Библиографическое описание:

Чумакова Т. В., Малышева О. К. Восклицательные предложения в детском дискурсе прозы А.П. Гайдара // Молодой ученый. — 2015. — №23.2. — С. 93-95.



 

Статья посвящена проблеме синтаксических средств выражения авторской модальности в художественном тексте. Рассматриваются восклицательные предложения, функционирующие в детской речи прозы А.П. Гайдара.

Ключевые слова: художественный текст, авторская модальность, детский дискурс, восклицательное предложение, семантика эмоциональности.

 

Структуру повествования художественного произведения составляет система речевых структур персонажей, которую образуют формы передачи речи героя (прямая речь, внутренняя речь и т.п.) и различные способы выражения его точки зрения, обусловленной психологическими или социальными особенностями героя [6, с. 235]. В прозе А.П. Гайдара перед читателями предстает мир детства эпохи, современной автору. Это формирует «детский дискурс», продолжающий традиции отечественной словесности (А. Аксаков, Ф. Достоевский, Л.Толстой, В. Набоков, И. Бунин и др.) и отражающий детский взгляд как особый вид мировосприятия [7, с. 173], связанный с выражением авторской модальности в художественном тексте [10, с. 199].

В создании детских образов важную роль играют единицы языка, передающие такие качества языковой личности героя-ребенка, как непосредственность, эмоциональность. В гайдароведении сфера эмоций и эмоционального в произведениях писателя не остается без внимания, но не столько в лингвистическом плане, сколько в психологическом, педагогическом и литературоведческом аспектах [2]. В данной статье анализируются синтаксические средства выражения семантики эмоциональности в детской речи прозы А.П. Гайдара.

Одним из способов представления эмоциональной семантики в предложении русского языка является эмоциональная окраска, получающая выражение в восклицательном предложении, которое занимает «определенное, установленное место в функциональной типологии – в статусе эмоционально отмеченного варианта повествовательных, побудительных или вопросительных предложений» [4, с. 75-76].

Восклицательное предложение, по определению А.М. Пешковского, употребляется в том случае, «если мы говорим для того, чтобы, сообщая свои мысли, в то же время выразить и чувства, овладевающие нами по поводу этих мыслей» [8, с. 392]. Восклицательный характер предложения обусловлен его модальным содержанием, в частности, субъективно-модальными значениями. В сферу таких значений входят и «эмоционально-экспрессивные оттенки субъективного отношения к сообщаемому» [5, с. 303]. Восклицательное предложение относится к синтаксическим средствам выражения субъективной эмоциональной модальности [11, с. 101].

В прозе А.П. Гайдара восклицательные предложения выступают в функции стилизации детской речи и разговорной речи – выразительной, живой и эмоционально насыщенной, например: Владик рассердился и дернул Тольку за руку. – Вставай… вставай, Толька! Кругом измена! Все в плену. Командир убит… Помощник контужен. Я ранен четырежды, ты трижды. Держи знамя! Бросай бомбы! Трах-та-бабах! Отобьемся! И, всучив ошалелому Тольке полотенце вместо знамени и старый сандалий вместо бомбы, Владик потащил товарища через кусты под горку (Военная тайна) [1]. Более широкий контекст передает характер говорящего: Владик – непоседа, выдумщик («…ты всегда что-нибудь выдумываешь»), инициатор игр, приключений.

С точки зрения структурно-семантических свойств восклицательные предложения чаще всего имеют побудительный характер. В зависимости от возраста, взаимоотношений персонажей, условий речевой ситуации побудительные предложения различаются степенью категоричности и эмоциональной напряженности. Это отражается в грамматическом оформлении, например: Юрка, – попросил я, – давай пойдем к Витьке Чеснокову, пусть он тогда забирает аппарат, а деньги отдаст обратно! (Судьба барабанщика); Стой, не лезь вперед, Фенька! – вскрикнул я, стаскивая ее с подоконника. (Дым в лесу); И когда она увидела песчаный берег, зеленые острова, то позабыла все на свете и, радостно захлопав в ладоши, закричала: – Купаться!(Голубая чашка).

В первом случае речь идет о некатегоричном побуждении – просьбе: герой повести обращается к подростку, на два года старше, которого к тому же побаивается («…мне передавали мальчишки, что он уже собирается бить меня смертным боем»). Этим и обусловлен выбор форм опосредованного побуждения: «давай пойдем», «пусть забирает». В другом примере побуждение имеет императивный характер: мальчик по просьбе соседки присматривает за ее маленькой дочкой как раз во время загадочных событий во дворе дома. В предложении используется форма императива 2-го лица («стой», «не лезь»), а конструкция в целом имеет субъективно-модальное значение опасения, тревоги, которое эксплицируется в контексте («вскрикнул»). В последнем примере в форме инфинитивной конструкции – восклицании реализуется не категоричное побуждение, типичное для таких предложений [9], а эмоциональный, радостный призыв к совместному действию; ср.: Давай купаться! = Давай искупаемся!

Субъектно-речевой план персонажей-детей может включать элементы их непреднамеренного или сознательного подражания речи взрослых. В конкретных речевых ситуациях такие языковые сигналы несут двойную нагрузку: с одной стороны, они создают речевую характеристику персонажа; с другой стороны, передают особенности личности ребенка [6, с. 239]. Нередко подражание речи взрослых служит средством создания комического, например:               Несколько раз забегал в ванную дежурный по отряду, веснушчатый пионер Иоська Розенцвейг и, отчаянно картавя, кричал: Что за безобразие? Прекратите это безобразие! И новенькие ребята, которые еще не знали, что сам-то Иоська всего только третий день в лагере, а озорник он еще больший, чем многие из них, затихали (Военная тайна).

В речи детей встречаются неполные побудительно-восклицательные предложения, выступающие средством стилизации устно-разговорной речи: – Оспу! выбегая на площадку, грозно кричал маленький и большеголовый Иоська. – Кто не прививал, вылетай живо! (Военная тайна).

Среди повествовательных восклицательных конструкций своей экспрессивностью выделяются предложения с ярко выраженной оценочной функцией, например: – Так разве же я тебя галстуком заставлял красить? – возмущался Иоська. - И тут пятно, и там пятно. Эх, Баранкин, Баранкин! Ты бы хоть раньше сказал, а теперь и кладовая заперта, и кастелянша ушла (Военная тайна); – А то не посмотрю, что товарищ, и скажу вожатой. – Ну, говори…Провокатор!(Военная тайна).

Подобные конструкции квалифицируются как разновидность неполных предложений – ситуативные реплики повествовательно-предикативного характера, дающие название, определение или экспрессивную характеристику субъекта, известного собеседникам из обстановки речи [3, с. 154]. Для таких восклицательных предложений в детской речи типична прежде всего экспрессивная функция, отражающая особенности психологии персонажей: детям свойственна искренность, эмоциональность, резкость оценок. Предикат обычно выражен существительным или  именной субстантивированной формой, например: Несчастная! – завопил я. – Но кто же это тебя заставляет открывать кран, опрокидывать чернила, спихивать кастрюли и заталкивать в замок гвозди? Я бы на месте твоей мамы взял веревку да вздул тебя хорошенько! (Дым в лесу).

Неполные повествовательные восклицательные предложения, употребленные не в диалоге, а во внутренней речи, могут выражать экспрессивную характеристику действия с семантическим компонентом гиперболизации, например: На крышке аккуратно обозначены год, месяц и число – то самое, когда я встретил Федосеева в лесу у самолета. Внизу надпись: «Владимиру Курнакову от летчика Федосеева». Я стою молча. Погибли! Погибли теперь без возврата все мальчишки нашего двора. И нет им от меня сожаления, нет пощады! (Дым в лесу)

В последнем случае текст построен как несобственно-авторское повествование, оформленное с точки зрения героя и обнаруживающее особенности его словоупотребления. Эта композиционно-речевая форма является, по мнению исследователей, ведущей в прозе Гайдара [6, с. 238].

Вопросительные восклицательные предложения, отличающиеся, как правило, сложным, модифицированным модальным значением, в детской речи встречаются реже, чем предложения других функциональных типов. Показателями восклицательности, помимо особой интонации, выступают специальные «восклицательные» слова: местоимения, наречия, приобретающие свойства эмоционально-усилительных частиц (кто, что, какой, как, что за и др.) [4]; фразеологизированность структуры предложения [11, с. 103-104], например:

Из-за угла выскочил Иоська. Наткнувшись на Владика, он быстро остановился, но, заметив мяч, подошел, поднял и укоризненно сказал: – Что же! Если ты на меня злишься, то тебе и все виноваты? Ребята ищут, ищут, а ты не можешь мяч через забор перекинуть? Какой же ты товарищ? (Военная тайна)

Вопросительные восклицательные предложения с обращением могут выражать имплицитное значение побуждения к действию, субъектом которого является собеседник, а не говорящий [9], например:

Яшка, сбитый с толку такой манерой отвечать, сказал укоризненно: – И зачем ты, Дергач, огрызаешься! Мы ведь тебе не допрос делаем, а ежели спрашиваю я, то по дружбе (На графских развалинах). Ср.: Незачем тебе, Дергач, огрызаться! = Не надо тебе, Дергач, огрызаться! = Не огрызайся, Дергач! На сложный характер функционального модального значения указывает интонация, оформленная не вопросительным, а только восклицательным знаком, и синонимическая трансформация, выявляющая семантику побуждения [9, с. 116].

Итак, восклицательные предложения обладают яркими стилистическими возможностями для передачи эмоционального состояния героев-детей и разностороннего описания событий. Широко представленные в детском дискурсе прозы А.П. Гайдара, они отражают особенности структуры повествования: внимание к «голосу» персонажа-ребенка, обращение к разным способам передачи детской речи. Предложения-восклицания создают своеобразие форм реализации авторской модальности в тексте произведения: последовательное обращение к стилизации детской и разговорной речи; выражение синтаксическими средствами семантики эмоциональности, субъективно-модальных значений; взаимодействие лирической и иронической экспрессии.

 

Литература:

1. Гайдар А.П. Собрание сочинений в 4-х т. – М.: Детская литература, 1964. – Т. 1. – 1964. – 367 с.; Т. 2. – 1964. – 439 с.; Т. 3. – 1964. – 407 с.; Т. 4. – 1965. – 583 с.

2. Долженко Л.В. Эмоции в повести А.П. Гайдара «Тимур и его команда» // Аркадий Гайдар и круг детского и юношеского чтения. Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Арзамас. 21-23 октября 2004 г. – Арзамас: АГПИ, 2004. – С. 64-68.

3. Лекант П.А. Синтаксис простого предложения в современном русском языке. – М.: Высшая школа, 1986. – 176 с.

4. Лекант П.А. Рациональный и эмоциональный аспекты русского предложения // Русский язык в школе. – 2004. – № 4. – С. 75-78.

5. Лингвистический энциклопедический словарь / Гл. ред. В.Н. Ярцева. – М.: Советская энциклопедия, 1990. – 682 с.

6. Николина Н.А. Структура повествования в прозе А.П. Гайдара // Язык и стиль А.П. Гайдара: Коллективная монография / Сост. В.В. Востоков. – Арзамас: АГПИ, 2009. – С. 235-245.

7. Осьмухина О.Ю. Детский дискурс современной отечественной прозы // Аркадий Гайдар и круг детского и юношеского чтения: материалы XVI Всероссийской научно-практической конференции с международным участием. 22-24 октября 2014 г. / Отв. ред. Б. С. Кондратьев; Арзамасский филиал ННГУ. – Арзамас: Арзамасский филиал ННГУ, 2014. – С. 172-178.

8. Пешковский А.М. Русский синтаксис в научном освещении. – М.: Языки славянской культуры, 2001. – 544 с.

9. Чумакова Т.В. Синонимия инфинитивных предложений с модальной семантикой долженствования // Вестник Южно-Уральского профессионального института. – 2014.– № 1 (13). – С. 114-124.

10. Чумакова Т.В. Синтаксические средства выражения авторской модальности в романе И.А. Бунина «Жизнь Арсеньева» // Филологические науки. Вопросы теории и практики. – 2014.– № 12 (42). – Ч.1. – С. 199-201.

11. Чумакова Т.В. Восклицательное предложение как средство выражения семантики эмоциональности в романе М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» // Вестник Южно-Уральского профессионального института. – 2014. – № 3 (15). – С. 99-106.

Основные термины (генерируются автоматически): восклицательные предложения, детской речи, Военная тайна, прозы А.П, речи прозы А.П, авторской модальности, прозе А.П, детской речи прозы, дискурсе прозы А.П, выражения авторской модальности, Вопросительные восклицательные предложения, выражения семантики эмоциональности, детском дискурсе прозы, Восклицательное предложение, Чумакова Т.В, разговорной речи, точки зрения, Всероссийской научно-практической конференции, Гайдара восклицательные предложения, Арзамасский филиал ННГУ.

Ключевые слова

художественный текст, авторская модальность, детский дискурс, восклицательное предложение, семантика эмоциональности

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос