Эпидемиологические причины ухудшения клинической ситуации у ВИЧ-инфицированных больных с инфекцией мочевого тракта | Статья в журнале «Молодой ученый»

Библиографическое описание:

Шадманов М. А., Мамасолиев Н. С., Насирдинов Н. И., Ганижонов Ж. А., Робиддинов Б. С., Абдугофуров И. А., Муродов М. С., Иминова Д. А. Эпидемиологические причины ухудшения клинической ситуации у ВИЧ-инфицированных больных с инфекцией мочевого тракта // Молодой ученый. — 2017. — №6. — С. 164-169. — URL https://moluch.ru/archive/140/39232/ (дата обращения: 27.05.2018).



Эпидемиологический мониторинг осуществлено у 507 ВИЧ-инфицированных больных. Сравнительно часто инфекции мочевого тракта у ВИЧи-больных (ВИЧаИМТ) развиваются при наличии популяционно-социальных, диетических и специфических факторов риска: потреблении наркотических веществ, недостаточного потребления овощей и фруктов, низкого образовательно статуса, неблагополучного социального статуса, стрессосовых факторов, фактора семейного неблагополучия и плохих жилищно-бытовых условий.

Эти данные могут стать основой для осуществления региональной государственной программы по профилактике инфекции мочевого тракта у ВИЧ-позитивного населения.

В настоящее время число ВИЧ-инфицированных (ВИЧи) больных постоянно увеличивается [1, 2, 3]. Инфицированность населения земли ВИЧ к 2000 г. приближалась к 1 % (то есть был инфицирован каждый 100-й), а в ряде стран Центральной Африки она доходила до 20 % (каждый 5-й житель) [4].

В этой ситуации особенно актуальны вопросы превентивной урологии у больных СПИДа (ВИЧаИМТ). Однако, отечественные и зарубежные публикации по раннему выявлению и профилактике болезней мочеполовых органов в условиях сопутствующей ВИЧ-инфекции крайне малочисленны и посвящены, в основном, изучению клинических проявлений-характерных для поздних стадий инфекционного процесса [5,6,7,8,9].

Целью настоящего исследования явилось выявление эпидемиологических причин ухудшения клинической ситуации у больных с ВИЧаИМТ.

Материал иметоды

Эпидемиологический мониторинг осуществлено у 507 ВИЧи-больных. В возрасте 20–29 были-197 (38,9 %), 30–39 лет-235 (46,4 %), 40–49 лет-65 (12,8 %), 50–59 лет-8 (1,6 %) и 60–69 лет-2 (0,4 %). В группе ВИЧ-инфицированных включались лица, находящиеся на учете в региональных центрах по профилактике и борьбе со СПИДом. Обследование проводилось с использованием эпидемиологических, клинических, функциональных, лабораторных и статистических методов. На основе результатов комплексных исследований ставился диагноз ВИЧаИМТ.

Применялись методы многомерного статистического анализа, рассчитывались средние значения количественных показателей и их среднеквадратические отклонения (М; ± G).

Результаты иобсуждение

Одной из задач нашего исследования являлся анализ особенностей выявляемости ряда популяционно-социальных, диетических и специфических факторов риска ИМТ среди ВИЧ-инфицированного населения [табл.1].

С наиболее высокой частотой в возрастной группе ≥20–59 лет выявляются — диетический фактор (89,3 %) и недостаточное потребление овощей и фруктов (71,8 %). Сравнительно реже регистрируются ФР: низкий образовательный статус (57,0 %), плохие жилищно-бытовые условия (53,6 %) и инфекционные факторы (52,4 %), а также потребление наркотических веществ (28,4 %), курение (30,6 %), стрессовые (33,5 %) и фактор семейного неблагополучия (41,6 %).


Таблица 1

Особенности выявляемости некоторых популяционно-социальных, диетических испецифических факторов риска ИМТ среди ВИЧи- населения

Группы ВИЧ- населения

Число обследованных

Факторы риска иих градация

ПНВ

курение

Инфекционные факторы (ИФ)

Диетические факторы (ДФ)

НПОИФ

НОС

НБСС

СФ

НБСФ

ПЖБУ

Женщины 20–59 лет

262

51,7

6

2,3

9

3,4

108

41,2

221

83,7

162

61,5

121

46,1

225

85,9

76

29,0

96

36,6

86

32,7

Мужчины 20–59 лет

245

48,3

138

56,6***

146

59,8***

158

64,4*

232

95,1*

202

82,7*

168

68,6*

224

91,4

94

38,4*

112

45,7*

186

76,2***

Общая численностьпопуляции ВИЧ-населения 20–59 лет

507

100,0

114

28,4

155

30,6

266

52,4

453

89,3

364

71,8

289

57,0

449

88,6

170

33,5

211

41,6

272

53,6

Примечание: 1. ПНВ- потребление наркотических веществ; 1. НПОИФ- недостаточное потребление овощей и фруктов; 3. НОС — низкий образовательный статус; 4. НБСС — неблагополучный социальный статус; 5. СФ- стрессовые факторы; 6. НБСФ-фактор семейного неблагополучия; 7. ПЖБУ- плохие жилищно-бытовые условия


Анализ возрастных особенностей эволюции и выявляемости инфекционных и диетических факторов риска ИМТ у ВИЧ- населения представленный на рис. 1, показал, что в разных возрастных группах эпидемиологические показатели ИФ и ДФ разнятся существенно и возрастают по мере старения более чем в 1,7 и 1,4 раза (Р<0,05). В различных возрастных группах частота выявляемость ИФ и ДФ составляет соответственно: в 20–29 лет — 43,1 % и 81,8 % (Р<0,05), в 30–39 лет — 36,6 % % и 91,1 % (Р<0,05), в 40–49 лет — 67,7 % и 69,9 % (Р>0,05) и в возрасте ≥50–59 лет — 40,0 % и 90,0 % (Р<0,01).

Результаты анализа полученных данных подтверждают, что указанные ФР существенно влияют на формирование эпидемиологической ситуации способствующей развитию ИМТ на фоне ВИЧ- инфекции.

Рис. 1. Возрастные особенности и выявляемость эволюции инфекционного и диетического факторов риска ИМТ у ВИЧ — популяции населения

Рис. 2. Выявляемость и эволюция НПОИФ и НОС как факторов риска ИМТ в разных возрастных группах у ВИЧ популяции — населения

Рис. 3. Выявляемость и эволюция НБСС и СФ как факторов риска ИМТ в разных возрастных группах у ВИЧ -популяции населения

Согласно полученным данным, в обследованной популяции частота НПОИФ и НОС в возрастных группах 20–29 лет и 30–39 лет была достоверно выше, чем в группах 40–49 лет и ≥50–59 лет и составила соответственно: в 20–29 лет — по 72,7 % и 50,0 % (Р<0,05), в 30–39 лет — 77,0 % и 62,6 % (Р<0,05), в 40–49 лет — 55,4 % и 50,8 % (Р>0,05) и ≥50–59 лет — 40,0 %и 50,0 % (Р<0,05) [рис 2].

При изучении и оценке возрастных особенностей выявляемости и эволюции НБСС и СФ как факторов риска ИМТ у ВИЧ ПН были установлены аналогичные тенденции и эпидзакономерности (рис. 3). Частота НБСС и СФ в группе обследованных 20–29 лет составила 89,3 % и 24,9 % (Р<0,001), в 30–39 лет — 89,7 % и 35,3 % (Р<0,01), в 40–49 лет — 78,5 % и 53,8 % (Р<0,05) и в возрасте ≥50–59 лет — 100,0 % и 30,0 % (Р<0,001) соответственно.

