Обязательства вследствие неосновательного обогащения | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 13 марта, печатный экземпляр отправим 17 марта.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Рубрика: Юриспруденция

Опубликовано в Молодой учёный №49 (339) декабрь 2020 г.

Дата публикации: 04.12.2020

Статья просмотрена: 11 раз

Библиографическое описание:

Шайхинурова, А. Ф. Обязательства вследствие неосновательного обогащения / А. Ф. Шайхинурова. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2020. — № 49 (339). — С. 357-360. — URL: https://moluch.ru/archive/339/76045/ (дата обращения: 01.03.2021).



В юриспруденции существует такой способ защиты гражданских прав как обязательства вследствие неосновательного обогащения, ему посвящена 60 глава (ст. 1102–1109) Гражданского кодекса РФ (далее — ГК РФ), на ней, собственно, и заканчивается часть вторая указанного Кодекса. Данный способ основывается на принципах разумности и справедливости, а конкретнее на нравственных началах гражданского права. Само собой, наряду с обязательствами из причинения вреда обязательства вследствие неосновательного обогащения это самостоятельный вид внедоговорных обязательств. Здесь заложен принцип о том, что никто не вправе обогащаться за счёт другого без достаточных оснований, вне зависимости от виновности или невиновности обогащения. Очевидно прослеживается идея того, что произошедшее ущемление законных имущественных интересов потерпевшего, делает неосновательное обогащение противоправным. [1, с. 86–91.]

Сфера применения института кондикции значительное расширилась по итогу принятия части второй ГК РФ. Изменилось его место в системе обязательств: из «резервного» он превратился в «универсальный» институт защиты гражданских прав. В силу положений ст. 1103 ГК РФ неосновательное обогащение приобретает характер общей защитной меры, которая может применяться как самостоятельно, так и наряду (одновременно) с другими требованиями. [2, с. 68]

Если обратиться к истории развития института кондикционных обязательств, то можно проследить постоянное стремлении теории и практики отграничить его от смежных гражданско — правовых институтов. Помимо всего прочего это привело к тому, что в конце девятнадцатого века в гражданском законодательстве многих стран различные случаи неосновательного обогащения были объединены в самостоятельный вид обязательств. Впервые это нашло своё отражение в Германском гражданском уложении 1896 года, после было воспринято и закреплено в других более поздних кодификациях: в проекте Российского Гражданского уложения 1899 года, в Швейцарском обязательственном законе 1911 года, в Гражданском кодексе РСФСР 1922 года.

Главный разработчик первого советского гражданского кодекса А. Г. Гойхбарг, следуя указаниям В. И. Ленина, поставил цель разработать кодекс с учетом существующих на тот момент условий, и в пределах, в которых могут быть допущены частно-гражданский оборот и гражданские отношения, т. е. весьма ограниченных. [3, с. 49] Социалистический характер Гражданского кодекса 1922 года проявился, во-первых, в закреплении норм, противоречащих сути частного права, во-вторых, в изменении классических институтов с точки зрения советского правосознания. Примером могут служить нормы об обязательствах из неосновательного обогащения.

Сам факт того, что кондикционные обязательства вошли в систему отдельных видов обязательств и заняли место рядом с деликтными, бесспорно, стало шагом вперед. Однако в связи с отсутствием в законодательстве достаточных критериев не была разрешена проблема отграничения кондикционных обязательств от смежных институтов. [4, с. 41–47] Спустя несколько десятков лет новый ГК РФ решил данную проблему и разъяснил место кондикционных обязательств в системе обязательств. Такое преобразование явилось большим прогрессом в истории развития кондикции. [5, с. 239]

Рассмотрим простой и типичный пример возникновения такого обязательства. Данный случай, описанный в научной литературе, взят из судебной практики. Суть заключалась в следующем.

В решении суда о взыскании алиментов, а после в исполнительном листе была допущена описка: вместо деревни Ушаки была указана деревня Ушки. В результате житель деревни Ушки, чьи демографические данные в точности, кроме места жительства, совпадали с данными действительного отца ребёнка, на протяжении целого года выплачивал алименты на содержание чужого ребёнка вместо его родного отца — жителя деревни Ушаки. [6, с.767]

Часто возникает ситуация, когда денежные средства отправлены не на тот счет. К счастью, её можно исправить, для этого нужно сначала подать заявление в банк, который перевёл указанные средства, далее банк свяжется с получателем случайных денежных средств для мирного урегулирования вопроса. Если не получится решить вопрос миром, тогда придётся обратиться в суд.

В судебной практике имеется огромное количество разнообразных ситуаций по данной проблеме. Именно поэтому наличие соответствующего правового института в правоприменении и теории юридической науки крайне важны. Суть любого примера неосновательного обогащения всегда сводится к тому, что некое лицо обогащается без законных к тому оснований: приобретает или сберегает своё имущество за счёт другого лица, которое терпит убытки, и, значит, в качестве кредитора имеет право на защиту — на возврат такого имущества или (при невозможности возврата в натуре) — его стоимости. Таким образом, возникает обязательство вследствие неосновательного обогащения (кондикционное обязательство).

Сразу же необходимо отметить, что различаются два вида обязательств из неосновательного обогащения: 1) обязательства вследствие неосновательного приобретения имущества и 2) обязательства вследствие неосновательного сбережения имущества.

В результате приобретения происходит увеличение имущества у одного лица при одновременном уменьшении его у другого.

При сбережении происходит сохранение имущества у одного лица при том, что оно должно было уменьшиться в результате израсходования этим лицом средств при нормальном положении дела. В любом случае, сбережение имущества является неосновательным обогащением только тогда, когда имущество данного лица должно было уменьшиться, но не уменьшилось. [7, с.1]

Практика показывает, что обогащение чаще всего возникает в результате незаконного сбережения своего имущества за счёт другого лица, нежели из-за незаконного приобретения.

Однако необходимо помнить, что не всякое сбережение в имуществе должника будет квалифицироваться как неосновательное обогащение, предусмотренное ст. 1102 ГК РФ. Так, невыполнение должником уже возникшей у него обязанности (из договора, из причинения вреда, из судебного решения) не может квалифицироваться в качестве неосновательного обогащения. Поскольку в подобных случаях речь идёт лишь о принудительном исполнении уже имеющейся у должника обязанности — уплатить деньги, передать имущество и о применении штрафных санкций, возмещения убытков, связанных с неисполнением такой обязанности.

Исходя из сказанного выше, по смыслу норм гл. 60 ГК РФ обогащение в форме приобретения имущества может выражаться как в виде поступления вещи в собственность приобретателя, так и в виде фактического завладения ею без возникновения на нее какого-либо права. При этом не является препятствием отсутствие в ст. 128 ГК РФ отдельного упоминания о владении как виде имущества, т. к. приобретение владения вещью — это приобретение самой вещи, хотя и не в собственность, а лишь во владение. Таким образом, при получении владения обогащение налицо, т. к. налицо приобретение имущества (вещи).

Однако в силу субсидиарности кондикционного иска сфера его возможного использования для возврата фактического владения очень узка. В частности, не исключена возможность кондикции владения в тех ситуациях, когда ни истец, из владения которого выбыло истребуемое имущество, ни ответчик не является собственником либо иным титульным владельцем этого имущества или лицом, отвечающим признакам добросовестного давностного владельца. [8, с. 3]

Следует отметить, что пострадавший отнюдь не всегда получает денежные средства из-за неосновательного обогащения третьего лица. Бывает так, что собственник, возвративший себе имущество, обязан возместить затраты на его содержание. Например, компания обращается в Арбитраж суд с заявлением о включении в реестр кредиторов. Причиной служит тот факт, что ранее судья в рамках процесса о банкротстве признал недействительным договор купли-продажи здания между банкротом и заявителем. Однако пока недвижимость находилась у последнего он отремонтировал и перестроил её. В итоге Арбитражный суд включил требования истца в реестр кредиторов и признал его право на возмещение в результате неосновательного обогащения банкрота. [9, с. 1]

Касательно возврата собственности в натуре и невозможности такого возврата, можно сказать следующее. В соответствии с правилами ст. 1104 ГК РФ получатель обязан вернуть потерпевшему собственность в натуре. Однако это не всегда возможно. Допустим, пользователь утратил или повредил имущество. В таком случае он обязан вернуть обогащение в денежном эквиваленте, либо иным способом компенсировать стоимость имущества, как гласит ст.1105 ГК РФ.

