Криптовалюта как средство платежа с точки зрения международного частного права | Статья в журнале «Молодой ученый»

Автор:

Рубрика: Государство и право

Опубликовано в Молодой учёный №43 (229) октябрь 2018 г.

Дата публикации: 24.10.2018

Статья просмотрена: 50 раз

Библиографическое описание:

Меркулова Ю. К. Криптовалюта как средство платежа с точки зрения международного частного права // Молодой ученый. — 2018. — №43. — С. 135-139. — URL https://moluch.ru/archive/229/53254/ (дата обращения: 22.03.2019).



В статье рассматривается подход государств, которые признают за криптовалютами правовой статус платежного средства. Также, оцениваются возможные варианты использования криптовалюты, как способа расчетов в правоотношениях между частными субъектами.

Ключевые слова: МЧП, криптовалюта, правовой статус, средство платежа, иностранная валюта, расчеты.

Практически все правоотношения в международном частном праве сопровождаются денежными обязательствами. По данной причине выделяется валютный статут сделки — совокупность вопросов, определяющих правовой статус денежных обязательств в правоотношении. При установлении содержания денежных обязательств в правоотношении выделяются две коллизионные привязки: закон валюты платежа и закон валюты долга (lex monetae). Сразу стоит сделать оговорку, что в отечественном законодательстве данные коллизионные привязки не признаются, и денежные обязательства регулируются нормами публичного права. [1]

Многие национальные кодификации МЧП не содержат специальных разделов, посвященных коллизионному регулированию денежных (валютных) обязательств. Это связано с тем, что валютные правоотношения традиционно включались в сферу публичного права и автоматически предполагали невозможность применения иностранного права. В настоящее время признается, что валютные отношения между частными лицами, связанные с иностранным правопорядком, — сфера действия МЧП. При регулировании частных валютных отношений могут применяться нормы иностранного валютного законодательства.

Привязка Закон валюты платежа был ранее тесно связан с принципом номинализма, который ранее был законодательно закреплен практически во всех государствах и исключал возможность коллизионного регулирования денежных обязательств. Принцип номинализма впервые был провозглашен в английской судебной практике в деле «Gilbert v. Brett» (1604г.) заключался в том, что содержание денежного обязательства неизменно по своей сумме и не зависит от изменения покупательной стоимости валюты, в которой оно выражено. В начале XX в. в договоры стали включаться особые условия, направленные на защиту кредитора и обеспечивающие относительную неизменность денежного содержания платежей. Примером одной из ранних оговорок является «золотая оговорка», которая заключается в обязательстве уплатить долг, сумма которого будет эквивалентна количеству золота определенной пробы и веса. Наиболее известный пример использования «золотой оговорки» связан с выпуском США в 20х годах прошлого века облигаций, с условием уплаты в денежных знаках, эквивалентных на момент платежа указанной в обязательстве сумме золотых долларов определенного веса и пробы. Однако проблема возникла когда в 1933 году в США был принят Указ [2], который отменял золотой паритет доллара и аннулировал «золотую оговорку», установив что обязательства в золотых долларах теперь погашаются бумажными долларами в отношении один к одному. Вследствие широкого использования американской валюты в международных расчетах данный Указ повлек необходимость разрешения коллизионных вопросов о применении или неприменении Указа Рузвельта к долгам, которые выражались в золотых долларах США.

На практике, Английские суды признали применение валютной коллизионной привязки. Был сформирован прецедент, согласно которому подчинение денежных обязательств в правоотношении валюте определенного государства предполагает применение законов данного государства к вопросам денежного содержания правоотношения.

Во Франции привязка к закону валюты долга признание не получила. Французские суды выносили решения, согласно которым к обязательствам, выраженным в золотых долларах США, нет оснований применять аннулирование «золотой оговорки», если только общим статутом обязательства не было избрано право США.

На сегодняшний день многие страны признают Закон валюты платежа коллизионной привязкой. К примеру, Швейцарский Закон о МЧП [3] в ст. 147.1 закрепляет, что «к денежной единице применяется право государства эмиссии». Также с ним солидарен Гражданский кодекс Румынии (книга МЧП) ст. 2.646 определяет: «Валюта платежа определяется правом государства, ее выпустившего» [4]. Статья 1 Закона о МЧП Великобритании [5] устанавливает, что вопросы денежного содержания обязательства, выраженного в иностранной валюте, решаются на основе судейского усмотрения. Суд вправе применить к данному вопросу не только английское право, но и право того государства, в чьей валюте заключено обязательство.

Но что принесут криптовалюты в систему коллизионных привязок? Участники рынка уже активно используют криптовалюты как средство платежа, однако, учитывая волатильность, которая на данный момент присуща всем виртуальным валютам, сумма платежа определяется альтернативно. Например, нередко можно встретить оговорку подобного характера: «Цена товара по договору составляет 1000 долларов США. Оплата производится в криптовалюте Litecoin (LTC) по курсу, установленному на сайте http://coincost.net/ на дату платежа». Так как у криптовалют нет национальности, будет ли определен правовой статус денежных обязательств в правоотношении в соответствии с правом США? Если принять за правило такой подход, то как поступать в таких ситуациях, когда сумма долга выражена в валюте государства, которое относится к криптовалюте резко негативно, например в Непале или Боливии покупка, продажа и даже майнинг криптовалюты официально запрещены. Будет ли считаться незаконным платеж в криптовалюте по договору, содержащему подобную оговорку: «Цена товара по договору составляет 1000 Непальских рупий. Оплата производится в криптовалюте Litecoin (LTC) по курсу, установленному на сайте http://coincost.net/ на дату платежа». В судебной и деловой практике пока не выработан однозначный подход к указанию криптовалюты в качестве средства платежа. Но определенные тенденции, присущие конкретным странам уже можно наблюдать и анализировать.

Первой из стран, на законодательном уровне, криптовалюты признала Япония. 1 апреля 2017 года, вступил в силу закон, вносивший поправки в финансовое законодательство Японии, который сейчас больше известен как Закон о виртуальной валюте. [6] Вслед за данным Законом в прессе начался ажиотаж, видимо из-за некорректного перевода, появился слух, что японское Правительство приравняло биткоин к иностранным валютам, однако, на практике это не так. Если переводить дословно, то Виртуальная валюта, это не валюта, а «приравненные к активам носители стоимости, которые могут использоваться для осуществления платежей и передаваться в цифровом виде». В соответствии с разделами 402.1 и 402.2 Гражданского законодательства Японии [7], иностранная валюта обладает установленной ликвидностью, а также является безусловным средством платежа, виртуальные валюты в отличие от иностранных могут приниматься к оплате лишь только при условии, что лица, вовлеченные в сделку, согласились с данным способом оплаты. Пункты 4 и 8 статьи 6 Закона об иностранной валюте предусматривает, что иностранная валюта выпущена Иностранным государством, либо действительность и правовой статус данной валюты в качестве таковой закреплены на законодательном уровне. Пока ни одну криптовалюту в мире не признали официально деньгами или валютой, но, в случае, если какое-либо государство на законодательном уровне признает криптовалюту в полной мере равной иностранной валюте, то тогда и в соответствии с Японским законодательством ее можно будет считать таковой.

Государственное регулирование криптовалют в Японии коснулось трех отраслей. Во-первых, дано определение криптовалют и разделение всех виртуальных валют на два типа. Тип 1 — это способные передаваться в цифровом виде приравненные к активам носители стоимости, которые могут использоваться для осуществления платежей за товары и услуги и обмена как на другие виртуальные валюты, так и на фиатные валюты. Тип 2 — это способные передаваться в цифровом виде приравненные к активам носители стоимости, которые могут быть обменяны на другие виртуальные активы. В данной ситуации произошло наглядное разделение криптовалют как средства расчетов и как инвестиционного продукта, так как второй тип это токен, который выпускают компании для привлечения средств.

Помимо установления правовой природы криптовалют, были введены специальные правила для участников рынка криптовалют. То есть введено лицензирование деятельности компаний, осуществляющих предпринимательскую деятельность с виртуальными валютами, а именно уставной капитал в 10 миллионов йен, сегрегация активов, японский гражданин как руководитель подобной компании, физическое наличие офиса, а не только юридического адреса, соблюдение политики know your client, ежегодный внешний аудит с предоставлением отчета в финансовый регулятор. Срок рассмотрения заявления на выдачу лицензии составляет два месяца если компания не отвечает данным правилам, то в выдаче лицензии отказывается и компания обязана прекратить деятельность.

