Библиографическое описание:

Каланходжаева Ш. Б., Шомуратова М. С., Тажиева И. М., Хайдарова Ф. А. Клинико-гормональная характеристика синдрома поликистозных яичников и врожденной дисфункции коры надпочечников // Молодой ученый. — 2016. — №14. — С. 226-230.



Синдром поликистозных яичников (СПКЯ) является распространенным эндокринным заболеванием у женщин репродуктивного возраста. Заболевание встречается у 5–10 % женщин фертильного возраста [7,10]. Как правило, СПКЯ становится причиной нарушения менструального цикла и ановуляторного бесплодия [11]. WangS.etal.(2013) считают, что существуют расовые и этнические особенности физиологии и клинических симптомов СПКЯ, которые необходимо учитывать при дифференциальной диагностике СПКЯ. По данным Хайдаровой Ф.А. (2010) распространенность СПКЯ в популяции женщин фертильного возраста Ферганской долины Республики Узбекистан составила 5,3 %. Характерными клиническими и эндокринологическими проявления СПКЯ явились: клинически или гормонально подтвержденная — гиперандрогенемия -100 %; нарушение менструальной функции — 95 %; первичное бесплодие -94,2 %; гирсутизм (по шкале ≥ 6) — 86,2 %; ультразвуковая картина поликистоза яичников -86,2 %; нарушение менструальной функции с начала менархе -76,6 %.

ВДКН аутосомно-рецессивное заболевание, обусловленное в 95 % случаев дефицитом фермента 21-гидроксилазы. В Европейской популяции частота ВДКН достаточно высока и составляет 1:2,5-10000 новорожденных. Общепопуляционная частота колеблется от 0,3 до 1 %. ВДКН проявляется уже в период полового созревания и приводит к задержке полового созревания по изосексуальному типу, половому инфантилизму, нарушениям менструальной функции [1,3].

Дифференциальная диагностика ВДКН и СПКЯ достаточно сложна в связи с идентичностью жалоб и клинической симптоматики. Актуальность изучения ВДКН и СПКЯ определяется нарушением менструальной функции в сочетании с гирсутизмом, невынашиванием беременности и бесплодием, метаболическими нарушениями, что оказывает существенное влияние на качество жизни женщин

Цель исследования — провести анализ клинико-гормональных показателей у женщин с синдромом поликистоза яичников и врожденной дисфункцией коры надпочечников.

Материалы и методы.

Исследование проводилось на базе консультативной поликлиникиРеспубликанского Специализированного Научно-Практического Медицинского Центра Эндокринологии МЗРУз. Общее клиническое обследование пациенток включало: сбор анамнеза (жалобы, гинекологический анамнез, наличие экстрагенитальных заболеваний); гинекологическое исследование; оценку антропометрических параметров (индекса массы тела — ИМТ, окружности талии, окружности бедер). Для оценки массы тела был использован индекс массы тела (ИМТ), рассчитываемый как отношение массы тела (в килограммах) к росту (в метрах), возведенному в квадрат. Женщинам предлагалось не удалять волосы с тела в течение 1 месяца до повторного обследования. Пациентки, отобранные в данное исследование, не принимали какие-либо гормональные препараты в течение 6 месяцев до обследования.

Гиперандрогенизм определялся как наличие повышенных уровней андрогенов или наличие степени гирсутизма, составляющей по модифицированной шкале Ферримана-Голлвея ≥ 8 баллов. Степень гирсутизма (гирсутное число) определялась по сумме всех баллов, набранных по шкале Ферримана-Голлвея.

Исследование уровней лютеинизирующего гормона (ЛГ), фолликулостимулирующего гормона (ФСГ), пролактина (ПРЛ), дигидроэпиандростерона сульфата (ДЭАС), кортизола, прогестерона (Р), 17-гидроксипрогестерона (17-ОН), тиреотропного гормона (ТТГ), инсулина, общего тестостерона (Т) выполнялось радиоиммунным методом методом наборами фирмами “BeckmanCoulter” на счетчиках “Gamma-12” и “Strangt 300”в лаборатории РСНПМЦЭ. Забор крови на гормональные исследования на 3-7 день менструального цикла.

Критериями отбора являлись:

1) Женщины в возрасте 14- 49 лет

2) Женщины с клинической и биохимической гиперандрогенемией.

Лабиринт Пациентки с тиреоидной патологией, синдромом Кушинга, андроген-секретирующими опухолями яичников или надпочечников, а также с гиперпролактинемией из участия в исследовании исключались.