Пример, житель г. Рамено передал знакомому автомобиль во временное пользование. По истечении срока аренды, последний отказался вернуть автомобиль. Тогда собственник обратился в суд и потребовал обязать арендатора вернуть машину. Иск был удовлетворён. Однако судебному приставу не удалось обнаружить машину. Очевидно, арендатор разобрал её на запчасти или продал. Собственник повторно отправился в суд и потребовал возместить стоимость утраченного имущества. Судом были удовлетворены требования законного владельца автомашины. [10, с. 1]

В случае если местонахождение имущества известно, и проблема заключается в лишь том, что контрагент отказывается его возвратить, выдвигая незаконные требования, то суд выносит вердикт о необходимости вернуть его собственнику. Затем исполнение судебного акта обеспечивается судебными приставами. [11, с. 1]

Ситуации, когда неосновательное обогащение нельзя возвратить, регулируются ст. 1109 ГК РФ. Помимо прочих к ним относятся случаи, произошедшие не по вине получателя и не в результате счетной ошибки, а при перечислении алиментов, выдачи зарплаты и других денежных средств. Так, уволившийся из армии солдат — контрактник получил переплату в части денежного довольствия. Представители Министерства Обороны обратились в суд и потребовали обязать бывшего солдата вернуть деньги в бюджет. Судья в иске отказал. При вынесении вердикта он отметил, что переплата произошла не по вине военнослужащего и не в результате арифметической ошибки. Причиной для излишнего начисления довольствия послужила халатность должностных лиц, которые не внесли в программу сведения об увольнении солдата в запас. Таким образом, хотя имело место неосновательное обогащение, оно не подлежит возврату. [12, с. 1]

По итогу рассмотрения настоящей темы можно прийти к следующим выводам. Взыскание судом неосновательного обогащения считается восстановлением нарушенного права, но отнюдь не мерой ответственности. Именно поэтому суды взыскивают его в том размере, в котором было нарушено право потерпевшего. Взыскание процентов в подобных делах также заключает в себе цель восстановить нарушенное право.

И в то же время, несмотря на устоявшуюся практику и подробную регламентацию, отдельные статьи до сих пор вызывают споры юристов. Например, ст.1107 ГК РФ, согласно которой лицо, незаконно завладевшее имуществом, помимо извлеченных доходов обязано вернуть собственнику ещё и то, что последний мог бы получить. Однако такая формулировка противоречит идеи реституции. Ведь при неосновательном обогащении возвращается именно то, что было, а не могло быть получено. Что следует предпринять обогатившемуся лицу в случае, когда подобный доход не был получен или его невозможно получить в принципе? Ведь попытка рассчитать его, даст потерпевшему привилегии перед приобретателем. Именно поэтому суды практически не используют его в своей практике. В остальном же это вполне работающие нормы, успешно применяемые российскими судьями.

Литература:

  1. Невзгодина Е. Л. Вестник Омского университета. Серия «Право». 2018. № 4 (57). c. 86–91.
  2. Ушивцева Д. А. Место института обязательства вследствие неосновательного обогащения в системе обязательств/Д. А. Ущивцева // Ученые записки Института государства и права Тюменского государственного университета. Выпуск 1. Актуальные проблемы цивилистики. 2000. c. 68.
  3. Новицкая Т. Е. Гражданский кодекс РСФСР 1922 года. М.: Зерцало-М. 2002. c. 49.
  4. Климович А. В. Статья 1103 ГК РФ: новый аспект реализации кондикционных обязательств / А. В. Климович II Сибирский юридический вестник. — 2001. — № 2. с. 41–47.
  5. Пономарева-Пчела Е. Г. Неосновательное обогащение в российском гражданском праве Вестник ИрГТУ № 4 (28) 2006. с. 239.
  6. Сергеев А. П., Толстой Ю. К. Гражданское право: учебник. Ч. 2 — М., 2014. с. 767.
  7. Обобщение практики по спорам, связанным с применением норм о неосновательном обогащении, практика Арбитражного суда Волго-Вятского округа.
  8. Новак Д. В. (Тезисы Новака Д. В.) Научный круглый стол Юридического института «М-Логос» по теме «Ключевые проблемы обязательств из неосновательного обогащения», 03 апреля 2013 г.
  9. Постановление АС Дальневосточного округа по делу № А24–2477/2016 от 29.01.2018 года.
  10. Решение Раменского горсуда Московской области по делу № 2–3121/2018 от 30.07.2018 года
  11. Решение АС Чувашской республики — Чувашии по делу № А79–1671/2017 от 05.09.2017 года.
  12. Решение Партизанского горсуда по делу № 2–353/2016 (дата обезличена).
Основные термины (генерируются автоматически): неосновательное обогащение, ГК РФ, обязательство, имущество, лицо, суд, житель деревни, реестр кредиторов, система обязательств, судебная практика.


Задать вопрос