И, в-третьих, введено специальное налоговое регулирование. Доход от виртуальных валют признан иными поступлениями и, следовательно, облагается налогом на прибыль (33 % от суммы чистой прибыли компании, кроме того, префекты, и муниципалитеты устанавливают собственные величины, которые необходимо уплачивать, — по ставкам 5 % и 12,3 % от суммы госналога соответственно) и налогом на прирост капитала (около 10 %).

28 февраля 2018 года Министерством финансов Германии было издано Постановление [8], признающее виртуальные валюты законным средством платежа. В обоснование такого решения, Министерство ссылается на Решение Суда Европейского Союза [9], которое определяет Криптовалюты платежными средствами, а также устанавливает, что оплата товаров и услуг, при помощи криптовалют не должна облагаться НДС. Также в Постановлении Министерства финансов отмечается, что участники правоотношений на практике используют виртуальные валюты как договорный, альтернативный и немедленный способ платежа.

В Германии к криптовалютам применяются налоги на корпорации (15 %), прирост капитала и подоходный (Доход в размере до 8004 Евро налогообложению не подлежит, от 8004 Евро — ставка 14 %. От 52882 Евро — 42 %. При доходах свыше 250 000 Евро ставка достигает 45 %). Приростом капитала не считаются суммы ниже 800 евро. Все, что выше, облагается налогом 25 %. Майнинг облагается налогом на корпорации.

Дружелюбной к криптовалютам является также юрисдикция Швейцарии. Швейцарское Управление по надзору за финансовым рынком выпустило Руководство [10] разъясняющее нормативную базу и позицию государства относительно ICO. Согласно Руководству, токены признаются Швейцарским законодательством вне зависимости от национальности компании их выпустившей, Управление по надзору за финансовым рынком обосновывает свой подход к классификации токенов их экономическими функциями. И, таким образом, различает три основные категории токенов:

Платежные токены (Payment tokens) или криптовалюты являются средствами платежа за товары или услуги, а также являются денежным выражением стоимости. Криптовалюты не предоставляют права требования к их эмитенту. На данные токены распространяется действие Швейцарского закона о противодействии отмыванию доходов. [11]

Токены полезности (Utility tokens) предназначены для предоставления прав доступа к приложению или сервису на платформе блокчейн.

Токены активы (Asset tokens) предоставляют права требования к эмитенту и аналогичны акциям, облигациям или деривативам, если по токенам выплачивают дивиденды, проценты или же токены дают права на получение части прибыли. Данные токены полностью попадают под требования законодательства в сфере ценных бумаг и фондового рынка.

Также подчеркивается, что данная классификация не является закрытой и в рамках экономических функций токенов, могут появляться гибридные варианты. К примеру, токен, который не только является средством платежа, но и предоставляет доступ к какому-либо сервису.

В Швейцарии введена трехуровневая система налогообложения. Существуют федеральные налоги, налог на уровне кантонов и местный (муниципальный) уровень. Для целей налогообложения, криптовалюты отражаются в бухгалтерских документах как активы и налогооблагаются в соответствии с Законом о федеральном налоге не прибыль. [12] Федеральный налог на прибыль составляет — 7,83 %, кантональный — от 1 % до 26 %, например в кантоне Цуг, где расположена так называемая Криптодолина (независимая поддерживаемая правительством ассоциация Crypto Valley Association, своеобразный глобальный центр для блокчейн-компаний), налог на прибыль установлен в 12 %. Также операции с криптовалютами в некоторых случаях попадают под действие федерального налога на прирост капитала (7,83 %), налог взимается на основе прироста капитала после проведения каких-либо операций с активами, в основном продажи актива по более высокой цене, чем та, по которой он был изначально куплен.

Майнинг в Швейцарии определяется как хобби, Федеральная налоговая служба отмечает, что в связи с ростом популярности и масштабов майнинга, данный подход является устаревшим и следует разработать критерии для признания майнинга предпринимательской деятельностью.