Как показали полученные нами данные, ФСНБ и ПЖБУ в ВИЧ популяции–населения, в зависимости от возраста, регистрируются со следующей частотой: в 20–29 лет — 46,7 % и 39,6 % (Р>0,05), в 30–39 лет — по 40,8 % и 64,3 % (Р<0,05), в 40–49 лет — 29,2 % и 56,9 % (Р<0,05) и в ≥50–59 лет — 40,0 % и 50,0 % (Р<0,05) (рис.4).

В разных возрастных группах частота ФСНБ и ПЖБУ разнилась в 1,5 и 1,6 раза соответственно (Р1<0,05; Р2<0,05).

Рис. 4. Выявляемость и эволюция ФСНБ и ПЖБУ как факторов риска ИМТ в разных возрастных группах у ВИЧ -популяции населения

Рис. 5. Выявляемость моно- и множественных факторов риска ИМТ в разных возрастных группах у ВИЧ- популяции населения

Выявление количества ФР в возрастных группах показало (рис.5), что монофакторы и множественные (≥2) факторы присутствуют со статистически значимой разницей частоты соответственно: в группе ВИЧ ПН 20–29 лет — по 17,3 % и 80,2 % (Р<0,001), в 30–39 лет — 20,9 % и 90,0 % (Р<0,001), в 40–49 лет — 23,1 % и 90,2 % и в возрасте ≥50–59 лет — 30,0 % и 100,0 % (Р<0,001), т. е. с возрастом, частота выявляемости множественных факторов ИМТ в обследованной популяции увеличивается в 1,8 раза (Р<0,05).

Следует отметить, что результаты проведенного исследования представили, практически первую, убедительную научную информацию о современных особенностях эпидемиологической ситуации в развитии ИМТ на фоне ВИЧ-инфекции. Они могут стать основой для осуществления региональной государственной программы по профилактике и метафилактике ИМТ у ВИЧ- позитивного населения.

Литература:

  1. Chiarinotti D., Ruva C. E., David P., Capurro F., Brustia M., Omodeo Zorini E., Benigni E., Turello E., De Leo M., Verzetti G. Polyomavirus infection in an immunocompetent patient and literature overview // G Ital Nefrol.- 2002.- Jan-Feb;19(l): Р.74–8.
  2. Ferrero S., Bentivoglio G. Post-operative complications after caesarean section in HlV-infected women. // Arch Gynecol Obstet.- 2003.- Oct;268(4): Р.268–73
  3. Guardia J. A., Bourgoignie J., Diego J.. Renal mucormycosis in the HIV patient. // Am J Kidney Dis.- 2000.- May;35(5):Р.24.
  4. Покровский В. В., Юрин О. Г., Беляева В. В. Клиническая диагностика и лечение ВИЧ инфекции. // М.: Медицина для Вас. — 2003.
  5. Stoever K., Molyneux D., Hotez P., Fenwick A.. HIV/AIDS, schistosomiasis, and girls. // Lancet.- 2009.- Jun.- 13;373(9680): Р.2025–6.
  6. Schneede P., Hofstetter A. G., Naber K. G., Vahlensieck W., Ludwig M., Bach D., Bauer H. W. European Association of Urology guidelines on urinary and male genital tract infections // Urologe A.- 2003.- Jan.-42(l): Р.104–12.
  7. Shigehara K., Miyagi T., Nakashima T., Shimamura M. Acute bacterial prostatitis after transrectal prostate needle biopsy: clinical analysis. //J Infect Chemother.- 2008.- 14(1): Р.40–3
  8. van Schaik R., Wolfs T. F., Geelen S. P.. Improved general health of international adoptees, but immunization status still insufficient. // Eur J Pediatr.- 2009.- Sep.-168(9):Р.l 101–6.
  9. Wise G. J., Shteynshlyuger A. An update on lower urinary tract tuberculosis. // Curr Urol Rep. -2008.- Jul.-9(4):Р.305–13.
Основные термины (генерируются автоматически): недостаточное потребление овощей, семейное неблагополучие, мочевой тракт, неблагополучный социальный статус, образовательный статус, риск, эпидемиологический мониторинг.


Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос