Астрономические единицы в творчестве Адыла Якубова | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 20 марта, печатный экземпляр отправим 24 марта.

Опубликовать статью в журнале

Авторы: ,

Рубрика: Филология, лингвистика

Опубликовано в Молодой учёный №52 (342) декабрь 2020 г.

Дата публикации: 25.12.2020

Статья просмотрена: 2 раза

Библиографическое описание:

Шарипова, Д. Р. Астрономические единицы в творчестве Адыла Якубова / Д. Р. Шарипова, Ж. И. Рахимов. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2020. — № 52 (342). — С. 142-144. — URL: https://moluch.ru/archive/342/77030/ (дата обращения: 07.03.2021).



Книга Адыла Якубова в узбекской прозе выделяется своей оригинальностью в использовании автором астрономических единиц, таблиц и терминов. Свидетельством этого является его роман «Сокровищница Улугбека»

В начале повествования его главный герой романа на звездном небосклоне разглядел необычное созвездие. Вот что автор пишет: «Он не угадал этих звезд, он, астроном, что знал каждую, как свой палец… какое же это созвездие? Кажется, «Дубби Акбар» — «Большая Медведица» или нет? Глаза его потускнели или, чего доброго, он тронулся разумом»?

Следует отметить, что основным героем романа является великий ученый Мирзо Улугбек, использовавший именно арабские термины, ибо и его последователи все научные работы вели на арабском языке. Термин «Дубби Акбар» это не единственный пример использования арабских терминов в романе. Он использует арабские термины не только в наименованиях звезд и планет, но и в научных работах.

В разные периоды развития узбекской прозы выдающийся ученый-астроном Абу Райхан Беруни также пользовался астрономическими единицами и арабскими терминами в книге «Ал-Канун ал маъсуди», «Мезон ул хикмат», «Китоб ус сайдана» — Книга по астрономии. А ученейших из ученых Али ибн Сина в книгах «Китоб уш шифо» и «Кито бун нажот», которые являются жемчужинами искусства врачевания, не помещались даже в мешке, равно как начерченные на шелковой бумаге звездные таблицы самого Улугбека и его же, не законченные еще переписчиками-каллиграфами исторические трактаты. «Вместе с книгами Авиценны Али Кушчи сложил их в особый сундук завернув предварительно в плотную парчу» — отмечено автором романа «Сокровищница Улугбека».

Интересно, и то, что один из героев романа Али Кушчи вспомнил: споры о движении звезд: «О чем он сейчас думал, желая найти своим выводам строгую математическую форму разглядевших созвездий, в том числе и Дубби акбар (Большая медведица). Тогда еще не было обсерватории устода, и потому о расположении и времени перемещения светил можно было говорить лишь приблизительно. За двадцать лет устод — истинно достойный рая! — создал весьма полную таблицу движения небесных тел, их верхних и нижних стояний. Вот если бы таблицы эти были сейчас здесь, под рукой, он легче обошелся бы тогда без пера и бумаги!» — размышляет автор. Или же: «Али Кушчи, как обычно, еще с вечера занял свое место для наблюдений и перемещениями светил. На небе ярко светило созвездие Рака. Это созвездие являлось созвездием медицины. Созвездие, которое плохо влияет на здоровье людей. Али Кушчи понял, что это недобрый знак. Он отложил в сторону астрономические приборы, и глубоко задумался…»

Далее автор размышляет: «В это мгновение он услышал стук копыт (кто-то въехал во двор), и привиделось ему бездонное небо, звезда в разрывах черных, быстро проносящихся туч. А еще широкая-широкая степь, теплый вечер в степи, фигура деда, припадающего на левую ногу. А еще Сарай-мульк-ханум, белые, нежные пальцы ее в перстнях, голос ласковый, вроде журчащего ручья: «Не хочешь спать, стригунок мой, тогда полюбуйся на звезды. Это милосердные ангелы парят в небе, славят создателя. Полюбуйся, стригунок мой, полюбуйся…»

Таким образом, Адыл Якубов повествование книги делает более художественным, оригинальным при использовании астрономических единиц и терминов. Или же: Каландар и Калканбек ехали уже несколько часов. Ночь перешла во вторую половину, мягкая, черная, словно бархат, ночь. Каландар поднял голову. Звездное небо сияло над ним. Рассыпал золото свое Млечный Путь. Над ним чеканные очертания Большой Медведицы. Ниже горсть горячих угольков — Плеяды. Венеры-звезды утра, еще не видно, но уже слышались лай собак и первые крики петухов. Потом вершины гор озарились, будто от пламени огромного костра. То луна, большая, круглая, багровая, вступила в права, и все вокруг в ее свете стало еще более величественным и таинственным. — повествует Адыл Якубов.

Как известно, с древних времен, ученые стремились узнать судьбу народа, свою судьбу, и так далее. «Уже в течение недели каждый вечер составляет он гороскоп-зойча, в движении звезд пытается предугадать свою судьбу, но она ускользает, покрывается туманом. То, что раньше казалось ясным как день, ныне лишается определенного толкования. Или небеса не желают открыть ему тайну грядущего, или собственный его разум ослабел, высох, словно река в зной»-размышляет Улугбек. «На горизонте, где начинался рассвет, ярко вспыхнула любимая Улугбеком Зухра — планета Венера. Выше ее тускловато блестит Муштарий — Юпитер. Если год рождения человека совпадает с противостоянием этих двух звезд, значит, считают астрологи, такого человека никогда не покинет хумо — птица счастья. Дед Тимур в самом деле родился близко от года противостояния этих светил. Был ли он счастлив, дед? Наверное, был, хотя все зависит от того, как понимать смысл слова «счастье». Удачлив в битвах за власть, а потом в мирозавоевательных походах, да, удачлив был в этом эмир Тимур Гураган. Наверное, так удачлив будет и его правнук. Во всяком случае, на голову внука птица хумо что-то давно не садится», — пишет автор.

В художественном повествовании «Сокровищница Улугбека» Адыл Якубов сумел показать читателю не только думы и чаяния главного героя, но и правдиво создать детали обсерватории: «Да, Мавляна Али был прав: почти четверть века он, Мухуддин, поднимался по мраморным ступеням в просторные помещения обсерватории, тихие, полусумрачные, и зимой и летом прохладные… почти четверть века провел он рядом с секстантом и чудесными приборами, обращенными к небесной выси, у полок с бесчисленными книгами, и нельзя было остаться спокойным сейчас, вспомнив об этой долгой четверти века. Взглянул на столь хорошо знакомую блестящую дугу секстанта, что уходила вниз, на отверстие в овальном потолке, откуда на чудо-секстант падали лучи звездного света, и сердце Мавляны Мухуддина облила невыразимая горечь. Было время, когда глаза его при помощи чудесных инструментов, придуманных самим устодом, сосредоточенно всматривались в вечное небо, и забывал он тогда о тревогах и заботах мира поднебесного, преходящего, и сердце его полнилось великим восторгом от изумления перед тем, что открывалось ему, Мухуддину, и от способности своей вести беседу, долгую и тихую, с беспредельной вселенной, со звездами, мерцающими и вспыхивающими в бездонном пространстве, с таинственными ему казалось, божественными силами, которые придавали стройность и смысл всему, что видели глаза. Теперь он лишен таких счастливых минут и часов, теперь он исполнитель поручения, что недостойно Мавляны, теперь в сердце его страдание и презрение к себе. О, Аллах! За какие грехи ниспослано тобой такое наказание?»

Как видно, из художественного текста, Адыл Якубов создал правдивую картину обсерватории использованные им детали создают типические детали хранилища, где хранятся астрономические таблицы и принадлежности: «Он же знает все книгохранилище, можно сказать, наизусть!.. вот особая полка, скрытая шелковой занавесью,-полка самого устода. Закрыв глаза, Мухуддин представил себе порядок, в котором они стоят: «Турук улус тарихи» четырехтомная История улусов тюркских племен; рядом на тончайшей бумаге «Таблица звезд» и тут же комментирующие трактаты; выше, над полкой устода, — полка с книгами сиятельного Кази-заде Руми и Гиясиддина Джамшида: устод всю жизнь почитал своих учителей»… — повествуется в романе.

«Во дворе стояла еще темень, а близость рассвета все равно была ощутима: по отдаленным рыдающим вскрикам ослов, петушиному пению, по предутреннему ветерку, что донес до него незабытый, желанный запах весенних трав. Звезды еще мерцали довольно ярко, и у водоема Али Кушчи остановился, посмотрел в небо, на горящие уголья Плеяд и Большой Медведицы, натертый до полного блеска алмаз Венеры, стоящий точно под прямым углом к перпендикуляру минарета… «близок рассвет, упоительно прекрасны эта земля и небо, и этот ветерок, как хочется надышаться им всласть… прекрасна свобода, прекрасен мир божий. И низки, жестоки, немилосердны люди». Али Кушчи пошатнулся, нукеры кинулись к нему, снова подхватили под руки, но он слабым жестом отстранил их и со словами «я сам, я сам» шагнул дальше…»

Самой ценной является «Таблица звезд» где автор указывает на Зухру — Венеру, Муштарий, Юпитер, Плеяду звезд и Большую медведицу. Особо выделяет созвездие Рака. По его мнению, созвездие Рака имеют плохое значение в медицинской астрологии. У женщин они вызывают истерические и маниакальные психозы, у мужчин — паранойю. Также Улугбек уточняет, что эти звезды включаются в медицинскую карту.

Проанализировав художественную ткань романа Адыла Якубова, мы можем сделать соответствующий вывод:

– Узбекский писатель Адыл Якубов в художественно-эстетическом повествовании широко арабские термины астрономической таблицы, которые позволили ему более достоверно передать эпоху Улугбека.

– Избранные им детали, названия небесных светил Млечного Пути-звезды, детали древних хранилищ, как Секстант, звездные таблицы самого Улугбека, завернутые в плотную парчу, написанные на шелковой бумаге, позволили читателям почувствовать время эпохи великого астронома.

– Приведенные нами отрывки из художественного текста позволяют ощутить оригинальность и неповторимость стиля Адыла Якубова.

Литература:

  1. А.Якубов «Сокровищница Улугбека», Т., 1976 г.
  2. Фундаментальная электронная библиотека. Полиграфические ресурсы, М.1999 г.
  3. А. П. Евгенева «Словарь русского языка», 4 тома. 1970–1990 гг.
Основные термины (генерируются автоматически): созвездие Рака, термин, автор, Венера, движение звезд, звезда, книга, медведица, плотная парча, таблица, узбекская проза, художественный текст, четверть века, шелковая бумага.


Задать вопрос