История развития законодательства об уголовной ответственности за мошенничество | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 13 марта, печатный экземпляр отправим 17 марта.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Рубрика: Юриспруденция

Опубликовано в Молодой учёный №49 (339) декабрь 2020 г.

Дата публикации: 04.12.2020

Статья просмотрена: 109 раз

Библиографическое описание:

Гаджиомаров, Р. С. История развития законодательства об уголовной ответственности за мошенничество / Р. С. Гаджиомаров. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2020. — № 49 (339). — С. 204-207. — URL: https://moluch.ru/archive/339/75978/ (дата обращения: 01.03.2021).



В данной статье проводится анализ исторических аспектов становления уголовно-правовых норм, регулирующих ответственность за мошенничество в России. В результате проведенного исследования автор приходит к выводу о том, что в России значимость борьбы с мошенничеством осознавалась на всех этапах исторического развития. Уголовная ответственность за совершение обмана существует очень давно и отношение к структуре этого преступления менялось в процессе развития. Этот исторический опыт говорит о необходимости разработки гибких методов борьбы с новыми видами мошенничества.

Ключевые слова: преступление, мошенничество, обман, злоупотребление доверием, квалификация мошенничества, уголовная ответственность.

Актуальность исследования ответственности за мошенничество обусловлена тем фактом, что имущественные отношения в ходе экономических преобразований в России усложняются. Эти изменения диктуют своевременную необходимость в более точных толкованиях имущественных преступлений.

Важную роль в современных подходах к квалификации мошенничества играют исторические аспекты, которым посвящена данная статья.

Применение историко-правового метода, являющегося основным для историко-юридических наук, позволяет осуществить анализ особенностей закрепления ответственности за мошенничество в отечественном законодательстве на разных этапах развития.

В наиболее ранних памятниках права не содержится указаний на мошенничество. Известными эти деяния так и не стали, что, конечно же, было обусловлено, как политическим, так и общественным устройством страны. О мошенничестве не говорилось ни в одном нормативно-правовом акте того периода. Тем не менее, в Пространной редакции Русской Правды (точнее говоря, в ее статье 116) можно было встретить в некотором роде прообраз обмана, в том числе, здесь непосредственно говорилось о таком обмане, при помощи которого человек, находившийся в крепостнической зависимости, совершал хищение определенного имущества, которое принадлежало потерпевшему человеку [5, С. 143].

Что касается Судебника 1497 года, то в его статье 55 содержались такие положения, которые регулировали отношения, складывавшиеся между лицом, выступающим в качестве кредитора, и лицом, выступающим в качестве должника. Указанная выше статья не предусматривала наступление неблагоприятных последствий для должника, который намеренно заемный капитал обратил в собственную пользу.

Если говорить о таком нормативно-правовом акте, как Великокняжеский судебник, то он содержал в себе положения, которые касались ответственности лица, выступающего в качестве должника, исходя из умысла в совершаемых им действиях.

Такой нормативно-правовой акт как Судебник 1550 года криминализировал все напрямую связанные с обманом деяния. Стоит сказать, что обман рассматривался здесь как такой способ, который упрощал совершение кражи (иначе говоря, татьбы).

В Судебнике 1589 г. была осуществлена последующая регламентация юридической ответственности виновных лиц за совершение ими мошенничества. Согласно положениям статьи 112 этого Судебника ответственность возлагалась также на лицо, которое планировало приобрести имущество по более низкой стоимости (а не только на того лица, которым был совершен обман). Нужно сказать, что этот законодательный подход обуславливался следующим: данное лицо понимало, что стоимость получаемого им имущество является более высокой, и, вместе с тем, он принял данные условия, иначе говоря, данное лицо само себя дало возможность обмануть, стремясь нелегальным способом пополнить свой капитал [2, С. 29].

В статье 11 и в статье 15 такого нормативно-правового акта, как Соборное уложение 1649 года, анализируемое нами деяние рассматривается с точки зрения насильственной, принудительной татьбы, которая была совершена путем обмана.

Рассматривая научное определение понятия мошенничество, в соответствии с нормами Судебника 1550 года и Соборного уложения 1649 года, стоит отметить, что оно не было должным образом сформировано. И. Я. Фойницкий и М. И. Сизиков считают, что в этом аспекте «мошенничество представляет собой мелкую карманную кражу (от слова «мошна» — карман)».

