Уголовная ответственность за хищение электронных денежных средств
Отправьте статью сегодня! Электронный вариант журнала выйдет 14 августа,печатный экземпляр отправим18 августа.

Уголовная ответственность за хищение электронных денежных средств

В статье автор исследует проблематику уголовно-правовых норм об ответственности за хищение электронных денежных средств.
Поделиться в социальных сетях
245 просмотров
Библиографическое описание

Насиров, И. А. Уголовная ответственность за хищение электронных денежных средств / И. А. Насиров. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2020. — № 2 (292). — С. 131-133. — URL: https://moluch.ru/archive/292/66203/ (дата обращения: 02.08.2021).



В статье автор исследует проблематику уголовно-правовых норм об ответственности за хищение электронных денежных средств.

Ключевые слова: хищение, кража, электронные денежные средства.

В настоящий момент продолжает фиксироваться общий рост преступных посягательств в форме хищения чужого имущества. Всеобщая информатизация общественных отношений, приводящая ко все большему распространению преступлений в киберпространстве, требует дополнительной разработки качественно новых средств борьбы с такой модифицированной преступностью.

Информатизация отношений между государственными структурами, организациями и физическими лицами очень ярко выражена в сфере торговых отношений. На современном этапе развития отечественной правовой системы даже мелкие бытовые товарно-денежные отношения граждан перешли в сферу информационных технологий, что не могло не стать причиной ответной реакции преступных элементов и появления новых механизмов и способов совершения преступлений.

В связи с этим, относительно новым детерминантом такой негативизации показателей статистики правоохранительных органов является появление и растущее число хищений чужого имущества посредством информационно-телекоммуникационных средств, хищений направленных на изъятие чужих денежных средств с банковских счетов, с банковских карт и хищение так называемых электронных денег.

Если появление и развитие банкинга уже не является чем-то новым для правовой системы и правоотношения в сфере банковских операций уже подвергнуты достаточно детальной и четкой правовой регламентации со стороны международного сообщества и на уровне национального законодательства, то такой институт, как электронные денежные средства и другие электронные способы платежей — это относительное ноу-хау для отечественного законодателя и в данный момент мы являемся свидетелями только зарождающей нормативной правовой базы, направленной на урегулирование торговых отношений посредством электронных денег.

Области экономического и правового регулирования, в которых применяются электронные деньги, можно обозначить посредством анализа формирующейся судебной практики. К примеру, одним из самых первых решений, в котором Верховный Суд Российской Федерации затронул вопрос правовой регламентации применения при расчетах электронных денежных средств, является Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 года № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан». Следующим значимым актом высшего суда стало Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате». Последнее стало, по сути, обновлением позиций высшей судебной инстанции с учетом происходящих в обществе информационно-технологических скачков и закономерного развития новых форм хищений.

Остроту возникающим на практике гражданско-правовым и уголовно-правовым проблемам придавало отсутствие четкого статуса и легального определения понятия «электронные денежные средства». В настоящее время законодателем сделаны попытки по внесению ясности в вопрос отграничения безналичных денежных средств и электронных денег. Сложность заключается также в следующем: оборот безналичных денежных средств осуществляется посредством субъектов банкинга, а именно: банков и иных кредитных организаций, что, в свою очередь, гарантирует контроль со стороны специально уполномоченных государственных и государственно-частных структур за деятельностью таких банковских организаций при помощи института лицензирования и прочих механизмов контроля и надзора.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» как электронные денежные средства законодатель определяет денежные средства, предварительно предоставленные одним лицом (лицом, предоставившим денежные средства) другому лицу, которое учитывает информацию о размере предоставленных денежных средств без открытия банковского счета (обязанному лицу), с целью исполнения денежных обязательств лица, предоставившего денежные средства, перед третьими лицами и в отношении которых лицо, предоставившее денежные средства, имеет право передавать распоряжения исключительно с использованием электронных средств платежа. Вместе с тем, законодатель не относит к электронным денежным средствам денежные средства, которые получены организациями, которые осуществляют профессиональную деятельность на рынке ценных бумаг, клиринговую деятельность и (или) деятельность по управлению инвестиционными фондами, паевыми инвестиционными фондами и негосударственными пенсионными фондами и осуществляющими учет информации о размере предоставленных денежных средств без открытия банковского счета согласно законодательству, регулирующему деятельность названных организаций [1].

Основываясь на анализе легального определения понятия «электронные денежные средства», судебной практике, в частности, на позициях Верховного Суда Российской Федерации, отраженных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 года № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» и Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» и других, можно прийти к выводу, что отечественный правоприменитель понимает электронные денежные средства как субъективные юридические права обязательственного характера, направленные на денежные средства в обязательстве денежного характера.

Одновременно с этим, следует обратить внимание, что, будучи субъективными юридическими правами обязательственного характера, электронные денежные средства не могут существовать в форме определённой денежной суммы в виде так называемой «электронной наличности» [2].

По результатам изучения проблематики определения в системе законодательства Российской Федерации правового статуса электронных денег, мы приходим ко следующим выводам:

  1. Электронные денежные средства в системе отечественного права являются субъективными правами обязательственного характера к конкретной кредитной организации на определённую сумму денежных знаков в денежном обязательстве, которое возникло в соответствии с договором между лицом и оператором электронных денежных средств.
  2. Электронные денежные средства следует отличать от безналичных денег:

– по основанию возникновения обязательства денежного характера;

– по специфике возникновения, распоряжения и прекращения прав требования в денежных обязательствах.

  1. Электронные денежные средства обретают статус денег в Российской Федерации в связи с внедрением в правовую систему норм, которые обеспечивают выполнение ими ключевого экономического функционала денег:

– функции соизмерения стоимости;

– функции платежа;

– функции накопления.

  1. Выполнение функций денег электронными денежными средствами осуществляется с некоторыми ограничениями в сравнении с наличными и безналичными деньгами.

Относительно развития инструментов уголовно-правового реагирования на распространяющиеся преступные посягательства на безналичные денежные средства и электронные деньги следует отметить.

С 4 мая 2018 года вступил в юридическую силу Федеральный закон № 111-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации» (далее — Федеральный закон). Изменения были направлены на усовершенствование уголовно-правовых мер защиты финансовых интересов физических и юридических лиц посредством создания дополнительных механизмов более качественной и эффективной превенции преступных посягательств на денежные средства, которые размещены на банковских вкладах и в виде электронных денежных средств.

Данным Федеральным законом ряд существенных изменений внесен в отдельные статьи Главы 21 (Преступления против собственности) Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту — УК РФ).

В частности, введенными новеллами часть 3 статьи 158 УК РФ и статья 159.6 УК РФ были дополнены новыми квалифицирующими признаками, которые предусматривали повышенную уголовную ответственность за совершение хищений денежных средств с банковских счетов и электронных денежных средств [3].

В следствие такой корректировки действующего уголовного закона преступные действия в виде хищений с банковских счетов и электронных денежных средств, в частности, кража в отношении такого имущества, посредством введения, удаления, модификации либо блокирования компьютерной информации теперь отнесены к категории тяжких преступлений в независимости от размера похищенного. За данные преступные посягательства максимальное наказание предусмотрено в виде лишения свободы сроком до 6 лет [4].

Установив более строгие наказания в сравнении с существовавшими ранее уголовно-правовыми санкциями, законодатель повысил практическую эффективность противодействия исследуемой категории хищений. Это связано с тем фактом, что в настоящее время уголовная ответственность наступает не только за покушение на хищение с банковских счетов и электронных денежных средств, но и за приготовительные действия.

В силу нормы части 2 статьи 30 УК РФ наступление уголовной ответственности возможно за тяжкое и особо тяжкое преступление.

Особую значимость внесенных изменений с точки зрения практики уголовного права заключается в том, что правоохранительные органы получили возможность осуществить все доступные оперативно-розыскные мероприятия по уголовным делам о преступных посягательствах в форме хищений денежных средств с банковских счетов и электронных денежных средств. Осуществление всего спектра оперативных мероприятий дает возможность более объективно и всесторонне оценить действия предполагаемого преступника и сформировать более качественную доказательственную базу.

В свою очередь, такое расширение уголовно-правового инструментария правоохранительных органов помимо незамедлительной реакции на преступные посягательства, также способствует более своевременной превенции таких деяний и раскрытию совершенных преступлений с изобличением всех причастных лиц.

Следует также отметить, что внесенные изменения представляют собой проявление прогрессивного правового подхода к нормам уголовного права, а именно, повышенная уголовно-правовая защита объектов преступного посягательства вне зависимости от стоимости предмета хищения.

Другим важным новшеством уголовного закона стало шестикратное понижение пороговых значений размера хищений, которые признавались крупным и особо крупным размером в целях статей 159.3 и 159.6 УК РФ. Снижение произошло от с одного миллиона пятисот тысяч рублей и шести миллионов рублей до двухсот пятидесяти тысяч рублей и одного миллиона соответственно. Таким образом, эти значения стали аналогичны тем, что определены уголовным законом для целей статьи 158 УК РФ.