В январе 2018 года, налоговая служба Израиля выпустила Циркуляр № 05/2018 [13] в котором указывается, что криптовалюты следует рассматривать как средства виртуального платежа и объект налогообложения. Вместе с тем, Центральный Банк Израиля в начале 2018 года выпустил Предупреждение [14] для участников рынка криптовалют в котором помимо перечисления рисков, связанных с их использованием, подчеркнул, что виртуальные валюты нельзя рассматривать как деньги или валюту, их можно скорее назвать «финансовыми активами». Для целей налогообложения были внесены поправки в израильские Закон о подоходном налоге [15] и Закон о налоге на добавочную стоимость [16], в соответствии с которыми: доход компаний, осуществляющих деятельность связанную с криптовалютами, облагается налогом на прибыль (17 %), майнинг криптовалюты облагается аналогом НДС (17 %), также токены могут облагаться налогом на прирост капитала в случае их удачной перепродажи.

9 марта 2018 года в Мексике был принят Закон, регулирующий технологические финансовые компании. [17] Этот Закон содержит главу, посвященную виртуальным активам и определяет их как зарегистрированное в электронном реестре выражение стоимости, а также используемое субъектами хозяйственной деятельности по всем типам законных транзакций, средство платежа передающееся в цифровом виде.

Ввиду непродолжительного временного промежутка, прошедшего со времени принятия Закона о технологических финансовых компаниях, отмечается [18], что в Мексике еще не сложилось целостной системы налогообложения виртуальных активов и правовое сообщество ждет принятия поправок к существующим законам, так как разъяснения налоговой службы не смогут должным образом прояснить ситуацию.

На момент написания статьи, только в этих странах введено регулирование и конкретное правовое закрепление виртуальных валют как официального и разрешенного средства платежа. Также, подобный статус криптовалютам собирается придать Швеция. Это совершенно не означает того, что в других государствах рассчитаться биткоином за чашку кофе будет незаконно. По большей части законодатель выбрал выжидательную позицию и не спешит внедрять нормы о виртуальных средствах платежа в национальное правовое поле. Поэтому вопрос о выборе метода погашения долга между сторонами договора отдан на усмотрение сторон и поддерживается обращение к автономии воли сторон, единственным ограничением служат сверхимперативные нормы, определяющие политику «Know your customer» и препятствующие отмыванию доходов, полученных преступным путем, с целью укрытия их незаконного происхождения и использования в легальной экономике, а также финансированию терроризма.

Однако, существуют страны, право которых не стоит избирать статутом сделки, если стороны заинтересованы в использовании криптовалюты как средства оплаты по договору.

В целях защиты и укрепления национальной валюты — рупии, В январе 2018 года Центральный Банк Индонезии выпустил пресс релиз [19] в котором напомнил о запрете на использование криптовалют всем субъектам на территории Индонезии. При этом запрещены не только транзакции, связанные с виртуальными валютами, но также и майнинг.

В 2014 году Центральный Банк Боливии запретил использование в стране любой валюты [20], которая не выпущена и не регулируется государственными органами. В стране запрещено любое использование криптовалют.

Кодекс Республики Эквадор О Кредитно-денежной и финансовой организации [21], допускает к использованию только собственную виртуальную валюту, выпущенную Центральным Банком и Доллар США, а также запрещает эмиссию, выпуск, фальсификацию, и иные способы производства других виртуальных валют, а также их использование любым способом.

В 2014 году Правительство Вьетнама выпустило Декрет, Об установлении размеров штрафов за нарушение валютного законодательства. [22] Согласно ст. 2 действие данного Декрета распространяется на физические и юридические лица вне зависимости от национальной принадлежности, и предусматривает наложение штрафа 150 000 000–200 000 000 ВНД за любое использование нелегальных платежных инструментов.

В 2014 году Центральный банк Киргизии опубликовал позицию [23], согласно которой, единственным законным способом платежа является национальная валюта сом, а использование в своих операциях криптовалют — является незаконным.