Некоторые ученые утверждают следующее: в связи с тем, что в Судебнике 1550 года такое понятие, как «мошенник», стоит неподалеку от такого понятия, как «обманщик», то, таким образом, это преступное деяние целесообразно будет расценивать в качестве кражи чужих вещей за счет совершения обманных действий. То есть, указанное преступное деяние в этой ситуации расценивается как татьба. А что же касается обмана, то он в этой ситуации не выступает в качестве признака, который образует состав рассматриваемого нами преступного деяния, в связи с тем, что за его совершение было установлен другой вид наказания.

Итак, можно увидеть, что Судебник 1550 г. криминализировал такие противоправные действия, которые непосредственно были связаны с обманом. Нужно сказать, что составы преступных деяний в Судебнике 1550 года были разграничены следующим образом: мошенничество и тятьба.

Стоит сказать также, что обман рассматривался здесь как такой способ, который упрощал совершение кражи (иначе говоря, татьбы) [3, С. 101].

В Соборном уложении 1649 г. были криминализированы следующие противоправные деяния виновных лиц: несоблюдение установленных правил торговли, умышленное (намеренное) уклонение виновных лиц от своевременной и полной уплаты установленных пошлин, подделка денежных знаков, контрабанда, и так далее. Отметим, что ответственность за совершение мошенничества наступала согласно положениям статьи 11 Соборного уложения 1649 года, тем не менее, здесь не давалось полного определения такого понятия, как обман.

Рассматривая отечественную историю правовой науки, можно выделить, что в Древнерусском государстве этого периода начала повсеместно распространяться торговля, которой занимались даже сановники как утверждали проезжающие иностранцы в XVI-XVII веках. Дальнейшее развитие законодательства, предусматривающего ответственность за мошенничество, связано с принятием в 1715 году Артикула Воинского Петра I. Данный документ не отменял Соборное уложение 1649 года, а применялся наряду с ним.

Законодательное определение данного термина можно было встретить в статье 5 Указа от 03.04. 1781 года. В этом определении есть признаки таких противоправных незаконных действий, как грабеж, кража, которые совершались виновными лицами за счет разбоя, либо за счет обмана. Тем не менее, в официальном закреплении данного определения позитивный аспект состоит в следующем: был установлен главный признак мошенничества — иначе говоря, это совершение обманных действий, как метод перехода тех или иных ценностей законного собственника к виновному лицу. Конечно же, названный выше признак данного преступного деяния и на сегодняшний день отделяет его от иных разновидностей такого противоправного действия, как хищение [4, С. 851].

Что касается Уложения 1845 года, то этим нормативно-правовым актом были введены такие положения, которые предусматривали юридическую ответственность виновных лиц за мошенничество, которое было совершено указанными лицами в области страхования. Преступные деяния в данной области по Уложению 1845 года относятся к следующим противоправным деяниям виновных лиц: совершение деяний, совершенных в ходе выполнения своих служебных должностных обязанностей (ст. 294 Уложения 1845 года), совершение специальных преступных деяний (к примеру, ст. 1202 Уложения и т. д.). Первая группа преступлений в качестве своего субъекта определяла должностных лиц (специальный субъект преступления). Характерная особенность другой группы преступных деяний (специальных преступных деяний) состояла в наличии умышленной формы вины, кроме такого преступного деяния, которое было предусмотрено в нормах части 2 статьи 1681 названного выше нормативно-правового акта — это преступное деяние совершалось преступниками в форме легкомыслия.

В результате крестьянской реформы в 1861 году в Российской империи было отменено крепостное право, что послужило толчком к развитию капиталистических отношений. Страховой рынок в нашей стране на рубеже ХIХ-ХХ столетий являлся важной структурной составляющей финансово-кредитной сферы. Стоит сказать здесь о том, что государственная деятельность в конце ХIХ столетия ориентировалась на обеспечение устойчивой работы данного рынка, беря во внимание, при этом, очень большую важность страхования в общественном воспроизводстве. Нужно также отметить, что страховое дело в нашей стране в конце ХIХ столетия стало независимой сферой хозяйственного законодательства. Как следствие, возникла закономерная необходимость охраны общественных отношений в указанной сфере уголовно-правовыми средствами, что обусловило дальнейшее развитие уголовного законодательства [6, С. 24].

В частности, законодатель в ст. 1195 Уложения 1845 г. предусмотрел уголовную ответственность, к примеру, за совершение виновными лицами подлога либо за совершение ими обмана. В ст. 1196 данного нормативно-правового акта предусматривалась уголовная ответственность виновных лиц за намеренное истребление ими своих или застрахованных строений, сооружений, речных и морских судов, или тех или иных видов продукции. Вместе с тем, предусматривалась также и ответственность виновных лиц за намеренное уничтожение груза, находившегося на судне, пищевой продукции, а также за следование в неправильном направлении для дальнейшей конфискации корабельного судна. Нужно отметить, что уголовная ответственность в этой ситуации непосредственным образом возлагалась на корабельщика, которым были совершены указанные действия (намеренное уничтожение груза, находившегося на судне, пищевой продукции, а также за следование в неправильном направлении для дальнейшей конфискации корабельного судна), либо для того, чтобы осуществить какой-то иной подлог [1, С. 64].

Итак, характерная особенность уголовной политики нашей страны в конце 19 столетия относительно противозаконных деяний, совершаемых в страховой области, состояла в следующем: криминализация в страховой области таких преступлений, которые приводили к возникновению ущерба для названного выше общества. Иначе говоря, криминализировались преступления, имевшие наибольший уровень опасности для гражданского общества того периода времени.

Определение такого понятия, как мошенничество, которое было подробно раскрыто в Уложении 1845 году, применялось также и в первой половине 20 столетия, точнее говоря, в Уложении 1903 года. Предметом мошенничества, согласно положениям российского законодательства, которое действовало в то время, являлось лишь движимое имущество. Что касается обмана, то оно положениями дореволюционного законодательства, рассматривалось как способ совершения мошенничества. Динамичное развитие рынка страхования обусловило возникновение новых видов страхования, в частности, появилось транспортное страхование судов и грузов, личное страхование, имущественное страхование. Тем самым расширение рынка страховых услуг стало причиной возрастания преступности в этой сфере.

Таким образом, к концу XIX века отечественное уголовное законодательство занимает уже определенную позицию в отношении мошенничества. Произошло отделение его от кражи и других хищений.

С началом первой мировой войны 1914 года и последующими революционными потрясениями, страховое дело подверглось существенным коррективам, в частности оно было национализировано советской властью, взявшей под государственный контроль все виды страхования и установившей таким образом государственную монополию в страховом деле.

Денежная форма государственного имущественного страхования была полностью отменена Декретом Совнаркома, принятым 18.12.1920 года. Вместо нее осуществлено установление бесплатной государственной натуральной помощи пострадавшим из-за стихийных бедствий хозяйствам.

После введения новой экономической политики государству потребовалось приложить существенные усилия при реализации реформ. В связи с этим 6 октября 1921 года был принят Декрет Совнаркома «О государственном имущественном страховании». Принятие указанного декрета стало началом фактического восстановления и дальнейшего развития в стране государственного имущественного страхования.

С 1928 года на этапе массовой коллективизации посредством имущественного страхования реализовывались имущественные цели. Политика государства сводилась к дифференциации и установлению тарифов страхования исходя из доходности хозяйств. Рынок страхования с 1930 по 1940 годы интенсивно развивался по причине появления коллективного страхования. Страхование приостанавливалось на период Великой отечественной Войны и на военные нужды расходовались денежные средства из резерва.

Советское уголовное законодательство оказалось не в состоянии обезопасить граждан от новых видов обмана. Общественную опасность мошенничеств, совершаемых в банковской сфере, показывает размер ущерба, причиненного ими.

Далее с развитием рыночных отношений стало возможно появление новых видов мошенничества. Принятие в 1990 году Постановления «О мерах по демонополизации народного хозяйства» предоставило возможности для функционирования негосударственных страховых организаций. Документ был направлен на создание на страховом рынке необходимых условий для осуществления деятельности конкурирующих между собой государственных, акционерных, взаимных и кооперативных обществ.

Появление различного рода страховых услуг, введение массового и рискового страхования ОСАГО спровоцировало в определенный момент распространение мошенничества в страховании. Службами безопасности страховщиков при борьбе со страховыми мошенниками применялась 159 статья УК РФ, которая предусматривает уголовную ответственность за приобретение права на чужое имущество либо хищение чужого имущества посредством злоупотребления доверием или обмана.

Только в 1992–1995 годах отмечается более 1000 уголовных дел по мошенническим аферам на сумму в пределах 600 миллиардов рублей, совершенным с использованием фальшивых межбанковских платежных поручений. Очень большой резонанс имели дела о «финансовых пирамидах». К концу 1995 года было зафиксировано несколько сотен тысяч «пирамид», большая часть которых функционировали всего несколько месяцев. Всего на данном этапе оказались обмануты почти 30 млн. человек. Следствием этого, возможно, стало такое событие, как провал нашей экономики в начале августа 1998 года, вследствие неспособности страны оплатить собственные долговые обязательства.

Как видим, история показывает, что мошенничество еще с древних времен является преступлением, которое появляется среди наказуемых действий при существенном развитии экономического оборота. Общество с натурально-общинной формой хозяйствования не знало имущественных обманов. То есть, при экономике в ее ранней стадии развития, мошенничество не является типичным преступлением.

Таким образом, можно сделать вывод, что в России значимость борьбы с мошенничеством осознавалась на всех этапах исторического развития. Уголовная ответственность за совершение обмана существует очень давно и отношение к структуре этого преступления менялось в процессе развития. Этот исторический опыт говорит о необходимости разработки гибких методов борьбы с новыми видами мошенничества. В преступную деятельность вовлекается всё большая доля населения, а затем количественные изменения преступности сопровождаются качественными изменениями, увеличивая общественную опасность и организованность преступности.

Таким образом, можно сделать выводы по результатам анализа истории уголовной ответственности за мошенничество в России:

– возникновение уголовных норм за мошенничество связано со стремительным развитием экономических отношений;

– долгое время, начиная со второй половины XVI века и до XIX века, мошенничество рассматривалось в России как разновидность кражи или иных форм хищений. Постепенно обособляясь от них, мошенничество выделяется в качестве одной из форм хищения;

– первоначально только обман вошел в перечень способов завладения имуществом, который впоследствии был дополнен за счет злоупотребления доверием; предмет мошенничества расширен за счет недвижимого имущества и имущественных прав;

– унифицирована ответственность за мошеннические посягательства на различные формы собственности.

Литература:

  1. Бакрадзе А. А. Злоупотребление доверием как способ совершения мошенничества / А. А. Бакрадзе // Российский следователь. — 2018. — № 24. — С. 62–65.
  2. Евтушенко И. И. Отдельные вопросы теории и практики квалификации мошенничеств. / И. И. Евтушенко. // Вестник Краснодарского университета МВД России. — Краснодар.: Краснодарский университет МВД России. — № 2(36). — 2017. — С. 27–31.
  3. Сидорова О. Д. Борьба с мошенничеством в России в период XIX–XX веков / О. Д. Сидорова. // Государство, право, общество: проблемы взаимодействия (политология, юридические науки, история, религиоведение, социология) Сборник статей III Международной научно-практической конференции. Под ред. Н. Г. Карнишиной. 2016. — С. 98–102.
  4. Тимофеева А. А. Мошенничество в предпринимательской деятельности: генезис криминализации экономики. // Вопросы российской юстиции. — 2019. — № 3. — С. 849–857.
  5. Фефлов И. В. Происхождение и развитие российского и зарубежного законодательства о мошенничестве / И. В. Фефлов // Территория науки. — 2014. — № 4. — С. 141–152.
  6. Южин А. А. Мошенничество и его виды в российском уголовном праве. / А. А. Южин. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. — М.: 2016. — 35 с.
Основные термины (генерируются автоматически): мошенничество, уголовная ответственность, нормативно-правовой акт, Россия, обман, преступное деяние, Соборное уложение, государственное имущественное страхование, деяние, лицо.


Задать вопрос