 с.

2. Мифтахутдинов, Р. Т. Понижение в очередности (субординация) требований контролирующих должника или аффилированных с ним лиц в российском банкротном праве / Мифтахутдинов, Р. Т. Шайдуллин А. И. // Вестник экономического правосудия РФ. 2020. № 9. URL: https://zakon.ru /publication/igzakon/8334 (дата обращения 20.10.2020).

3. Османова Д. О. Злоупотребления при несостоятельности банкротстве: дис. … канд. юрид. наук. Москва, 2018. 206 с.

4. Османова Д. О. Несовершенство законодательной техники при определении признаков банкротства: возможности для злоупотреблений // Человеческий капитал. 2016. № 12(96). С. 65–69.

5. Чесноков А. А. Некоторые особенности доказывания фактов преднамеренного банкротства // Алтайский юридический вестник. 2013. № 1. С. 34–39.

6. Обзор судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом ВС РФ 20.12.2016) (ред. от 26.12.2018) [Электронный ресурс]. В данном виде документ опубликован не был. Доступ из СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения 13.09.2020).

7. Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом ВС РФ 29.01.2020) // Бюллетень ВС РФ. 2020. № 7.

8. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 26.08.2020 № 308-ЭС-2721 по делу № А53–30443/2016 [Электронный ресурс]. Документ опубликован не был. Доступ из СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения 17.12.2020).

9. Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2018 № 17АП-12365/2014-АК по делу № А60–48146/2013 [Электронный ресурс]. Документ опубликован не был. Доступ из СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения 25.10.2020).

10. Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2019 № 10АП-20554/2019, 10АП-15742/2019 по делу № А41–23442/2019 [Электронный ресурс]. Документ опубликован не был. Доступ из СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения 12.09.2020).

11. О несостоятельности (банкротстве): Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 31.07.2020) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.09.2020) // СЗ РФ. 28.10.2002. № 43. ст. 4190.

Основные термины (генерируются автоматически): контролируемое банкротство, управляющий, ВС РФ, кредитор, банкротство, должник, немецкое законодательство, Россия, судебная практика, юридическая литература.


Задать вопрос