Также отрицают пользу криптовалют и запрещают их использование на своей территории: Иран, Ливан, Марокко, Намибия, Непал и Пакистан. [24]

Литература:

  1. Международное частное право: учебник для магистров/ И. В. Гетьман-Павлова. 4 изд., перераб. и доп. — М: Издательство Юрайт, 2013. — 959 с. — Серия: Магистр
  2. Title: The public papers and addresses of Franklin D. Roosevelt. Volume two, The year of crisis, 1933: with a special introduction and explanatory notes by President Roosevelt. [Book 1] Author: Roosevelt, Franklin D. (Franklin Delano), 1882–1945.
  3. Международное частное право: Иностранное законодательство / Предисл. А. Л. Маковского; сост. и научн. ред. А. Н. Жильцов, А. И. Муранов. М.: «Статут», 2000. 892 с. С. 628–673.]
  4. Закон Румынии № 287 от 17 июля 2009 о Гражданском кодексе Книга VII — Положения о международном частном праве. Вступил в силу 1 октября 2011 согласно Закону № 71/2011. Официальный монитор № 505/15 июля 2011
  5. Private International Law (Miscellaneous Provisions) Act 1995
  6. Guidance Note on the Japanese Virtual Currency Legislation and Overview on Registration Requirement thereunder. July 4, 2017
  7. Civil Code, Act No. 89. of 27.04.1896. В ред. Act № 94 2013
  8. Umsatzsteuerliche Behandlung von Bitcoin und anderen sog. virtuellen Währungen; EuGH-Urteil vom 22. Oktober 2015, C-264/14, Hedqvist]
  9. Case-law of the Court of Justice; In Case C‑264/14; 22 October 2015
  10. FINMA Guidance 03/2017 «New rules on public deposits. Questionnaire on FinTech licensing» 6.07.2017
  11. Federal Act on Combating Money Laundering in the Financial Sector (Anti-Money Laundering Act, AMLA) № 955.0 of 10 October 1997 (Status as on 19 December 2006)
  12. Swiss Income Tax Act (FITA) — DBG — LIFD / CCITHA — StHG — LHID [http://www.swisstaxnetwork.ch/gesetze/federal-income-tax-act] Дата обращения 17/10/2018г
  13. Israel Tax Authority Circular No. 05/2018 (Jan. 17, 2018): «Taxation of Activity by Means of Virtual Payment (Known as ‘Virtual Currencies’»)
  14. Reuters, Steven Scheer: «Bitcoin Is an Asset, Not a Currency — Israel’s Central Bank», 08/01/2018
  15. Laws of The State of Israel [LSI] (New Version) 1967 «Income Tax Ordinance»
  16. Laws of The State of Israel [LSI] (New Version) 46 (1975/76) «Value Added Tax Law» 5736–1975
  17. Diario Oficial De La Federación [D. O. F], Mar. 9, 2018, Law to Regulate Financial Technology Companies
  18. El decreto de la Ley para Regular a las Instituciones de Tecnología Financiera, publicado en el Diario Oficial de la Federación (DOF) 03/2018
  19. Bank Indonesia, Press Release No. 20/4/DKom: «Bank Indonesia warns All Parties Not to Sell, Buy, or Trade Virtual Currency». 13 January 2018
  20. The Central Bank of Bolivia (CBB) resolution 044/2014, May 6 2014
  21. Кодекс Республики Эквадор О кредитно-денежной и финансовой организации. № SAN-2014–1305 рег. номер 332
  22. Декрет Правительства Социалистической Республики Вьетнам от 17 октября 2014 года No 96/2014 / NĐ-CP
  23. Предостережение Национального банка Кыргызской Республики от 2014–07–15. Относительно распространения и использования «виртуальных валют», в частности биткойнов (bitcoin).
  24. Law&Trust International: Страны в которых криптовалюты запрещены. URL: https://lawstrust.com/ru/ico/pravovoj-status-kriptovalyut/forbidden Дата обращения: 19.10.2018 г.
Основные термины (генерируются автоматически): валюта, иностранная валюта, правовой статус, прирост капитала, средство платежа, цифровой вид, Валюта платежа, LTC, налог, обязательство.


Похожие статьи

Криптовалюта как будущее мировой финансово-денежной системы

Криптовалюта — это цифровая (виртуальная) валюта, единица которой — монета (англ

Это и отличает крипт валюту от других виртуальных денег. Она создается только сетью.

«Цифровые денежные средства является основным компонентом будущего финансового...

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle

Похожие статьи

Криптовалюта как будущее мировой финансово-денежной системы

Криптовалюта — это цифровая (виртуальная) валюта, единица которой — монета (англ

Это и отличает крипт валюту от других виртуальных денег. Она создается только сетью.

«Цифровые денежные средства является основным компонентом будущего финансового...

Задать вопрос