Библиографическое описание:

Якимова Е. М. Историко-культурный потенциал текстов семейных родословных // Молодой ученый. — 2016. — №11. — С. 1728-1731.



В статье рассматриваются особенности вербальной репрезентации историко-культурного потенциала текстов семейных родословных. Представлены векторы проявления и развития интеллектуального уровня языковой личности.

Ключевые слова: семейные родословные, языковая личность, интенция, антропонимикон, топоним, имя собственное

Работа над текстом семейного родословия открывает дополнительные возможности для проявления не только творческих способностей личности в связи с общей тенденцией писать о своей семье лучшим языком, но и интеллектуальных, свидетельствующих о знании культуры и истории народа. Представим основные векторы развития интеллектуального потенциала языковой личности в процессе письменного оформления устных рассказов об истории семьи.

Создавая текст, авторы стремятся включить в семейное родословие фрагменты, которые говорят об интенции осознать себя частью общества и определить место своей семьи в истории страны. По мнению М. А. Лаппо, «глубокая личность должна не только уметь рассуждать о профессиональном предмете, не только хорошо разбираться в историческом, политическом, социальном контексте своего времени, но и уметь говорить о себе, вписывая себя в этот контекст, находя в нем себе место, для того чтобы вести с другими полноценный диалог. Именно эта способность и потребность приводит к появлению интервью, автобиографий, мемуаров, писем, дневников, которые и становятся индикатором глубины и величины личности» [1, с. 69–70]. Фрагменты семейных родословных содержат резюмирующие высказывания, которые отражают историческое сознание личности: Мне очень понравилось писать историю своего рода, я и раньше интересовалась ею. Но только написав её, я поняла, как она важна. Составляя свою родословную, мы не только разыскиваем потерянных предков, узнаём много нового о своей семье, но и вписываем себя в историю, передавая её своим потомкам (М. М. О., с.6). Анализируя события, происходившие в нашей большой семье, понимаешь, как история моей семьи неразрывно связана с историей моей многострадальной родины. Ни в одном учебнике истории об этом не прочтёшь. Многие события прошедших лет становятся ближе и понятней для меня. Историю начинаешь изучать на примерах конкретных людей, конкретных судеб (Р.Т., с.1).

Показательно, что историко-культурный фонд семейных родословных составляют не только вышеуказанные фрагменты-рассуждения, но и антропонимикон, который включает имена исторических личностей: Возле дома был большой сад. В этом саду росло несколько яблонь, привезенных то ли прадедом Никитой, то ли прадедом Степаном от самого Мичурина (Т. М. И., с. 3). Благодаря этому сочинению я многое узнала о своей семье. Больше всего меня поразило то, что мой дедушка видел вживую и здоровался с самим ФиделемКастро! (Ю. Е. А., с. 11–12). На фронте судьба свела его со знаменитым Лемешевым, больше недели жившим в блиндаже с солдатами, среди которых был мой дед. Дедушка не раз вспоминал те дни, когда он общался с Лемешевым (Т. М. И., с. 2). Контексты, содержащие имена исторических деятелей, с одной стороны, являются свидетельством творческого потенциала языковой личности, с другой стороны, образуют персоносферу (термин Г. Г. Хазагерова) рядового носителя русского языка и отражают уровень энциклопедических знаний.

Антропонимическая насыщенность и нарративный характер жанра обусловливают употребление топонимов и сохранение их утраченных вариантов: Поженившись, дедушка и бабушка поселились в п. Уразово Валуйского района, но в 1966 году переехали в Корочу (А. Д. С., с.6). В Курской губернии Пристенского района жила семья Зелениных (Щ. Ю. Е., с. 3). На месте нынешнего села Новый Посёлок (Круглик) более ста лет тому назад было урочище Круглое. В этом урочище был постоялый двор (Х.О., с.3). Кроме того, тексты семейных родословных являются топонимически насыщенными, так как содержат легенды о возникновении названия деревни, села, города: Его предки были потомственные дворяне (по отцовской линии), и даже до сих пор на Украине есть хутор Мыцких. Его назвали по фамилии польского дворянина, который проживал на этом хуторе (М. М. О. с.6). В народе он получил название выселок Люлинский или просто хутор Люлин. Никто не знает, откуда пошло такое название. Но бытует мнение, что название пошло от фамилии Люлины. Хотя есть и другая точка зрения, что это название происходило от слова «люлька», т. е. колыбель, потому что места здесь тихие, спокойные и хутор расположен будто в колыбели (Я. К. П. с. 2). «Лингвистика топонимии в текстах семейных родословных свидетельствует о дефиците легенд в культуре социума. В настоящее время, чтобы привлечь туристов, историю научились «делать». В противовес такой искусственной истории можно, во-первых, сохранять в памяти старинные, пусть даже утраченные названия географических объектов, а во-вторых интересоваться легендами, собирать их» [3, с. 153–154]. Включение топонимических легенд в структуру семейных родословных отвечает потребности членов социума не только сохранить топонимическую легенду в памяти семьи, но и передать её следующим поколениям.

Жанровая специфика семейных родословных предполагает конкретность, точность повествования и описания, что достигается благодаря периферийным именам собственным, которые включаются в контексты различной тематики:

1) исторической: Втот год вся семья первой вступила в колхоз им. Некрасова (впоследствии «Трудовик»), в котором тогда было 10 дворов. Этот колхоз считался самым богатым и лучшим в округе (К. А. А., с. 5); Сейчас, в двадцать первом веке, в разных частях бывшегоСССР живет 11 правнуков и 9 праправнуков простой крестьянки Анны Кузенко (Б. М. Ю., с. 1–2);

2) военной: Сейчас у папы осталась память о дедушке: орден Красного Знамени и орден Красной Звезды (М. Т. С., с. 8); Я обожаю ее истории о прошлом, она потрясающий рассказчик. Несомненно, ее истории в основном касаются Великой Отечественной войны. Я иногда удивляюсь, видя, насколько она живо и с такой реалистичностью рассказывает все события, произошедшее в ее жизни (М. А. В., с. 3);

3) культурологической: Особым божественным огнем воспылала икона Божьей Матери, наполнились светом фотографии в рамках, от которых веет таинственной, невообразимой негой прошлых веков. С портретов смотрят незнакомые, но очень родные лица…(Н. Е. Н., с. 3); И вот однажды, когда я первый раз увидела книгу «Солдаты Победы» и прочитала там фамилии родных (может, это и однофамильцы), меня охватили чувства, которые нельзя выразить одним словом: это и боль, и радость, и гордость (Л. К. М., с. 5);

4) праздничной:Бабушка всех нас очень любит и радуется, когда мы с братом приезжаем к ней на выходные. Ей очень приятно, когда ее дом полон любимыми и родными. Обязательный праздник, на который все собираются — Рождество (Г. И. В., с. 6).

Историко-культурными ценностями можно считать сведения о традициях и обрядах, которые сохраняются благодаря акусматической культуре, однако их письменная фиксация в процессе написания родословной способствуют также популяризации культурных традиций в современном обществе: На праздник Троицы было принято ходить в лес, срезать ветви деревьев, собирать цветы и траву, а затем приносить домой и украшать дом цветами, разбрасывать траву по полу (П. Ю. И., с. 8). В этот день моя прабабушка украшала дом зелёной травой и ветвями деревьев. С утра она наряжала детей в самые красивые костюмы и платьица, и вместе с прадедушкой они шли в храм, чтобы причаститься (Н. О. Н., c. 5).Когда мать семейства шла навестить роженицу, пеклись блины, стопочка блинов накрывалась чистым полотенцем и в качестве символа здоровья и благоденствия вручалась роженице (Ш. Е. В., с. 6). У нас есть особая традиция, точнее особое блюдо, которое готовится только на Рождество «кутя». В ночь перед Рождеством специально на столе оставляется тарелка с кутей для «предков» (Г. И. В., с. 6). Исследуя обрядовый хронотоп, В. К. Харченко отмечает такие преимущества соблюдения обряда, как «скрепление семьи, гармонизация восприятия будней и праздников, самоуважение личности» [2, с. 33–34].

Письменный характер семейныхродословных способствует сохранению редких фактов языка, в том числе диалектных, региональных, устаревших слов: Бабушка вспоминает, что в семье не было даже лишнего одеяла. Иногда приходилось укрываться ряднинами — самоткаными грубыми покрывалами (Ш. Е. В., с. 6). Семен Илларионович уезжал на заработки и привозил продукты. В основном это было зерно, из которого варили манную кашу — мамалыгу (П. Ю. И., с.5). Она говорила «танцевать в три ноги», т. е. делать дробушки, этому мастерству она научила своих внуков, правнуков (М. А. С., с.4). Родословные содержат богатейший фонд имён собственных, редких в современном именнике: Агей, Куприян, Никанор, Свирид, Устин, Фокий, Горпения, Улита, Харитина и др.

Кроме того, в семейных родословных сохраняется этнокультурная коммуникативная формула ИМЯ-ОТЧЕСТВО: Рассказывая о своей семье, бабушка всегда с уважением говорила о своих родителях, называя их по имени-отчеству (Н. О. Н.); Эта энергичная женщина в свои 83 года много рассказывает о войне школьникам, её интересно слушать, у неё прекрасная память, она помнит не только все даты сражений, но и фамилии, имена и отчества своих боевых подруг и друзей (Ж. О. А.).

При первом упоминании в большей степени представлены полные формулы именования родственников: Две его сестры и брат жили с родителями — Барыкиным Дмитрием Федотовичем и Барыкиной Екатериной Васильевной, а также Барыкиными Федотом Михайловичем и Матрёной Петровной, бабушкой и дедушкой (Б. А. В.). Цель употребления подобных вариантов именования — запечатлеть родственника в семейной памяти, сохранить, наряду с фамилией и именем, отчество, воспринимаемое носителями языка как нечто ценное, необходимое русскому человеку для жизни в обществе. В случае незнания отчества предка автор нередко выражает сожаление, что, несомненно, указывает на ценность имени в русском языковом и культурном сознании: Родоначальником рода (примерно с 1805 года) называют деда Ларю, увы, настоящего имени не помнит никто (Н. Т. В., с. 2). У графа была единственная дочь, когда пришло время выходить ей замуж, то её отдали за Великих. К сожалению, ни имени, ни отчества мне неизвестно (С. И. А., с.2). А память о её муже, моём прадедушке, осталась на мемориальной доске нашего села. Здесь записаны фамилии и инициалы, даты жизни и смерти людей, погибших в боях за Родину (А. Т. Ю., с.5). Показателемзначимости, ценности отчества в русской языковой картине мира являются также количественные данные: отчество входит в официальные формулы именования, которые составляют 24 % от общего числа вариантов именования (более 10 тыс. употреблений) [4, с. 93].

Таким образом, историко-культурный потенциал находит отражение в текстовой ткани семейных родословных и обнаруживает связи с ментальными интенциями (прогнозирование текстового пространства на содержательном уровне, включение исторических фактов, осознание связи истории семьи с историей страны), речевыми интенциями (письменная фиксация редких языковых и культурных фактов, сохранение этнокультурной специфики употребления имени собственного), коммуникативными интенциями (точность повествования, детальность в описании, выразительность и доступность речи как способы организации эффективной коммуникации с предполагаемым адресатом). Отмеченные интенции в жанре семейных родословных реализуются посредством ментально-речевой деятельности и отражают уровень развития интеллектуальных и творческих способностей личности.

Литература:

  1. Лаппо М. А. Кого можно назвать носителем элитарной речевой культуры? // Русская речь. — 2014. — № 4. — С.67–72.
  2. Харченко В. К. Обрядовый хронотоп и современный хроноцид // Современные проблемы языкознания, литературоведения, межкультурной коммуникации и лингводидактики: Материалы 2-й Международной научной конференции, 20–21 апреля 2016 года, Белгород, Россия / отв. ред.: член-корреспондент РАН, д.ф.н., проф. В. А. Виноградов. — Белгород: ИД «Белгород» НИУ «БелГУ», 2016. — С.31–35.
  3. Харченко В. К., Черникова Е. М. Лингвогенеалогия: Имя собственное в жанре семейных родословных. — М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2009. — 192 с.
  4. Черникова Е. М. Имена собственные в жанре семейных родословных: дис. … канд. филол. наук. — Белгород, 2009. — 243 с.
Основные термины (генерируются автоматически): семейных родословных, жанре семейных родословных, потенциала языковой личности, творческих способностей личности, Фрагменты семейных родословных, фонд семейных родословных, текстах семейных родословных, специфика семейных родословных, тексты семейных родословных, структуру семейных родословных, ткани семейных родословных, формулы именования, вариантов именования, письменная фиксация, точность повествования, имена исторических, истории семьи, семье лучшим языком, фамилии польского дворянина, интеллектуального потенциала языковой.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос