Литература и публицистика аболиционизма в работах У. Л. Гаррисона | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 13 марта, печатный экземпляр отправим 17 марта.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Рубрика: История

Опубликовано в Молодой учёный №50 (340) декабрь 2020 г.

Дата публикации: 11.12.2020

Статья просмотрена: 14 раз

Библиографическое описание:

Русина, К. О. Литература и публицистика аболиционизма в работах У. Л. Гаррисона / К. О. Русина. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2020. — № 50 (340). — С. 362-365. — URL: https://moluch.ru/archive/340/76366/ (дата обращения: 03.03.2021).



В статье рассматривается общественная деятельность публициста У. Л. Гаррисона, его вклад в распространение идей аболиционизма в США и в борьбу за отмену рабства.

Ключевые слова: У. Л. Гаррисон, аболиционизм, рабство, публицистика, американский перфекционизм.

После Войны за Независимость и образования США, молодое государство для многих стало олицетворением демократии, гражданских прав и свобод, но сохранявшееся рабовладение, казалось, было способно разрушить данный позитивный образ. Конечно, в это время плантационное рабство сохранялось практически во всех колониальных владениях великих держав, многие по-прежнему воспринимали его как должное. Тем не менее, распространение идей Просвещения не могло не отразиться на отношении к этому институту. В философии просветителей свобода рассматривалась как одна из высших ценностей, а рабство — как «стыд человечества» [5, с. 198]. И даже восхищавшиеся американским строем современники подчеркивали парадоксальность итогов Американской революции — строя новое, свободное общество, «отцы-основатели» США сохраняли в своей стране плантационное рабство.

Именно в рабстве философы-просветители видели причины негативных явлений в сфере политики, экономики, морали. Так, экономические проблемы ряда южных штатов США многие прогрессивно мыслящие люди усматривали как следствие рабовладельческой системы.

Действительно, главной особенностью экономического развития США до 1860-х гг. было сосуществование двух укладов — капитализма и рабства. На ведущей позиции шаг за шагом утверждались рыночно-капиталистические начала экономики. Причем, как отмечает В. В. Согрин, эта модель одержала победу не только в реальной экономике, но, «что — в цивилизационном плане — не менее важно, в ментальности белых американцев из разных социальных слоев, которые отныне в качестве главной жизненной установки имели стремление к извлечению прибыли с помощью частно-капиталистического предпринимательства и рыночной конкуренции» [7, с. 76]. Именно массовая национальная капиталистическая ментальность стала тем фактором, который выделил США в ряду остальных стран западной цивилизации и стал главной причиной их последующих экономических успехов. При этом развитие капиталистической модернизации на Юге осуществлялось медленнее, чем на Севере, между экономиками двух регионов в эпоху промышленной революции накапливались принципиальные качественные различия.

Доминировавшее в течение длительного времени представление о том, что сохранение рабства являлось целью лишь крупных плантаторов-землевладельцев Юга, является не вполне обоснованным. Безусловно, именно этим не столь уж многочисленным слоям населения южных штатов принадлежала важная роль в развязывании событий, которые привели к вооруженному конфликту. К 1860 г. владельцами рабов были 46,2 тыс. белых американцев — жителей рабовладельческих штатов Юга, причем рабовладельцами считались плантаторы, которые владели по крайней мере 20 невольниками. Свыше половины рабов работали на плантациях, которые принадлежав крупным землевладельцам. Владельцами рабов были и мелкие фермеры Юга, конечно, в меньшей степени. Институт рабства в южных штатах поддерживался и представителями беднейших слоев населения южных штатов, поскольку существовали опасения, что освобождение бывших невольников будет сопровождаться их претензиями на землю, владение которой рассматривалось как признак определенного статуса в обществе, которым ее обладатель отличался от бесправного раба.

Вопрос о рабстве не был единственным и даже ключевым в нарастании противоречий между севером и Югом. Для подавляющего же числа северян вопрос о рабстве не имел принципиального характера, скорее являясь производным от гораздо более важных вопросов, возникавших между конфликтующими политическими и экономическими интересами Севера и Юга. Истинной причиной конфликта стала борьба за достижение экономического господства и централизацию власти, отмена рабства была главным образом идеологическим обоснованием войны.

Тем не менее, в США было немало и тех, кто выступал за отмену рабства не из прагматических соображений, а из убежденности в порочности и аморальности самого института рабства.

К числу сторонников полного освобождения рабов относился Уильям Ллойд Гаррисон, талантливый журналист и редактор нескольких газет. Выходец из небогатой англо-ирландской семьи, он прошел суровую школу жизни, закалившую его физически и нравственно настолько, что жизненного запала хватило на тридцать с лишним лет неустанной, целеустремленной борьбы. В 1831 году в первом выпуске своей газеты «Либерейтор» он решительно заявил, что своей главной целью главной целью видит незамедлительную отмену рабства и обеспечение темнокожих равными с белыми гражданскими правами [Liberator. Jan. 1. 1831]. Выступление Гаррисона стало огромным шагом в эволюции антирабовладельческого движения, которое вошло в историю под названием аболиционизма.

Первые выпуски газеты «Либерейтор» вызвали эффект разорвавшейся бомбы. Они содержали дерзкий вызов давно устоявшимся и, казалось бы, непоколебимым представлениям об отношении к чернокожим в Америке. Гаррисон обрушился с резкой критикой на колонизационное общество, называя его сторонников пособниками рабства, открыто называя злом рабовладельческую идеологию плантаторского класса и расистские предрассудки жителей свободных штатов, постоянно призывая к борьбе с «гидрой рабовладения» [1, с. 109]. Цель аболиционизма он видел в развенчании не только южных рабовладельцев, но и расистов из северных штатов. Ответная реакция сторонников рабства как на Юге, так и на Севере последовала незамедлительно — Гаррисон сразу же приобрел огромное число противников и недоброжелателей. Но и число его сторонников неуклонно возрастало. Его идеи встречали отклик у свободного населения как Севера, так и Юга, людей привлекала убежденность Гаррисона в собственной правоте, его блестящие способности аргументировать свою точку зрения, привлекая как идеи Джефферсона, так и Библию [2, с. 108].

Свою главную задачу Гаррисон видел в том, чтобы формировать общественное мнение в духе нетерпимости к любым нарушениям естественных прав человека. Он настаивал на немедленной ликвидации рабства без какой-либо компенсации рабовладельцам. В его газете постоянно публиковались материалы «с мест», в которых содержались факты о тяжелой жизни рабов, о жестокости рабовладельцев, а также подробные отчеты о деятельности антирабовладельческих обществ и их акциях [Liberator. Sept. 18. 1835].

Именно в обращении к общественному мнению, моральном осуждении института рабства он видел важнейшую задачу аболиционистского движения, отрицая при этом любое насилие [Liberator. July 9; Oct. 15. 1831]. «Я пришел к твердому убеждению, — писал У. Л. Гаррисон, — причинять как можно больше неудобств рабовладельцам и их защитникам. Они будут вынуждены выслушивать меня и содрогнутся от моего тона и от количества моих речей. Никто не останется равнодушным, люди либо полюбят, либо возненавидят меня» [Liberator. Aug.3. 1833]. Многие публикации имели чрезвычайно острый, непримиримый характер: «Рабовладелец — наиболее ненавистный объект, его цели чудовищны, он заслуживает только отвращения… Он — жесточайший враг человека и наихудший слуга Господа… человек, подобный волку в своей жестокости, который наносит плетью раны на тела своих жертв и наслаждается их страданиями» [Liberator. Dec. 29. 1832]. Гаррисон называл рабство не «вынужденным злом», а «проклятым преступлением», а рабовладельцев — низкими и презренными людьми, сродни преступникам [4, с. 179].

Из-за подобного тона в 6 рабовладельческих штатах его газета была запрещена. А после восстания рабов под руководством Н. Тернера в 1831 г. он был открыто обвинен в подстрекательстве. За его голову, живого или мертвого, в Джорджии была объявлена награда в 5 тыс. долларов. Но остановить У. Л. Гаррисона были не способны ни угрозы противников, ни просьбы друзей.

В 1833 г. в Филадельфии по инициативе Гаррисона был проведен съезд представителей свободных штатов, которые разделяли его требование немедленного и безоговорочного освобождения всех рабов.

На собрании присутствовало 63 человека из 12 штатов, которые объявили о создании Американского антирабовладельческого общества, а также приняли программу — Декларацию принципов, имевшую четко сформулированные цели [6, с. 134]. Рабство называлось моральным и политическим злом, которое противоречит христианским нормам, природе человека, естественным законам и принципам Декларации независимости о равных и неотчуждаемых правах всех людей на жизнь, свободу, стремлению к счастью. Говорилось о необходимости распространения этих принципов и на черное население, наделив его абсолютно равными с белыми гражданскими правами и свободами. Долгом всех белых людей, живущих по заповедям Христа, Декларации независимости и республиканских идей, провозглашалась борьба за уничтожение любых расовых барьеров и предрассудков. Да и само колонизационное общество осуждалось как расистское.

Важное место в мировоззрении Гаррисона занимала концепция духовного анархизма и перфекционизма, в соответствии с которой Бог дал человеку способность к самосовершенствованию, являющуюся залогом уничтожения всех пороков, в том числе и рабства. Именно поэтому аболиционисты должны направить все свои усилия на очищение и самосовершенствование представителей всех классов, в результате чего рабовладельцы добровольно освободят рабов, а чернокожие американцы смогут в полной мере раскрыть свои способности, доказав на практике, что они достойны равных с белыми гражданских и политических прав.

Концепция перфекционизма обусловила отстраненность Гаррисона от политической борьбы. Более того, он полагал, что возникновение всех государственных и политических институтов произошли в то время, когда человек пребывал в греховном состоянии, и их главная цель заключалась в укрощении его пороков. Но как только самосовершенствование людей достигнет необходимой ступени, необходимость в государстве и политических институтах отпадет сама по себе.

В течение долгого времени Гаррисон был сторонником исключительно мирных средств борьбы с рабством. Фактически всю жизнь Гаррисон посвятил борьбе за отмену рабства, которую он рассматривал как религиозный долг, как подвижничество. Он был четырежды избит толпой, сидел в тюрьме, терпел бедность и лишения, оскорбления и клевету, но ни разу он не изменил своим взглядами своему делу [1, с. 109]. Запугать Гаррисона или разочаровать равнодушием читателей было невозможно. Глубоко религиозный человек он шел к своей цели с фанатизмом пророка. При этом он не допускал применения насилия ни в какой форме. Только слово, убеждение, настойчивый призыв — единственно допустимые средства в борьбе с рабством

Пропагандируемый Гаррисоном моральный аболиционизм провозгласил рабство грехом и позором для страны, что, в конечном итоге, имело даже большее воздействие, чем аболиционизм политический, так как в его основу были положены библейские и пуританские идеи. И если вначале эти идеи не встречали широкого отклика среди массового читателя, то со временем они приобрели поддержку у северян — «не в смысле немедленного уничтожения рабства или признания негров равными себе, а именно в силу морального осуждения особого института Юга, нежелания соучаствовать в этом грехе дальше».

После подавления антирабовладельческого восстания Джона Брауна, даже этот убежденный противник насилия пришел к оправданию вооруженных методов борьбы. Почему, вопрошал он, белые американцы, а также отцы-основатели использовали право на революционное насилие, когда были исчерпаны мирные средства борьбы за американскую независимость, а черные американцы и их сторонники в аналогичной ситуации не могут воспользоваться этим правом? [5, с. 138]

В 1840-е гг. взгляды Гаррисона становятся еще более радикальными. Он обрушивается с критикой на Конституцию США, обвиняя ее в аморальности из-за того, что в ней нет осуждения рабства, он назвал ее «договором со смертью и соглашением с адом» [8, с. 96]; кроме того, он приходит к мысли о неизбежности и даже необходимости расторжения Союза между северными и южными штатами, провозгласив лозунг: «Никакого союза с рабовладельцами».

Несмотря на свой изначальный пацифизм, Гаррисон горячо поддерживал позицию Севера в Гражданской войне, а один из его сыновей сражался в качестве офицера в Массачусетском афроамериканском полку. Он радостно приветствовал Прокламацию об освобождении негров, отмечая в последнем номере «Либерейтора»: «Цель, ради которой стал издаваться “Освободитель” — уничтожение рабства — была великолепно завершена. Мне кажется особенно важным, что его существование охватило исторический период великой борьбы, оставляя то, что еще предстоит сделать, чтобы завершить работу по эмансипации другими способами (которыми я надеюсь воспользоваться) под новым покровительством, с более значительными средствами и с миллионами союзников, вместо сотен» [Liberator. Dec. 29. 1865].

После окончания Гражданской войны Гаррисон отверг предложение стать сенатором, однако, продолжил борьбу за получение женщинами и чернокожими равных гражданских прав.

Именно аболиционистам, и огромная заслуга в этом принадлежала У. Л. Гаррисону, удалось направить общественное мнение северян против рабства, признать его греховную и аморальную сущность. Им удалось разбудить «спящую совесть» Америки. А сам Гаррисон стал символом аболиционизма и борьбы за права людей независимо от расы и пола. Сложно переоценить значение его публицистической деятельности в борьбе против рабства, за свободы и права человека. Сила его убежденности, твердость и непоколебимость его взглядов позволили ему дождаться осуществления главной цели всей его жизни — ликвидации рабства.

Литература:

  1. Алексеева Г. В. Тема аболиционизма в восприятии Л. Н. Толстого // Литературоведческий журнал: К 100-летию ухода Л. Н. Толстого. Москва: ИНИОН РАН, 2010. — Выпуск № 27
  2. Алентьева Т. В. Наследие просвещения: Борьба У. Л. Гаррисона За права человека // Ученые записки. Электронный научный журнал Курского государственного университета. 2018. № 2 (46). С. 106–126.
  3. Аносова, И. А. Вопросы общественной справедливости в наследии Л. Н. Толстого и У. Гаррисона / Ирина Аполлоновна Аносова // Вестник Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств. — 2016. — № 3. — С. 86–89.
  4. Беккер К. Соединенные Штаты: так рождалась демократия. Ярославль: Изд-во ЯГПУ им. К. Д. Ушинского, 2005. С. 179
  5. История в Энциклопедии Дидро и д’Аламбера [Статьи, извлеченные из Энциклопедии]. Л., 1978, с. 198
  6. Подусов А. С. Рабство в США в 19 веке: за и против // Альманах современной науки и образования, — 2013. — № 11–133–138
  7. Согрин В. В. Центральные проблемы истории США. М.: изд-во “Весь Мир”, 2013, 349 с. С. 76
  8. Удлер, И. М. Традиционные американские ценности в «повествованиях» и публицистике бывших рабов / И. М. Удлер // Вестн. Юж.-Урал. гос. ун–та. Сер. Лингвистика. — 2005. — № 11 (51), вып. 2. — С. 94–98.
Основные термины (генерируются автоматически): рабство, отмена рабства, борьба, рабовладелец, США, главная цель, Гражданская война, мирное средство борьбы, общественное мнение, плантационное рабство.


Ключевые слова

рабство, публицистика, аболиционизм, У. Л. Гаррисон, американский перфекционизм
Задать вопрос