Такой правовой подход законодатель выбрал по ряду причин:

  1. Во-первых, учтена специфика способа совершения хищений, в процессе применения которого происходит сопряжение признака анонимности с преступным посягательством на денежные средства, которые находятся на банковском счете и на электронные денежные средства.
  2. Во-вторых, применение механизмов удаленного доступа к банковскому счету посредством специальных технических средств дает возможность лицу сохранить анонимность, что, в свою очередь, усложняет правоохранительным органам процесс его выявления.
  3. В-третьих, вне зависимости от способа, которым противоправно завладели имуществом, размер реального ущерба от таких преступных посягательств может существенно превышать суммы похищенных денежных средств, которые находятся у потерпевшего лица в форме наличных денег.

Литература:

1. Федеральный закон от 27 июня 2011 года № 161-фз «О национальной платежной системе» // Информационно-правовая система «Консультант Плюс».

2. Шевчук М. В. Электронные денежные средства в системе объектов гражданских прав // Банковское право. 2013. № 3. С 25–33.

3. Федеральный закон от 23 апреля 2018 года № 111-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации» // Информационно-правовая система «Консультант Плюс».

4. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 года № 63-ФЗ (ред. от 02.12.2019) // Информационно-правовая система «Консультант Плюс».

основные термины

генерируются автоматически
хищение, кража, электронные денежные средства
Похожие статьи
Слукина Евгения Валерьевна
Проблемы квалификации кражи, совершенной с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 УК РФ)
Юриспруденция
2019
Асатрян Хачатур Ашотович
Расследование вымогательств, совершенных несовершеннолетними
Юриспруденция
2019
Лисичников Денис Николаевич
Проблемы квалификации легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем
Юриспруденция
2018
Кондрашов Артем Константинович
Сравнительный аспект Постановлений Пленума ВС РФ №23 и №32, посвященных вопросам судебной практики по делам о легализации денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем
Юридические науки
2017
Висков Николай Викторович
Корыстные киберпреступления: уголовная ответственность и стимулирование позитивного постпреступного поведения
Юриспруденция
2016
Баева Мария Александровна
Актуальные проблемы умышленного уничтожения или повреждения чужого имущества
Юриспруденция
2017
Колосовский Вадим Сергеевич
Проблемы привлечения к уголовной ответственности и назначения наказания за преступления в банковской сфере
Юриспруденция
2018
Жадан Владимир Николаевич
Актуальные вопросы уголовно-правовой характеристики мошенничества
Юриспруденция
2014
Лешукова Евгения Алексеевна
К вопросу об объекте и предмете преступления, предусмотренного ст. 174 УК РФ «Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, добытых другими лицами преступным путем»
Юриспруденция
2017
Финько Ярослав Олегович
Понятие нападения в конструкции состава разбоя в статье 162 Уголовного кодекса Российской Федерации
Юриспруденция
2017
дата публикации
январь 2020 г.
рубрика
Юриспруденция
язык статьи
Русский
Опубликована
Похожие статьи
Слукина Евгения Валерьевна
Проблемы квалификации кражи, совершенной с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 УК РФ)
Юриспруденция
2019
Асатрян Хачатур Ашотович
Расследование вымогательств, совершенных несовершеннолетними
Юриспруденция
2019
Лисичников Денис Николаевич
Проблемы квалификации легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем
Юриспруденция
2018
Кондрашов Артем Константинович
Сравнительный аспект Постановлений Пленума ВС РФ №23 и №32, посвященных вопросам судебной практики по делам о легализации денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем
Юридические науки
2017
Висков Николай Викторович
Корыстные киберпреступления: уголовная ответственность и стимулирование позитивного постпреступного поведения
Юриспруденция
2016
Баева Мария Александровна
Актуальные проблемы умышленного уничтожения или повреждения чужого имущества
Юриспруденция
2017
Колосовский Вадим Сергеевич
Проблемы привлечения к уголовной ответственности и назначения наказания за преступления в банковской сфере
Юриспруденция
2018
Жадан Владимир Николаевич
Актуальные вопросы уголовно-правовой характеристики мошенничества
Юриспруденция
2014
Лешукова Евгения Алексеевна
К вопросу об объекте и предмете преступления, предусмотренного ст. 174 УК РФ «Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, добытых другими лицами преступным путем»
Юриспруденция
2017
Финько Ярослав Олегович
Понятие нападения в конструкции состава разбоя в статье 162 Уголовного кодекса Российской Федерации
Юриспруденция
2017