Всем им проводили трансвагинальное ультразвуковое сканирование матки и яичников на аппарате «Philips HD 11 XE». Критерием поликистозной картины яичников являлось наличие 12 или более фолликулов диаметром 2–9 мм и/или увеличение объема яичников (более 10 мл) [2].

Наличие СПКЯ определялось на основании классификации Европейской ассоциации репродукции человека и эмбриологии (ESHRE) и Американского общества репродуктивной медицины (ASRM) (Роттердам 2003), включающей два из следующих трех признаков: 1) гиперандрогенемия и/или гирсутизм; 2) овуляторная дисфункция; 3) поликистозная структура яичников по результатам УЗИ [12].

В результате чего нами было отобрано 105 женщин в возрасте 14-49 лет с признаками клинической и биохимической гиперандрогенемией. Контрольную группу составили 25 женщин с нормальным менструальным циклом, не имеющих клинических и биохимических признаков гиперандрогенемии.

Всем обследованным женщинам проводился молекулярно-генетический анализ на наличие мутаций гена CYP21. Для выявления в гене CYP21 наиболее часто встречаемых точечных мутаций проведена ДНК диагностика, основанная на ПЦР в режиме реального времени (RTPCR), в котором использованы аллельспецифичные праймеры и зонды TaqMan для каждой из 8 мутаций

Полученные данные обрабатывали с помощью пакета прикладных программ StatSoftStatistica 6.0. и Biostat. Отношение шансов (ОШ) и 95 % доверительный интервал (95 % ДИ) рассчитывали с применением логистической регрессии. Достоверность различий показателей оценивали с помощью непараметрического критерия χ2 (критерий Пирсона). Количественные показатели представлены в виде M±SD. Различия между группами считали статистически значимыми при р=0,05.

Результаты и обсуждение

Молекулярно-генетический анализ гена CYP21, проведенный у 105 обследованных женщин, выявил недостаточность 21-гидроксилазы в 23 случаях, что послужило основанием для постановки диагноза ВДКН. Оставшиеся 82 женщины с диагнозом СПКЯ, согласно Роттердамскому консенсусу (The Rotterdam PCOS consensus, 2003), были разделены на 2 группы: в 1 группу вошли 21 пациентка с ИМТ ≥ 27 кг/м2, во вторую — 61(73,9 %) женщина с ИМТ < 27 кг/м2.

Анализ клинических характеристик обследованных женщин показал, что ИМТ у женщин с СПКЯ и ожирением достоверно (Р<0,0001) выше по сравнению с таковым во всех других группах (Таблица 1.).

Таблица 1

Клинические характеристики обследованных женщин

Показатели

Контроль

n=25

СПКЯ

ВДКН, n=23

с ожирением, n=21

без ожирения, n=61

Возраст, лет

25,0±5,2

26,1±6,2

23,3±5,3

24,4±6,8

ИМТ, кг/м2

21,7±3,4

34,4±4,9*

21,0±3,2#

28,3±4,3*#●

ИМТ≥27 кг/м2

-

-

21

100

-

-

6

26,1

Олигоменорея (n| %)

-

-

14

66,7

44

72,1

7

30,4

Аменорея (n| %)

-

-

4

19,0

6

9,8

4

17,4

Гирсутное число, баллы

4,9±1,4

19,3±8,7*

12,1±8,3*#

17,1±7,2*●

Объём яичников, см3

5,3±1,1

11,3±2,8

9,5±2,2*#

6,8±1,2*#●

Примечание: количественные величины представлены в виде M±SD. *- достовер-ность по отношению к контролю;# — достоверность по отношению к группе СПКЯ с ожи-рением; ●- достоверность по отношению к группе СПКЯ без ожирения.

Среднее значение ИМТ у женщин со СПКЯ не страдающих ожирением аналогично показателю в контрольной группе. ИМТ пациенток с ВДКН был выше, чем у женщин контрольной группы и с СПКЯ без ожирения, причем более половины (52,2 %) женщин с ВДКН страдали ожирением.

У женщин со СПКЯ страдающих ожирением гирсутизм наблюдается немного чаще, чем у женщин со СПКЯ, не страдающих ожирением (71,4 % vs 52,5 % ОШ 2,27; 95 %ДИ 0,78-6,62; Р=0,21). В контрольной группе женщин с избыточным оволосением мы не выявили. Частота аменореи и олигменореи у женщин со СПКЯ достоверно выше, чем таковая у женщин с ВДКН (82,9 % vs 47,8 %; ОШ 5,30; 95 %ДИ 1,95-14,4; Р=0,002). Частота встречаемости вторичного бесплодия не различалась между группами (СПКЯ с ожирением — 8(38,1 %), СПКЯ без ожирения — 14(23,0 %), ВДКН — 6(26,1 %)).

Лабиринт По данным литературы у женщин с ВДКН отмечается снижение частоты родов, при этом частота наступления беременностей схожа с аналогичным показателем в общей популяции. В число факторов, оказывающих негативное влияние на репродуктивную функцию входят: хроническая ановуляция, поликистоз яичников, нарушение менструальной функции [3,5,6,8,10,13].

Поликистоз яичников наблюдался у 26,1 % женщин с ВДКН по сравнению с 88,5 % и 90,5 % не страдающих и страдающих ожирением женщин со СПКЯ, соответственно. У женщин контрольной группы поликистоз яичников не диагностирован. Объём яичников в группах женщин со СПКЯ был достоверно (Р<0,0001) больше по сравнению с этими показателями у пациенток с ВДКН и женщин контрольной группы.

По результатам молекулярно-генетического обследования ни у одной из больных СПКЯ не были идентифицированы мутации в гене 21-гидроксилазы.

Уровень общего тестостерона был достоверно высоким и в группах женщин со СПКЯ и ВДКН. Хотя у женщин со СПКЯ без ожирения незначительно ниже, чем у женщин со СПКЯ страдающих ожирением и женщин с ВДКН (Таблица 2.).

Таблица 2

Гормональные показатели обследованных женщин

Показатели

Контроль

n=25

СПКЯ

ВДКН, n=23

с ожирением, n=21

без ожирения, n=61

Общий тестостерон, нмоль/л

1,5±1,1

3,0±1,1*

2,8±1,1*

3,96±1,3*#●

ДГЭА, мкг/мл

133,7±44,5

158,2±53,3

145,3±60,1

192,2±80,4*●

ССГ, нмоль/л

97,9±38,0

49,6±26,3*

75,3±19,7*#

50,7±18,0*●

ЛГ, МЕ/л

9,8±9,6

6,6±4,2

8,9±4,4

9,1±7,7

ФСГ, МЕ/л

8,9±7,5

4,4±2,8

3,98±2,3

7,0±4,8

ЛГ/ФСГ

1,1±0,5

1,7±1,2*

2,6±1,2*#

1,5±1,1●

17-ОН, нмоль/л

3,5±1,1

4,2±1,2*

4,1±1,1*

18,8±17,2*#●

Примечание: количественные величины представлены в виде M±SD. *- достоверность по отношению к контролю; # — достоверность по отношению к группе СПКЯ с ожирением; ●- достоверность по отношению к группе СПКЯ без ожирения.

Средний базальный уровень 17-ОН был достоверно выше у женщин с ВДКН, по сравнению с женщинами других групп. У 17 (73,9 %) был > 6 нмоль/л, то есть пороговой величины, используемой для скрининга неклассической гиперплазии надпочечников. У женщин со СПКЯ базальный уровень 17-ОН значимо выше, чем у пациенток контрольной группы.

Среднее соотношение ЛГ/ФСГ оказалось повышенным у женщин со СПКЯ, не страдающих ожирением. Соотношение ЛГ/ФСГ> 2 реже встречалось у женщин с ВДКН.

При сравнении данных гормонального обследования у женщин с мутацией C1994T гена CYP21A2 и других выявленных мутаций значимых различия не обнаружено. Только уровень ЛГ у носителей мутаций A/C665G, G1683T, T999A и C89T оказался ниже, чем у носителей мутации C1994T.

Средние уровни глюкозы натощак во всех 4 группах были в пределах нормы, хотя у пациенток с СПКЯ, страдающих ожирением по сравнению с таковым у женщин из других групп были повышенными (Таблица 3.).

Таблица 3

Показатели углеводного обмена обследованных женщин

Показатели

Контроль

n=25

СПКЯ

ВДКН, n=23

с ожирением, n=21

без ожирения,n=61

Глюкоза натощак (ммоль/л)

4,37±0,27

4,52±0,51

4,29±0,29#

4,26±0,49

Инсулин натощак (МКЕД/мл)

6,15±2,71

12,2±6,96*

9,16±5,63*#

10,3±4,59*

НОМА индекс

1,20±0,55

2,44±1,30*

1,75±1,09*#

1,93±0,88*

Примечание: количественные величины представлены в виде M±SD. *- достоверность по отношению к контролю; # — достоверность по отношению к группе СПКЯ с ожирением; ● — достоверность по отношению к группе СПКЯ без ожирения

Наиболее высоким индекса HOMA-ИР был у женщин с СПКЯ, страдающих ожирением. Средний уровень HOMA-ИР в группе с ВДКН значительно не отличался от показателей женщин со СПКЯ, но был достоверно выше, чем в контрольной группе.

Лабиринт При сравнении показателей углеводного обмена у женщин с мутацией C1994T, A/C665G, G1683T, T999A и C89T гена CYP21A2 существенных различий не выявлено.

Выводы

  1. ИМТ у женщин с СПКЯ с ожирением и ВДКН достоверно выше, чем в группах контроля и СПКЯ без ожирения. Гирсутное число у пациенток с СПКЯ и ВДКН достоверно выше, чем в контроле.
  2. Наиболее высоким индекса HOMA-ИР был у женщин с СПКЯ, страдающих ожирением. Средний уровень HOMA-ИР в группе с ВДКН значительно не отличался от показателей женщин со СПКЯ, но был достоверно выше, чем в контрольной группе.
  3. Уровень 17-гидрокси-прогестерона в сравниваемых группах не имел достоверных отличий, хотя у трети (34,5 %) женщин с ВДКН он был выше контрольных значений.

Литература:

  1. Амирасланова М.М., Мамедова Н.Ф., Соснова Е.А. Роль дефицита 21-гидроксилазы в генезе врожденной дисфункции коры надпочечников//Научные ведомости БелГУ — 2011. — № 10(105), вып.14.-С. 112-117.
  2. Гомболевская С.Л. Гиперандрогенная дермопатия при синдроме поликистозных яичников: автореф. дис. ... канд. мед. наук — М., 1997.
  3. Копылова И.В., Карева М.А. Факторырискасниженияфертильностиупациентоксврожденной дисфункциейкорынадпочечников//Проблемы эндокринологии. — 2013. — № 3. — С.51–56.
  4. Хайдарова Ф.А. Патогенетические механизмы формирования синдрома поликистозных яичников и обоснование дифференцированного подхода к его лечению: автореф. дис…. докт. мед. наук, Ташкент. 2010.- 37с.
  5. Claahsen-van der Grinten H., Stikkelbroeck N., Sweep C. et al. Fertility in patients with congenital adrenal hyperplasia//J Pediatr Endocrinol Metabol. — 2006. — Vol.19(5). — P.677-685.
  6. Conway G., Casteras A., De Silva P., Rumsby G. Reassessing fecundity in women with classical congenital adrenal hyperplasia (CAH): normal pregnancy rate but reduced fertility rate//Clin Endocrinol. — 2009. — Vol.70(6). — P.833-837.
  7. Duncan W. A guide to understanding polycystic ovary syndrome (PCOS)//J Fam Plann Reprod Health Care. — 2014. N1. — P.1–9.
  8. Gastaud F., Bouvattier C., Duranteau L. et al. Impaired sexual and reproductive outcomes in women with classical forms of congenital adrenal hyperplasia//J Clin Endocrinol Metabol. — 2007. — Vol.92(4). — P.1391-1396.
  9. Hagenfeldt K., Janson P.O., Holmdahl G. et al. Fertility and pregnancy outcome in women with congenital adrenal hyperplasia due to 21-hydroxylase defi ciency//Hum Reprod. — 2008. — Vol.23(7). — P.1607-1613.

10. Motta A. The role of obesity in the development of polycystic ovary syndrome//Curr Pharm Des. — 2012. — Vol.18.- P.2482–2491.

  1. Norman R., Dewailly D., Legro R., Hickey T. Polycystic ovary syndrome//Lancet. — 2007. — Vol.370. — P.685–697.
  2. The Rotterdam ESHRE/ASRM — sponsored PCOS consensus workshop group. Revised 2003 consensus on diagnostic criteria and long-term health risks related to polycystic ovary syndrome (PCOS) // Hum. Reprod. — 2004. — Vol. 19. — P. 41-47.
  3. Wang S.,Alvero R. Racial and ethnic differences in physiology and clinical symptoms ofpolycystic ovary syndrome//Semin Reprod Med. — 2013. — Vol.31(5). — P.365-369.
Основные термины (генерируются автоматически): группе СПКЯ, женщин контрольной группы, поликистозных яичников, менструальной функции, женщин фертильного возраста, контрольной группе, нарушение менструальной функции, показателей женщин, синдрома поликистозных яичников, группах женщин, контрольной группе женщин, ожирением женщин, массы тела, поликистоза яичников, polycystic ovary, congenital adrenal, популяции женщин фертильного, количественные величины, поликистоз яичников, женщин репродуктивного возраста.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос